Демон

      Очень жарко. Небо почти белое, на море полный штиль. Даже ночью жара не спадает. И старая проводка как назло сгорела. А ведь техник говорил, что её надо менять. Ну так взял бы и поменял! Особой команды ждёт? Деймон откинулся в кресле, вытянув перед собой раненую ногу. Она уже не так сильно беспокоила, но иногда тянуло мышцы, особенно по ночам или после физической нагрузки. Ерунда, заживёт. Плохо, что из-за ранения он пока не может участвовать в боевых вылазках, потому и вынужден заниматься административной работой. Как же она ему ненавистна! Здесь подпиши, там согласуй, тут дай указания, объясни, проверь, проконтролируй. А сами подчинённые ничего делать не хотят. Или не могут. Или боятся. Да уж…       — Капитан «Байя Комео» прислал запрос, м’лорд. — Управляющий делами Том Меллон, весь какой-то несуразный, похожий на жука-богомола, крутил в руках листки бумаги. — Просит разрешения встать на рейд.       — Причина? — От жары даже говорить не хотелось.       Напялив на нос огромные, в роговой оправе очки, ещё больше делавшие его похожим на насекомое, Меллон заглянул в свои бумажки: «Уважаемые господа…»       — Да не надо мне читать! — раздражённо отмахнулся Деймон. — Своими словами скажи.       — Судну необходим незначительный ремонт, м’лорд, — Том подслеповато поморгал глазами. — А также расходные и провиант.       — Судно чьё?       — Компании «Алгома Сентрал» из Лората, м’лорд, — с готовностью отозвался Меллон.       Об этом судне ему накануне докладывал Тогаррос. Его люди уже досмотрели груз, взяли с капитана мзду. А остальное оплатит судовладелец.       — Ну, давай, занимайся.       — У них в запросе не совсем… обычные позиции. — Управляющий потоптался на месте, как конь. — Они хотят дорнийского вина, апельсинов, устриц…       — Да хоть снега из-за Стены! В чём проблема? — рассвирепел Деймон. — Подключай шипчандлеров, пусть направляют предложения, согласовывают. Я что, учить тебя должен?       Меллон кивнул так рьяно, будто поклонился, и вышел. Странные всё-таки эти бывшие крестьяне. Сколько столетий минуло, а они до сих пор не могут отвыкнуть кланяться перед господином. Понятно, что даже в Красном замке существует протокол, согласно которому леди приседают перед монаршими особами, лорды склоняют головы. Но достоинство знати никогда не сравнится с раболепием черни.       В графине с водой катастрофически быстро таял лёд. Капли стекали вниз по запотевшему стеклу, превращаясь в обычную лужу на столе. Жалкое зрелище. Деймон брезгливо отвернулся. Вот так и он, как эти капли, неумолимо скатывается на дно. Опальный принц, изгой, командующий кучкой наёмников. Всё, к чему стремился, ради чего шёл напролом, не оглядываясь на принципы и мораль, недосягаемо, будто космос; реальность заменила мечты, война стала движущей силой, алкоголь и секс — животной потребностью. Всё его существование медленно превращалось в иллюзию чего-то далёкого и недоступного, которое, может быть, случится. Когда-нибудь, потом. Но жизнь — она здесь и сейчас. Она — мгновение, быстротечность момента. И нет никаких потом. Ничего дальше нет. Ему уже четвёртый десяток, а чего он добился? Чего достиг? Ни земель, ни замка, ни перспектив. Только громкое имя.       Дверь кабинета открылась и, шаркая обутыми прямо на носки́ сандалиями, подошёл бухгалтер, судя по возрасту, ровесник сгоревшей электропроводки.       — А тебе чего надо? — Деймон заглянул в протянутый ему листок бумаги. — Что ты принёс?       — Счёт на оплату услуг токаря, м’лорд, — старик раболепно сгорбился.       — А нафига он мне? Я просил электрика вызвать.       — Вызвали, м’лорд.       — И-и? — протянул Деймон.       — Вы же сами велели драконов на вензелях, — бухгалтер склонился ещё ниже. — А электрик не токарь.       