Мать/Отец

      Дженнифер как всегда сидела и ждала его, не смыкая глаз. Она должна была его дождаться и убедиться, что с ним все в порядке. Она обязана. Старая домохозяйка сидела возле Дженифер, все время успокаивая ту. Но её не надо было успокаивать, ей нужно было просто увидеть его. Кроме него у девушки больше не было родных. Раздался скрип парадной двери. — Брат. Девушка, придерживая свой халат, подбежала к мужчине лет двадцати пяти. По его выражению девушка поняла, что день у того, видимо, не задался, от слова совсем, а резкие движения только подтверждали догадку. — Не приняли? — спросила тихо Дженнифер и в туже секунду пожалела о вопросе. Джеймс посмотрел на сестру взглядом, полным ненависти и презрения. «Надо было промолчать». Она хотела сказать что-то удаляющимся брату, но слова застряли в глотке, когда мимо неё прошел Томас, верный слуга её брата.       О Томасе она знала мало. Три года назад он просто появился в доме, и после этого ни на шаг не отходил от Джеймса. Мужчина был привлекательной наружности — темные волосы, которые аккуратно спадали на его лицо. Высокий, худой, но не костлявый, всегда опрятно одет. Бледная кожа и вовсе делала из него аристократа. Однако Дженнифер не возлюбила Томаса с первого взгляда, а точнее — с первого пересечения взглядов. Ещё тогда, в солнечный субботний день, девушка увидела в этих глазах что-то необъяснимое, страшное, что пробуждало скрытые, давно забытые чувства. И только после месяца пребывания под одной крышей девушка поняла, что чувство, которое постоянно пыталось её подчинить было животным страхом. Дженифер боялась нового слугу брата, боялась настолько, что не могла находиться с ним в одной комнате и пару минут, а просто смотреть на него и подавно. С того момента, девушка всегда держалась возле своей старой горничной, только чтобы не быть одной. Однако, год назад её брат, который по специальности был медиком, стал пропадать у себя в больнице, а вместе с ним и этот демон. Девушка была бы и рада — будучи целый день предоставлена самой себе, она могла спокойно посещать, своего возлюбленного Эдгара Мюренса, однако, в последнее время, Джеймс приходил каждый вечер злой и раздосадован. И лишь однажды, за ужином, он обмолвился о неком проекте, который по его словам, должен был перевернуть всю страну. Что это был за проект и в чем был его смысл, девушка и не догадывалась, но успела в один миг его возненавидеть ведь именно из-за него брат приходил позже обычного и всегда в ужасном настроении, как произошло сегодня.       Девушка замерла под пристальным взглядом Томаса и вывести из некого транса её смогла только старая служанка по имени Маргарет. Девушка благодарно улыбнулась и, приняв руку помощи Маргарет, направилась спать — на завтра у неё было запланировано много встреч. Об одной из них брат не должен был узнать…       Эдгар Мюренс был молодым юношей из небогатой семьи и именно из-за этого факта тот всегда удивлялся, как именно его смогла полюбить девушка из довольно обеспеченной семьи, младшая сестра известного доктора Джеймса Гровен, Дженифер Гровен. Девушка была известной красавицей и желанной невестой для многих аристократов — бледная кожа, темные волосы, которые всегда были связаны в пучёк, осиновая талия, невысокая, словом, богиня, сошедшая с небес на их грешную землю. И сейчас, только для него, парня из низов, эта самая богиня распустила свои локоны, которые теперь струились по его боку, а голова девушки покоилась на его мирно вздымающиеся груди. Они лежали на полянке под деревом в их тайном месте. Парень запустил пальцы в свои рыжие волосы, а после нервно почесал щеку которая была усыпана веснушками. Он выглядел просто, без изиска, однако именно за эту простоту Дженифер и полюбила Эдгара — за эти веснушки, за серые, добрые глаза, за мягкий нежный голос, за руки, которые были укрыты мозолями и ранами.       В который раз девушка тяжело вздохнула, что не понравилось парню. — Что-то не так, Джени? Девушка открыла глаза. Ещё с вечера она думала, стоит ли рассказывать Эдгару про странность брата, про то, что тревожит её уже не одну ночь. А вдруг он посмеётся и скажет, что она накручивает себя, что ничего плохого не происходит, и всё это пройдет в скором времени. Нет, надо рассказать. Они договорились, они пообещали все рассказывать друг другу. — Мой брат. — Тяжёлый вздох. — Мой брат уже какую ночь приходит в плохом расположении духа. Парень приподнялся от чего приподнялась и Дженнифер. — У него доклад, проект. Видимо его не принимают эти его ученные. — девушка вздохнула и перевела взгляд на небо — А он злиться. Приходит поздно, ничего не говорит. И этот Томас. Он всегда с ним. У меня иногда такое ощущение что они ну…это… — Любовники? — Договорил вместо неё Эдгар. Девушка покраснела и спрятала свои уши — она