Шоссе в никуда.

«ПРИВЕТ, ТАЙ. КОГДА ТЫ ПРОЧИТАЕШЬ ЭТО ПИСЬМО, Я УЖЕ ВОТ КАК ПЯТЬ ЧАСОВ БУДУ В ДОРОГЕ, ТАК ЧТО, ЕСЛИ ЧЕСТНО, Я ДАЖЕ НЕ ЗНАЮ ТОЛКОМ, ДЛЯ ЧЕГО ТЕБЕ ПИШУ. ПРОСТО КАЖЕТСЯ, БУДТО ЭТО ПОСЛЕДНЯЯ СПОКОЙНАЯ НОЧЬ, КОТОРАЯ У МЕНЯ БУДЕТ, НО ВЕДЬ Я НЕ МОГУ ПРОСТО СКАЗАТЬ ТЕБЕ ОБ ЭТОМ. Я ДАЖЕ НЕ ЗНАЮ ТОЛКОМ КТО МЫ ДРУГ ДРУГУ — СВОБОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ? ЧТО-ТО ВРОДЕ, ДА. С ЮЖНОЙ СТОРОНЫ ОПЯТЬ СТРЕЛЯЮТ. СТРАННО, МЕНЯ ТАК ПУГАЛО ЭТО ПАРУ ДНЕЙ НАЗАД, А ТЕПЕРЬ ОКАЗЫВАЕТСЯ, ЧТО Я УЖЕ ПРИВЫКЛА. ТОЛЬКО ВОТ… ТАМ ПАПА, И Я НАДЕЮСЬ, ЧТО С НИМ ВСЕ В ПОРЯДКЕ. У ЛЮДЕЙ В ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ ПОЯВИЛОСЬ ТАК МНОГО ПОВОДОВ ЕГО НЕНАВИДЕТЬ, НО РАЗВЕ ВИНОВАТ ОН В ТОМ, ЧТО ПРОИЗОШЛО? ТАЙ, Я ЗНАЮ, ЧТО ВИНОВАТ, НО, ЧЕРТ… ЭТО ЖЕ… МОЙ ОТЕЦ. МНЕ ТАК СЛОЖНО ПОДБИРАТЬ СЛОВА, ПОТОМУ ЧТО ЕСЛИ ЧЕСТНО, МНЕ ЧЕРТОВСКИ СТРАШНО. В ОТРЯДЕ ПОГОВАРИВАЮТ, ЧТО ЗОНЕ ОСТАЛОСЬ НЕДОЛГО, СИНЯКИ ШТУРМУЮТ НЕ ТОЛЬКО ЮЖНЫЕ СТЕНЫ, И МОГУТ ПРОРВАТЬСЯ В ГОРОД. ДА ЧЕРТ, ДАЖЕ СЕЙЧАС ОНИ МОГУТ ДЕЛАТЬ ЭТО, ПОКА Я ПИШУ, И МЫ ОБ ЭТОМ НЕ УЗНАЕМ, ПОКА НЕ СТАНЕТ СЛИШКОМ ПОЗДНО. МИР В ДЕРЬМЕ. ЛАДНО. ДАВАЙ НЕ БУДЕМ О ГРУСТНОМ. ФРЕД ПРОДОЛЖАЕТ УТВЕРЖДАТЬ, ЧТО ЭТО БУДЕТ ЛЕГКО — «КАК ПРОГУЛКА ПО ПАРКУ», В СТАРЫЕ ДОБРЫЕ ВРЕМЕНА. ХА-ХА. МЫ-ТО С ТОБОЙ ЗНАЕМ, ЧТО ИМЕННО ЭТО БУДЕТ ЗА ПРОГУЛКА. ШУТКА ЛИ, ДОБРАТЬСЯ ОТ ЮТЫ ДО АЛАБАМЫ? Я ДАЖЕ НЕ УВЕРЕНА, ЧТО МЫ СМОЖЕМ. ОТРЯД МАЛЕНЬКИЙ, НАС ВСЕГО СЕМЬ ЧЕЛОВЕК. ФРЕД ПЛАНИРУЕТ ВЗЯТЬ СПУТНИКОВЫЙ ТЕЛЕФОН, ЧТОБЫ ДЕРЖАТЬ СВЯЗЬ СО ШТАБОМ, ТАК ЧТО МОЖЕТ БЫТЬ, ОДНАЖДЫ, МНЕ ПОВЕЗЕТ, И ТЫ БУДЕШЬ ТАМ ДЕЖУРИТЬ, И МНЕ ЕЩЕ ПРИДЕТСЯ ТЕБЯ УСЛЫШАТЬ. ТАЙРИЗ, Я БУДУ ЖУТКО СКУЧАТЬ, ТАК И ЗНАЙ. И В ТО ЖЕ ВРЕМЯ, Я РАДА, ЧТО ТЫ НЕ С НАМИ. ХОТЯ, ЧТО-ТО МНЕ ПОДСКАЗЫВАЕТ, ЧТО В ЗОНЕ СЕЙЧАС НЕ НАМНОГО БЕЗОПАСНЕЕ, ВЕДЬ ЕСЛИ БЫ ВСЕ БЫЛО ТАК РАДУЖНО, КАК НАМ ГОВОРЯТ, ЗАЧЕМ БЫ ТОГДА ОНИ РЕШИЛИСЬ ПЕРЕВОЗИТЬ ЭТОГО ПАРНЯ? ВОТ И Я НЕ ЗНАЮ. ГОВОРЯТ, БУДТО ОН ПОСЛЕДНЯЯ НАДЕЖДА ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, НО ОН ПУГАЕТ МЕНЯ ДО ЧЕРТЕЙ. Я ЖЕ ВИДЕЛА ЕГО ТОЛЬКО ПАРУ РАЗ МЕЛЬКОМ, КОГДА ВЫБИРАЛАСЬ В МЕД ЦЕНТР, И ОН СТРАННЫЙ. НЕ ПРЕДСТАВЛЯЮ, КАК ПРОВЕДУ С НИМ ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ В ОДНОЙ МАШИНЕ. ВЫДВИГАЕМСЯ РОВНО В ШЕСТЬ, ЧЕРЕЗ ЗАПАДНЫЕ ВОРОТА. БЛАГОДАРЯ ДНЕВНЫМ УСИЛИЯМ, СИНЯКОВ ТАМ СЕЙЧАС МЕНЬШЕ ВСЕГО, ЕСЛИ ЗА НОЧЬ НЕ НАБЕЖАЛИ, ТАК ЧТО У НАС ЕСТЬ ШАНС ПРОРВАТЬСЯ БЕЗ ПОТЕРЬ. У МЕНЯ С СОБОЙ ПИСТОЛЕТ, И НЕХИЛЫЙ ЗАПАС ПАТРОНОВ, ТАК ЧТО ПРОРВЕМСЯ. ГЛАВНОЕ НЕ ПОТЕРЯТЬ ЭТОГО ПАРНЯ. ИНАЧЕ С НАС САМИХ ШКУРЫ СПУСТЯТ. НУ, ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ, ЕСЛИ ЭТО ПОМОЖЕТ ОТЦУ, ТО Я РАДА, ЧТО ВЫДВИГАЮСЬ В ЭТО ПУТЕШЕСТВИЕ. ЛАДНО, ТАЙ, ПОРА ЗАКАНЧИВАТЬ. ДО ВСТРЕЧИ, ПАРЕНЬ. МЫ ВЕДЬ ЕЩЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО УВИДИМСЯ.