Деймон недовольно выдохнул: он действительно распорядился ставить на фасадах зданий, представляющих историческую ценность, символ его Дома — трёхглавых драконов. Здание администрации, невысокое, приземистое, было построено в незапамятные времена, и вентиляция на фасаде нарушала изданный им же указ. Вот электрик и нашёл выход — украсить её коваными драконами.       — Свободен. Иди работай. — Поставив в углу бумажки широкий росчерк, он отпихнул её в сторону.       Старик прошаркал обратно к двери, а Деймон встал, сделал круг по кабинету — размять ногу, — выглянул в окно. Драконы на вензелях… Что ты знаешь о драконах, плебей? И что о них знает этот ремесленник, токарь? Только то, что написали в книжках бесполые мейстеры. А драконы — это огонь во плоти, это первобытная мощь и сила, стихия, не поддающаяся логическому объяснению. И Таргариены умели ею управлять. Считалось, что не без помощи магии, ибо только магия была способна укротить огонь. Только она соединяла дракона с наездником, позволяя последнему удержаться в полёте, даже когда по всем законам физики он должен был упасть.       Дверь снова приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась голова Меллона.       — Пекло, ну что ещё? — рыкнул Деймон.       — Ответьте на звонок, м’лорд. — Управляющий указал пальцем на стационарный аппарат на столе.       — Кто там?       — Не могу знать, — заискивающе улыбнулся тот. — Сказали, из Рунного Камня.       Деймон обернулся к столу: на телефоне беззвучно мигал датчик входящего звонка. Махнул рукой продолжающему улыбаться Меллону, чтобы исчез, и снял трубку.       — Добрый день, милорд, — донёсся до него знакомый голос экономки, сухой и какой-то странный, пафосно-дрожащий.       — Я слушаю, говорите, — без церемоний отозвался он, успев подумать, что эта старая грымза до сих пор ещё жива.       — Меня попросили сообщить вам, что… — женщина запнулась. — Ваша супруга леди Рея скончалась вчера в госпитале Всеблагой Матери. Церемония прощания состоится завтра утром.       — Что? — Деймон не поверил ушам. — Что вы сказали?..       В трубке раздались короткие гудки.       ххх       Почти сутки. Сначала на пароме до Крапчатого Леса, потом через Дорн до Принцева перевала — серпантина в Красных горах, затем по Маркам мимо Летнего Замка, Живописного и Тамблтона, и дальше по объездной вдоль Божьего Ока, минуя Харренхолл, прямо до Дарри. Он специально выбирал местные и неосновные дороги, избегая автомагистралей, — на всякий случай, чтобы не попасть в объективы камер. Хотя езда по ним то ещё приключение: кое-где холмистые, кое-где узкие, с плохой видимостью и слепыми поворотами. Пару раз с трудом ушёл от лобового столкновения и едва не улетел в кювет. Но скорость помогала ему думать. Когда балансируешь на грани, сконцентрировав внимание в одной точке перед собой, мозг работает с удивительной ясностью, выдавая правильные мысли. Так бывало неоднократно, так, он надеялся, будет и сейчас.       Бронзовая сука умерла… Деймон не мог понять, что чувствует. Сожаление? Облегчение? Радость? Скорее, холодное равнодушие. Девять лет прошло с того дня, как он покинул Долину. И Рею тоже не видел девять лет. Была бы его воля, полностью вычеркнул бы её из жизни, но она иногда напоминала о себе звонками и электронными письмами, полными упрёков и обвинений, в которые он даже не заморачивался вникать. Где-то глубоко, в самом дальнем закоулке его нутра тлело что-то, похожее на раскаяние, но… нет. Ему не в чем каяться. Их брак был выгоден короне, так как старый лорд Йорберт, глава дома Ройсов, не имел сыновей, только дочь, наследницу его состояния. Сама же леди Рея, отказавшая всем претендентам на её руку, с радостью приняла предложение принца из правящего дома. Что ею двигало, чувства или честолюбие, — тогда он этим вопросом не задавался. Он был слишком молод.             