Демоны острова Рай

      Привычного гардероба тут нет. Верхнюю одежду отдают своим лакеям или адъютантам, которые должны ждать в отведённых для этого помещениях. Мы, когда приехали, отдали тому полицейскому, которого выделили для нашего сопровождения из поместья сюда, он сейчас тоже тут сидел. Оказалось, что Райнер ходил с едой в эту комнату со слугами, которые приехали вместе с гостями. Браун решил угостить проголодавшегося Флока, а рыжий там уже перезнакомился с коллегами из Гарнизона и Военпола, поэтому пришлось ещё пару раз бегать за закусками. Мы ему немного помогли, принесли закуски с бокалами и остались до самого окончания ужина. Тут так хорошо ведь не надо следить за манерами. Но зашёл командор Смит, отвёл меня в сторонку и попросил о личном одолжении. Оказалось, что из-за присутствующих шифтеров снаружи дежурят разведчики, среди которых есть девушки, а им нужно в туалет. Но Военная полиция, в чьём распоряжении сегодня наши ребята, вообще не подумала о естественных потребностях. Не могла бы я пойти и просто опустить засов на окне в самой дальней дамской комнате, не открывая его, а также открыть пошире шторы. Дальше они сами справятся, когда заметят, что комната опустела.       Хотя я шифтер, поэтому в туалет практически не хожу, но всё понимаю. Парням удобно: вынул и сходил прямо с ветки дерева или с крыши, а для девушек в форме это целая проблема, ведь с этими ремешками штаны просто так не спустить. Конечно помогу в такой мелочи, только объясните куда идти.       POV Фриды Райс       Я была зла, когда нас посадили за один столик с Дикмейерами. Самое склочное семейство, какое ещё поискать, притом, что кроме благородного происхождения за их гонором ничего не стоит. Хотя, в их семье вообще никто не обратился даже в чистого титана, мама, зная кто на что гаразд, ещё до ужина строго запретила упоминать это в ответ, если эти курицы начнут намекать, что вместо траура по братьям я гуляю на балу. Сколько же нервов их дочери попортили мне, когда в Королевкую академию поступила девушка, которую принимали за дочь Райсов. Так мы узнали о ней, так и другие всё поняли, но только у Дикмейеров хватило ума открыто намекать на сходство дочери нашей бывшей горничной и моих сестёр! У всех есть скелеты в шкафу, но говорить об этом вслух… Однако, когда они перешли на свою излюбленную тему о возможном браке принца, то смогли меня порадовать. Они спешили поделиться своей наблюдательностью. Якобы видели, что Хисторию Ленц заметили с заплаканными глазами. Вроде бы король сегодня в их присутствии сказал, что она ему словно сестра. Надеюсь, папа не кинется её искать, иначе я всё же с ним разругаюсь. Это я его первенец! У элдийцев первенец независимо от пола считался особенным ребёнком в семье, а он забыл старые традиции и забил на меня, хотя я больше всех на него похожа. Это я стала оборотнем, в конце концов, а у этой Хистории даже иммунитета к «благословениям» нет. Но даже после удачного обращения, когда я рисковала всем ради нашего рода, он не стал лучше ко мне относиться. Противный голос вернул в реальность. Дикмейеры стали критиковать бал за то, что пригласительные купили даже люди неблагородного происхождения, вынуждая нас присоединиться к их мнению.       – Нет, не могу разделить такую точку зрения, – ответил папа. – Весь народ всегда внимательно следит за первыми указами нового короля. Благотворительный бал очень мудрое решение. Все издания от авторитетных до жёлтых высоко оценили такой практичный и благородный подход его величества Алексея.       Ха. Ха. Ха. Папуля по дороге сюда говорил нам, что денег в казне пшик после подготовки к войне и коронационный бал почти полностью оплачен за счёт платных пригласительных.       Хорошо, что сидеть до конца ужина не обязательно. Отец, слава богу, не бросился искать Хисторию. Один из лордов, чей сын тоже стал оборотнем, позвал его под благовидным предлогом присоединиться к их небольшой компании. Правильно, среди Дикмейеров новый Основатель точно не появится и тут нам ловить нечего. Мама решила поправить причёску, но оказалось, что взяла меня с собой не для этого.       – Мама, зачем ты хочешь её найти?       – Если Дикмейеры соврали и она не одна, то мы просто вернёмся и забудем об этом. Лучше промолчи при ней, а говорить буду я. Изобрази хоть немного сочувствия, если встретимся.       – Как вообще допустили присутствие несовершеннолетних на балу?       – Исключение было сделано ради несовершеннолетних оборотней и ради тех, кто готов платить за приглашения ради того, чтоб вывести в высший свет своих детей.       – То есть… ей папа оплатил из наших денег?       – Он предпочитает считать, что делает вложения в наше будущее.       Пока мы шли в сторону дамских комнат, мама объяснила, что несовершеннолетнюю Хисторию должен был кто-то сопровождать сюда. Ну не её же мать, которая у нас полы мыла? Поэтому отец помог оплатить ещё и приглашения для её небогатой сокурсницы, чтоб отец той вывел в свет и младшую Ленц.       Эта овца сидела у зеркала, опустив голову, и теребила платок. Думаю, ждёт, когда все уйдут и оставят её в покое. На нас даже не посмотрела и старалась отвернуться в другую сторону. Мама сделала вид, что поправила мне платье и причёску, а потом пошла к ней.       – Флориана?! Смотри мне в глаза! Как ты здесь оказалась! Фрида, закрой дверь!       Она прекрасно знает, что её младшие дочери дома, хотя они могли бы приехать по бесплатному почётному пригласительному, которые есть у всех семей с оборотнями. Но мы ж правильные, мы несовершеннолетних принципиально на бал не выведем, иначе все решат, что замуж невтерпёж.       – Прости, дитя. Я тебя напугала. Ты… почти один в один моя младшая дочь и я испугалась, что она без разрешения приехала сюда непонятно с кем и будет скандал.       – А… Я… – овца даже не знает дежурных фраз, поэтому разговор придётся вытягивать маме.       Мама аккуратно, видно, не хотела спугнуть, подошла к Хистории, взяла её за подбородок и приподняла голову.       – Ты… Хистория Ленц? Пожалуйста, прости мои манеры, но одно дело слухи среди родителей студентов, а совсем другое своими глазами увидеть родное лицо у незнакомого человека. Ты плакала? Прости, но я не могу спокойно смотреть на твои красные глаза. Будто это мою дочь кто-то обидел.       – Пудра попала в глаза. Всё уже хорошо, – Хистория захотела встать, но мама добродушно улыбнулась, положила руки ей на плечи и попросила остаться на минуту.       – Хистория, ты ещё совсем ребёнок. Прошу выслушай меня прежде чем уйти. На балу несколько сплетниц делились впечатлениями о девице, которая сегодня танцевала первый танец с королём, поэтому примерно понимаю, чем вызваны твои слёзы. Я хочу дать тебе наставление, какое я бы дала своей родной дочери. Когда ты его выслушаешь, то поймёшь, что плакать не надо. Надо брать свою жизнь в свои руки. Пока ты в фаворе у власть имущих, то все стремятся с тобой познакомиться, приблизиться к тебе, подружиться, чтоб через тебя получить свою выгоду. А только человек лишается расположения своего могущественного покровителя, то и те, кто раньше стремился к общению с ним, куда-то исчезают, а иногда ещё и стремятся уколоть побольнее, даже высмеять. Только в такие горькие моменты, ты можешь увидеть, кто на самом деле был тебе друг. Жаль, что некому было объяснить тебе это раньше, но лучше поздно, чем никогда.       Хистория только хныкала, когда кто-то дёрнул ручку. Мама тут же обняла эту скотину, чтоб она не проронила ни слова, а пока та не видит приложила палец к своим губам, давая мне понять, чтоб сидела тихо. Дамы за дверью пошли искать другую комнату, а мама дала ей свой носовой платок вместо её мокрого.       – Если хочешь, у меня есть хорошее успокоительное. После того, что случилось с моими сыновьями, я без него не могу. Сейчас тебе надо хоть немного улыбаться. С таким лицом на бал неприлично возвращаться иначе о тебе пойдут нехорошие слухи, – хоть овца и кажется недалёкой, но отказаться у неё ума хватило.       – Дети не просят, чтоб их рожали, они никак не могли повлиять на решения своих родителей. Не бойся. Даже зная, кто твой отец, я никогда не опущусь до того, чтоб как какая-то простолюдинка вредить ребёнку. Ты привыкла, живя среди них, что они всё делают исподтишка, но я – урождённая Фриц. Если решу, что мне кто-то враг, то буду действовать открыто, как принято среди благородных людей. Как хочешь, а я выпью, – и мама пригубила пузырёк.       – Нет, Вы не правильно меня поняли. Можно и мне?       – Конечно. Фрида, налей нам воды.       – Спасибо. Это… не только из-за них. Я очень виновата перед Алексеем. Он доверял мне, делился, а я рассказала папе. Папа сказал, что так надо. Я ему верила. Алексей не упрекал меня, он сказал, что знает, что папа не хотел навредить. Он успокаивал меня, но я всё равно переживала из-за этого. А сегодня, когда одна девушка с моего курса стала обсуждать наши отношения, я не выдержала…       Противно. Называть короля по имени, а лорда Райса папой... И это должна была быть следующая королева? Никакого чувства такта. Она ведь прекрасно знает, что говорит о моём папе и о муже моей мамы. Папа и правда не хотел вреда. Он обсуждал то, что узнал через Хисторию с мужьями своих сводных сестёр. Они тоже не стали бы обсуждать это с кем попало и всё должно было остаться как есть. Но кто ж знал, что у одной моей тётушки окажется настолько придурошный сын, который ради красного словца станет распространяться о секретной миссии в такой позорной компании.       – Не надо продолжать. Я поняла. Просто её слова стали для тебя последней каплей и всё наболевшее вырвалось сегодня. Прошу успокойся. Весь вечер нельзя тут сидеть, но я не выпущу тебя, пока ты не успокоишься, – мама добродушно улыбнулась и тут копия моих сестёр обмякла и стала падать.       – Фрида, только ради всего святого тихо, – мама вернула голосу привычный тон, – ни звука.       – А разве есть яд, который действует на элдийцев? – всё же спросила шёпотом.       – Это не яд. Это очень сильное лекарство для сосудов, и она выпила месячную дозу. Мне только на язык попало, но всё равно мутит, – мама сняла декоративный шнур со шторы.       Пришлось повозиться с блондинкой, потом немного подождать пока стихнет шум за дверью. Мама выросла в этом дворце, поэтому вернуться назад окольными путями не составило труда.       – Даже если ты кого-то ненавидишь всем сердцем, учись не показывать этого тем более в его присутствии. Это умение пригодится в жизни. Мы никогда в жизни не говорили с Хисторией. Мы не знаем где она и знать не желаем. Веди себя так, как обычно. Помнишь, я тебе рассказывала, как совы терпеливо часами сидят у норки, выжидая, когда высунется мышь, а ты отмахивалась. Я очень хотела, чтоб ты выработала такое умение. Терпеливо ждать подходящего момента. Надеюсь, сегодня до тебя дошло, что маму надо слушать внимательно и я не даром требовала от тебя, чтоб ты никак не реагировала на намёки о вашем родстве. Когда тебе плевать, то и мотива нет.       Когда я ещё хотела спросить маму о случившемся, то она ответила, что не понимает, о чём я. Ясно. Забыли. Как хорошо, что на балу приветствуется всячески выражать своё хорошее расположение духа. Следующие два часа были одними из самых упоительных в моей жизни, но всё испортил командор Разведкорпуса, который подошёл к нам, когда мы шли поправить макияж.       – Леди Райс, мы не представлены, однако я был вынужден нарушить этикет в связи с чрезвычайными обстоятельствами, – командор Эрвин протянул матери её носовой платок, который она… давала Хистории.       Тут рядом комнаты для настольных игр, поэтому обычно сюда заглядывают только старики или большой любитель шахмат командор Пиксис. Мать оглянулась по сторонам и только когда поняла, что вокруг никого нет, взяла свой платок, на котором вышит герб Райсов.       – Будьте спокойны, – продолжит Смит. – Её ещё не обнаружили, ведь двери закрыты изнутри, как и окно.       – Я не понимаю, – вырвалось у меня само собой.       – У Вас должно быть много вопросов и я на все готов ответить. Но одна из Вас теперь точно не сможет соврать под контролем Основателя. До этого не должно дойти, но на всякий случай для остальных предлагаю следующую версию нашей встречи: я имел неосторожность случайно наступить на шлейф леди Райс и вынужден был принести извинения. Вот так неловко мы познакомились в обход правил приличия.       Мама, предложила Смиту, пройти в более удобное место, где гости могли уединиться за чашкой чая. Она попросила его наступить на её шлейф, но уже чисто для того, чтоб я могла соврать, если прадедушка Карл решит применить на мне контроль. Командор символически наступил и сказал, что ему неловко. Смит сразу уверил, что это не шантаж. Он рассказал, что в связи с тем, что на балу оборотни, на всякий случай были предприняты дополнительные меры безопасности, поэтому тут дежурит элитный отряд разведчиков. Неужели нас видели из окна третьего этажа? Не понимаю. Оказалось, что капитан Леви доложил об инциденте Смиту, но командор Разведкорпуса приказал ему молчать, пробраться внутрь и закрыть дверь изнутри на засов. Как они закрыли окно снаружи? Есть у лучшего воина человечества друг Фарлан, который раньше специализировался на проникновении в дома и знает, как ниткой с петелькой закрыть за собой окно. С окном поколдовал он, а младший Аккерман ещё и платочек мамин заметил. Но открыть окно снаружи невозможно. Им повезло, что засов не был опущен. Кроме Леви, Фарлана и их командора никто о нашем секрете не знает.       – Командор Смит, Вы знаете, кто отец Леви Аккермана?       – Да. С его слов. Но против вас обеих он ничего не имеет. Леви или Фарлан смогут подтвердить ваши алиби, ведь вы отсутствовали добрую половину ужина, но нужно, чтоб ваши версии совпадали.       – Зачем вы это делаете? – мама не теряла выдержки.       – Вы внучка Основателя. Вы не понесли бы никакой ответственности, даже если б все факты указывали на вашу причастность к убийству. Многие даже поддержали бы Вас. Самое страшное, что случилось бы: испорченная репутация и отношения с супругом. Тогда зачем мне ставить на кон свою карьеру, возможно даже жизнь, чтоб обставить всё как самоубийство и забрать улику, которая выдавала ваше присутствие там? Буду откровенен, у меня есть пожелание. Его реализация напрямую зависит от чистоты репутации вашей семьи. Но если Вы откажете, то это ничего не изменит, так как я по понятным причинам не побегу докладывать о том, что сегодня творили мои подчинённые по моему же приказу. Тогда мы все просто забудем об этом.       – Прошу, не томите.       – Я хочу, чтоб общественность узнала о том, что в ряды Разведкорпуса поступил доброволец-оборотень из благородной семьи. Почему я хочу, чтоб это была Ваша дочь? Всё очень просто. Все мы понимаем, что даже если марлийцы каким-то чудом отступят, то это не конец. Они скорректируют планы, но уже с учётом новых данных. Мы знаем, на что способны оборотни, но Бронированный и Драконы это мизер на фоне возможностей Марли. Армии нужны оборотни. Если на военную службу поступит девушка из вашего рода, который у всех на слуху, тем более девушка, с королевской кровью, это создаст прецедент. Остальные семьи с оборотнями не смогут отсиживаться в стороне, пока благородная девица проходит службу, а их сыновья гуляют в своё удовольствие, когда родина в опасности. Я обещаю, что если Вы согласитесь, то не буду бросать её в бой против её воли. Оборотни в штабе разведки живут не в казармах, а в отдельных комфортных комнатах под присмотром полиции Центра. Я в свою очередь также присмотрю за ней.       – Я ни секунды не сомневаюсь в этом. Поставить на кон всё, только чтоб заставить аристократов вспомнить, что сейчас за стенами не отсидишься... Даже учитывая обстоятельства, это благородно, но я не могу быть уверена в том, что младший Аккерман не станет вредить Фриде.       – Почему он должен мне вредить?       – Я потом тебе расскажу.       – Зачем ему вредить тому, кто, возможно, сможет прикрыть ему спину или спасти жизнь? Он тоже заинтересован в том, чтоб пережить войну, а без помощи своих оборотней это трудно. Нелады с Вашим супругом не делают его врагом всей семьи Райс. Отец его никогда официально не признает, поэтому смысла вмешиваться в ваши дела у него нет. Леви сам теперь опасается, чтоб вы как-то не повторили с ним то, что сегодня сделали с его сводной сестрой. Он лично с ней знаком не был, но если бы хотел навредить, то сегодня просто вмешался бы. Ему ничего не стоило выбить окно, наделать шума и потом вы бы объясняли, откуда у девушки, упавшей в обморок, след от верёвки на шее. Но он пришёл ко мне, выполнил все мои распоряжения и даже уговорил своего лучшего друга рискнуть, чтоб закрыть окно.       Похоже, хотя бы познакомиться с этими элитными разведчиками надо. Мама потом рассказала, что Леви родился задолго до их брака. Оказалось, что покойный дядя Ури, которого я никогда не видела, но слышала, что он был ещё тем кобелём, зарезал мать Леви на глазах у её маленького сына. Она не знает точно за что, но вроде из-за того, что та повелась на ухаживания моего папы и даже родила от него. На моего папу девушки, в отличие от его красивого сводного брата, не вешались, поэтому тактика соблазнения у него была своеобразная: он плакался, что в семье его никто не понимает, бил на жалость, иногда даже в ноги служанкам и работницам падал, словно щенок выпрашивающий ласки. И простушки действительно его жалели, ведь пухленький паренёк так похож на ребёночка, которого хочется обнять и пригреть. Сегодня умерла не только его любимая Хистория, но и его авторитет в моих глазах.       Конец POV Фриды Райс       Мы весело посидели и завели новые знакомства среди адъютантов нескольких командоров Гарнизона и полиции. Но нас нашел дед Хуаня. Просто копы постоянно докладывали лорду Инносенсио, где какой оборотень, и сэнсэй, сидящий рядом с ним, так узнал, что мы сидим с лакеями. А раз нам уже сделали замечание, что мы не веселимся, то Хуань сейчас будет представлен некой Карли Штратман, с которой хоть один танец станцует. Сэнсэй за ужином посетовал, что никому мы не представлены, вот его внук, который в Хизуру получил нужное образование, обучался танцам и этикету, поэтому и общается только со мной да Райнером. Старый лорд тут же сам предложил познакомить Хуаня с девушкой, которую сегодня обсуждал с королём. Даже из тех обрывков разговора у короля в кабинете ясно: раз девушка попала в поле зрения полиции Центра, но сейчас на балу, а не в камере, то понятно, что её, скорее всего, завербовали. Поэтому лучше расслабиться и подыграть. Пусть лучше подсылают в качестве своих агентов обычных девушек, чем опытных и идейных полицейских под прикрытием.       Наш дед уже старый, я танцы точно не осилю, поэтому отдуваться Хуаню за всех. Местный вальс мало чем отличался от того, что танцуют в моём мире. Я так поняла, что этот танец тут считается простым и рассчитанным на неопытных танцоров. Азиат с рыжей смотрелись очень колоритно среди остальных пар. Прямо иллюстрация к пейрингу Шреддер/Эйприл.       Пока господин Адзумабито о чём-то говорил с отцом этой девушки, я скучала рядом с Райнером. К нам подошёл Алексей и обратился ко мне:       – К большому сожалению, должен вынести Вам порицание. Я был очень огорчён, когда понял, что Вы обманывали своего короля, глядя ему в глаза.       Что?! Они поняли, что я знаю, как обойти контроль Основателя?       – Оказывается, в Нараке всё же обучали танцам, – а, так он о моём отказе потанцевать со своим величеством.       – Нет. Хуаня учили танцевать в Хизуру. Время от времени дети из клана, выросшие в Нараке, отправлялись учиться на родину. Хуаня тоже туда отправляли, – года три от Хуйла не было ни слуху, ни духу и я так надеялась, что он уже не вернётся. – Но я танцевать не умею.       – Да у тебя уже неплохо получается, – возразил Райнер, и мне тут же пришлось оправдываться перед королём.       – Просто Райнер недавно пару раз учил меня танцевать современные марлийские танцы, но эти пару раз были единственными в моей жизни, когда я танцевала.       – Правда? Я бы посмотрел на то, что популярно в Марли. Вы не против станцевать вместе?       – Не вопрос, – тут же ответил Райнер. – Гурэн, потанцуем?       – Но здесь никто не исполнит марлийскую музыку. Давайте в следующий раз и в другом месте, но Райнеру лучше подобрать в пару кого-то поопытней меня.       – Флок может сыграть, – Райнер, кажется, не понял, что я не хочу.       – Флок? – переспросил его величество.       – Адъютант командора Эрвина, – пояснил Браун. – Скрипка в его руках просто поёт. Он знает ноты, может записать для придворных музыкантов.       – К сожалению, движения не передашь на словах, – Алексей что продолжает гнуть свою линию?       – Но тот танец танцуют без перчаток, а на балу это неприлично, – не знаю, как его танцуют в Марлии, но теперь Райнер, кажется, уже понял, что я против, и подтвердил мои слова.       – Тогда своим высочайшим указом объявлю, что перчатки во время одного танца отменяются, –Алексей попросил Райнера записать ноты и успокоил меня, сказал, что гости это не увидят, мы станцуем только для него после бала.       Пока Райнер пошёл грузить Флока, наш старик сказал, что сейчас полицейские покажут нам выделенные комнаты. Точно, Основатель же сказал, что мы остаёмся на ночь. Господин Адзумабито объяснил, что король так решил, потому, что к нам едет высланный из Марли хизурский посол. Неужели Основатель хочет показать представителям Хизуру, как нас тут опекают?       – Так значит, наравне с лучшим воином человечества? – сэнсэй одновременно спокойно и грозно посмотрел на своего внука, когда мы остались одни.       – Командор Смит приукрасил свой отчёт, – попытался оправдаться Хуань.       – Только лучший воин человечества носит фамилию Аккерман. Аккерманы тоже потомки оборотня.       Кажется, я поняла: мой азиат, оказывается, в детстве смекнул, что спрос с него будет, как и с его родственников, если покажет, что может считать до десяти. Поэтому, чтоб не грузили, решил притвориться, что он обычный человек. Ну мало ли, кровь оборотня за столько поколений размыта, все дела. А в Разведкорпусе родня за ним не смотрит, то есть в первый день после присяги он показал такие впечатляющие результаты не потому, что газ не надо экономить или хотелось повыёбываться, а потому что это для него нормально и просто не надо сдерживаться.       Лично мне в детстве хизурцы объяснили, что надо не распыляться, а развивать свои сильные стороны. У меня это способность обращаться, вот и доразвивали, что я освоила даже частичное обращение. Но я могла и по косвенным признакам догадаться, что потомки сэнсэя не так просты. Как-то он сам говорил, что если поставит свою внучку отрабатывать на мне приёмы, то она на мне не оставит живого места. Да, как дракон я непростой противник, но в остальное время я обычный человек, которого можно покалечить, а перелом не пройдёт бесследно с моей-то регенерацией. Так может, он хотел, чтоб Хуань проявил себя на мне? Бедный мой азиат, сколько моральных сил он потратил, чтоб не выдать себя, когда я добровольно стояла напротив и не сопротивлялась. Ну хоть выдержку потренировал.       Вскоре к нам присоединился Райнер, чем спас Хуаня от неприятного разговора. До конца бала мы отдыхали в своих комнатах. Копу, который провожал Брауна, наконец-то отдала это опостылевшее колье принцессы, чтоб он передал ей.       Хотя Райнеру пришлось ещё повторять со мной танец, но я надеялась, что Алексей забыл о нас и пошёл спать. Однако нам всё же предложили снова спуститься. Большинство гостей разъехалось, но оставались ещё несколько полицейских и лордов с роднёй, командор Смит и конечно же Алексей. Я так поняла, что те гости, которые ещё остались после бала просто ждали, когда пробка из карет рассосётся и можно будет выехать домой. А что тут делает Флок? Оказывается, музыканты не смогли сразу понять, что от них требуется, и пришлось позвать нашего скрипача.       – Надо продержаться пару минут, – успокоил меня Райнер, – я просил Флока, чтоб сделал укороченный вариант.       Марлийское танго очень ламповое. В отличие от того, что танцуют в моём мире, тут нет резких и рваных движений. Хотя для некоторых людей внутри стен танец казался возмутительным, что дали понять вздохи среди каких-то незнакомых аристократов. Флок играл первую скрипку и светился от удовольствия. Райнер хорошо танцует, поэтому испортить что-то не смогла даже я, а когда поняла, что ничего страшного нет, то даже стала ему улыбаться.       – Смело, – прокомментировал Алексей, когда музыка стихла.       – Ваше величество, если это и есть марлийские танцы, то это просто дно, простите за выражение. Нацию с такими нравами мы размажем по земле тонким слоем.       – Всё не так просто, лорд Дикмейер, – прервал тираду Алексей.       – С оборотнями мы можем сами вернуть себе конроль над континентом в считанные месяцы. Так зачем тратить такие средства на армию? – кажется, этот лорд Дикмейер хочет показать свой патриотизм, а в результате показывает свой идиотизм.       – Вы забыли, что оборотни есть не только у нас, тем более за океаном есть, что противопоставить титанам, – напомнил Райнер. – Поэтому денег на армию много не бывает.       – Да что вы понимаете?! У Вас даже образования нет, – возмутился лорд словам Брауна, а я возмутилась, что тупой лорд, который не желает хоть немного вникнуть в расклад, тратит наше время. Я спать хочу!       – Зато Райнер хорошо знает историю, – неожиданно резко для себя решила закончить пустой разговор. – Элдийских детей в Марлии заставляют наизусть учить учебник. А история учит, что народы, которые не хотели кормить свою армию, кормили чужую.       Иногда заезженные в моём мире фразы, тут вызывают ступор у окружающих. И сейчас, когда все замолчали, не зная, что ответить или возразить, сэнсэй попросил Хуаня отвести меня в комнату, ведь уже поздно, а несовершеннолетним пора баиньки.       POV Алексея Фрица       Немного неудобно перед командором Эрвином. Обычно он не задерживается до последнего на светских приёмах, но из-за моего желания посмотреть на марлийский танец, ему пришлось дожидаться своего адьютанта.       – Командор Смит, я заметил, как Вы хмурились, когда ваши подчинённые танцевали. Я знаю, что в разведке строгие порядки, где даже для оборотней и дворян не делают исключений, но прошу: не делайте им выговор. Я попросил их станцевать для меня, а без Вашего адъютанта это было невозможно. Им было неудобно отказывать своему любопытному королю, которому стало интересно посмотреть на новый танец.       – Ваше величество, Вы должно быть неправильно растолковали моё хмурое лицо. Просто белокурый Браун в чёрном костюме и черноволосая Хантер в светлом платье вызвали у меня ассоциации с чёрным королём и белым ферзём. Хотя должен признать, что чёрное с белым смотрится дивно, но у меня, как заядлого шахматиста, возникли ассоциации с шахматной партией, где белые выигрывают. А я обычно играю белыми. Я даже не вникал в танец и не оценивал его, а просчитывал, как противник сможет вывести своего короля из-под удара. Видно, в тот момент моё задумчивое лицо Вы приняли за неодобрение. При случае я покажу на доске, что имел в виду.       – Ловлю на слове и с нетерпением буду ждать партии с тем, кто наконец обыграл командора Пиксиса. К слову, он сегодня был доволен, несмотря на поражение. Его никто не обыгрывал без поддавков, а он давно искал хотя бы равного соперника, уже не говоря о ком-то превосходящем его гений.       – Не сочтите за лесть, но это действительно приятно, когда король знает, чем живут его подданные, – Смит искренне улыбнулся. – Честно говоря, с Пиксисом мне повезло только потому, что я играл за белых. Белые ходят первыми, а моя стратегия всегда на этом строится.       Конец POV Алексея Фрица