Эффект ночной бабочки

Этот рингтон, этот назойливый рингтон, почему-то резко выудил её из сна, как рыбу из моря. У неё заказали проект местного бассейна, которым прежде занимался другой архитектор, поэтому сейчас они отставали по срокам, и Рейчел доделывала поправки после работы дома. Глаза с трудом и усталостью открываются, моментально закрываясь обратно. Но она все равно тянет руку и подносит телефон к уху. — Да? — мычит Рейчел, вот-вот провалившись в сон. Номер чужой, скорее всего какой-то очередной опрос, но в два часа ночи обычно таким не занимаются — это единственное, что останавливает её от нажатия красной кнопки. — Рейчел? — из трубки раздаётся звонкий голос на грани истерики и Рейчел моментально открывает глаза. — Рейчел, пожалуйста, скажи, что это ты. — Я — это я, — она принимает сидячее положение, рассматривая темноту перед собой. Один лишь оранжевый поток света прорывается сквозь занавески. — Ты чего? Что случилось? — Рейчел, пожалуйста, забери меня отсюда умоляю, я не — я не знаю, что происходит, мне ужасно плохо, — Кассиа начинает тараторить, она вся взволнованная настолько, что по спине пробегает холод. — Пожалуйста, я отдам тебе деньги. Мне — мне не хорошо. Пожалуйста. Аманда сказала, что будет со мной всю ночь, но я нигде не могу её найти. У меня больше никого нет в этом городе, я не знаю, кому позвонить. — Касс, вдохни глубоко, ладно? — мягко просит её Рейчел. С ней определённо что-то не так, даже в грубые действия той ночью, эта девушка сохраняла спокойствие. — Я сейчас буду. Где ты? Рейчел быстро поднимается с постели, из комода достаёт чёрные джинсы, и начинает одеваться, плечом прижимая телефон к уху. Мозг ещё не до конца работает, забывая про громкую связь. — Где-то около Крадстоун авеню, — отвечает Кассиа. Она тяжело вздыхает. — Точнее? — в эмоциях рычит Рейчел. — Черт, это же практически самая дальняя часть города от университета. Какой дом? — На пересечение с редкар роад, какой-то из четырёх домов. Они все с белой крышей, но наш должен быть с музыкой, — Кассиа резко замолкает. Следом что-то гремит, и она болезненно хныкает на фоне звуков. — Касс? — Рейчел буквально запрыгивает в зелёную толстовку и спускается на второй этаж своего лофта, чтобы взять ключи от машины. — Касс? Ты в порядке? Пожалуйста, говори со мной. Как ты там оказалась? Кассиа мычит, кажется, пытается прийти в себя. Она несколько минут ещё подаёт совершенно низкие признаки жизни, но хотя бы как-то даёт о себе знать. Рейчел выбегает из дома, выискивая взглядом свою синюю «BMW». Она настраивает навигатор и трогается с места, вылетая на дорогу. Штрафов придёт просто уйма. — Касс, — повторяет Рейчел, в груди сдавливает от беспокойства. Два месяца прошло с последней встречи и это не то, как она хотела о ней услышать. — Ты сейчас в безопасности? — В туалете, на втором этаже, — голос у неё совсем поникает. Болезненно сипит. — Я вроде бы пила сок весь вечер, я же почти никогда не пью. Но сейчас мне кажется, что — что мне кажется. Апельсиновый, да. Это не имеет никакого смысла. Речь девушки становится совершенно бессвязной, ей действительно нужно быть там, как можно скорее. В сок наверняка что-то подмешали, пока Кассиа не видела. — Хей, красотка, мы знаем, что ты там, почему бы тебе к нам не выйти? — раздаётся из телефона. Мужские голоса отчётливо слышно сквозь басы музыки, как и их громоздкие удары в дверь. — Это ещё кто? — Рейчел сжимает руль. Ехать ещё минут десять, но все равно быстро благодаря пустым дорогам. Главное не нарваться на патруль. Иначе проблем будет много у всех. — Кассиа, дверь закрыта? — Рейчел… — скулит Кассиа. Она звучит так на грани. — Да, да, дверь закрыта. У меня такие ноги слабые, я не могу встать. — Ничего, я уже почти рядом, ты большая молодец, что позвонила, — ласково говорит Рейчел. — Старайся держать свои красивые глаза открытыми для меня, хорошо? — Ой — йой, — Касс истерично хихикает. Язык у неё заплетается, говорит едва различимо. — Это мне что-то напоминает. Думаешь, они за дверью тоже этого хотят? — Перехотят, главное никуда из туалета не уходи, — недовольно комментирует Рейчел. Хотя судя по словам Кассии, она и не способна.— Я думала ты стараешься получить высший балл, а не ходить по вечеринкам, а Касс? — Мой GPA равен трем восьмиде — восьмиде, — Рейчел нашла бы эту запинку безусловно милой, если бы не настоящее положение вещей. — Три, восемь, три. Ты понимаешь, да? Рейчел нетерпеливо поворачивает в нужный район. Она почти рядом, ещё немного. — Три целых восемьдесят три сотых, — улыбается Рейчел, определённо ломая сейчас этим мозг девушке по телефону. — «А с минусом», думаю, что для такого университета очень даже неплохо. Где потеряла баллы? — На клетках, кинетике, и отчетах, — жалуется Кассиа. — Три головы цербера. Касс резко замолкает от громких ударов по двери, у Рейчел руки начинают трястись на руле. Ещё немного. Звуки становятся жёстче и, в конце концов, раздаётся треск, по-видимому, дверного замка. Мужские голоса заполняют телефонную линию, смешиваются с едва сопротивляющимся, тихим женским. — Крошка, ты что испугалась? — У нас на тебя большие планы. — Чуваки, мне что-то не по себе от этого… Рейчел чувствует нарастающую панику, в горле стягивает. Два поворота и она на месте. — Нет, пожалуйста, — хныкает Касс. Увесистый шлепок, оглушительно звучит в телефоне и вызов сбрасывается. Рейчел сжимает челюсть и внимательно следит за монитором на навигаторе. Одной рукой набирает экстренную помощь, пора этот фарс заканчивать. — 9-1-1, что у вас случилось? — Подростки устроили вечеринку в недостроенном секторе: четвёртый дом на родкар, я хочу, чтобы вы приехали туда как можно скорее, пока это не закончилось катастрофой. Диспетчер не успевает спросить её имя, когда Рейчел останавливает машину, около самого разноцветного дома, мигающего, как рождественская ель, ошибки быть не может. Она выходит наружу и буквально бежит внутрь. Музыка неприятно бьёт по ушам, толпа резвится в диких танцах, криках и весёлых шутках. В лицо неприятно бьют фиолетовые лучи на самодельном танцполе, когда она подходит к лестнице. На втором этаже пять дверей, одна из них открытая в туалет. Но в нем пусто, ничего кроме старого телефона, который, кажется, принадлежит Кассии. По телу пробегает ураган эмоций. Растерянность, паника, отчаяние. Верх берут инстинкты, и она словно ищейка, не раздумывая открывает каждую дверь, которая есть рядом. Одну за другой, пока не находит то, что нужно. Кассиа на кровати, двое парней спорят насчёт правильности, ещё один нависает сверху, расстегивает ремень на джинсах. Рейчел расширяет глаза от ужаса. Руки сжимаются в кулаки, и она в состоянии аффекта накидывается на последнего, сбрасывая