Катарсис

Ворочая длинной палкой тлеющие головешки в ярком жарком костре, Тарталья и сам не понимал, как он оказался в этом месте и в такой любопытной компании. Звезды тускло светили над головой, не давая абсолютно никого света и могли сослужить только если компасом для знающих астрономию людей. Среди обрушенных стен некогда подземелья, холодный ночной ветер не доставал его ни одним своим потоком. Это можно было понять и по костру, который горел ровно, плавно и, казалось, был намного теплее, если бы он был разожжен обычными усилиями, а не стихией Пиро. Ближе к пыльной стенке на расстеленных лапках пихты и со свернутым в трубку сюртуком под головой, спал его неожиданный компаньон. На самом деле Тарталья не мог точно утверждать, что тот спит, но в это очень хотелось верить. Потому как они сейчас в одной команде и балласт в виде уставшего спутника и напарника ему точно не нужен. С другой стороны, Фатуи прекрасно понимал, что уснуть в его компании достаточно тяжело. К его организации каждый житель Тейвата питает далеко не самые теплые чувства. А он не просто какой-то там дипломат из Снежной, он самый что ни наесть приближенный к Царице Предвестник номер одиннадцать. А его напарник самый что ни наесть лютый ненавистник всех Фатуи. И хоть Чайлд совершенно не проявлял и намека на агрессию в сторону нового товарища, тот все равно держался отстраненно, дико, точно в любую секунду был готов активировать свой клеймор и нанести сокрушающий удар, отделяя голову от плеч. Такой ответ на открытость и дружелюбие слегка оскорблял по началу. А потом неожиданно оказалось, что эта холодная отрешенность чуть ли не манера общения со всеми людьми, что находились в поле зрения алых глаз. Костер тихо трещал. В голову совершенно не лезли никакие мысли, кроме как «что я тут вообще забыл?» И ответы на самом деле находились, но это не мешало каждый раз возвращаться к этому вопросу, словно уже известные ответы не могли удовлетворить сполна и казались какими-то за уши притянутыми и картонными. Тарталья перевел взгляд с алого пламени на такие же яркие алые волосы, что разметались по веткам и зеленым иголкам. Завтра кто-то точно будет долго вычищать весь мусор из своей густой шевелюры. Подобный факт позабавил Предвестника, и он усмехнулся. Дыхание спящего было глубоким, тихим. Оставалось надеяться, что тот действительно спал, потому как скоро его очередь заступать в караул, и тогда уж времени отдохнуть точно не будет. Когда началось их сотрудничество с Дилюком Рагнвиндром, Чайлд уже и не помнил. Хотя длилось оно не так уж и долго. Может быть месяца три-четыре. Они не так часто виделись, чтобы действительно запомнить точку отсчета. Заключался их симбиоз в обмене информацией и некоторыми интересными вещами. Информацией в основном делился Тарталья. Именно за ней темными ночами Дилюк, в образе Полуночного Героя, чтобы его никто не мог узнать, приходил в место их встречи, всегда раньше назначенного времени. Чайлду даже интересно стало, а как рано тот приходит. Но, придя как-то раз за два часа до встречи, Предвестник увидел, что владелец винокурни уже стоял, подпирая своей спиной пыльную стену руин и холодно вглядываясь в удивленное лицо приближающегося Фатуи. Опоздал за их немногие встречи Полуночный Герой лишь один раз, и пришел весь потрепанный, вымотанный. Явно ввязался в драку с кем-то из нарушителей покоя Мондштата. В прочем, Тарталье не было до этого дела. Но было интересно, что это? Чрезмерная пунктуальность? Или же он настолько не доверяет своему информатору, что приходит заранее, дабы у того не было шансов устроить тому западню? Зная Дилюка даже такое короткое время, можно поставить и на то, и на другое. С Рагнвиндром было сложно. Временами даже очень. Он совсем не шел на контакт, хотя Чайлд был из тех людей, что с легкостью разговорят даже камень. Дилюк же был стойким воином и разговариваться не спешил. Он не молчал все их встречи, угрюмо сверля взглядом чужое тело, но отвечал всегда крайне неохотно, прерывал любые попытки заговорить о чем-то кроме работы и постоянно употреблял в своей речи это «Фатуи», что из его уст звучало крайне оскорбительно. В прочем, Тарталья и на это не обижался. Данные встречи Предвестнику были не особо то и выгодны, он с легкостью мог достать все эти зелья, артефакты, амулеты и сам. И даже те копии секретных свитков из библиотеки Мондштата, которые он попросил скорее потому, что не знал, чего бы ему еще попросить, а не потому что ему действительно было это нужно или интересно. С его стороны было бы логичнее прервать это странное сотрудничество и разойтись в разные стороны больше не пересекаясь, но любопытный от природы Чайлд не мог выпустить из своих рук такой экземпляр не позабавясь. То, что Рагнвиндр был интересным экземпляром Одиннадцатый знал еще до встречи с ним. О Дилюке среди рядов Фатуи ходило много слухов. Особенно о времени, когда тот путешествовал по Тейвату, разыскивая любую информацию о глазе порчи и о тех, кто убил его отца, попутно ради развлечения убивая всех Фатуи, до которых только сумел добраться. На счету Дилюка были не только обычные сошки организации, но и несколько приближенных к Царице, а также Седьмой Предвестник. Пожалуй, последнее поражало и пугало не на шутку. Куда обычным членам организации справиться с Рагнвиндром, если даже человек, владеющий Глазом Бога и Глазом Порчи не смог противостоять величию и могуществу Пиро стихии Дилюка? Его боялись, как огня. Однако, когда мондштатский магнат вернулся в родные края и обосновался на винокурне, немного поумерив свой огненный нрав и перестав так сильно досаждать организации Снежной, многие облегченно вздохнули. Не то что бы Дилюк стал закрывать глаза на безобразия, которые те творили, но он перестал сунуть свой нос в каждую сделку и лез только туда, до чего мог дотянуться без лишних трудностей. Поэтому будь осторожен в пределах Мондштата – и Полуночный Герой тебя не тронет. С тех пор Рагнвиндр перестал быть ночной страшилкой для новобранцев Фатуи, но о нем не забыли окончательно, все равно держали в поле зрения, дабы не пропустить внезапный удар. Все же Дилюк, несмотря на свои внешние спокойствие и сдержанность, был очень непредсказуемой личностью. И Тарталью это все очень заинтересовало. Если пару лет назад Рагнвиндр смог в столь юном возрасте завалить самого Предвестника с силой двух глаз, то на что он способен теперь? Сразиться с таким соперником Одиннадцатому хотелось очень даже сильно. К тому же, крайне интересовала и стихия Дилюка, пиро, что ему ни капли не подходила. Разве что под необычных цвет глаз и волос. Все что угодно, но не пиро. Все представители этой стихии, с которыми удалось повстречаться Тарталье за его достаточно долгие странствия, были личности живые, пылающие, стремительные. Понять же, что Дилюк живой можно было только по хмурящимся все больше и больше бровям и раздражительным фыркам, которыми он очень любил одаривать своего информатора. Тарталья честно пытался довести Дилюка, всячески вывести из себя, потому что, может быть, он в гневе пылает? Но все было напрасно. Обладатель пиро Глаза мог стать более раздражительным, начать хмуриться чуть больше обычного и нетерпеливо хмыкать, но не более. В бою он был так же холоден. Чайлд как-то проследил за ним после их очередной встречи, и ему посчастливилось увидеть, как тот разносит кучку хиличурлов, что опрометчиво бросились на ночного путника. Рагнвиндр в этом бою не использовал Глаз Бога, да и движения его были хорошо рассчитанными, точными, холодными, как и взгляд. Он холоден всегда и везде, тогда почему Пиро? Словом, Тарталью очень заинтересовал данный экземпляр, поэтому он и выискивал каждый раз нужную Дилюку