всегда так делала, когда смущалась. — Может… Может если я узнаю, то смогу понять? Я ведь даже не знаю как подбодрить его. Решено — девушка резко встала на ноги — Решено, я…я узнаю что скрывает мой брат. Девушка повернулась к возлюбленному. В глазах того читалось непонимание, но это её совершенно не смущало. — Я узнаю, я проберусь в библиотеку, он хранит там некоторые свои записи… Идея была по детски наивна и глупа, но отговаривать юную особу Эдгар таки не решился…       На следующий день как и предполагала Дженнифер, Джеймс уехал в 6 часов утра и девушка, прождав час для своего успокоения, пробралась в библиотеку брата и как рассчитывалось, тот, не ожидая вторжение на свою собственность, оставил кое-какие бумаги на небольшом столике. Девушка с энтузиазмом взяла те в руки, но пробежав бегло по рядкам, поняла, что ничего интересного она с этого не возьмёт — все было написано на мертвом языке, который девушка, по своей прихоти, не изучала — её больше привлекали живые языки. Однако не теряя надежды Дженнифер продолжила просматривать рядки, надеясь найти хотя бы отдаленно знакомое слово, как вдруг её испугал крик. — Миледи, Миледи, что же вы делаете, сюда нельзя, это личная библиотека молодого Господина. Дженнифер злобно перевела взгляд на свою служанку Маргарет. Та, несмотря на свою старость, довольно резво подбежала к девушке. — Маргарет, испугала, что б тебя. Лучше скажи, не знаешь ли ты латынь? Старая служанка помотал головой. — Мои знания языка очень поверхностны. Будет чудо, если хоть пару слов вспомню… — Не важно, просто взгляни. Да ладно, неужели тебе не интересно, из-за чего Джеймс все время так взволнован? — увидев сомнения в глазах Маргарет, девушка начала уговаривать, как обычно это делала, если та что-то не разрешала ей и, таки послушав юную особу, женщина подошла к своей госпоже и так же бегло начала просматривать рядки. — Если мои знания меня не подводят, здесь сказано о увеличении удачного деторождения каким-то способом, но я не могу понять каким именно. От слов служанки Дженнифер вскрикнула и на радостях обняла ту. Это значит, что её брат Джеймс не замешан в каких либо аферах, это значит, что он наоборот пытается помочь своему народу. Не помогают остальные ученые? Скорее всего они слишком глупы, чтобы понять всю гениальность её дорогого брата. Дженнифер должна была помочь брату. Она же знает больше него о женском теле, значит и помочь она сможет больше, и он больше не будет так угрюм. И когда его идея удастся, она подойдёт к нему и расскажет о Эдгаре, и Джеймс, будучи счастливым, обязательно благословит их. Девушка счастливо делилась этой мыслёй с Маргарет, пока складывала все бумаги аккуратно на место. Она знала что делать и она знала что её ждёт успех…       Она перестала донимать брата вечером, а утром вставала раньше обычного, помогая тому, желала счастья и удачи. Джеймс, на радость, был слишком занят, чтобы заметить изменения в поведении сестры, Томас не особо и обращал внимания на столь энергичную особу и только Маргарет пыталась предостеречь свою молодую госпожу от глупостей, да только та отмахивалась — ей не понять весь энтузиазм, ведь у старой горничной своих родственников не было. В один из дней, когда брат остался дома, девушка попыталась разговорить того. — Как продвигается твоя работа? Мужчина от неожиданного вопроса вздрогнул, после чего глубоко вздохнул, отложив книгу на столик. — Не особо, — Джеймс помотал головой — к сожалению эти псевдоученные не понимают всей сути моей идеи. Хотя что с них взять. — мужчина взялся за голову, слегка прикрыв глаза. — А может…а может я смогу тебе помочь? Как говорится «Одна голова — хорошо, а две — лучше». Хотя я и не смыслю ничего в этой твоей медицине. Мужчина какое-то время молчал, а потом плавно перевел взгляд на сестру улыбаясь, хотя Дженнифер улыбка больше напомнила оскал, но эта мысль покинула её довольно быстро. — Знаешь, может и сможешь. Да, определенно сможешь. Пока что иди готовься в комнату, а немного позже я приду за тобой. Девушка от радости и осознания, что сможет помочь брату подскочила и побежала в комнату. К сожалению, девушка забыла спросить к чему именно готовиться, хотя, скорее всего он имел в виду прихорошиться, возможно Джеймс планировал куда-то поехать с ней…       «Немного позже» все приближалось к «Когда-то вечером». За окном уже потемнело да и погода под вечер испортилась, превратившись из «ясного неба» в «сплошные тучи», так гляди и дождь пойдет. Девушка сидела за своим столиком, продолжая вальяжно осматривать себя через зеркало. А брат все не приходил и не приходил. Ровно в девять вечера в комнату постучали и девушка поторопилась открыть дверь. Как и ожидалось, за дверью стоял её брат. — Джеймс, ты где столько был, я уже жаждалась, так куда мы едем? Мужчина как-то