ТВОЯ ПОДРУГА ЭЛЛИ.

P.S. К ЧЕРТУ ВСЕ, ТАЙ. КРЕПКО ТЕБЯ ОБНИМАЮ. И ТЫ ДОЛЖЕН ЗНАТЬ — ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ПРИДУРОК.

ЦЕЛУЮ. ТВОЯ. ЭЛЛИ. ЭЛЛИ ТЕЙЛОР. 19.10.2021.»

«Здравствуй, Лили. Вообще-то, помниться, я обещал себе и тебе, что предыдущее письмо будет последним, но, Лилз, если бы только знала что происходит! Я даже не знаю, с чего начать. Давай-ка, как говорила мама, начнем с начала. Я уже забыл, что именно рассказывал тебе в прошлый раз, но дело вот в чем — зане конец. Даже я это понимаю. И не поверишь почему. Потому что пьяница Тейлор забыл закрыть ворота. Опять сумбур, да? Ладно. В общем, вся эта кутерьма началась дней семь назад, когда на южную стену зоны выставили караул. Уорингтон рассказывал, что согласно ныне действующему приказу в караул выставляют по пять человек, и все вооружены до зубов. Так вот, неделю назад старшим по смене должен был заступить Аарон Тейлор, который, как ты помнишь, носит звание полковника. Я понятия не имею, когда он успел так сильно пристраститься к вермуту, но на смене он был пьян, словно подзаборная деревяшка. Ребята из караула, по словам Уорингтона, пытались его прикрыть, но дай пьянице ствол в руки, беды не оберешься. Идиот начал стрелять по своим же, и парни предпочли отвалить. Чем он там занимался всю ночь не понятно, но на утро выяснилось, что дверь открыта, он валяется в будке и отсыпается, а по кварталу ползают Синяки. Шороху они тут навели, не представляешь. Даже я понял, что что-то тут нечисто, Джинни даже не стала брать пробы, за что ей потом нешуточно влетело. Было и вправду не до меня. Лилз, они стреляли весь день. Если честно, я бы тоже хотел. Пострелять в смысле. Не то, чтобы это прям сильно меня вдохновляло, но… адреналин. В общем, мечтать не буду. Им удалось отчистить зону от Синяков, но мать твою, Лили, их столько прибилось к южной стене, что еще пару дней, и решетки рухнут, не смотря даже на то, что там день и ночь орудуют ребята, которые пытаются бесшумно их убрать. Ага. Шикарно. Бесшумно. Пытаются. Если хочешь знать мое мнение, Лили, идея бесполезная. Они и сами это понимают. А теперь, собственно говоря, то, зачем я вообще затеял всю эту писанину — меня переводят. Неожиданно, правда? Джинни сообщила об этом вчера, и они так долго спорили с Картером, стоит ли это делать. Из Алабамы в Юту. Долгая дорога. Спросишь, почему почерк изменился? Потому что приперлась Джинни со своими шприцами, , и в общем я, наверное, скоро отключусь, но этому больше не приходится удивляться. Они хотят отправить меня с сопровождением, куда, точно знаю, войдет дочка Тейлора. Будет отмаливать отцовские грехи, как видно. Джинни сказала, я даже не почувствую дороги — просто усну, и… Черт! Ты бы знала, как меня это задолбало. Я… Блин, Лили. Картер поднаторел в проведении операций — недавно мне сделали такую же, как и тебе. Ну, как в тот раз, когда все пошло не по плану. И, если честно, закрывая глаза, я всерьез планировал, что на этом все. Нет, оказывается, ублюдок научился их делать. Это, кстати, одна из причин, по которой Картер против того, чтобы меня переводили — швы сняли совсем недавно, и он уверен, что я не выдержу дороги даже под всеми этими лекарствами. Так, наверное, будет даже лучше. Вчера в лазарет приводили девчонку, лет четырех, не больше. Джинни только поставила капельницу, так что я невольно подслушал разговор. Она отравилась чем-то, то ли пайком, то ли консервами. Я тут подумал, Лили, это ведь такая дикость, что есть дети, рожденные после начала конца. Она ведь даже не знает, что мир был иным — чуть более безопасным. По крайней мере, на первый взгляд. И вот уже сутки я думаю о том, как ее мать будет ей все рассказывать. Как объяснить маленькому человеку, что пять лет назад власти облажались, изготовив вакцину от вируса, которая послужила отправной точкой в ад? Не знаешь? Вот и я не знаю. Поверить не могу. Пять лет назад все было отлично! Мы ведь планировали только на пару недель тут задержаться, а потом в новостях появилась инфа, о том, что пандемия закончилась. Ага. Потому что сделали вакцину, которая заставила людей харкать кровью, выплевывать легкие и сходить с ума. Мы называем их Синяками, в смысле тех, кто еще ходит. Но, умирая, они ведь тоже продолжают ходить по земле — просто…я не знаю, как их назвать. Уорингтон, называет Телами. Кстати, о старике. Он тут недавно сказал, будто бы я не говорил уже три месяца. Если честно, я очень удивился, потому что в голове я постоянно с тобой болтаю, Лили. Оказывается, правда, молчу. Он беспокоиться. Черт… Лили? Я, кажется, очень хочу спать, поэтому пока… Завтра с утра отправляемся. Уверен, скоро увидимся. Я жду этого так долго. Скучаю по тебе. Обнимаю, Лили.

Твой вечно непутевый брат, Макс.

P.S. Если ты бы знала, как я устал сжигать эти письма, но бабушка всегда говорила, что это верный способ отправить их тому, кто уже не здесь. Надеюсь, ты их там правда получаешь.

Прямиком из филиала ада на земле… Алабама. 19.10.2021.»