ВЫ ИМЕЕТЕ ПРАВО ХРАНИТЬ МОЛЧАНИЕ

      Хилл задумчиво водил карандашом по бумаге. С момента внедрения Мэй в ряды прихожан, прошло всего пару дней, но он, как и все остальные, чувствовал эту вязкую атмосферу тревожного ожидания. Работа шла своим ходом, он, Тесс и Кинг, который хватался за любую зацепку, словно утопающий в надежде поскорее поймать убийцу и закончить работу Паркер под прикрытием, опросили почти всех по списку Хантер, но пока безуспешно.       Мэй поддерживая легенду бывшей наркоманки, вышедшей из абьюзивных отношений, работала на полставки в небольшом цветочном магазине и снимала крохотную коморку через пару домов от церкви. Посещала службы и ежедневно, словно по часам, присылала отчет. Бывало, она и Тесс часами, до поздней ночи, обсуждали по телефону того или иного человека из числа многочисленной паствы, пока трубку не забирал Кинг и не уходил с ней в свой кабинет. Возвращался всегда нескоро и с таким непередаваемым выражением лица, что полчаса минимум никто не рисковал даже заговорить с ним на нейтральные темы. Ночи Дейв проводил в машине у нового места жительства Мэй, карауля маньяка и лелея надежды свернуть тому шею, да поскорее. Само собой, все происходящее не прибавило ему общительности и позитивности.       Тесс, словно чувствуя вину перед ним и Мэй, работала не поднимая головы, взгляд ее красивых глаз все чаще был отрешенным, будто она давно уже существует вне этой реальности. Один только Роб пытался сохранить разум холодным, но как неумело… Он устал. Не сколько физически, сколько морально был измотан тем, что его чувства к Тесс были безответны. Врать самому себе надоело довольно быстро, но что делать с новым знанием и чувствами, он пока не знал.       Видя, как коллеги потихоньку разбредаются по домам, Хилл встал, но не пошел за ними. Вместо этого он поднялся этажом выше и направился к кабинету Тесс. Роб замер в дверях, стараясь продлить секунды, пока девушка его не заметила. Хотя она, судя по всему, вообще не замечала ничего вокруг. Стянув волосы в узел и зафиксировав их двумя карандашами, Тесс сидела за столом, подобрав ноги и уперев подбородок в колени. Нервно постукивая пальчиками одной руки по столу, другой она быстро вносила какие-то заметки в свой ежедневник. Туфли лежали в стороне, и их вид вызвал у Хилла воспоминания о ночи, проведенной вместе. Правда, в тот вечер на полу было гораздо больше предметов гардероба. Легонько коснувшись костяшками пальцев двери, Роб извиняюще улыбнулся, когда Тесс вскинула голову и тут же выпрямилась в кресле. — Извини, продолжай. — Что случилось? — она сразу как-то напряглась, в глазах появилась настороженность и ожидание. — Новая жертва? — Эм, нет… — Что-то с Мэй? Есть подвижки в слежке? — На самом деле, я просто зашел узнать, не нужно ли тебе чего? — Чего, например? — удивилась Тесс, изогнув брови.       Хилл обожал, когда она так делала, особенно вкупе с прикусыванием нижней губы. Дааа, как сейчас… — Ну, я не знаю. Может, разобрать отчетность. Отсортировать там… просмотреть профили… — Этим занимается Шон, и тебе будет сложно разобраться в тонкостях нашей работы… — Как изящно ты завуалировала нежелание доверять мне свои исследования, — хмыкнул Роб. — Это не так, — мягко упрекнула она, но улыбнулась. — Исследованиями я поделюсь с удовольствием, когда буду представлять картину в целом. Она пока весьма и весьма размыта. Пусть я и заверила Кинга, что уверена в предоставленном мною профиле убийцы, всегда есть вероятность, что была допущена ошибка. Мне следует быть готовой к подобному исходу и предложить запасные варианты. Либо, вновь подтвердить этот. — Ну, не знаю, может, обсудим тогда наши дальнейшие действия. — Роб, что происходит? — Хантер встала из-за стола и, сложив руки на груди, требовательно посмотрела на детектива.       