на пол. Ногой бьёт по лицу, кровь брызгает ручьём. Самого крайнего к себе прижимает к стене: — Что вы ей дали? — кричит на него так, как никогда в жизни. Хватает парня за грудки, вдавливает. — Я — я не знаю, я был против, — трясётся он от страха. Рейчел переводит взгляд на более мощного мальчика. Тот резко убегает, пока самый главный из них воет от боли на полу. Она отпускает подростка и подходит к Кассии, у которой начинаются страшные судороги. Губы покрываются пеной, глаза закатываются. — Касс, Господи, — руки дрожат, в груди растёт паника, саму трясёт, но только от происходящего. Она сильно толкает её набок, чтобы не дать захлебнуться. — Ну же, детка, ты чего удумала, давай, борись. Тебе рано, тебе ещё очень-очень рано. Глаза у Кассии открываются, и её буквально выворачивает на постель, надрывно кашляя в приступе без остановки. Белый в глазах покрылся красной паутинкой, волосы спутались - сплошной хаос в одном теле. Она мягко проводит ей по спине, сама выдыхает, не осознавая, как задержала дыхание на все это время. — Рейч, — изнурительно стонет Кассиа. Сердце режет ножом. — Что вы ей дали, идиоты? — кричит Рейчел, рассматривая напуганные лица молодых парней. Поиграть захотели и облажались по-крупному. — Методон, и мелатонин вроде, — кряхтит парень, зажимая нос. Кровь течёт сквозь пальцы, у неё внутри желание сделать так, чтобы её стало больше. — Но я не уверен. Мне просто сказали, что этого хватит, чтобы расслабиться. С ней не должно было произойти это. — А что, по-твоему, с ней должно было произойти? — она резко встаёт, кулаки сжимает. Парень защитно выставляет руки впереди. Другой, как стена пытается подобраться ближе. — Извини, хорошо? — скулит он. — Перед ней извиняться будешь, понял? — Рейчел не знает, что за чувство в ней играет, но она жёстко хватает его за коричневые короткие волосы и поднимает голову так, чтобы он смотрел чётко на Касс. — Посмотри на неё, сукин сын! Если она не умрёт сегодня, считай ты счастливчик. Потому что, если это произойдёт, я здесь каждого посажу. Будешь гнить в тюрьме, и мечтать сдохнуть, пока тебя будет трахать вся тюрьма! — Я не думал, что так получится, — у него из глаз льются слезы, жалкое зрелище. — Хей, она — Другой парень, напуганный добела, показывает в сторону Касс кивком. Слова заметно застревают у него в горле. Он трясётся весь, как тросточка, но подходит ближе. В дверях собирается приличная толпа шокированных зрителей. — Эй, Касс, я здесь, слышишь меня? Открой глаза, пожалуйста. Ну же, посмотри на меня, маленькая, не пугай… — нежно говорит Рейчел, всматриваясь в слегка приоткрывшиеся глаза девушки. Реакции никакой, но видно, что ещё в сознании. Мысленно просит у неё прощения и резко бьёт по лицу, чтобы вернуть в настоящее. В ночных кошмарах будет помнить свой первый замах на девушку. Касс моментально откликается. Мычит. — За-ч-чем? — глаза влажные, но в них почти отсутствует сознание. — Помнишь, да? — мягко шепчет ей на ухо Рейчел, рукой проводит ласково по светлым волосам. — Не спи, тебе нельзя отключаться. — Она поворачивается к тому, что адекватнее и ближе. — Помоги мне, что стоишь. Перепуганный подросток помогает ей поднять её на ноги, она сгибает Касс вперёд и толкает пальцы в рот, насильно вызывая ещё одну рвоту. Трех неприятных толчков достаточно, чтобы её вырвало на пол с мучительным стоном. Парень рядом с ней недовольно отворачивает голову. — Лучше бы я сидел дома, — комментирует он. — Заткнись, помогите мне спустить её вниз, потому что скоро приедут копы. Нам же не нужны неприятности, да? — спрашивает она всех присутствующих. Парень на полу кивает и, хромая, встаёт, другой помогает вывести Касс на улицу к машине. Звук сирен раздаётся вдалеке и поэтому Рейчел немедленно кладёт Касс на задние сидения, отпуская парня убежать вперёд по дороге. Она в темпе садится за руль и вжимает педаль газа в пол. Везёт к себе домой. Всю трясёт от передоза. // Это тяжелее, чем в фильмах. Касс хоть и худенькая, но не лёгкая. Система обычная: подтащить ее ближе к себе, руку закинуть через плечо, обхватить талию. Если бы ещё она могла идти при этом. До лофта добираются с трудом, если описать весь процесс в одном предложении. Кассиа рушилась на каждом шагу, мучительно стонала, постоянно прикрывала глаза так, что Рейчел приходилось останавливаться и болезненно сжимать её плечо или давать пощёчину. Они как-то проходили первую помощь в школе, подростковое увлечение альтруизмом и кемпингом. Им рассказали, что передозировка часто приводит к коме — это именно то, чего она в данный момент боялась больше всего. В ванной комнате стало гораздо проще, Рейчел элементарно согнула её над керамическим бортиком и, схватив за волосы, неприятно впилась пальцами в горло. С кухни принесла воды, заставляя пить и сразу же выплескивать всё обратно. Касс в какой-то момент застонала намного осознаннее. — Хватит, я больше не могу, — она была вся бледной, дрожала, как брошенная шавка на улице под дождём и в холод. Глаза мокрые, волосы растрепаны, зрачки неестественно мелкие. Видок ужасный. Рейчел было её искренне жаль, но она не могла прекратить, понимая, что её жизнь почти висела на волоске полчаса назад. — Ещё немного, детка, — запротестовала она. Погладила её по голове, пытаясь не быть грубой, как несколько минут назад. Касс печально гудела, хныкала, отвратительно морщась каждый раз, когда буквально выплевывала свой желудок наружу. Казалось, этому не будет конца. Но в какой-то момент Рейчел отступила, взяла её лицо в руки и мягко вытерла его тёплой водой. Касс была вся бледная, её потрясывало от пережитого. Она прикоснулась к её лбу, подмечая сильный жар. — Ты вся горишь, — грустно прошептала Рейчел. Она обхватила Касс за талию, ощущая, обилие влажности на спине. Наркотик действовал в полную силу, несмотря на все попытки вывести большую часть. — Давай, я помогу тебе прилечь. Они медленно добрались до спальни, и она уложила её на бок, укрывая ноги покрывалом. Кончики пальцев Кассии были прохладными, а тело горело, дыша шумно и тяжело. Рейчел присела на корточки рядом с кроватью, рассматривая её уставшее лицо. Слезы прокатились по щекам напротив. — Я не хочу умирать, я не хочу, — пробормотала Кассиа сухими губами. Зубы стучали друг от друга, её бил озноб. Это было преувеличено драматично, но подобная опасность была час назад. Страшно представить, что бы случилось, если бы она не позвонила ей. — Ты не умрёшь, я тебе не дам, — спокойно отвечает Рейчел. Одну светлую прядь убирает за ухо, внимательно следит за ней, пытаясь понять, можно ли ей спать или нет. Касс хныкает. — Голова болит, — шепчет она тихо. — Вот-вот и взорвется. — Я думаю, теперь ты можешь отдохнуть, поспи, завтра будет