информацию, принимая взамен, по-большому счету, ненужные ему вещи. В это затяжное путешествие тоже можно было не отправляться. Помогая Дилюку в расследовании дела о пропавших артефактах из подземелий в близь Мондштата, Тарталья никак не ожидал, что выйдет на своих же людей. Он думал, что тут промышляют какие-нибудь похитители сокровищ. Ну или маги Бездны на крайний случай. Но то, что представителям Фатуи понадобятся артефакты, притом не самые мощные, удивляло. Разузнав, что все эти артефакты позже распродаются по завышенной цене, да еще и выдаются за редчайшие экземпляры, Дилюк без раздумий решил отправляться в путь. И причин было много. Во-первых, молодые искатели приключений из Мондштата очень опечалены отсутствием артефактов на нижних уровнях подземелий, поэтому пытаются ходить туда, где у них попросту нет шансов, в надежде заполучить долгожданные вещички. Такие вылазки не проходят бесследно. Пока что без смертей, но за последние три дня стены собора пополнились пятью тяжело раненными юношами. И сколько не говори им не ходить туда, все равно все идут и идут. А безопасность граждан для Дилюка, как для таинственного хранителя Мондштата, прежде всего. Во-вторых, он просто не может пропустить мимо себя Фатуи, что посмели сунуться на его охраняемую территорию. Ну а в-третьих, опасности подвергаются все, кто купят фальшивые артефакты и, не протестировав их заранее, ринутся в тяжелый бой, понадеясь на слова продавцов и чудесную силу мощных побрякушек. В общем, причин у Рагнвиндра предостаточно. И все он их изложил Тарталье, когда тот вообще предложил лично разобраться с мелкими пешками, что своими действиями просто позорят организацию. Вздохнув, Предвестник уверено заявил, что в таком случае они идут вместе. Дилюк на это нахмурился чуть больше обычного, прикидывая в голове, стоит ли соглашаться на подобные условия. Все же держать Фатуи рядом с собой довольно напряжно, что ни говори. Прежде чем Дилюк успел отказать, Тарталья добавил: – Ты ведь даже не знаешь местоположение этого черного рынка. А со мной будет намного проще это все раздобыть. Помолчав еще секунд пять, Дилюк таки выдал тихое «ладно». – Но только без фокусов, Фатуи. – Он часто употреблял это слово, стараясь при любом случае напомнить кто есть кто в этой ситуации. – Ты что, обижаешь! – Горячо в ответ воскликнул Тарталья. Его очень обрадовало, что Дилюка не пришлось уламывать долго. Он ведь вполне мог отказаться и продолжить поиски самостоятельно. Вряд ли у него был только информатор в лице Чайлда, но тот согласился. – Я просто по-своему потолкую с этими людьми, что так нагло позорят всех Фатуи. – По-своему, это приставишь им к глотке лезвие и перережешь, со словами «для вас должно быть честью, что вы пали от руки самого Предвестника?» Он только что так пошутил? Этот хмурый Полуночный Герой только что пошутил? Тарталья искренне рассмеялся, кивая в знак согласия. А отсмеявшись добавил: – Возможно. – В этом не будет необходимости. – Все тот же холодный тон, только брови больше не хмурятся, его лицо теперь вообще ничего не выражало. – Я лично с ними разберусь. – Так нравится чистить морды Фатуи? Может тогда дружеский поединок? – Нет. – ну, попытаться стоило. Дилюк сегодня явно было в хорошем расположении духа, поэтому мог бы и согласиться. Но не согласился. Он всегда отказывал Тарталье в поединке, всем своим видом показывая, что это бесполезная трата времени. Тарталья уже предлагал и без Глаза Бога, и на палках, результатом служило все то же «нет». Естественно, Предвестник мог бы просто напасть на Дилюка, тогда бы тому ничего не оставалось делать, как принять бой. Но это значило бы вполне трагический исход: либо погибает он, а Дилюк выходит победителем, либо ему придется убить Рагнвиндра, потому как тот просто так не успокоится и будет сражаться с Фатуи до последнего. Убивать Дилюка Чайлд не хотел, поэтому этот способ сразиться отмел сразу же, как только тот пришел в его рыжую голову. Начинать путешествие в команде с ярым ненавистником Фатуи, когда ты сам Фатуи, было слегка… глупым? Но пока что это не доставляло никаких проблем. За пару дней их совместной работы и одного дня путешествия Рагнвиндр ни разу не вышел из себя и не сказал ничего оскорбительного в сторону Тартальи, кроме своего пресловутого «Фатуи» чуть ли не в каждой реплике. Но к этому быстро привыкаешь. В пути оказалось, что Дилюк намного разговорчивее, чем кажется на первый взгляд. Хоть и было неясно, он говорит потому что ему скучно, потому что интересно, потому что так быстрее идти или потому что так обязуют правила элементарного этикета? Явно не последнее, так как чхать Полуночный Герой хотел на этикет в отношении Фатуи. Но, в любом случае, Дилюк оказался не только сильным воином, чего и следовало ожидать от аристократа и магната. Он знал много интересного и полезного, начиная от назначения тех или иных трав и заканчивая легендами, царившими в местах, по которым они сейчас путешествовали. А продвигались они на юг от постоялого двора «Ваншу». На прямой след тех Фатуи, что собирают артефакты, выйти не удалось, чем Тарталья был ужасно раздосадован. Особенно злило, что Рагнвиндр воспринял эту новость куда спокойнее, словно изначально не рассчитывал на успех Предвестника. Но он же ПРЕДВЕСТНИК. Чисто в теории он может раздобыть любую информацию. И нечего на него смотреть так, словно он ни на что не годен. Успокоил Чайлд себя тем, что, работая в одиночку, как и он сам, Дилюк привык полагаться только на себя. – Раз не получается найти на прямую, будем искать через пострадавших. – Заявил винодел, и у Тартальи не было причин с ним не согласиться. Тут искать информацию оказалось куда легче, и вскоре довольный проделанной работой Фатуи протянул Дилюку лист с двумя пострадавшими, что недавно купили дорогие артефакты у проверенного ювелира, а в результате они оказались еще слабее, чем те, что использовались ранее. Возвращать артефакты нельзя – правило всех торговцев. Если купил, то он твой. Поэтому остались они ни с чем. Зато дали кое-какие зацепки двум напарникам. И, расспросив подробнее двух пострадавших, сейчас Тарталья и Дилюк держали путь к тому самому торговцу, чтобы перекинуться парочкой слов и, если нужно будет, съездить кулаком промеж глаз. Последний пунктик Чайлд добавил от себя и утаил от своего товарища. Пока что. Не то что бы его забавляли слабые противники, но данная ситуация раздражала даже Предвестника. В нем не проснулась жалость к пострадавшим или чувство справедливости в полной мере, но почему-то он счел этот поступок унизительным и недостойным благородного человека. Наверное, это было влияние Полуночного героя вот уже третий день под боком, потому как благородным Тарталья отродясь не был. – Меняемся. – Хриплый после сна голос вырвал Тарталью из размышлений. Задумавшись и засмотревшись на пылающие языки пламени, он и не заметил, как Дилюк проснулся и подкрался к нему сзади, пугая неожиданностью. Подняв выразительный взгляд на собеседника, Тарталья отметил про себя заспанный вид первого и немного успокоился, действительно спал. Но как тогда проснулся так вовремя? – Меняемся. – Вместо вопросов, согласился Предвестник, вставая с насиженного места и потягиваясь. Спина вся затекла от длительного сидения. Вообще, было бы замечательным вообще не стоять на карауле, но бродившие где-то рядом похитители и стражи руин могли бы подбавить им работки и застать врасплох. – Ты как, отдохнул хоть немного? – Тебя это не должно касаться, Фатуи. – Хмуро отозвался Дилюк, стараясь подавить зевок, но все же немного приоткрывая рот и зевая. В его волосах действительно застрял всякий мусор, и Тарталья с готовностью протянул руку к чужой голове, чтобы его