Он молчал, не зная, как справится с волнением и чувствами, что испытывал к ней. Тесс была очень красивой, но влекло не это… казалось, девушка была создана для него лично. Жаль, что он не понял этого сразу. Вернее, где-то глубоко внутри, наверное, понял, вот только… — Ясно, — с горечью констатировала девушка, явно приняв его молчание за очередное проявление малодушия. — Ты не мог бы оставить меня одну? Я хотела еще поработать в спокойной обстановке… — Я испугался!       Тесс замолчала, ошеломленно моргнув. Решив ковать железо, пока она еще не пришла в себя, Хилл шагнул вперед и, осмелев настолько, что сжал ладонями ее лицо, прошептал: — Испугался и, одновременно, чертовски рад, что это Мэй, а не ты, сейчас находится под смертельной угрозой. Мне не стыдно, что это Дейв, а не я, сейчас не может ни спать, ни есть, боясь упустить момент и подвергнуть дорогого человека опасности…       Тесс судорожно вздохнула, но продолжала стоять и слушать. — Я до усрачки испугался, что была допущена даже мысль о том, что этот ублюдок будет рассматривать в качестве жертвы ТЕБЯ! Я обожаю того репортеришку, который тогда сфотал нас на месте преступления и слил фото в газету. Мне просто нужно было прийти и увидеть тебя. Убедиться, что ты в порядке. Ничего больше! — Я в порядке… — прошептала Хантер.       Роб подался вперед и впился жадным поцелуем в такие манящие, желанные, мягкие губы Тесс. С той ночи не было ни дня, чтобы он не думал об их вкусе… Девушка обвила его шею руками и ответила. Не оттолкнула, не влепила пощечину, не послала к чертям. Тесс целовала его, прижимаясь ближе, закрыв от удовольствия глаза. Когда Хилл одним рывком усадил ее на стол, раздвинув ноги и встав между ними, она лишь обвила его ими и потерлась о довольно выразительно выпирающую область джинсов.       Не сопротивлялась она и тогда, когда Роб стащил с ее плеч свитер и начал покрывать поцелуями шею, ключицы, грудь, лаская сквозь тонкое кружево белья. Хантер лишь откинулась чуть назад, позволяя ему целовать ее тело и дразня его движениями своих бедер. Хилл совершенно потерял контроль. Ухватив девушку за попку и сжав упругие ягодицы ладонями, Роб с глухим стоном прижал ее промежность к своей, давая понять, как сильно он хочет оказаться внутри. Карандаши из ее волос с дробным стуком покатились по столу, когда Хилл отшвырнул их, погрузив ладонь в роскошную, ароматно пахнущую копну кудрей. — Вотжчерт…       Тесс оттолкнула от себя детектива так стремительно, что Хилл чуть не потерял равновесие. В ярости обернувшись, он увидел стоящего в дверях Шона и хрупкую молодую девушку с красивыми зелеными глазами. Оба были насмерть перепуганы и сконфуженно отводили взгляды. — Какого хрена? — расстроенно выпалил Роб.       Тесс, с пунцовым от стыда лицом, пыталась привести одежду в порядок. Хиллу казалось, что еще секунда и она расплачется. — Я… мы ужинали у родителей Гвен… и я… мы подумали, что ты голодная. Решили завезти ужин… ты ведь тут с самого утра, и неизвестно, сколько бы еще просидела… — тараторил Шон.       Гвен тянула его за рукав в коридор, извиняюще косясь на Роба. — Спасибо, Шон. Но я как раз уходила…       Схватив с пола туфли, Хантер босиком выскочила за дверь, оставив остальных в неловкой растерянности. — Ну и че, блять, теперь? — спросил Роб. — По вашим психологическим меркам мне стоит ее догонять? — Не знаю, как со стороны психологии, но, если она тебе дорога, я не понимаю, почему ты все еще здесь? — ответила за двоих Гвен.       Хилл выбежал в коридор, но, само собой, Тесс уже и след простыл. Растерянно замерев, Роб пытался проанализировать и угадать ее дальнейшие шаги. — Извини, детектив. Я слажал.       Обернувшись к грустному Шону, Хилл лишь махнул рукой: — Я сам изначально все усложнил. Не знаю даже, с чего вдруг сегодня она дала мне шанс до нее даже дотронуться… — Наверное, потому что хотела. Всегда. Просто до этого боялась разочарования… — Я все исправлю! — решительно тряхнул головой Роб, сердце которого зашлось рваным ритмом, как только появилась надежда на взаимность. — Пора поговорить.