лучше, — Рейчел обхватывает руку девушки в свои, показывая, что будет здесь. Согревает присутствием. Откуда в ней столько нежности неизвестно. — Я держалась, — отвечает Касс. — Я знаю, — улыбается Рейчел, гладит большим пальцем по коже. — Ты была такой смелой, хорошей девочкой. Закрой глаза, расслабься. Я буду здесь, чтобы держать тебя в безопасности. Ты веришь мне? — Мне было больно после той ночи, — внезапно говорит Кассиа, прикрывая глаза. Рейчел поджимает губы. — Неделю. Точно неделю. Грубо. Но я тебе верю. — Отдыхай… Рейчел осторожно гладит её по плечу, постоянно наблюдая за грудной клеткой, словно вот-вот и она перестанет двигаться. Но время идёт, а Кассиа продолжает плавно вдыхать и выдыхать. Лоб у неё не переставая горит. Она встаёт с пяток, распрямляя затекшие конечности, и набирает своего босса. — Майкл Стоун у телефона? — Майкл, мне нужно взять несколько дней, сегодня не выйду, — твёрдо заявляет она. В трубке раздаётся шуршание. — Ты позвонила мне почти в пять утра, чтобы взять отгул, серьёзно? — хмыкает он, сонно подчеркивая своё недовольство зевком. — Тебе давно отдохнуть пора, но могла бы сделать это попозже. Бери сколько надо, только больше не звони так рано, я раньше семи не поднимаюсь. Он почти кладёт трубку когда она прерывает. — Майк, мне срочно нужен доктор, который осмотрит без протокола. — Рейчел знает, что у него есть много связей, он сам когда-то рассказывал, как вытаскивал кого-то после драки. — Скажи, что передозировка метадоном, сильный жар. Это не для меня. — Понял, сейчас наберу, — тяжело вздыхает он. — Я пришлю ответ в сообщении. Надеюсь, Тревор в настроении. — Я очень хорошо заплачу, — нажимает она. — Думаю, он будет не против, — подбадривает Майкл. Его глубокий баритон, придаёт немного спокойствия. — У тебя отпуск на неделю, представляю, как заказчики будут рады это услышать. — Я буду работать дома, не стоит, — поправляет она его. У них действительно сложная ситуация с новым проектом и её отдых может довести японцев до ручки. — Не переживай, я почти подбила все до нужных сроков, мы успеем. — Я в тебе никогда не сомневаюсь, — улыбается он так, что слышно даже сквозь трубку. — О нет, мы разбудили и мою жену. Теперь мне придётся выкручиваться. Всё, пока. И… удачи. Рейчел возвращается в спальню и вновь прикасается ладонью ко лбу Касс. Жар будто бы стал в несколько раз могущественнее, желая сплавить кожу девушки до пепла. Она сильно пропотела, а её розовая рубашка-поло прилипла к спине. Сердце колко бьётся в груди. // Тревор приходит без халата, чемоданчика и всего остального. В руках только деловой кейс. Он быстро осматривает Кассию и проверяет реакцию её зрачков, неприятно пробуждая девушку. Она испуганно ежится от его касаний. — Не надо, пожалуйста, нет, — Кассиа начинает плакать, Рейчел рвётся огородить её. — Я не хочу. — Хей, Касс, всё хорошо, это я — Рейчел, — мягко объясняет она ей. Гладит по щекам, шее, пытается увидеть в глазах частичку той девушки, которую у неё забрали. — Доктор не причинит тебе вреда, хорошо? Просто дай ему закончить. — Угу, — сдаётся Кассиа. — Сколько лет? Какая была доза? Ты уверена, что это был метадон? Больше на последствия от кокаина похоже, — спрашивает Тревор, задумчиво посматривая на них двоих. — Давно она принимает? — Она не принимает, — рычит Рейчел, случайно. Реагирует словно на оскорбление. — Я честно не знаю, что точно это было. Ей что-то подсыпали на вечеринке, один из идиотов сказал, что это метадон. Вроде как намешали с чем-то ещё. — Я могу ввести ей налоксон, но Рейчел, мы оба можем сесть, если это окажется не методон и она умрёт, нужно знать точно или в противном случае риск слишком велик, — поясняет Тревог, попутно осматривая руки девушки и её рот. — Так-то да, вроде чистая, никаких признаков наркомании. Если первый раз, то оно и понятно, да ещё и смесь препаратов… удивительно, что ещё жива. — Ты закончил её трогать? — закипает Рейчел. Ей вообще-то нужна была помощь, а не экспертное мнение. — Что делать? Её всю трясёт, если ты не видишь. — Четырёх часовой порог смертельного состояния прошёл, остаётся только ждать, ты ей ничем сейчас не поможешь, придётся ей помучаться в одиночестве, — сухо отвечает Тревор. Он открывает кейс и достаёт оттуда упаковку. — Это уголь, всё, что мы сейчас ей действительно можем дать. Эффект медленнее, наркотическое состояние не снимет, но токсичность понизит. Лучше чем ничего. Ты должна понимать, я не нарколог и сказать, что делать без точных анализов не могу. Если бы мы могли сделать анализ крови, чтобы определить методон или кокаин. Я бы сразу помог. — Спасибо, — забирает упаковку Рейчел. — Звони в 9-1-1, если станет хуже, потому что я буду бессилен, — предупреждает он. Рейчел кивает, прекрасно понимая риски, но и также то, что если Касс сейчас попадёт в больницу, её зарегистрируют, как наркоманку, поставят на учёт, университет узнает. Стипендия слетит. Все ради чего она старалась — пропадёт. Она провожает Тревора до дверей, и по возвращению ложиться рядом, не имея стальных нервов, чтобы спать на диване и не видеть поднимающуюся при вздохах грудь. Рейчел не может быть безучастной. Знает её только по одной ночи, но не чувствует равнодушия. Внутри господствует паника и хаос, она никогда так не переживала даже за свою бывшую Стейси, которая упала в бассейн по пьяни и отключилась прямо в воде. Дурочка сама была виновата. Сомкнуть глаз так и не получилось. Рейчел сделала кофе, сготовила салат, позавтракала, постоянно проверяя свою гостью. Жар продолжал бить Кассию всё это время. Она скулила во сне, что-то невнятно бормотала, сильно жмурилась, тряслась. Но Рейчел старалась её не трогать, надеясь на лучшее. Мысли заняла своим проектом, расположив несколько чертежей в гостиной, упорно перерисовывая план здания с поправками заказчика. Время медленно шло, карандаш ломался о бумагу, мозг высчитывал нужные пропорции и углы. Температура у Касс немного спала, лоб горел не так сильно. Поэтому Рейчел как-то поуспокоилась от этого. Она сделала несколько звонков и заказала лёгкий ужин, приятно разминая мышцы, бродя из комнаты в комнату. Готовить самой пока не было желания. Есть — тоже, но желудок неприятно урчал, как лев при виде мяса. Рейчел приняла два пакета у курьера и решилась ещё раз узнать самочувствие девушки. Лоб Касс ощущался тёплым, но больше не горячим, щеки достигли комфортной температуры. Бледным губам вернулся розоватый оттенок. Внутри появилась мягкость от признаков улучшенного самочувствия. — Хей, Касс, проснись, — погладила ее Рейчел по щеке, за ухом, по шее. Девушка поморщила носиком. — Проснись. Тебе будет лучше, если ты немного поужинаешь со мной. Рейчел подумала, что так будет лучше, если