убрать. От его рук Рагнвиндр дернулся как от атаки мага Бездны. – Эй, ты чего? – Рассмеялся Чайлд, все же опуская руку на чужие волосы и доставая из них мелкие веточки. – Я всего лишь помогаю тебе избавиться от твоей мягкой перины, чтобы ты не выглядел как неряха. – И это говорит мне Фатуи. – склонив голову, тихо и безэмоционально проговорил тот, все же позволяя своему напарнику убрать из головы все лишнее. Он потом сам просмотрит волосы еще раз. Наверное, их стоило заплести в тугую кому, чтобы нацеплять как можно меньше иголок. – Фатуи не равно неряхи, Дилюк! – возразил рыжеволосый, но ему не ответили. Вероятно, спросонья Рагнвиндр был еще более угрюмый и недовольный, чем обычно. Поэтому лучше его не трогать, иначе придется всю дорогу тянуться в тишине. А это не только скучно, но и дорога кажется в разы длиннее. Убрав последнюю веточку, Тарталья был даже немного огорчен. Он давно хотел коснуться этих волос. С того момента, как впервые увидел Дилюка. Его волосы были настолько яркие, что, казалось, они горячие словно огонь. На деле же они оказались просто очень мягкими и приятными к телу. Это забавляло. Мягкие волосы никак не сочетались с суровым молчаливым Полуночным Героем всея защитником Мондштата. Интересно, а как много людей знают, что два главных любимчика города на самом деле один человек? И знает ли кто-нибудь вообще? Владелец винокурни был не тем человеком, что будет делится подобным на право и на лево. Хотелось верить, что только Тарталья в силу обстоятельств узнал скрытую личность Дилюка. Потому что Тарталья, в меру своей самовлюбленности, очень любил быть первым и единственным во всем. Даже в хранении чужой тайны. – Ты бы надел. – Подойдя к месту, где только что спал Дилюк, Тарталья взял оставленный скрученным чужой пиджак и принес к виноделу, бросая его тому на колени. – Не подкупайся на летний сезон. Несмотря на жаркий день, ночь в горах всегда прохладная и костер тебе не такой уж и помощник. – Это не касается тебя. – Касается. – Возразил Тарталья, укладываясь на уже остывшее место и отворачиваясь лицом к стене, подложив руку под голову вместо подушки. Какой же этот Дилюк вредный и упрямый, страх просто. – Если ты подцепишь простуду, мы будем двигаться медленнее. Поэтому побереги свое здоровье, у меня не так много свободных дней на самом то деле. Дилюк на это промолчал, но Чайлд был готов поклясться, что сейчас его спину сверлят два ярко-алых недовольных глаза. Затем послышалось тихое копошение. Одел-таки. Тарталья когда-то слышал, что люди с Глазом Бога Пиро менее восприимчивы к холоду. Но Дилюк явно был менее восприимчив к жаре. Чего стоит его чуть ли не зимняя многослойная одежда в летнюю пору? Да от одного взгляда на него под солнцем хотелось нырнуть в пруд посреди Драконьего Хребта. Мерз на самом деле Рагнвиндр или просто носил то, что ему было привычнее всегда, Предвестник не знал. Но спина, скованная в плотную ткань пиджака, была куда более привычна, чем без него. Вскоре усталость взяла свое и Тарталья отключился под мерное шипение костра где-то совсем рядом.

***

Проснулся Тарталья от того, что что-то шершавое коснулось его руки. Моментально подскочив на ноги и призвав водяные клинки, парень только раздосадовано плюнул: под одну из плит разрушенного подземелья юркнула красно-черная ящерица, что, видимо, и потревожила Фатуи. Солнце уже было высоко, а это значило, что пора было вставать. Вообще, они договаривались уйти сразу после рассвета, но, видимо, Дилюк решил сделать иначе. Либо сам тоже отрубился на карауле и продолжил спать. Повернувшись ко вчерашнему костру, Тарталья не увидел никого. И не то что бы он был удивлен, но явно разочарован. Дилюк просто сбежал? Он не был похож на того, кто уходит не попрощавшись, но факты были на лицо. Поднявшись на ноги, Тарталья подошел к костру, что был давно уже потушен, и взял одну из головешек. Совсем остыла. Рагнвиндр ушел уже давно. Тяжело вздохнув, Тарталья пнул небольшой камушек со всей досадой, и обиженно нахмурился, смотря на потушеный костер своими ясными глазами. Не стоило ему ложиться спать. Не то что бы без Дилюка он не справился, но он ведь пошел в это путешествие именно ради Дилюка. Почему тот вообще решил уйти? Ему так надоело общество Фатуи? Или согласившись на сотрудничество он с самого начала собирался все провернуть в одиночку, ускользнув из-под носа? Тарталья был слишком доверчив и беспечен. Это было не свойственно его натуре, но сейчас Рагнвиндр обманул его как самого настоящего ребенка. И Чайлд даже не знал, за что именно ему было так обидно. Махнув рукой на все, он поправил свою дорожную сумку, достал оттуда флягу с водой, отпил немного, пихая назад, а потом вышел из развалин, направляясь к дороге. В воздух вознесся алый столб искр. «А это что еще такое?» – Тарталья удивленно вскинул взгляд к небу, но искры уже исчезли в солнечном свете. – Ты уже встал. – Прямо над ухом раздался до боли знакомый холодный голос, от которого Чайлд в очередной раз подскочил на месте. – Прекрати так делать. – Широко улыбаясь попросил Предвестник, поворачиваясь и осматривая Дилюка с ног до головы. Он вернулся? Или он и не планировал уходить? Но почему тогда потушен костер и все вещи при нем? Или он подумал и решил вернуться? – Ты уже собрался в дорогу? – Проигнорировав просьбу, Рагнвиндр прошел мимо Фатуи, направляясь обратно к бывшему костру и усаживаясь на камни, что все это время служили им отличными сиденьями. – Ну, знаешь, я проснулся, не увидел тебя, решил, что пока я спал, тебя похитили, и решил идти на твои поиски сию минуту. – теория звучала до нельзя глупо. Тарталья это понимал, неловко почесывая шею и улыбаясь. Дилюк не собирался уходить, теперь это стало таким ясным и очевидным. И чувствовал Чайлд себя крайне неловко. Особенно злился он на свою непонятную обиду, что вспыхнула немного ранее. – Я посмотрел карту и нашел маленькую деревушку в парочке километров отсюда. Решил сходить, чтобы купить еды на завтрак. Сам я не силен в готовке. – Красноречиво взглянув на спутника, мол, чего стоишь, садись, Дилюк взял свою сумку и выудил оттуда два свертка и бутылку из темного стекла. Поставив бутылку на землю, Рагнвиндр протянул устроившемуся под боком Тарталье один из свертков, начиная разматывать свой. Рыжеволосый последовал его примеру. – А что это за красные искры появились, перед тем как я встретил тебя? – Было до сих пор неловко. Особенно за свои опрометчивые выводы, поэтому Тарталья не хотел молчать от слова совсем. – Оставив тебя, я потушил костер, чтобы пламя не перекинулось на сухую траву, а затем поставил охраняющее заклинание. Если бы кто-то вошел внутрь, его бы хорошенько поджарило, а ты бы успел проснуться, чтобы защититься. – Теперь все выглядело настолько логичным и простым, что Тарталье оставалось только смущенно отводить взгляд, поэтому он сделал вид, что очень занят распаковкой своей еды. Спустя пару секунд в его руках уже была небольшая супная мисочка с крышкой, которую Чайлд ловко снял, смотря, что за угощение ему добыл Дилюк. Какого же было его удивление, когда в тарелке оказалось его любимое блюдо в Ли Юэ: «экстремальная рыбалка». Неужели Рагнвиндр запомнил это, когда Тарталья без умолку трещал про кухню Ли Юэ, вскользь выделяя эту еду. Что-то теплое разлилось по всему телу и заставило улыбнуться. – Если не голоден, оставь на потом. – Увидев легкое замешательство в движениях напарника, предложил Дилюк, протягивая пару палочек, что так же были куплены совсем недавно. Отделив свои палочки друг от друга, Рагнвиндр принялся ловко есть ими свою еду, что была явно не «экстремальной рыбалкой». Палочки для еды проворно мелькали в руках винного магната, и Чайлд не понимал, как можно