совсем по кошачьи наклонил голову. — Едем, куда мы едем, нам никуда не надо. — В каком смысле? Джеймс зашёл в комнату сестры, запирая за собой дверь и что-то подсказывало девушке, что это не было хорошим знаком. — Понимаешь, моя дорогая, эти глупцы не понимаю одной элементарной вещи. — Мужчина скинул свой пиджак на пол. — С каждым годом количество смертей от неизлечимых болезней все растет и растёт и эти идиоты так слепы, что не понимают, что вакцина перед их носом. — За пиджаком полетел галстук — А ведь есть люди, которые выжили. А знаешь в чем причина? Откуда ты можешь знать. Гены, это гены. — Мужчина вознёс руки к небу — Благодаря генам, что передаются из поколения в поколение люди имею стойкость к вирусам. Но сейчас они пропадают. А знаешь как их сохранить? — Джеймс подошёл к сестре в плотную, прижал к себе, а свободной рукой поднял подбородок. — Если сохранить чистоту крови, то гены не исчезнут, и сделать это можно только благодаря акту кровосмешения. — Мужчина соприкоснулся лбом о лоб своей сестры — И ты, моя драгоценная, поможешь мне это доказать. Дженнифер оттолкнула брата. Нет. Он шутит, что за бред. Кровосмешения запретили. Нет, он просто болен, помешанный. Нужно его успокоить, облагоразумить, он просто устал, переутомился. — Не смешная шутка, Джеймс. Каждый знает, чем плох инцест… Договорить она не успела, Джеймс быстро схватил ту за запястье. — Разве не ты хотела мне помочь? РАЗЕ НЕ ТЫ ПРЕДЛАГАЛА МНЕ ПОМОЩЬ? — зрачки мужчины расширились, он стал похож на зверя перед прыжком. Рывком он притянул сестру к себе. — Не волнуйся, ты поможешь не только мне. Одним резким движением он швырнул Дженнифер на кровать и, пока та не успела опомниться, прижал горло к нему. — Ты поможешь, ты точно поможешь. Наш малыш докажет мою теорию, и много людей будут спасены. Моя милая, это же будет так прекрасно. Девушка начала вырываться и с каждым её движением пальцы на тонкой шее сжимались всё сильнее и сильнее, грозя переломать хрупкие позвонки. Дженнифер начала терять сознание от нехватки кислорода в лёгких. — Не волнуйся, я сделаю всё нежно, тебе понравится. — казалось Джеймс не замечал состояния сестры, он медленно начал развязывать корсет на талии. — Может быть ты даже захочешь повторить… — Я так не думаю. Кто-то резко, схватив за шиворот, скинул его с уже еле живой девушки — та уже была в небытие. Обернувшись, Джеймс увидел Томаса, стоящего в шаге от него самого. — Как ты посмел прервать меня. У нас уговор! — Маме не понравилось, что ты собирался сделать с нашей сестрой — Томас поднял мужчину за шею над полом — А если младшие плохо себя ведут, старшие должны их наказать. Томас отбросил того в стену, после чего послышался неприятный треск, от чего слуга скривился — видимо случайно переломал хребет при ударе. Хотя какая разница, он все равно уже не жилец. Краем глаза мужчина заметил силуэт в проёме двери — то была старая служанка Маргарет. Мужчина постоял несколько секунд, после чего улыбнулся и упал на колено, склонив голову. — Не ожидал вас тут увидеть. Приношу свои извинения, что не узнал с самого начал — пока Томас говорил, Маргарет медленно подошла к туалетному столику хозяйки комнаты. В нем отразилась старая женщина с седыми волосами и болотными глазами. Женщина подула на зеркало, а потом вытерла конденсат, который образовался на нем. Теперь в зеркале отражался молодой мужчина. Черные, длинные прямые волосы падали на плечи, темные глаза были слегка прищуренные, хотя во взгляде можно было увидеть некое разочарование и усталость. Кожа была светлая без изъяна, без родинок и морщин. Вот только стояла в комнате не мужчина а женщина. — Мама. Женщина повернулась к слуге и махнула рукой на Дженнифер, намекая что тот должен сделать, и он, кивнув, поднял тело девушки и исчез так же неожиданно, как и появился в эту комнату.       Женщина была огорчена. Сколько сил она вложила в это дитя, сколько идей подала. Она знала, что Джеймс мог стать великим врачом, мог совершать великие открытия, но, видимо, она слишком много ему дала и, в конечном итоге, он обезумел от тех знаний, которые были ему даны. И почему её дети так быстро хотят всё узнать? Неужели им мало того, что она даёт? С каждым разом они пытаются узнать намного больше, чем она им даёт за раз. Неужели так сложно подождать? Неужели ей снова придется убить собственных детей, как в тот раз? Женщина подошла ближе к бездыханному телу Джеймса, после чего присела и мягко погладила по голове. Нет. Она не сможет убить их, она очень сильно их любит. Поднявшись и разгладив мелкие складки на платье, женщина посмотрела в окно. Наконец луна заменила солнце — её детям пора спать. Туч как и не было, что навевало некое спокойствие. Стоя возле трупа она продолжала думать лишь об одно «Смогу ли я когда нибудь возненавидеть своих детей?»