она разбудит девушку постепенно, а не резко растолкает после мучительной лихорадки. Рука ласково погладила волосы, плечо, потерла край уха. Касс медленно приоткрыла оба глаза, мило прищуриваясь от света в комнате. Рейчел улыбнулась. — Наконец-то, — прошептала она. — Добрый вечер, птичка. — Рейчел, — прохрипела Касс. Зажмурилась сильнее и болезненно застонала, прикрывая лицо руками. — Моя голова адски раскалывается. — Я примерно представляю насколько, — продолжила Рейчел, стараясь быть максимально тихой. Она протянула пальцы к рукам Касс и аккуратно убрала их с лица. — Давай без резких движений, сначала полежи вот так, потом я помогу тебе встать и сходить в душ. Тебе сразу станет легче. Ты помнишь, как оказалась у меня дома? — Я у тебя дома? Что?! — Касс внезапно пытается подняться, будто это поражает её, как и вся прошлая ночь вместе с наркотиком. Но резко падает обратно на подушку от боли. Рейчел приходится надавить ей на плечи, попридержать. Взгляд у Касс какой-то шальной. — Так, птичка, спокойно, — ласково говорит она. — Мы же не хотим, чтобы тебе стало снова хуже? — Я, я, помню да, извини, до момента, когда они сломали замок на двери, — сухо хрипит Касс. Рейчел замечает настолько губы сухие, где-то уже появились маленькие трещинки. — Я позвонила тебе. Извини, меня. — За что ты извиняешься? — в шоке спрашивает Рейчел. Она не сделала абсолютно ничего, за что следует извиняться. — Я сама тебе дала номер, я ждала, что ты позвонишь и рада, что ты сделала это. Боюсь представить, что могло произойти, если бы ты не сделала этого. Касс — Кассиа бесшумно начинает плакать, закрывает глаза, притворяется, что стойкая и смелая. Но Рейчел видит её насквозь, чувствует, как ей больно и физически и духовно. Тело болит, а душу разодрали глупым намерением насильно подчинить себе. Раны свежие, кровоточить будут долго. — Всё обошлось, — растерянно говорит Рейчел. Успокаивать не умеет. — Из этого не выбраться, да? — хныкает Касс, шмыгает носом, вытирая слезы рукой. Рейчел впервые видит в ней ужасно напуганного маленького ребёнка. Одинокого и брошенного. Неосознанно руки сжимаются в кулак. — Я думала, что раз это случилось с тобой, и только единожды, то может быть, я смогу откинуть это слово и не чувствовать себя шлюхой. Но оно преследует меня. Они — они, наверное, они не зря выбрали меня. — Замолчи, — грубо рявкает на неё Рейчел. Больше это слушать не хочет. — То, что у меня было с тобой — это было обоюдно, я предупредила, ты озвучила цену. А они пытались изнасиловать тебя. Даже если бы ты дальше продолжила работать, это не даёт им никакого права накачать тебя наркотиками и воспользоваться твоим телом! Не неси ерунды. — Прости меня, — шепчет Касс. Она пытается приподняться и Рейчел аккуратно помогает ей руками: придерживает за голову и талию. Словно хрупкий экспонат. Где-то треснул, лишь бы не доломать. На лице у неё моментально появляется бледность пуще прежней, белеет от нехватки энергии на глазах. — Ох, черт. Я ещё немного вот так посижу и уйду, честное словно. Рейчел на секунду хочет отдернуть руки, чтобы показательно и грубо удостоверить девушку, что идти куда-либо ей сегодня вряд ли возможно. Но капли слез на щеках и побитый вид не дают ей это сделать. Она мягко держит её в своих руках и садится с краю для удобства. — Я тебя никуда не выгоняю, это раз, — протестует, злится при этом, но голос сдерживает. — Если бы я хотела, чтобы ты ушла, я бы тебя изначально сюда не привела — это два. Касс, прекрати сопротивляться помощи, не делай ситуацию сложнее, хорошо? Моя рука буквально всю ночь была в твоём горле, чтоб ты понимала. Неловко уже быть просто не может. Касс смущённо поднимает уголки губ вверх. — Уже две части тебя побывали в моем горле. Страшно представить, что будет дальше. — Шутишь значит чувствуешь себя лучше, — смеётся Рейчел. Ужасно, что они вспоминают об этом в таком контексте. Она надеется, что это наркотик говорит в девушке. — Мне нужно сейчас, чтобы ты доверилась мне. Обними, так сильно, как только можешь, хорошо? Я нас подниму. Если почувствуешь, что стоять для тебя слишком, сразу дай знать. Она опирается на левую ногу и бережно тянет Касс вверх, помогая ей встать. На лбу девушки моментально выступает лёгкая испарина, а в потускневших глазах — появляется отчужденность. Объятия на её плечах дрожащие, ускользающие. Касс с трудом держится. — Ого, пол-то у тебя катается, — хихикает девушка. Нос утыкается в шею, Рейчел случайно с удовольствием выдыхает. Было бы неловко, если бы Касс понимала, что делает. — Это как пьяные танцы, но хуже. — Откуда тебе знать какие они — пьяные танцы? — ловит её Рейчел с ухмылкой. Ведёт в ванную, где успела прибраться днем. Шаг за шагом, максимально медленно, чтобы не вскружить голову ещё сильнее. — Я предполагаю, — дурит Касс. — Это скорее, как танцевать с партнёром, у которого нет чувства ритма и две левые ноги. В твоём случае, как и вовсе танцевать только на одной. — Я неплохо танцую, это неправда, — обижается Кассиа. Рейчел находит эти тесные объятия безумно приятными, ещё бы избавиться от запаха после тяжёлой ночки. — У тебя дома красиво. — Спасибо, — улыбается Рейчел, осторожно усаживая девушку на край квадратной ванны. Встаёт между её ног, смотрит в глаза, держит за плечи. — Подними руки. — Я как-то убиралась в таком, мне лет пятнадцать было, полгода работала, пока дом не продали и не переехали куда-то в Америку, — вспоминает Касс. Взгляд опускает вниз, пока Рейчел её раздевает. Господи, ну что она там у неё не видела? Вот же ребёнок. — Было жаль, конечно, иногда была возможность там поспать, когда они были в командировках. О! И ещё у них был крутой лабрадор. — Любишь собак? Так, тихо, тихо, — говорит она, удерживая Касс от падения. Сидит по пояс нагая, ещё трусики и джинсы осталось снять. — Приобними меня за шею и держись, крепко, поняла? — Угу, — гудит в одобрении. — Извини. Я знаю, что тебе не нравится, когда тебя трогают девочки вроде меня. — Касс, — недовольно предупреждает Рейчел, сердце неприятно отзывается в груди. Это правда, её бесит, когда шлюхи касаются её во время секса. Но Касс — это не то же самое. Она не может ей это объяснить, поэтому не отрицает. Расстёгивает джинсы и сильно затянутый ремень. — Приподними бедра. Так что там с собаками? — Да, люблю, — улыбается Кассиа. — Как и кошек. Но лабрадору была рада за еду. Хозяева же уезжали, оставляли много консерв и хрустяшек. Мы с ним пировали. Рейчел пытается сосредоточиться на грязной одежде девушки и не быть в ужасе от услышанного. Но это её не отталкивает. И чувство, которое образуется внутри — определённо не жалость. Губы поджимает, стягивает трусики. Одежду позже закинет в стиральную машину, ночью