этим вообще что-то брать и нести в рот. Взяв две палочки, Предвестник попытался их взять в точности как Дилюк, и у него почти получилось. До того момента, как они предательски перекрестились, роняя кусочек крабового мяса обратно в тарелку. Данное действие не ускользнуло от цепкого взгляда Дилюка, и Чайлд был готов поклясться, что он смеялся над ним своими алыми глазами. – Как давно ты в Ли Юэ? – Где-то с полгода. Может больше. – Он прекрасно понимал, куда клонит этот засранец. Но прерывать своеобразную игру не собирался. – И за полгода ты так и не научился ими пользоваться? – Дилюк демонстративно подцепил у себя в тарелке кусочек мяса и положил себе в рот, мол, смотри, чего ты тут не можешь то. – Не было необходимости. У меня всегда была вилка. Да и я тут не навсегда, чего выделываться? – Оправдываешься, Фатуи? – самые уголки губ Рагнвиндра дрогнули, будто вот-вот тот улыбнется, и Тарталья не смог сдержать улыбку. Этот совершенно отстраненный от мира юноша не такой уж и непробиваемый. Он тоже может шутить, может, кажется, даже улыбаться. А Чайлд то уже было решил, что перед ним страж руин в человеческом обличии. – Да ничего я не оправдываюсь... Вместо ответа Дилюк вырвал из рук Тартальи его палочки под удивленный вздох. А потом винный магнат взял чужую руку и всунул в нее палочки так, как их следовало держать, да зажал своей сверху. Чтобы это безмозглый Фатуи держал и не уронил. – А теперь смотри, какой тут механизм. – Дилюк вновь взял в правую руку свои палочки и подвигал им, демонстрируя, какими пальцами следует двигать, а какими нажимать для лучшей хватки. Тарталья правда старался все делать так, как показывал Рагнвиндр. И получалось! Но палочки приходилось поправлять после каждого забора пищи. Это было неудобно. И для Тартальи, который привык есть быстро, такой вид приема пищи был чуть ли не пыткой. Успокаивало только осознание того, что Дилюк это все для него притащил. А такой жест к Фатуи со стороны ярого ненавистника этой организации не что иное как подвиг! Подкрепившись, Тарталья чувствовал себя совсем отлично. Погода была вполне себе сносная, хоть солнце и светило, но не палило, тело чувствовало себя отдохнувшим, и Предвестник был готов горы сегодня свернуть. – Нам осталось еще пол дня ходьбы. К вечеру уже будем на месте. – Как всегда холодно говорил Дилюк, расстелив карту на плоской плите и водя по ней пальцем. – Отлично! Там и заночуем. – Радостно кивнул Тарталья, выхватывая карту, нетерпеливо скручивая ее и пихая в свою сумку. Дилюк на это только раздраженно закатил глаза. Дорога была достаточно спокойной. По пути встретилась только группка хиличурлов и крио маг Бездны, с которым Дилюк разобрался в считанные минуты. Тарталье тот скомандовал сидеть и не высовываться, чтобы не рисковать наложением на себя и его статуса заморозка от Гидро Тартальи и Крио мага. И чайлд был бы рад ослушаться, потому что помахать своими клинками очень даже хотелось, но слова Полуночного Героя были очень даже логичными, поэтому Фатуи только пару раз стрельнул с лука, убирая хиличурлов, и все. Им несказанно повезло, что дорога к нужной им деревне лежала у подножья гор и им не пришлось тратить кучу времени на карабканье по скалам. Не то что бы у Тартальи с этим были проблемы, но тратить время на такую ненужную ерунду не хотелось от слова совсем. Всю дорогу по большей части разговаривал Тарталья, Дилюк сегодня был слишком задумчивый и немного хмурым. Казалось, он совсем не вслушивался в слова Фатуи хотя бы для приличия. Думал он о предстоящем разговоре или же о накладных, что придется разгребать по возвращению на винокурню, Чайлд не знал, но решил заткнуться и не отвлекать. Дилюк не был болтливым человеком и молчать в его компании было так же комфортно, как и тараторить без умолку. Погрузившись в свои мысли, Тарталья и не заметил, как постепенно узкая тропинка стала шире, беспорядочно высаженные деревья приобрели какую-то логику, и обратил на это все внимание, как только они наткнулись на первый деревянный домик. Во дворе бегало двое детей и Чайлд невольно вспомнил своих младших брата и сестру, расплываясь в нежной улыбке. Отголосок тоски по дому проскользнул во взгляде голубых глаз, и Тарталья резко отвернулся. Он любил детей. Любил с ними играть, отлично ладил, но это явно не сыграло бы на руку его репутации серьезного воина Фатуи. Дилюк, видимо, что-то заметил в изменившемся взгляде, потому как заинтересовано посмотрел сначала на Фатуи, потом на бегающих детей, а затем устремил свой холодный взгляд на дорогу, прикидывая в голове, у кого лучше бы спросить о торговце. – Ну что, в первый же двор? – Усмехнулся Тарталья, почесывая затылок от некой неловкости. Он чувствовал себя за проявление каких-то теплых чувств в присутствии Дилюка слабее. Даже если тот и не заметил ничего. По сути, нет ничего такого, чтобы любить детей или наслаждаться солнцем, но, смотря на такого равнодушного ко всему Рагнвиндра, проявление любых чувств казалось каким-то неправильным. – В первый дом, говоришь? – Переспросил Дилюк, смотря по сторонам, а потом подошел к Тарталье вплотную и достаточно быстро завел руку над его головой. Прежде чем владелец винокурни успел что-то сделать, рыжеволосый перехватил кисть, с силой сжимая запястье. Зрачки Дилюка расширились в каком-то немом удивление, а затем вернулись в обычное положение, ровная линия бровей изломилась, когда тот нахмурился, и, презрительно сощурив глаза, Рагнвиндр с силой рванул руку, освобождая из цепких чужих пальцев. – Сними свою маску, Фатуи. – Слегка раздраженно бросил обладатель Пиро глаза, а потом добавил с такой холодной интонацией, что Тарталье только вздыхать и оставалось: – Жители ни за что в жизни не пустят на порог кого-то вроде тебя. За осознание хотелось больно шлепнуть себя по лбу. Дилюк серьезно хотел снять ему маску? Не ударить, а спрятать его принадлежность к преступной организации? Какой же Тарталья идиот! Он то наивно решил, что Рагнвиндр ни с того, ни с сего решит напасть, ударить. Вот и среагировал так... бурно. Что ж, было более чем не ловко. Особенно попытаться заглянуть в чужие алые глаза. Какой идиот! – Извини. Я решил, что ты хочешь меня хорошенько треснуть. – с максимально шутливой интонацией пролепетал Тарталья, нагоняя ушедшего вперед напарника. – Не больно? Дилюк на его вопрос вопросительно приподнял бровь. – Ты за кого меня принимаешь, раз считаешь, что сжатое запястье – больно, Фатуи? Чайлд понял, как сглупил во второй раз, слегка краснея от неловкости за свои глупые слова. Непробиваемый взгляд Дилюка кого угодно смутит и из себя выведет! – Не зови меня Фатуи. – Добродушно хохотнул в ответ на вопрос Предвестник, снимая свою маску и пряча ее в сумку. – А то сам ведь выдашь. – Тебе не за что извиняться. – Продвигаясь вперед по деревушке, продолжил Дилюк, словно и не слышал своего собеседника. – Мы с тобой просто работаем вместе. Не друзья, не товарищи. Мы и не должны доверять друг другу. Тарталья на это заявление согласно кивнул, хотя слова напарника горечью осели где-то в груди. Он не доверял ему, ровно как и Дилюк не доверял Чайлду. Этот, казалось, вообще никому кроме себя не доверяет. В общем-то как и у Предвестника были огромные проблемы с доверием. Однако, почему-то на Рагнвиндра хотелось положиться. Он внушал доверие. Даже не с точки зрения готовности поддержать, а с точки зрения честности. Он был закрыт для всех, но в то же время очень прямолинеен, никогда не юлил и держал свое слово в любой ситуации. Такое редко встретишь. Именно поэтому он и заинтересовал Тарталью настолько, что тот решил пожертвовать своим свободным временем и немного попутешествовать с таким хмурым компаньоном под боком. Узнай это