Золушка и Фея Крёстная

«Скучнее некуда…»

Башня Мстителей

      Сегодняшнее утро ничем не отличалось от обычных дней в башне Мстителей. Всемирные герои отдыхали сегодня, в принципе, как и обычные люди в свой законный выходной. Пусть для Мстителей выходные были слишком волнительными или даже опасными, сегодня выдался как раз первый нормальный день для отдыха на полную катушку.       Тони Старк как обычно колдовал что-то у себя в мастерской. То ли это был новый костюм, то ли какое-то новое гиперзвуковое оружие. Или это был… да, это был щит капитана Америки. Что с ним случилось? Погнули в одной из битв с Альтроном.       — Пятница, выкрути температуру печи на триста градусов и уменьши время кипения. Нам ведь не нужно, чтобы Кэповский щит был сделан наполовину из вибраниума, наполовину из обычного сплава железа! — Старк поправил массивные очки, которые закрывали глаза и спереди и по бокам. Так как миссия была не из лёгких, Тони не хотел «сгореть» на работе. — Да, сэр, — искусственный интеллект незамедлительно выполнил задачу так называемого хозяина, сразу переведя внимание на уборку в другом конце мастерской. В одной стороне у Старка порядок, в другой, как водится — хаос. Над которым он после обработки вершит суд. Или на котором, если Пятница облажается. — Что там у нас с моим новым костюмом? — Точнее старым, сэр. — Так, а ну не умничай! Кто тут из нас человек? Ты или я? — Тони искривил лицо в комичной гримасе, смотря в сторону своего компьютера. — Вы, сэр… — Вот и помалкивай! — притворно писклявым голосом ответил Старк, подходя к столу.       На огромном столе лежал не менее огромный красно-золотой костюм Железного человека, который не так давно вывел в свет такого прекрасного гения, миллиардера… и так далее по сценарию.       — Пятница, как поживает сталь для нового щита? — Прекрасно, сэр, не жалуется. — С чувством юмора у тебя не очень. Стоит внести кое-какие поправки в твою программу и… — Я стараюсь подражать вам, — перебила Пятница. — Не стоит, — продолжил Тони. — Ты искусственный интеллект, самосовершенствование это не твоя прерогатива. Ещё одного Альтрона мне на голову не хватало… Лучше следи за сталью и заготовкой для щита, — Тони поправил очки, параллельно вытирая пот с лица. — Этот щит так важен, сэр? — Как ты думаешь, без щита, чем капитан Америка будет прикрывать свою голую задницу? — На сколько я знаю, капитан Америка и без щита имеет немалую силу. — Немалую задницу он имеет! — усмехнулся Тони, глядя на огромную печь в углу. — Плохо знаешь! Не отвлекайся…       Всё это, конечно, хорошо. Тони как всегда в делах, Пятница по уши в работе, пусть ушей у искусственного интеллекта и нет, но всё-таки образно можно выразиться и так. Но, кто управлять компанией будет? Если пустить всё на самотёк? Мне кажется, что ничего хорошего явно не выйдет. В первый же день что-нибудь или кого-нибудь взорвут, а дальше… поминай как звали. Компанию, конечно же. А вообще ею управляла Пеппер, пока что формально, ведь Тони всё никак не мог решиться попросить её встать на пост гендиректора… А, вот и она собственной персоной — железная леди, дама сердца Железного человека и вообще прекрасная девушка:       — Тони! — О! Пэппер, ты как раз вовремя, — Старк отвлёкся от костюма, оставляя очки на столе. Неспеша подошёл к Пеппер. — Мне кое-что нужно подписать. То есть тебе нужно. — Ты ведь умница, да? Умница, — он похлопал её по хрупкому плечу. — Ты умеешь подделывать мою подпись, в чём проблема? — Тут не только подпись… — Теперь на документах нужно отпечаток пальца оставлять, или образец слюны для достоверности? — Не совсем так, Тони. Ты сам просил. Впредь на этих бумажках не только подпись владельца, но и отпечаток пальца… — Пеппер взглянула на Тони, который в этот момент точь-в-точь повторял движения её рук. — Это всё серьёзно. Ты ведь взрослый человек, хватит дурачиться! — она медленно закатила глаза, расслабив руки, опуская их вдоль тела.       Пеппер сегодня явно не в настроении. Обычно она шутит вместе со своим боссом, но сегодня её что-то не устраивает. Может, началась та-самая-неделя, проходящая каждый месяц?       — Ох, Пэппер… Сегодня прекрасный день для того, чтобы наконец таки отдохнуть от всей этой сверхъестественной суеты и просто побыть людьми! Один чёртов день… — Эти люди не могут ждать, Тони, подпиши, оставь свой след и можешь вытягивать меня куда угодно, — аккуратно положив на стол небольшую кипу бумаг, сказала Пеппер. Она неспешно поправила свои рыжие волосы и Тони заметил, насколько же она уставшая. Но даже в свете ярких ламп, расставленных тут и там в мастерской Тони, Пеппер была первой красавицей. Несмотря на все синяки под глазами, не накрашенное лицо и уставший вид. — Ты у меня такая красивая… Ты ведь знала это? Я же тебе не раз говорил! —подходя к столу, на котором лежали документы, с улыбкой сказал Тони. — Я знаю. Подпиши, пожалуйста. — Есть, сэр! — он приставил левую руку к виску. Расписал своей подписью одну за другой бумажку и отдал ручку Пеппер. — Как ребёнок… — Что здесь ещё нужно сделать? — Прочти. Коротко: там говорится о том, что тебе нужно будет после того, как ты подпишешь это, приехать кое-куда для заключения контракта. — Эти бизнесмены слишком много о себе возомнили! — недовольно пробурчал Старк, глядя на бумажки. — Знаю, Тони. Они всё-таки хотят помочь тебе, и ты, будь добр, прими этот дружелюбный порыв с честью. — Как скажешь, Пэппер, — Старк расписал последний документ своей аккуратной, но очень большой подписью и, отложив бумаги, подошёл чуть ли не вплотную к Пэппер. — И так, я сделал то, что ты просила. Теперь мне нужны твои руки. — Что, прости? — Покажи свои руки, — мягко повторил Тони.       Пеппер вытянула вперёд свои нежные, гладкие, как отшлифованный камень, руки, после чего Тони взял их в свои — огрубевшие от работы. Недолго разглядывая, он надел толстые перчатки на её кисти. — Зачем это мне, позволь спросить? Опять какой-то твой очередной опасный опыт, в котором ты не хочешь участвовать? — Нет, просто горячий металл. — Стой! Металл? — не успела Пэппер толком обдумать то, что сказал Тони, как мужчина властно взял её руки в свои и потянул к раскалённой печи. — Не бойся, я лишь хочу, чтобы ты немного помогла мне. Оказала некую, так сказать, услугу, — прошептал на ухо Тони, аккуратно поднося руки к пламени. — Ты будешь у меня в долгу. — Да, конечно. Если выживу. — Тони! — воскликнула Пеппер, косо глядя на вплотную стоящего к ней Старка. — Я шучу. Смотри, а вот и раскалённый металл. Извини, я на секунду.       Тони отпустил руки Пэппер и теперь она сама держала в руках большое ведро с раскалённым и бурлящим металлом, предназначенным для щита. — Что это, чёрт возьми, Тони? — Это металл для нового щита Капитана Америки! — Стив попросил тебя об этом? — Нет, это будет подарок на его день рождения. — Когда у него день рождения? — На следующей неделе. А вот и я… —выходя из-за угла, протянул мужчина. В руках он держал большую форму. Она напоминала большую тарелку, только с исключительно ровной поверхностью вогнутого круга. Очень устрашающе выглядела заготовка для щита, учитывая то, каким он должен был получиться. — Вот сюда и нужно залить металл, быстрее, он остывает с большой скоростью! Не поторопишься, и он расплавит это ведро, оно не из вибраниума, в отличии от жидкости, и вряд-ли выдержит такую температуру!       Пеппер хоть и была взволнована, но она незамедлительно влила металл в форму. Тони с облегчением вздохнул, когда дело дошло до конца. — Спасибо, Пэппер, ты как всегда умница. — Ты мне по гроб жизни будешь должен, — руки тряслись и сама она еле стояла на ногах от нахлынувшего шока. — Хорошо, дорогая, — он погладил её по тем же нежным рукам. Она и правда дрожала. Тони почувствовал себя виноватым. «Какое ребячество…» — подумал он, подходя к Пеппер, чтоб обнять и утешить. Та, в свою очередь, приняла жест доброй воли и уже через несколько быстрых мгновений поспешно вышла из мастерской. Даже документы прихватить не забыла.       Но Тони на секунду показалось, что глаза девушки наполнились слезами… Чёрт.       И выместить свою злость он решил именно на пятницу.