было экстремально-гадко. — И как… это вкусно? — выдавливает улыбку Рейчел, думает о том, чтобы стукнуть себя по лбу за бестактность вопроса. Если бы у неё была возможность в то время её накормить, она бы это не раздумывая сделала. Рука случайно поглаживает выступающие ребра, когда она помогает ей подняться и встать под душ. Воду делает похолоднее. Так… чтобы привести в чувство и не дать Касс рассказать все свои секреты. — Бери любой гель, какой хочешь. — Мясо в консервах — да, я даже никому не говорила, иначе бы пришлось делиться, как деньгами, когда платили зарплату, — хихикает Касс, держась за неё, как балерина за перекладину. Она смущённо проводит ладонью по коже, умывается, растирая фруктовый гель по коже. Рейчел ненавидит, что из штанов начинает выпирать, как у несдержанного подростка. Но внутри нет желания поиметь её или сделать что-либо ещё, ничего более физической реакции на обнажённое, красивое тело. Кассиа симпатичная, она подметила это ещё в их первую ночь, поэтому и открыла ей дверь. Но тогда она думала о ней, как о шлюхе, которую можно оттрахать и воспринимала её внешность точно также. Сейчас она перед ней, как не очень хорошо знакомая молодая девушка. И это — не её тип. У Касс нежные глаза пурпурного оттенка, как у цветков сирени, миловидное лицо с острыми скулами, аккуратный нос и губы. Не модель с упругими мышцами, пухлыми губами, или эстетичным профилем для фото. Более ангельская. А такое не для неё – испортит. Не удивительно, почему парни положили глаз именно на Кассию. Отрицать её необычный магнетизм невозможно. Особенно из-за специфики глаз. Будет интересно как-нибудь заглянуть в них ближе, чтобы узнать, почему они смотрятся тёмными на расстоянии. Столь открытые на первый взгляд и глубокие, если смотреть в самую сущность. — Вот так, ты большая молодец, — улыбается Рейчел, она берет махровое синее полотенце с полки и оборачивает в него девушку, словно малыша в одеяло. На заботу не обращает внимания, не до самоанализа. — Как себя чувствуешь? — Лучше, но голова болит нереально, — кивает Касс, осторожно переступает через бортик и следует за удерживающей её Рейчел. Бормочет что-то себе под нос. — Мне на этих выходных нужно было доделать исследование, Иисус, у меня будет минус балл. Рейчел усаживает её на диван в гостиной, сама уходит в свою комнату, чтобы найти пару подходящих вещей. Выуживает комплект шорт и спортивного топика вместо нижнего белья. В дополнение к ним штаны с лёгкой толстовкой. Ей не противно дать свою одежду, тем более после секса это не так интимно. — У меня нет ничего кроме шорт и боксер, так что… — она протягивает ей вещи. Отворачивается, предлагая девушке свободу переодеться без лишних глаз. — Но думаю, что тебе в этом тоже будет удобно. Если бы я была полноценной девушкой, мне бы было интересно поносить мужские шорты. Просто из любопытства. Сзади происходит своеобразное шуршание, мычание. Но вроде бы Касс справляется без неё. Должна справиться. — А ты что, не полноценная разве? — вдруг слышится от неё. Рейчел выгибает одну бровь. Касс вроде под наркотиком, но сейчас звучала так будто память отшибло. Она смотрит через плечо, взгляд падает на небольшую обнаженную грудь, сглатывает, быстро поворачивается обратно. Только что видела её в душе, в чем собственно проблема? Наверное, это чувство уважения к чужому личному пространству. На диване ей точно помощь не нужна. — Ну, я, у меня же есть член, — почему-то мямлит Рейчел. Обычно ненавидит об этом говорить, если это не девушки на ночь или осмотр у врача. Там у неё отлично получается строить из себя уверенность. — У тебя его нет. — И это делает меня полноценной девушкой? — продолжает допрашивать её Кассиа. Рейчел как-то об этом не задумывалась, но… Да. — Да. — Ты не транс, и у тебя нет кадыка, то есть ты от природы — не мужчина, — философствует за её спиной Касс и Рейчел складывает руки на груди, но позволяет. Пусть наговорится вдоволь. — Так кто ты от природы, если названия «женщина» и «мужчина» придумали люди? Промежуток между? — Касс, почему бы тебе не за — Рейчел резко замолкает, почему-то поняв, что Касс не пытается её оскорбить. Она повернулась, рассматривая её болезненное выражение лица, от усердной попытки натянуть штаны вверх. Голова тяжелая, а тут вниз смотреть приходится. — Общество реально может пойти в задницу, потому что все мы на самом деле просто люди. Здесь нельзя утверждать, что кто-то полноценный, а кто-то нет. Вспомни Кэролайн Косси, и скажи, что она не полноценная женщина. Фух! Как же сложно. Кстати первый открытый трансгендер с тогда ещё никому неизвестной вариацией интерсекса. Касс выдохнула и буквально рухнула спиной на диван, пытаясь прийти в чувство. Остался один верх. Она взяла топ в руки, медленно одевая его через голову, потом поочерёдно просунула руки и взяла толстовку. Рейчел непроизвольно улыбнулась от вида девушки в её вещах. — Я не могу такое сказать, — смерилась с её словами она. У Касс была интересная точка зрения. На самом деле не все так просто из-за её тела, но Рейчел всегда пытается казаться уверенной. Из всех её друзей знают только двое. — Она горячая, женственная. Но я — — Без «Но» я вижу женщину, — пожала плечами Касс, наконец-то полностью одевшись. Она откинула голову на край дивана и закрыла глаза. Руками потерла виски. — Надеюсь, завтра не будет так больно. У меня генетика в два часа, и семинар в десять. С ума сойти за что мне это? Рейчел присела рядом с ней на диван, на кофейном столике лежали пакеты с едой. Она развернула один, открывая коробку с булочками, а следом достала итальянскую лапшу и воду в бутылке. — Меня, если честно, растили, как мальчика до четырнадцати лет, — тихо признаётся Рейчел. Никто не был в это посвящен, даже её друзья не пробовали почитать информацию об интерсексах. — У меня часть синдрома, как у Косси и CIS вариация, поэтому при рождении родители провели операцию. Хирурги подогнали меня под правильное мужское состояние, чтобы андроген выделялся, когда стану подростком. Но в тринадцать все равно не было растительности на лице, и грудь начала расти. Они опять забили тревогу, деньги были, и они готовы были посадить меня на гормоны. Но не принуждали и дали выбрать, так что Ричард стал Рейчел. Спасибо им за это. Я даже детей могу иметь. — Я думаю, что они хотели, как лучше, — открывает глаза Кассиа. — Кажется, они у тебя чудесные люди. — Да, — улыбается Рейчел. Она поджимает губу, чтобы с языка не сорвался вопрос про родителей. Была ли девушка в системе с рождения или что-то произошло? Она мотает головой. — Я поставлю чайник, тебе нужно что-нибудь сладкое и горячее. Вот, пока попей воды, чтобы обезвоживания не было. Она протягивает ей на колени бутылку