кто-то из Предвестников или сама Царица, будут вопросы. Да еще какие! Дилюк Рагнвиндр пусть больше и не наводит суеты одним своим упоминанием, все еще занимает первые строки особо неугодных для Фатуи личностей. В прочем, в свое свободное время Тарталья может развлекаться как угодно и с кем угодно, хоть ты с самим Архонтом. Пока это не мешает его работе и не ставит под угрозу его преданность делу – пожалуйста. Деревня была небольшая, состояла из двух улиц, тянущихся параллельно друг другу, поэтому было удивительно, что именно в этих местах живет человек, что продавал столь «мощные» артефакты нуждающимся. Дилюк шел молча (как удивительно!) и внимательно рассматривал ухоженные дворики. Людей практически не было. Вероятно, они пришли в неблагоприятное для гостей время: все были либо в полях-лесах на работе, либо засели по домам, тоже работая. – Ну что, будем ждать или куда постучимся? – Замедляя шаг у колодца, спросил Тарталья. В отличии от города, жизнь в деревне шла своим, совершенно иным чередом. Если в городе было полно отлынивающих от работы людей, то здесь явно каждый занят каким-то своим важным делом. Для Тартальи находиться в таком месте было в принципе удивительно. Его работа не была связана со толь мелкими местами, а во время своих кратких путешествия заходить в подобные уголки Тейвата не хотелось. На Дилюка, казалось, деревня никакого впечатления не воспроизвела. Он тоже остановился, запрокидывая голову и погладывая на яркое солнце. Вероятно, оно пригрело и его черную спину. – По-хорошему было бы встретить кого на улице, а не ломиться без приглашения. – Ты видишь хоть одну живую душу, чтобы к ней обратиться? – Дилюк на это недовольно фыркнул, а Чайлд поставил плюсик себе. – То-то же. – Здесь подозрительно пусто. – Все работают. Разве это не логично? Не все имеют целое состояние, господин Рагнвиндр. – Не тебе говорить о состоянии, Фатуи. Я хотя бы использую свое. – Чайлд на это только отмахнулся. – Я, когда еще путешествовал, бывал в подобных местах. И там не было настолько безлюдно. – Что ты хочешь этим сказать? – Тарталья присел на скамеечку прямо у колодца и пододвинулся, освобождая место рядом и своему спутнику. Тот все равно предпочел стоять. Ну и пусть стоит, чтоб ноги у него поотваливались. Тут сам Одиннадцатый Предвестник такую заботу и щедрость проявляет, а он! – Либо тут что-то случилось, либо… – Дилюк заговорщицки оглянулся, Тарталья повторил его действие чисто рефлекторно. – Либо они уже заранее знали, что мы придем. И вот последнее более правдоподобно звучит. – Черт. Думаешь, мы были недостаточно осторожны? – Думаю. – Кивнул Рагнвиндр, да так чрезмерно активно, что его алые волосы упали на лицо. Пришлось поправлять их руками. Если бы Дилюк не был таким хмурым и недовольным, Тарталья мог бы сказать, что это было мило. – Насколько аккуратно ты собирал информацию? – Знаешь, это звучит крайне оскорбительно. Я все-таки не какой-то там дипломат, я Предвестник. Ты правда думаешь, что я бы без шума не смог раздобыть информацию о такой мелкой сошке? – Видно, не такая уж мелкая сошка, что сам Предвестник отправился его разыскивать. Тарталья прикусил кончик языка. А ведь действительно. Дилюк так серьезно относится к этому делу, потому что думает, что то крайне сложно. Ведь не последнее лицо Фатуи принялось за расследование. С одной стороны, Рагнвиндра хотелось успокоить, с другой – нельзя раскрыть своих истинных мотивов. Тем более Тарталья сам не особо их понимал. – Возможно, наша оплошность в том, что мы не проконтролировали ситуацию, когда решали с теми двумя… – А я хотел и им начистить морду. Дилюк тяжело вздохнул: – Не думаю, что дело в них. Завидя за спиной Дилюка направляющегося к ним мужчину, Тарталья встал, чем заставил Рагнвиндра обернуться. Это был обычный житель деревни. Судя по луку за спиной – охотник. Вот только почему охотник в такое время не на охоте? Неужели, действительно их уже ждали. – Приветствую вас, путники! – Еще на расстоянии метров двадцати крикнул мужчина, и напарники двинулись ему навстречу. – Пришли за нашими фирменными колбасками или же по другому вопросу? Может быть просто мимо путешествуете? Тогда вас огорчу, из достопримечательностей у нас только этот колодец. У него глубина более ста пятидесяти метров, представьте! – Благодарим за прием. Меня зовут Дилюк, это мой товарищ Тарталья. Ваша местная еда, разумеется, интересна, но мы тут разыскиваем торговца по имени Юншэн. Говорят, он распродает очень мощные артефакты. Нам, как искателям приключений, очень бы не помешало запастись кое-какими вещицами. – Артефакты? – Глуповато переспросил мужчина, словно слышал подобное слово впервые. – У нас действительно есть человек Юншэн, но он продает всякие местные сувениры, ткани. Никаких артефактов и в помине… – Вы не поняли. – Нетерпеливо встрял в диалог Тарталья, широко улыбаясь. – Нам прямо очень нужны артефакты. Деньги не вопрос. – В доказательство Чайлд достал из-за пазухи небольшой мешочек моры и протянул на вытянутой ладони мужчине. Тот скосил взгляд, но мешочек принял, тут же пряча его в карман широких брюк. Тарталья невинно похлопал ресницами, внимательно слушая. – Юншэн уехал сегодня ночью. Он действительно последнюю неделю торговал одними артефактами, хотя раньше, надо сказать, у него было пару штук. Да и те пустяковые. А тут сразу много да элитные. Один такой артефакт по сто-пятьсот тысяч моры стоил. И знаете, нашлись же какие-то олухи, что покупали! – Весело хохотнул охотник, а потом резко спохватился. – Не, если у людей есть деньги, то пусть тратят, но я бы не стал. Так вот, дела у него очень даже хорошо шли. А сегодня утром я к нему за сетью зашел, а его нет. В деревне слух прошелся, что к нам ночью Фатуи наведались. Юншэна искали. Поэтому все и попрятались. А мне не страшно, что они мне сделают? – Действительно. – Хмыкнул Дилюк, явно презирая этого человека за его беспечность. – Жена его говорит, что ночью по делам уехал. А какие дела, Архонт его знает. Но все это странно, уж не составил ли он конкуренцию кому из крупных торговцев своей выходкой? – Этого уж мы не знаем. – Пожал плечами Тарталья. Что ж, выходит, Дилюк оказался прав и Юншэя предупредили. И посоветовал валить при первой же возможности и как можно скорее. – А где он живет? Может его жена в курсе, куда тот двинулся? Мы проделали слишком большой путь, чтобы возвращаться с пустыми руками. – Снова заговорил Дилюк, скрещивая руки на груди. Тарталья оставалось кивать в знак согласия. Охотник, видимо, не был ни в каком сговоре с ускользнувшем из-под носа торговцев, а мешочек моры развязал ему язык, поэтому он охотно указал дорогу, рассказал, что именно в это время вероятнее всего можно найти женщину дома, да еще и предложил остаться у него на ночь, если путешественники вдруг решат задержаться. – Что ты думаешь? – Начал первым разговор Тарталья, шагая по левую руку от Дилюка и концентрируя свой взгляд на его лице, пытаясь угадать, о чем он думал сейчас. Взгляд все так же сосредоточен и холоден, губы сомкнуты в тонкую полоску, он выглядел крайне спокойно. Впрочем, как и большинство времени. – Думаю на счет чего? – Не придуривайся. – Предвестник шутливо пихнул локтем того в бок, на что получил усталый вздох. Что ж, это лучше хмурого взгляда. – На счет всей этой ситуации. Что ты думаешь? – Считаю, что этот торговец глупый и жадный человек, что решил запятнать свою честь сотрудничеством с Фатуи. – Но ты ведь тоже сотрудничаешь с Фатуи! – Было очень забавно наблюдать за сменившейся мимикой на чужом лице. И Тарталья уже был готов обрадоваться, что смог-таки вывести этого парня на яркие эмоции, но тот промолчал. Лишь нахмурился больше обычного. У Дилюка было много