***

— Тесс, я знаю, что ты дома. Твоя тачка у входа. Это ребячество! Прошу, открой!       Хилл прислонился лбом к двери ее квартиры и прикрыл глаза. Идиотская, абсурдная ситуация, но все внутренности плавились, стоило ему вспомнить все, что происходило до того момента, пока не пришли Шон с невестой. — Я буду спать на коврике у твоей двери, — проорал Роб. — Рано или поздно, но тебе придется выйти. Хотя бы вынести мусор! Ты слишком воспитанная, чтобы выкидывать его в окно. И район тут приличный.       Через минуту в замке заскрежетал ключ, и в образовавшемся проеме появилось заплаканное лицо Тесс. — Уходи, пожалуйста. — Давай поговорим, — Роб нахмурился. — Слушай, если ты из-за того, что нас застукали, уверен… — Нет. Дело не в Шоне и Гвен. Дело в том, что я идиотка и в очередной раз поддалась эмоциям. Не думаю головой, иду на поводу у чувств, а затем жалею и чувствую себя гадко и… и мерзко. Уходи! — С места не сдвинусь! Вот, блять, попробуй меня выгони! Не оставлю тебя в таком состоянии! Ты это… пусти переночевать! — Что? — Тесс даже забылась на пару секунд, переваривая услышанное. — Ты издеваешься? — Меня в гостиницу не пустят. Поздно уже. — Ты живешь в гостинице? — Ага. Правила там просто жуткие, но зато хороший кофе на завтрак. — Что это за гостиница, в которую не пускают постояльцев в номера после полуночи. — Моя гостиница. Именно так там и поступают со всеми, кто имел наглость опоздать. Пустишь? У тебя ведь есть диван? — Это наглая и совершенно идиотская ложь! — возмутилась девушка. — За дуру меня держишь?! — Нет, но я не уйду отсюда, пока не увижу, что ты в порядке. Вдруг ты вилкой вены вскроешь! — Почему вилкой? — невольно рассмеялась она. — А я не рассказывал? Был у меня случай… Тема как раз для ночных посиделок профайлера и детектива. — Не рассчитывай, что я поведусь в третий раз… — Пальцем тебя не трону, если сама не попросишь. Клянусь. Просто побуду рядом. — Роб… — Тесс, пожалуйста! Я не самый лучший человек и поступил гадко по отношению к тебе, но… сейчас, будь у меня шанс, исправил бы многое, и… мне страшно. Правда. Очень страшно, что ты здесь. Одна. Если ты меня отошьешь, буду спать в машине у твоего подъезда. Решай. — Ты ведь понимаешь, что не оставляешь мне выбора, да? — Ну, по крайней мере, я очень сильно надеюсь на это. — Хорошо, входи… — Тесс отступила в сторону, и Хилл, стараясь держать лицо и не завопить от радости, вошел внутрь. — Проходи в гостиную. Я принесу тебе смену белья и полотенца. — А вещи можно постирать? — Ты серьезно? — возмутилась Хантер. — Вполне. Я провонял смертями и сигаретами. — И я точно не выгоню тебя голым, да? — Очень провонял. Очень. Я еще потел в процессе. Иногда. — Хорошо, — сдалась Тесс, невольно улыбнувшись. — Душ прямо по коридору. Со стиральной машинкой разберешься. Я иду спать. — Отлично! Договорились. Спасибо, что впустила. — Будто выбор был, — цокнула языком она и скрылась в спальне.       Завершив все манипуляции с одеждой и приняв обжигающе горячий душ, Хилл настроил режим стирки, последующей сушки и тихо вышел из ванной. Прислушавшись, прошел до двери и подергал ручки, проверил замки. Войдя в гостиную, улыбнулся, увидев аккуратно застеленный диван. С наслаждением вытянувшись и укутавшись пледом, Роб с облегчением вздохнул и закрыл глаза. — Все в порядке?       Детектив повернул голову и улыбнулся стоящей в коридоре Тесс. — Более чем. Спасибо. А как ты? — Все еще мучительно стыдно, но почему-то спокойнее, зная, что в доме я не одна. — Я рад, что могу быть полезным. Все хорошо. Поспи. — Да, хорошо. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Тесс.