воды и уходит на кухню. В шкафчике на верхней полке стоит три вида чая, она достаёт чёрный и с удовольствием насыпает во фрэнч пресс. Кассии должно понравиться. В мысли быстро лезет то, что у них складывается приятное общение. Лишь бы оно не пропало через несколько часов. У неё есть друзья, но… Это будто совсем другое. Касс не из её круга, бедная, простая, побитая жизнью. У неё другой взгляд на мир и его интересно слушать. Конечно, решение в этом останется за Касс: если девушка захочет общения, она с лёгкостью пойдёт ей навстречу. В гостиную обратно возвращается через несколько минут, с приятным ароматом из двух кружек. Касс её похоже не ждёт. Рейчел улыбается, ставит поднос на столик и мягко проводит рукой по лбу спящей девушки. Жара нет, тихо сопит с приятной улыбкой на лице. Она качает головой и снова берется за чертежи. Карандаш легко скользит по бумаге. // На следующий день Рейчел просыпается от мягкого сжатия её плеча. Она поворачивает голову и сонно смотрит на взъерошенную Кассию, вздыхает. Если будильник не прозвенел, значит ещё рано. — Птенчик, чего не спишь? — она приподнимается. — Сколько времени, боже? — Извини, что разбудила, но можно я пойду? — спрашивает Касс таким голосом, будто она её силками держит. — У тебя просто дверь не захлопывается. Рейчел проводит рукой по лицу. — Ты уверена, что это хорошая идея? Ты вчера едва на ногах-то стояла, — сомнительно протягивает она. Выгибает одну бровь. — Ты позавтракала хотя бы? — Я не стала ничего трогать, — тихо отвечает Касс. Она неловко улыбается. — Ну, в смысле, я кое-что приготовила тебе, но не трогала ничего сама. Всё нормально. Я сейчас к себе в комнату, а потом в институт, у меня семинар в десять. — Так, — строго ставит свою точку Рейчел. Поднимается в сидячее положение и быстро хватает её за руку, пока не убежала. — Пошли на кухню. Вместе позавтракаем, попробуем найти тебе вещи получше, и я отвезу тебя до института. — Рейчел, ты итак много для меня сделала, — протестует Кассиа. Рейчел сжимает её ладонь, от себя не отпускает. — Я — я не уверена, что смогу тебя отблагодарить. Ах, так вот в чем проблема. — Ты дурная? — спрашивает Рейчел. Буквально возмущается её мыслям. — Ты тут, как моя знакомая, ясно? Мне ничего от тебя не нужно. Если мне будет надо, я лучше пойду в бар и познакомлюсь там с кем-нибудь, и там же с ними пересплю. Я не вожу к себе кого попало. И уж тем более не спасаю маленьких дурочек среди ночи, чтобы сделать их обязанными спать со мной. На глазах у Касс появляются слезы, и Рейчел чувствует странный порыв в сердце. Она игнорирует любые признаки привязанности. На душе становится паршиво. Ещё толком не встала, а уже ругается с ней перед началом дня. Осадок оседает, как камень в океане. — Я знаю твоё отношение ко мне, — резко отвечает Касс, голос упрямый, твёрдый. Прикрывает себя своими ангельскими крылышками в защите. — Я вообще не об этом, мне действительно нечего дать тебе взамен. — Мне и не надо, — рычит Рейчел. — Так не бывает, — грустно отвечает Касс. — Бывает, — стоит на своём Рейчел. Руку её не отпускает. Смотрит на сжатые пальцы под своей ладонью, смягчается. — Пока ты не усложняешь, так бывает. Не всегда все об обмене. Есть просто вещи, которые ты делаешь. — Вот так просто? — Касс шмыгает носом, глаза отпускает в пол. — Да, птенчик, так просто. — Руку отпускает. — Пойдём, посмотрим, что ты там сделала. Рейчел выходит из комнаты и идёт на кухню, отмечая, как приятно пахнет сладким детством, праздником, и нежностью масла. На столе стоит целая тарелка золотистых блинов с вкусной рожицей по середине. Улыбка растёт на губах. Она включает кофеварку и добавляет туда молока. — Ты будешь? — спрашивает Рейчел, через плечо поглядывая на усталое лицо девушки. Ей бы никуда не идти сегодня тоже. — Нет, — мотает Касс головой. Светлые кончики волос элегантно двигаются ниже груди. — Чай? — Нет, спасибо, Рейчел, я не хочу, — она выдавливает улыбку. — Что происходит? — замечает Рейчел, у неё чувствительность ко лжи. Первую бывшую подловила моментально. Изменить ей и не раскрыть себя почти нереально. Она бы пошла работать в полицию, если бы ей не отказали по здоровью, точнее из-за наличия пениса. Кассиа вздыхает. — Меня тошнит, — признаёт, честно смотрит в глаза. — Я тебе приготовила, но от запаха буквально голову кружит. — И куда ты тогда собралась сегодня? — Рейчел наливает стакан воды и ставит перед ней. — Методон оставляет глубокие последствия на желудке, а у тебя передоз был. Побереги себя, птенец. Тебя никто не выгонит, если ты один раз не сходишь на занятия. — Ты в интернете почитала? — игнорирует её Кассиа. — А ты? — не остаётся в долгу Рейчел. Откуда столько информации об интерсексах, если только она не читала специально. Судя по взгляду Касс, она поняла к чему вопрос. — Мне было интересно, я же изучаю и генетику и биологию, так что немного углубилась после той ночи, — пожимает плечами Касс, раскрывая в глазах приятное озорство, за которое можно простить любой поступок. Лицо мягкое, довольное. — Хорошо, — смеётся Рейчел. — Но, Касс, серьёзно, оставайся, никому не станет лучше, если ты упадёшь в обморок и сотрясёшь свою умную голову. Я возьму ноутбук, посмотрим какие-нибудь фильмы, в конце концов, у меня отгул. Как тебе? Кассиа долго сидит с задумчивым лицом, пока внезапно его не украшает красивая улыбка, которую она сдержать не в силах. Рейчел ловит себя на том, что сияет в ответ. Будто детское бунтарство в груди против всего мира. — Да, ладно, думаю, что ты права, — кивает Касс. — Завтра спрошу у профессоров, что было на лекциях. Думаю, что все возможно пройти самостоятельно. — Взрослое решение, — подмигивает ей Рейчел. Она берет кружку с кофе и садится напротив, на столе стоит клубничный сироп и чистая тарелка. Кладёт себе один блинчик и несдержанно пробует на вкус. — Ох, это прекрасно. Очень вкусно, правда. Ты сама научилась так их готовить? Кассиа аккуратно пьёт воду. Облизывает губы. — Ещё я работала официанткой до встречи и во время встречи с тобой, — объясняет она. Рейчел замечает, что она будто осунулась за ночь. Это не есть хорошо. — Утром бывало очень мало народу, и мы помогали на кухне, кто-то коктейли фруктовые делал, кто-то смесь для блинчиков. Кто-то бекон жарил. Расслабленная атмосфера, вроде все заняты, и в тоже время свободны. Так вот один из поваров показал, как лучше делать блинчики. В детдоме-то их не поешь, мне и не было известно, как их замешивать или правильно переворачивать. Правда, вкусно? У меня не было случая приготовить кому-то. — Клянусь, готова пальчики облизать, — улыбается Рейчел. Добавляет джема на тарелку, смеясь про себя с преследующих их клубничных вкусов. — Кстати, врач тебе оставил