запретных тем, которые лучше было не поднимать и не ворошить дела минувших дней. Смутно Тарталья знал, что ненависть к Фатуи идет не только от их бесчинств, но и от личных обстоятельств. Так же он знал, что от руки его организации пострадали члены семьи Рагнвиндра. Больше ему известно не было. И Дилюк не был из тех людей, кто любит потрепаться о своих тяжелых ранах. Насколько глубокими они были, раз одна безобидная шутка про сотрудничество смогла испортить настроение этому винному магнату. Совсем немного стало совестно. Потому что если бы от руки какой-либо организации пострадала семья Тартальи, он бы не то что ненавидел, он бы уничтожал каждого без разговора и разбирательства. И уж точно не допустил бы сотрудничества с одним из них. Хотелось извиниться, но слов не находилось. Простое «прости» звучало в голове слишком глупо, а что-то другое придумать не получалось. Оставалось молчать. Вообще, следовало замолчать чуть раньше. По какой-то неведомой причине, портить отношения с Дилюком вовсе не хотелось. В-первую очередь, потому что личность он интересная, а еще так и не сразился с Тартальей. А во-вторую… во-вторую он не мог объяснить, но к этому человеку с вечно-холодной аурой его тянуло. Про себя Предвестник говорил, что это все стремление увидеть эмоции на безразличном лице, но как-то самого себя полностью в этом убедить не получалось. Причина явно была в другом. А в чем, Фатуи понять не мог. Нужный им дом находился на окраине деревни посреди роскошного сада. Дом был тоже одним из самых богатых в деревне: высокий, двухэтажный, из новых досок – либо отреставрирован, либо недавно построен – несмотря на мелкие товары этого торговца, зарабатывал он неплохо. Явно получше большинства жителей. Хотя, они, возможно, и не зарабатывают, а сами обеспечивают себя как могут. Как-то совсем по-древнему звучит. Осознавать, что в Ли Юэ всем правят контракты и мора, а тут люди могу выменивать еду на одежду, было странно и немного дико. Как же далеко развитие городов ушло от подобных местечек. Дилюк не говорил больше о своих намереньях и планах на будущее с Фатуи, а потому оставалось только идти за ним следом во двор, к дому, да действовать по ситуации. Рагнвиндр коротко постучал в дверь дома и замер в ожидании, рассматривая резную оконную раму. Молчание давило и впору было бы разбавить его какой-нибудь глупой шуткой, на которую Рагнвиндр тихо фыркнет и сделает вид, что ему нисколечко не смешно, но в голову ничего не лезло. Вскоре дверь распахнулась и на пороге появилась невысокая женщина, с собранными в гульку темными волосами да в традиционной одежде Ли Юэ. Увидев незнакомцем на своем пороге, она заметно напряглась, одарив напарников подозрительным взглядом. – Вы, наверное, к моему мужу. – Все же нарушила молчанье та, но так и осталась стоять в доме, оставляя гостей по ту сторону порога. Подобная предусмотрительность напрягала. Она действительно много знает. И муж скорее всего предупредил о возможном приходе неких незнакомцев. Это значительно усложняло задачу. – Он уехал по делам на неопределенный промежуток времени. Его командировка может затянуться на месяц или два… –То есть Вы хотите сказать, что «по работе» … – Бросьте, мы знаем о незаконной деятельности вашего мужа и продаже артефактов, купленных из рук Фатуи. – Перебил того Тарталья. Потому что Дилюк своим напором только все испортит. Тут по-хитрому надо. И почему бы не воспользоваться еще и своим положением. – Какая незаконная деятельность? Мой муж бы никогда не связался с Фатуи, что вы несете?! – Высокий голос сорвался на крик, и женщина нервно блеснула глазами, слегка потянув дверь на себя скорее инстинктивно. – О, вы, должно быть, наслушались этих глупых слухов. Это все клевета! Никаких Фатуи в этой деревне никогда и в помине не было. А у тех, кто так нагло врет, пусть язык отвалится. – Не отпирайтесь. Я Чайлд, одиннадцатый Предвестник Фатуи. – Он эффектно достал свою маску, цепляя ее на прежнее место. Удивление в глазах женщины льстило. – И я пришел передать новые указания. Сама Царица заинтересовалась деятельностью вашего мужа. Поэтому она хотела бы предложить сотрудничество, чтобы наладить торговлю на территории всего Тейвата. Видимо, мои коллеги немного нас опередили и передали информацию в искаженном виде. Вашего мужа не ищут ради разоблачения. Я искал его с радостными новостями. – И почему я должна вам верить? – Женщина хмуро осмотрела лицо Дилюка и его спутника. – Потому что в ином случае у вашего мужа будут большие проблемы. – сказал за Тарталью Дилюк, словно мысли его прочел. Вот что Тарталье понравилось в работе с Дилюком больше всего. Он без труда подстраивался под ситуацию, обладал гибким мышлением и просчитывал шаги напарника, всячески старался угадывать их. Иметь такого врага напряжно, но иметь такого союзника одно удовольствие. Не будь Рагнвиндр таким ярым ненавистником Фатуи, Чайлд бы предложил тому вступить в организацию, взял бы под свою опеку и помог бы достигнуть высоких званий, а также назначил бы его постоянным напарником. Нет, Тарталья был воин одиночка, но сотрудничать с Дилюком… это было такое развлечение! Женщина стушевалась и нервно затеребила ткань рукава. Явно обдумывала слова. А потом нервно закусив губу, начала говорить: – Сегодня ночью к нам явились Фатуи и сказали, что за мужем ведет охоту правительство из-за какой-то там ошибки. И что ему срочно нужно укрыться. Они увели его моментально на гору Хулао на неделю. Там у них лагерь разбит. Когда все уляжется, он вернется. А еще сказали никому не говорить ничего. – Правительство Снежной в лице царицы действительно его ищет. И ошибки нет. Но ищет для того чтобы вознаградить, а не отрубить голову. Вам не о чем переживать. – Заверил Тарталья, поглядывая на Дилюка. Тот выглядел спокойно, и только сжатая в кулак рука выдавала его нервное состояние. Тарталья незаметно кротко коснулся чужой руки, обтянутой в черную перчатку, как бы давая понять, что все в норме. И переживать нечего. Этот жест был слишком интимным, чтобы проявлять его к чужому человеку, коим Рагнвиндр для Чайлда и являлся. Дилюк явно не одобрил вторжение в его личное пространство, но руку не отпихнул. Только разжал свою, тяжело вздохнув. – Может быть вы зайдете? – Женщина наконец-то открыла двери шире, отходя в сторону и пропуская гостей. Дилюк отрицательно помахал головой. – К сожалению, нам пора. У нас слишком много дел. Все-таки Фатуи – это серьезная организация. – И обворожительно улыбнувшись, Тарталья развернулся, уходя прочь и зовя за собой Рагнвиндра. Тот пошел без лишних слов. Они шли быстро, словно хотели поскорее покинуть это непонятное место. Только оказавшись за деревней, Дилюк замедлил шаг, а потом и вовсе остановился. – Не в правилах Фатуи заботиться о людях, что пострадали в результате их махинаций, верно? Вопрос застал врасплох. Не то что бы Чайлд не думал о том, о чем задумался защитник Мондштата, но все равно это все звучало неожиданно. – Ты прав. Но, может они просто переживали о том, что этот Юншэн их выдаст и решили укрыть его на время? Дилюк весело хмыкнул. И если бы не ситуация, Тарталья бы искренне поверил, что тому весело. – А что Фатуи делают, когда человек, с которым они сотрудничают, становится им не нужен, а к тому же еще и угрозу представляет? – Убивают. Но что если… – Полагаю, мы уже не успеем. – Досада в голосе Дилюка заглушала безразличие к миру. Оно и ясно. Он герой, он привык всех спасать. Жгучие разочарование перекинулось и на Предвестника, заставляя того обижено прикусить губу. Тарталья не нашел что ответить. Он лишь достал карту, чтобы найти более короткий путь на гору Хулао. Видеть расстроенного чужой смертью Рагнвиндра вовсе не хотелось.