***

Тюрьма «Рафт»

      Утро. Вновь утро в четырех стенах камеры. Каждый день начинался именно так: подъём, завтрак и очень много свободного времени.       Уже около двух лет, возможно больше, возможно меньше, Гельмут сам не знал, бросив считать дни, выцарапывая их на стенах. Сидел он да то и дело, что читал русскую литературу, чтобы скоротать время прибывания в тюрьме.       Ему нравилось творчество Пушкина, что-то было особенное в его произведениях. И за всё время, что он находился здесь, окружённый океаном, было ощущение, что он уже прочёл всё. Всё, что успел сочинить великий поэт за свою короткую жизнь. Самым его, пожалуй, любимым было стихотворение «Узник», которое как никогда подходило под его ситуацию и настроение:       Сижу за решеткой в темнице сырой.       Вскормленный в неволе орёл молодой,       Мой грустный товарищ, махая крылом,       Кровавую пищу клюет под окном,       Клюет, и бросает, и смотрит в окно,       Как будто со мною задумал одно.       Зовёт меня взглядом и криком своим       И вымолвить хочет: «Давай улетим!       Мы вольные птицы; пора, брат, пора!       Туда, где за тучей белеет гора,       Туда, где синеют морские края,       Туда, где гуляем лишь ветер… да я!..»       Естественно, общаться было не с кем, Земо был изолирован от всех, только во время принятия пищи приходила охрана, отдавая еду, и когда же Земо пытался заговорить, в основном следовало молчание или что-то по типу: «Мне не дозволено говорить с тобой».       Также были попытки заняться спортом, всё же бывший военный, нужно держать форму как-никак. Пару десятков отжиманий, приседаний и скручиваний много времени не занимало. А его у Земо, поверьте, хватало.       Еда же была отвратной приходилось есть, что давали, чтобы выжить, но желание жить всё больше ускользало от него с того момента, как он потерял близких ему людей.       Он вспоминал отца, который учил его всему: учил водить машину, охотиться, обороняться — он был для него настоящим примером для подражания и всегда знал, что может на него положиться. Не мог забыть любимую женщину, которая подарила ему не менее любимого сына, как он думал, будущего мужчину. Но… судьба решила распорядиться по-другому. И поэтому единственное, что заставляло его жить дальше — это месть. Несмотря на то, что он уже оставил отпечаток в истории — рассорил великих Мстителей, которые ещё долгое время не разговаривали друг с другом, некоторые убегали от властей Соединённых Штатов, — этого было мало.       Гельмут знал, что он здесь, в этой проклятой тюрьме, будет находиться ещё долго, примерно всю жизнь, так что без размышлений о побеге не обошлось. Но отсюда сбежать было практически невозможно: 1) тюрьма строго режима очень, очень хорошо охраняется, на каждом шагу стоят охранники; 2) специальную карточку, которой можно было открыть двери, и то не все, также очень трудно достать; 3) Чтобы успешно сбежать, нужно было знать каждый коридор и комнату в здании, что Земо не мог гарантировать. У него попросту не было карты, а с учётом того, что здесь не так давно всё по-новому обставили, то он вообще понятия не имел, как примерно выглядит тюрьма. 4) Тюрьму окружал тихий океан, и либо нужен был корабль, либо вертолёт, которые тоже, естественно, хорошо охраняются.       И это далеко не всё, но не хочется акцентировать на этом внимание. Итог из всего этого: шанс сбежать равен 0,000001%, без связей и взяток.       Но оставляло надежду лишь одно: он знал, что когда-нибудь понадобится его помощь, и кто-то придет и выпустит его. И, воспользовавшись моментом, после барон сбежит, а дальше как пойдет.       Возникает вопрос, почему же Земо так уверен, что его помощь понадобится? Остались ещё сыворотки супер-солдат, — что было известно мужчине, — и рано или поздно они попадут в плохие руки, поэтому придётся обратиться за помощью к эксперту, коим являлся Земо.       После смерти родных, Гельмут много изучал Мстителей, по большей части Капитана Америку, Гидру и в особенности Зимнего солдата. Он был ключом для сотворения всех планов мести, так что мужчина знал каждую деталь о сыворотке и о всех её побочных эффектах. Никто не знал об этом лучше, чем Земо, даже Щ.И.Т, к слову. Так что да, он был уверен, что когда-нибудь за ним придут. Оставалось просто ждать.       Незаметно прошло несколько часов, он уже почти дочитал очередной сборник стихов, как пришёл охранник с небольшим подносом — обед. Отложив книгу, Гельмут подошёл к решетке, посмотрел на протянутую порцию еды, и вяло произнёс:       — Пюре да мясо? Вам самим не надоело одно и то же есть? — устало произнёс Земо, взял тарелку и сел, набирая в ложку кашу. Охранник ничего не ответил и так же молча ушел. Мужчина лишь посмотрел ему в след, и без энтузиазма начал есть.