чёрный уголь. Пить или нет, тебе решать. Если воспользуешься, скорее всего, займёшь мою ванну снова на целый день. Она хихикает. — О, нет, — в ужасе отвечает Кассиа. — У меня итак ощущение, что мне разодрали горло. Я лучше потерплю. Чуть попозже выпью сладкого чаю, обещаю. Рейчел кивает. Хоть так. // После завтрака Рейчел уходит в душ, оставляя девушку одну бродить по лофту. Дома особо заняться нечем, но Кассиа находит её книжную полку в кабинете довольно интересным объектом для изучения. Она всматривается в каждый переплёт так, будто он хранит тайны. Бережно проводит пальцами по названиям и оставленным чертежам. Бывшая постоянно бывала у неё, но никогда не интересовалась, как ни странно, чем она зарабатывает на её дорогие платья. — Всё это очень кропотливая работа, Рейчел, — говорит Кассиа, рассматривая наброски на рабочем столе, буквально вторгается в личное пространство и видит больше, чем положено. Но Рейчел не чувствует, что это нужно пресечь. Кем она будет, если отнесется резко и холодно, после того, как сама оставила её? — Спасибо за возможность увидеть подобное. Мне всегда было интересно, как выглядит процесс работы над каким-либо зданием. — Это малая часть, — отвечает Рейчел, подходит ближе к ней, вглядываясь в проект парка, который они разрабатывали вместе с Майклом. — Набросок становится основой для совместной работы архитектора и инженеров и заказчика. Потом идею преображают под все три мнения, и только после начинается настоящая пляска с бумагами и эскизами поэтажной планировки. Самая нудная часть, конечно же, это документы. — Покажешь мне что-то, что ты уже довела до конца? — спрашивает Кассиа, Рейчел опускает взгляд на её руки. Они обе стоят возле стола, но девушка, очевидно, делает это специально, чтобы держаться. Пальцы вокруг бордового дерева напряжены. — Конечно, если тебе действительно интересно, — Рейчел позволяет себе положить руку ей на спину, попридержать, а другой подкатывает кожаное кресло к Кассии. — Не надо так делать. Кто тебе сказал, что терпеть нормально? Ты свои силы только тратишь. Кассиа садится. — Я… Ты не так правильно поняла, всё было хорошо, просто вдруг резко поплохело, — оправдывается Касс. — Покажи мне, мне любопытно. — А ещё идти куда-то сегодня хотела, — фыркает Рейчел, открывая крышку ноутбука на столе. Она находит несколько фотографий своих прошлых проектов и с гордостью показывает их девушке. — Мой первый жилой дом, о, а это — центр молодёжи в Ричмонде. Гараж-стоянка, школа и садик. Последние два построены в Ванкувере. — Потрясающе, — выдохнула Кассиа и Рейчел ей в этот момент искренне верила. — Ты большая молодец, похоже, ты многого достигла за несколько лет. Рейчел хмыкает, поворачивается и смотрит в окно позади них. Поясницей касается края стола. Руки скрещивает на груди, закрываясь от её слов. — Это не так, птенчик, — качает головой она. — Эти проекты лишь малая доля в этой сфере, понимаешь? А мне бы работать на мировом уровне, возможно, выиграть какой-то тендер. Хочу создать настоящий проект, который получит должное внимание. — Просто продолжай работать над собой, — мягко подбадривает Кассиа, сидит к ней в полоборота, смотрит снизу вверх. Ногами болтает по полу. — Ищи любую возможность реализовать себя, разве не так этот мир работает? — Да, именно так, просто когда была возможность, мне пришлось вести другой проект, и поезд уехал, — цыкает Рейчел, вспоминая, что вообще-то у неё был выбор. Но она купила лофт и хотела полностью заплатить за него в тот момент. А за попытку участия в конкурсе ей не платили. Деньги часто оказывают на неё влияние. Звучит, как отговорка. — Неважно, — пожимает плечами. — Что смотреть будем? — А что ты обычно смотришь? — возвращает ей в ответ Кассиа. — Ничего, времени обычно нет, работа, клубы, бар, ну ты знаешь, — Рейчел жестикулирует рукой. — Всякое. Потом я отсыпаюсь дома и снова иду на работу. Какой замкнутый круг. До этого Рейчел это не замечала, но в разговоре резко переоценила свой типичный порядок. Надо бы как-то разнообразить. — Я телевизор только если, — задумчиво протягивает Касс. — Выбираю либо приключения, либо боевики. Но когда время есть свободное, а так часто в библиотеке читаю. — Книжный червь, — хмыкает Рейчел. Она не хотела обижать своими словами, но судя по опущенному взгляду — у неё это получилось. — Зачем ты вообще пошла на эту тупую вечеринку? Я не понимаю. Аманда тебя явно кинула. — Поэтому и пошла, — огрызается Касс, напыщенно скрестив руки на груди. — Из-за Аманды? — неловко спрашивает Рейчел, не понимая реакции. В голове появились тревожные звоночки. — Она тебе нравится? Кто она, соседка? Ты типа хотела грязного секса на вечеринке? А просто ты не могла её позвать посидеть в кафе? — Нет, — прерывает её Касс, лицо недовольное, брови нахмурены. — Точнее… Да, она прикольная, но я пошла туда не из-за неё. И Господи, я после тебя больше ни с кем не была с тех пор, я не хочу быстрого секса на стороне. Хватит так думать. Рейчел чувствует странное спокойствие от нового факта в её жизни. Это не её дело с кем она спит. Но в груди, будто волны улеглись на песок и больше не поднимались. Она прикусила губу, сдерживая гордую ухмылку. — Так что тогда? — допрашивает, идёт до конца. — Расслабиться. — Ты мне врёшь, — резко замечает Рейчел. Кассиа соединяет пальцы в замок на коленях. Поза беззащитная, уязвимая, плечи немного сгорблены. Щеки алеют на глазах. — Они говорят, что я библиотечный робот, и что я сплю с библиотекарем, — смущённо произносит она, голос тонкий, ниже обычного. Рейчел прыскает от смеха. — Извини, но серьёзно? Кто спит с библиотекарями? И это тот чудаковатый мужчина, который шмыгает носом? Он все ещё работает там? Я бы никогда в жизни к нему не подошла даже чтобы обнять. — Да, он ещё гнусавит и бормочет что-то себе под нос, — улыбается Кассиа. — Я бы точно никогда к нему по собственному желанию не подошла, вся жертва только ради книжек. — Ох, Касс, — удивляется ей Рейчел, руку тепло кладёт ей на плечо. — Они пытались тебя достать и достали. Не думаю, что эта история теперь тебя обойдёт стороной. — Я просто хотела показать, что тоже могу развлекаться, — вздыхает Кассиа. Кладёт свою ладонь поверх её руки, благодарно сжимает. Смотрит чётко в глаза. — Спасибо, что вытащила меня оттуда. — Ты меня правда напугала, — сознается Рейчел, смотрит в глубокие винные глаза. Оттенок такой завораживающий. Холодный и тёплый одновременно, она никогда не встречала ничего подобного. Радужка, словно поляна фиалок и винограда. Это как тонуть в нежности. — Я постараюсь больше так не делать, — улыбается Кассиа, руку испугано убирает. — Попробую поверить. На коже, словно ожог от прикосновения. Он – приятный. // Рейчел