***

Дорога заняла времени не много, основную часть путешествия напарники карабкались на гору, практически не разговаривая. Дилюк был не в том расположении духа, чтобы вести беседы, а Тарталье вовсе не хотелось говорить лишь ради того, чтобы говорить. Было ясно нервное напряжение Рагнвиндра. Он был из тех людей, что жаждет спасти всех и каждого. И совершенно бесполезно ему говорить, что всех не спасти. Он умный, и так все знает. Но по-другому не может. И это упрямство в совокупности с непоколебимостью взглядов восхищала. Тарталья упустил тот момент, когда стал рассматривать Дилюка не только как предмет развлечения, а как достойного человека и в принципе интересную личность. Однако, такая вот переоценка компаньона вовсе не мешала жить дальше. Она лишь заставляла почаще заглядываться на вечно хмурого защитника Мондштата, более внимательно отслеживать его настроение и аккуратно подбирать выражения. Потому что отпихнуть от себя Рагнвиндра было проще простого. Он и так не был в восторге, что находится постоянно в компании Фатуи, хотя, надо сказать, его неприязнь была скорее напускная, чем настоящая. Дилюк ведь не был глупым, а потому должен понимать, что даже в Фатуи люди разные, и что даже Фатуи могут прикрыть спину в нужный момент. И Тарталья к вечеру этого дня поставил себе четкую цель – заставить Дилюка перестать так много в нем сомневаться. Когда на улице совсем стемнело, путникам осталось метров сто в высоту до предполагаемой цели. И Тарталья правда не знал, стоит ли лезть. Дилюк скомандовал, что стоит. Потому что чем больше они медлят, тем больше вероятность, что в живых они торговца не застанут. Чайлд спорить не стал, хотя тело требовало отдыха, а не боя, который явно намечался, если только наводка жены не была ложной. Если же их нагло обманули, Тарталья вернется в деревню, несмотря на слова Рагнвиндра, и придушит ту лгунью. Потому как сил они на эту гору потратили немерено. – Я, конечно, понимаю твое рвение, – начал Тарталья, закрепляя снаряжение для скалолазания, – но в темноте чего доброго сорвемся. А с этими веревками и планер не раскрыть. – Да я в жизни не поверю, что ты ночью не лазал по горам, Фатуи. – Фыркнул Дилюк, но беззлобно, даже с подозрительно покладистой интонацией. Тоже устал. И Предвестник очень пожалел, что сейчас ночь и усталое лицо Дилюка совсем не видно. – Я не спорю, Фатуи промышляют ночью, но знаешь, я сразу занял высокие позиции и путешествовал в основном по городам с целью переговоров и выполняя супер-важные поручения Царицы. – А как ее зовут? – Кого? – не понял Чайлд, начиная карабкаться. Дилюк все же создал пиро-магией небольшой огонек, что достаточно освещал выступы скалы, на которые можно было поставить ногу. – Царицу вашу. Я ото всех только и слышу, что ее титул. Тарталья на какое-то время задумался, останавливаясь и прекращая подъем. Дилюк за пару движений обогнал его, хоть и был чуть позади до этого. Вопрос этого парня действительно озадачил. – Честно? Понятия не имею. – Отличное у вас руководство. – Усмехнулся Дилюк, и его спокойный смешок теплом разлился по телу. Словно солнце на миг снова выглянуло, пригревая своими лучами. От неожиданного тепла Тарталья тоже улыбнулся, слегка ускоряясь. На гору они взобрались как раз со стороны кустарников, что было весьма кстати. Огонек пришлось потушить, но он сейчас и не особо был нужен: полная луна отлично освещала верхушку горы и все, что находилось на ней. Аккуратно крадясь между широких деревьев и огромных камней, напарники наконец-то увидели вдали разбитые палатки и недавно погашенный костер: от него все еще вздымалась тоненькая струйка дыма. – Предлагаешь сразу напасть? – Покосился на своего путника Дилюк, говоря максимально тихо. Они сидели за кустом прямо напротив палатки, места было мало, поэтому пришлось прислониться плечом к плечу. Вопреки ожиданиям, тело Дилюка тоже не источало никакого жара. И если бы Тарталья не видел, как Рагнвиндр использует огненную стихию, решил бы, что тот либо вовсе без глаза, либо носит Пиро для прикрытия, когда настоящий спрятан в каком-нибудь кармане. Воздух в горах был чистый, свежий, какой-то по-особенному ароматный. И в совокупности с усталостью действовал как самое настоящее снотворное. Тарталья зевнул, широко открывая рот и даже не думая его прикрыть ладонью. Да зевнул с таким наслаждением, что Дилюк подцепил зевоту следом, только рот прикрыл. Как бы он не хотел оставить на лице свою напускную серьезность, зевок напрочь ее сбил, оставляя какую-то совсем детскую растерянность. Но длилось все пару секунд, затем брови вновь нахмурились, а сам Рагнвиндр недовольно посмотрел на своего напарника. Раззевался тут, понимаешь ли. – А ты прямо-таки поступишь так, как я скажу? – Парировал обладатель Гидро глаза Бога, по-птичьи склоняя голову к плечу. Рыжая челка упала на глаза, и Тарталья убрал ее ловким движением руки, чтобы видеть своего спутника лучше. – Да. Для начала проанализирую, конечно... Но да. Ты все-таки Фатуи. И как бы хорошо я не знал ваши тактики боя, ты знаешь их все равно куда лучше. Тебе ли не знать, с какой стороны нападать и где слабое место той или иной схемы. – Ты думаешь, что я тебе все расскажу и всем поделюсь? – Тарталья задорно хохотнул, смотря на Дилюка, как на самого глупого человека Тейвата. Тот недовольно фыркнул на такой взгляд, и его такое недовольство не могло не умилять. – Не думаю, что Фатуи настолько глупы. Но ты бы мог сказать мне, как лучше напасть, с какой стороны и прочее. Тарталья кивнул, слегка выглядывая из-за куста и выведывая, стоит ли кто на карауле. На самом деле, он бы поделился. И планами, и схемами. Он во многом расходился с Фатуи и не был преданным им бойцом. Он был с ними не потому что их идеи совпадали, он был с ними, потому что они давали ему власть, деньги, и вообще, их сотрудничество было выгодным, не более. А потому ему будет совершенно все равно, если схемы групповых техник атак станут известны Полуночному Герою. И ему все равно, если из-за этого сорвутся какие-то там операции. Это не его проблемы. – Здесь один лучник только на страже. Его я быстро уберу. – Начал горячо шептать Тарталья, вновь юркнув в укрытие. Он никогда не работал в команде, никогда не обсуждал с кем-то план действий, и потому происходящее будоражило, заставляло сердце стучать быстрее. Он с нетерпением ожидал совместный бой с Дилюком. И пусть это был не спарринг, а бой плечом к плечу на одной стороне, настроение это поднимало невероятно. Всю усталость как рукой сняло, и Тарталья достал свой лук, чтобы единственным точным выстрелом тихо убрать Фатуи на посту. – Я буду держать его на прицеле, а ты проберись к задней стенке палатки. Как будешь на месте – пошли пару искр в воздух. Они ничего не поймут, а я стрельну в постового. Спустя ровно пять секунд нападаем. До пяти считать умеешь? Рагнвиндр на это только