вздрагивает, когда Майкл входит в её кабинет без стука. Таких смельчаков в архитектурном бюро лишь двое: босс, и её секретарь. Но обычно Мелисса всегда предупреждает, если он в поле зрения. — Извини, твоя секретарша видимо отошла куда-то, — говорит Майкл, когда проводит пальцами по своим не аккуратным каштановым волосам. Сегодня он в чёрном костюме, но пиджак расстегнут. Живот мешает. Она ему ещё давно говорила, что пора начать ходить в зал, а не есть чипсы в спортбаре. — Если кратко, я здесь, чтобы ты помогла мне с одним из замечаний по парку. Он кладёт синюю папку на стол. — Я только что отправил тебе письмо, там объяснил все требования. В папке наброски возможных вариантов, поэтому посмотри, как будет время, хочу, чтобы ты сказала мне свое мнение. — Это все по той же концертной площадке они замарачиваются? Серьёзно, её ещё столько раз разберут и пересоберут, что не это главное. Лучше бы сосредоточились на странном желании сделать сквер из стали. Я почему-то уверена, что летом люди им спасибо не скажут. — Я с тобой согласен, ты знаешь это, но желание заказчика — закон, — строго добавляет Майкл. Рядом с синей папкой кладет вторую. — И вот ещё… Джон, кажется, облажался вместе с инженерами при планировке. Центр, который они начали строить - слегка перекосило, съезди, посмотри, может, сможешь помочь им решить проблему. Рейчел собирается не совсем вежливо возмутиться, но на телефоне загорается экран с сообщением и она на секунду отвлекается в его сторону. Внутри буквально взрывается лавина, разливаясь теплом по костям и коже. [Рейчел в 10:04] Я подумала, раз уж ты ещё нигде так и не была в Торонто. Не хочешь сходить со мной в королевский музей? Начнём освоение города с эстетики. [Кассиа в 15:36] Извини, у меня были две лабораторные сегодня подряд, не могла ответить. Я с удовольствием. — Вот это да, ты улыбаешься, ого, — комментирует Майкл. Рейчел поднимает на него взгляд. — У тебя появилась новая девушка, и ты мне ничего не сказала. Я собираюсь обидеться. — Что? — ахает Рейчел. Возмущается, фыркая от нелепости его слов. — Нет, у меня нет никого после Стейси, я все ещё в поиске. Это девочка с той ночи, я тебе о ней рассказывала. — А, я понял, свидание? — задумчиво протягивает он. Мужчины иногда могут быть такими тупыми. Рейчел хмыкает. — Нет, — резче, чем следует, отвечает она. — Я с ней в строго-платоническом плане. Она меня младше на восемь лет, о чем ты вообще? Это просто… дружеская встреча. Никто со мной не хотел до этого идти в музеи. — Потому что никто не ходит в музеи, Рейчел, — закатывает глаза Майкл. — Звучит как бы все это безумно странно, смекаешь? Ты со шлюхой в музей идёшь — Он прыскает со смеху, и Рейчел вскакивает с места, сжимая руки на столе. Жуткая неприязнь спускается к животу, окутывает её тьмой и отвращением. Она выпрямляет плечи. — Она не шлюха, — рычит. Майкл затихает. Понял — облажался. — Извини, — он смиренно выставляет руки вперёд. Но его ухмылка говорит об обратном, толща цинизма и надменности царит на его лице. Рейчел впервые желает выгнать его из кабинета. — Картер, давай будем честными, ладно? Бывших шлюх не бывает. В любой непонятной ситуации они пойдут снова зарабатывать своей киской, это их природа. И дело даже не в том, что другого способа нет, а в том, что проституция — это болото, в котором тонут, наступив уже один раз. Все, и шлюхи, и клиенты. Рейчел сжимает челюсть. — По себе судишь? — резко уточняет она. — А что у тебя нет желания снова попробовать? — удивляется он, искреннее забавляясь их разговором. Майкл садится в кресло напротив стола. — Я не верю, что ты её больше не хочешь. Или… что ты больше не думаешь снять кого-то снова. — Нет, — мотает головой Рейчел, идёт к полке слева от стола, чтобы выпить воды. Если бы не работа, она бы позволила себе пропустить стаканчик виски. Так… для расслабления. — Я порвала со Стейси, у меня давно не было секса. И мне нужно было что-то грубое, не одна девочка в клубе бы не пошла на это. Да и потом, мне не нужен ВИЧ от случайного перепиха. Лучше заплатить проститутке побольше, но знать, что ты в безопасности. Я кстати проверилась на всякий случай. — Что испугалась, что твой дружок отсохнет? — смеётся Майкл. Рейчел закатывает глаза, когда пьёт воду. — Ладно, я тоже так делал, чтобы своей ничего не передать, у меня всё-таки есть совесть. — Это ужасно, Майкл, — недовольно хмурится Рейчел. — Ты гуляешь за спиной у жены, а в отличие от тебя свободна. Но даже когда я была в отношениях со Стейси, я никогда не смотрела налево. Это не так сложно подержать себя в узде. — Твоя Стейси не рожала ребёнка, и твоя бывшая не пилила тебе мозг тем, что ты поздно возвращаешься. Женщина, что с тобой? Ты живёшь на мои деньги! Дай вздохнуть хоть немного, — возмутился Майкл, видимо окунаясь в воспоминания о ссорах со своей женой. — Она тебя любит, брось, — фыркает Рейчел. Они хорошая пара, чтобы он порой не говорил о своей жене. — Или почему ты тогда женился на ней? — Видишь? — жестикулирует Майкл. — В этом смысл! Я к ней всегда возвращаюсь, я думаю, она догадывается. Но куча цветов и совместный отпуск всегда исправляют отношения. Я в шоколаде и она тоже, у нас идиллия. Погулял — вернулся. Тем более, она родила мне такую прекрасную дочку. — Это не моё дело, честно слово, я не понимаю, зачем мы это обсуждаем? — немного сконфужено посмотрела она на него. — Ты просто неверен в отношениях, но это не делает всех девушек лёгкого поведения навсегда такими же, как ты. — Она, может быть, это подстроила, не думаешь? — вдруг выдаёт Майкл. Рейчел приподнимает брови. — Майкл, она чуть не умерла у меня на руках, думай, что говоришь, — злиться, опять внутри поднимаются эмоции. Рвотное чувство застывает в горле стоит ей вспомнить события той ночи. Иногда она видит кошмары, в которых не успевает приехать, тело под ней холодное и неподвижное. А глаза — камень, почернели, потеряв цвет жизни. — Не неси чепухи. — Вот увидишь, ещё денег у тебя попросит, я не верю, что девушки, как она внезапно становятся ангелами с невинными крыльями, — Майкл хлопает руками по коленям и встаёт. — Ладно, пойду я. Можем посидеть, выпить в конце недели, когда наиграешься в дружбу со своей куклой и закончишь рассматривать экспонаты. Попробуем найти тебе кого-то нормального. Он разворачивается и с усмешкой выходит из кабинета, Рейчел поднимает телефон со стола и смотрит в сообщения, которые ей прислала Кассиа. Архитекторы — строители, как счастья, так и уюта. У них нет понятия нормального, мир в их глазах требует определённого преображения, поправок, углов и инноваций. Они привносят новшество, начиная с простого. [Рейчел в 15:55] Пойдём в эти выходные? И постепенно прорисовывают красивые формы.