глаза закатил, выдвигаясь чуть ли не ползком в указанное место. Тарталье оставалось только ждать. Примерное количество им было известно: в деревню приходило трое. Но это вовсе не значит, что в этом деле не было замешано больше. В любом случае, с двумя глазами Бога этим олухам не справиться. Как только Тарталья увидел пару красных искр над палаткой, рука сама отпустила тетиву лука. Послышался тихий шелест камней от упавшего вниз с обрыва тела. И спустя ровно четыре секунды над палаткой взметнулся клеймор, объятый ярким пламенем. Фатуи среагировали так же быстро как Тарталья, и не успел последний прыгнуть к недавнему костру, как Дилюк уже во всю махал своим огромным мечом. Это было слегка неудобно. Тарталье, который привык работать один, уживаться с таким массивным оружием на поле боя было мягко говоря непривычно. – Сэр Чайлд! – узнал Предвестника один из нападавших. Всего их было четверо, и разделаться бы с ними за пару минут, но это были явно опытные бойцы – видно по технике боя, по тому, как они блокируют удары клеймора. И, судя по всему, они ожидали этого боя. – Почему Вы с этим неугодным? – А почему ты смеешь вообще заносить на меня оружие? – Прорычал Тарталья, одним движением создавая водяной круговорот, что буквально сбил всех с ног, намочив до нитки. – Но не волнуйся, я никому не скажу. Я тебя просто здесь похороню. А потом он увидел Дилюка. Его движения руками были слишком легки для такого оружия. Весь объятым пламенем, он буквально сиял. Он заполнял собой всю гору, освещая половину Тейвата. Раз за разом занося слишком большой для его тонких рук меч, он с таким упрямством и напористостью сокрушал его, обжигая Пиро стихией. Лицо Тартальи горело. И было не ясно, от резко подскочившей на горе температуры или же от жара, исходящего от глаз Дилюка. Они пылали ярче луны этой лихой ночью, ярче огня, что так настойчиво горел на лезвии двуручного меча. «Вот его Пиро» – мелькнуло в голове Одиннадцатого прежде, чем своей точной атакой он сбросил со скалы еще одного врага. Дилюку здесь драться было сложнее. Для раскрытия полного потенциала его атак нужно намного больше места. А тут то дерево, то скала... Тарталья видел его недовольство, но также он видел небывалый подъем, то воодушевление, что горело в алых глазах. Бой распалил его, разжег ту стихию, которая даровала себя во власть этих бледных рук. И теперь было ясно видно: Пиро – единственно верная стихия. И ничто более. Проходясь водяными клинками по только что обожженным соперникам, Тарталья буквально поднимал столбы пара, заставляя тех шипеть. И когда феникс Дилюка уже вырвался из его глаза бога, улетая вперед и норовя снести оставшихся Фатуи вниз с горы, Тарталья дернулся, ощущая у сердца знакомую темную энергию. Это был глаз Порчи, нет сомнений. Но почему он реагирует, если Чайлд и не думал его призывать? Ответ только один: у кого-то из Фатуи есть тоже глаз. Но Царица дарует столь мощную силу только самым близким и преданным членам организации, которые доказали свое превосходство и преданность. И если кто-то из Фатуи дослужился до такого ранга, зачем им какие-то артефакты? Зачем все это начинать. И к слову, где же торговец? Огненный феникс действительно с вулканическим жаром полетел световым пятном прямо на Фатуи, но те выстояли. Средний воин и был обладателем глаза Порчи. Его тело обвивала плотная золотая броня, а маска скрывала все лицо. Чудовищной силы энергия исходила от его. И со скалы не упасть ему и его союзникам помог мощный гео-щит, что смог выдержать такую дьявольскую жару и силу, что была заключена в фениксе Рагнвиндра. Дилюк, казалось, особо не был расстроен таким поворотом событий. Он лишь удобнее перехватил меч, ожидая дальнейших действий соперников, чтобы ринуться в бой самому. Казалось, он и вовсе забыл про Тарталью. Дрался один против всех, как и привык. И даже обидно становилось от этого факта. Но короткий взгляд в чужую сторону дал понять Чайлду, что про него не просто не забыли, что его ждут, рассчитывают на его помощь. Ну и разве может он подвести, когда сам Дилюк-каменная-рожа-Рагнвиндр кривит губы в косой усмешке и полагается на ненавистного Фатуи? Ни в коем разе! – Пора заканчивать этот спектакль. Он нападает первым. И о чудо, Дилюк реагирует молниеносно. Они наносят совместный удар, заставляя их стихии слиться в мощной элементальной реакции и раздробить широкий гео-щит. Тарталье определенно нравится работать в команде, если твоя команда – защитник всея Мондштата Полуночный Герой господин Дилюк Рагнвиндр. Фатуи с глазом порчи явно не ожидал такого натиска. Возможно, до последнего надеялся на сотрудничество с Тартальей. В отчаянье он сорвал с пояса свой глаз Порчи, в момент принимая свое обычное обличие, и швырнул прямо в ноги Дилюку. Тарталья на секунду замер, не понимая, что тот вообще делает. Взрыв, раздавшийся спустя секунду, слышал, наверное, весь Тейват. Взрывной волной Предвестника отбросило с такой силой, что если бы не камень, в который тот уперся спиной, он бы точно слетел в пропасть. И не факт, что успел бы раскрыть планер. Пыль осела только спустя минут семь. Откашлявшись от мелкой пыли, Тарталья уже немедля рванул к полуживым Фатуи, единым взмахам отрубая всем троим головы, а потом бросился к бездвижно лежащему Дилюку. Непонятный Глаз порчи, что взорвался как бомба, был брошен прямо под ноги Рагнвиндру. Весь взрыв пришелся на него. Была ли вероятность найти его мертвым? Огромная. И от такой перспективы Тарталья нервно сглотнул. Начало их путешествия не предвещало такой концовки. Он только увидел, как сияет Дилюк в бою. Он только захотел сразиться с ним настолько сильно, что был готов на многое. Он только поставил себе цель. Он только нашел напарника, что понимал его без слов, что чувствовал каждое движение его тела. Ему стоило подумать «слева», как клеймор Дилюка уже наносил сокрушительный удар. Пересилив свой собственный страх, Тарталья медленно подошел ближе. Ноги-руки на месте. Уже хорошо. Предвестник тихо выдохнул. Нужно быть решительнее, черт возьми. Это просто его сотрудник, напарник на время. Какое ему вообще до него дело? Никакого. Но почему тогда сердце так бешено стучит в висках, что заглушает любые мысли? Но вот острый слух Чайлда уловил тихий шорох. – Дилюк! – Громогласно вскрикнул Тарталья, подбегая к приходящему в себя воину. – Хвала Архонтам ты живой. – Не от руки Фатуи ж мне умирать. – хрипло отозвался тот. Все же этот стихийный взрыв его хорошенько приложил. Ну ничего. Главное, что живой, а от подобного быстро восстановится, он сильный. – Серьезно не ранен? – Подбежав вплотную и упав перед напарником на колени, Тарталья схватил того за плечи, аккуратно приподнимая. Казалось, Рагнвиндр против не был, только поднял на того уставший, слегка удивленный взгляд, а Предвестник невольно дернулся назад. В свете луны алые глаза казались черными.