Глупая смерть — неудачно упасть с лошади. Притом что ездить верхом Рея начала раньше, чем ходить. Лошади были её страстью. Она и сама была похожа на лошадь, в хорошем смысле. На такую дикую, необъезженную кобылицу, темпераментную, горячую, поджарую, с гривой тёмных волос и шальными глазами. Неудивительно, что очарованный её красотой и пылкостью, Деймон какое-то время терпел перепады настроения, истерики при каждой лунной крови — Рея почему-то решила, что должна забеременеть сразу после свадьбы, — бесконечное хождение по врачам и вынос мозгов. Но вскоре ему это надоело. Он перестал обращать на неё внимание, а затем и вовсе отдалился.       И вот Рея умерла. А он теперь владелец Рунного Камня. Вернее, будет, когда вступит в права наследования. Деймон не любил Долину, но отказываться от обширных владений жены не собирался. Сказать по правде, он и в дорогу сорвался, рискуя быть задержанным по пути полицией, только для того, чтобы предъявить права на собственность Ройсов. Поэтому твёрдо решил сразу же по приезде заняться оформлением бумаг. Затем надо пересмотреть штат прислуги, сделать ряд хозяйственных распоряжений, отремонтировать, наконец, дорогу. И чтобы по ней не бродили ни коровы, ни овцы! Но сначала получить официальный документ.       Кое-где на вершинах Лунных гор ещё лежал снег, и пышными шапками клубились облака, а здесь, внизу, вовсю бушевало лето. Поглядывая на покрытые лесом предгорья, Деймон решил, что обязательно поохотится на какую-нибудь дичь — кабана, косулю, оленя. Да хоть на рябчика или зайца. Отныне это его земли. Всё здесь вокруг, от Редфорта на востоке до Ведьмина острова на западе, включая земли вассальных Ройсам Колдуотеров, Толлетов и Шеттов, — всё это вскорости будет принадлежать ему. И древний замок, которым так гордилась Бронзовая сука и все её предки, тоже. Как там она его называла? Король воды и развалин?.. Деймон презрительно хмыкнул: прежде он не задумывался об этом. Так стоит ли думать сейчас?       ххх       Ворота на въезде долго не открывались. Он даже хотел было выйти из машины и показать пару неприличных жестов в камеру, но решил, что подобное вряд ли состыкуется с образом скорбящего мужа. С другой стороны, столько лет прошло, наверняка сотрудники охраны новые и просто не знают его. О своём приезде он не предупредил, а на похоронах его явно не ждали увидеть. Это и к лучшему: изображать убитого горем вдовца, принимать соболезнования, пуская скупую слезу, толкать траурные речи у гроба — нет уж, увольте! Всё это пошло и скучно. Он с достоинством провожал в последний путь дорогих ему людей, но Рея в их число не входила. Да и что он мог сказать ей на прощанье? Что никогда её не любил? Что их брак оказался ошибкой и теперь у него, наконец-то, развязаны руки? И вообще, ему всё равно, что её больше нет. Хм, было бы забавно в этот момент увидеть лица чванливой здешней знати.       Ожидание однако затягивалось. Чтобы отвлечься, Деймон осматривался вокруг, подмечая перемены: новые роллеты, новые кованые пролёты — раньше таких здесь не было, — новые камеры наблюдения. На древнем донжоне приспущенный штандарт. Боги, сколько пафоса! Даже на смертном одре Ройсы не в состоянии совладать с собственной гордыней. А дорога как была дерьмо, так и осталась… Металлическая стена вдруг вздрогнула и поехала вправо, открывая выложенную камнем подъездную аллею. Он завёл двигатель, раздумывая, как бы набить морду привратнику, нажал педаль газа и… едва успел затормозить: из ворот на полном ходу вылетел внедорожник. Круто вильнув в сторону, объехал машину Деймона и почти сразу же скрылся из виду.       — Чтоб тебе, засранец! — чертыхнулся он вслед водителю; мелькнула мысль, что если бы Рея не умерла, то можно было бы подумать на неё — в порыве гнева она и не такое могла отмочить. Но уныло повисший геральдический знак Ройсов, тишина и ощущение траурной торжественности говорили сами за себя. А тот остолоп, промчавшийся мимо, возможно, кто-то из слуг, срочно отправленный за продуктами в связи с прибытием хозяина. Ну или ещё кто… «Ладно, — решил Деймон. — С ним я попозже разберусь».       В полутёмном холле тоже кое-что изменилось. Вместо привычной затхлости, как в музее старины, в нос ударил запах благовоний. Но этому быстро нашлось объяснение: на центральной балке висел огромный портрет Реи, а под ним горели свечи. Ещё исчезли почти все артефакты — боевые щиты, оружие, кубки и даже знаменитые бронзовые доспехи с рунами. Эти доспехи по праву считались одной из самых древних реликвий Вестероса и священными для самих Ройсов. Рея говорила, что даже в лихие годы, когда её предки воевали, или замку грозила осада, доспехи никогда не прятали. Странно… Деймон в раздражении сунулся к старинному секретеру, но вместо привычного графина с алкоголем обнаружил септовую лампаду.       — Да что за дерьмо!       — Это я убрала, милорд, — донёсся из полумрака голос экономки.       — Вы? Зачем? — он повернулся и в упор уставился на старуху. Худая, сухонькая, будто ветка, тонкие бледные губы сжаты в ниточку, но глаза откровенно-враждебные. Ещё бы! Она всегда его терпеть не могла, а теперь придётся, ведь он хозяин. По правде сказать, Деймон пока не решил, как с нею поступить — оставить в замке или же выгнать к чертям. Всё-таки она не простолюдинка, а из древнего, но растворившегося во времени рода Шеллов, что обитали когда-то по соседству с Колдуотерами. Хотя какое ему дело, как будет доживать свои дни эта старая грымза?       — Так велел лорд Гунтор. Он человек непьющий, и ему не нравится…       — Лорд Гунтор это кто? — перебил её Деймон.       — Новый хозяин Рунного Камня.       Ему показалось, что он ослышался. О чём говорит эта старуха?..       — Ах, новый хозяин… — Деймон издевательски усмехнулся. — И где он, этот хозяин?       — Только что уехал.       — Понятно. Сбежал, значит… — Он кивнул головой в сторону пустующих держателей на одной из стен: — А мечи и доспехи с собой забрал?       — Простите, милорд, я не привыкла обсуждать приказы, — ответила экономка.       — Вот и отлично. — Деймон чувствовал, что начинает закипать. — Тогда приготовьте мои покои и через полчаса подайте туда ужин. — Он пошёл к лестнице, бросив на ходу: — И верните на место графин с коньяком.       — Нет, милорд, — смело, даже с неким злорадством сказала она. — Я подчиняюсь только лорду Гунтору, а он не оставлял на ваш счёт никаких распоряжений. — От неожиданности Деймон даже остановился. — Вы можете находиться в замке, я не в праве отказать вам, но выполнять ваши требования ни я, ни кто-либо из персонала не будем.       Кровь бросилась в голову, невольно сжались кулаки. Захотелось сдавить её куриную шею, чтобы аж позвонки хрустнули. Старая гадина. А он ещё раздумывал, как поступить с нею.       — Хорошо. Тебя я уволю первой, — холодно подытожил Деймон.       ххх       — И почему вы обратились ко мне?       На фоне обшитых дубом стен и серебряного сокола, пикирующего в объятия луны, леди Джейн Аррен выглядела строго и сдержанно: гладкие волосы, простая блуза, идеально ровная спина — этакий образец чопорности и благообразия. Так можно было бы подумать, если бы не её глаза, большие, раско́сые, блудливые. Об этой молодой особе ходили разные слухи. Одни говорили, что она очень падкая на мужчин и практикует свободную любовь, другие клялись, что она открытая лесбиянка. Деймону было недосуг разбираться в сексуальных пристрастиях леди Джейн. Куда больше его волновал Рунный Камень.       — Вы сюзерен Долины. Подобные вопросы находятся в вашей компетенции. Или, пока я защищал рубежи Семи Королевств, что-то изменилось?       — Нет, не изменилось. — Она улыбнулась кончиками губ. — Но, как я понимаю, вы хотите оспорить право наследования?       — Я хочу вернуть своё, — сдержанно ответил Деймон. — И прошу соблюдения закона.       — А разве он нарушен?       — Да. Каким-то проходимцем, выдающим себя за Ройса. Он воспользовался моим отсутствием и прибрал к рукам замок, земли, похитил фамильные реликвии.       Леди Джейн снова улыбнулась.       — Ну что вы, принц… Лорд Гунтор вовсе не проходимец. Он племянник вашей жены, упокойте Семеро её душу.       — Насколько я знаю, у Брон… у моей жены не было племянников, так как не было ни братьев, ни сестёр. — Сдерживаться с каждой минутой становилось всё сложнее. — Она последняя из рода Ройсов, и я единственный её наследник.       — Агнатское родство… Понимаю. Это ведь из валирийского права, не так ли?       — Нет, не так. — Деймон начал заводиться. — Во все времена в Семи Королевствах женщина подчинялась сначала отцу, затем мужу. Мейстеры-законотворцы очень чётко отличают родство на подвластности.       Улыбка на лице леди Аррен застыла, словно холодная маска.       — Я не наделена полномочиями толковать королевские законы, принц. Возможно, они и обязывают женщин подчиняться своим мужьям. Если таковые имеются. — Она вскинула на Деймона блудливые глаза, ставшие вдруг такими же холодными, как и улыбка. — Вас годами не видели в Долине. А теперь вы вдруг появились и претендуете на всё имущество Ройсов.       — Я солдат, миледи, и служу короне, — перебил её Деймон. — Мне не пристало сидеть возле женской юбки.       — О, мы здесь наслышаны о вашей службе. — Леди Джейн опустила взгляд. — И в столице, и на Драконьем Камне…       «Сука», — подумал он, чётко уловив в её словах двойной смысл, но решил не усугублять ситуацию. — Вот и отлично. Я прошу вас подтвердить законность моих прав как наследника. И пусть этот самозванец лорд Губерт, или как его там, — Деймон сделал вид, что забыл имя новоиспечённого владельца Рунного Камня, — вернёт всё, что украл.       Но леди Аррен даже бровью не повела.       — Я уже сказала вам, что лорд Гунтор не самозванец. Он Ройс по праву рождения, и его притязания вполне законны. В отсутствие прямых наследников младшая ветвь рода может претендовать на земли и титул старшей.       — Но наследник я! — рыкнул он, чувствуя, как внутри начинает закипать ярость.       — В данном случае нет. Вот если бы у вас с леди Реей были дети…       — Боги не дали нам детей.       — Ну ещё бы! Ведь вы много лет пренебрегали своими супружескими обязанностями.       — Я не собираюсь обсуждать с вами наши с женой отношения, — с трудом сдерживаясь, процедил Деймон. — В отличие от многих, она понимала, что значит служить короне.       — Возможно, именно поэтому она не раз просила короля заставить вас вернуться домой? — уколола его леди Аррен.       — Я ничего об этом не знаю, — соврал он. — Это просто чьи-то фантазии.       — Если только ваша жена была фантазёркой. — Леди Джейн снова вскинула на него взгляд. — В любом случае, вы напрасно потратили время, придя ко мне. Я не стану отменять принятое решение.       — Тогда я буду вынужден подать жалобу. — Деймон вдруг осознал, насколько сейчас бессилен. — И обращусь к королю.       — Это ваше право. Желаю удачи в грядущих тяжбах. А пока, — в её глазах больше не было ни блудливого блеска, ни холода, только злорадство, — советую вам не появляться в Долине. Вам здесь не рады. В этот раз я позволю вам уехать из уважения к вашей покойной жене, но в следующий вас арестуют.       ххх

      На обратном пути он остановился в Харрентоне. Спешить было некуда — его нигде не ждали, кроме Ступеней. Да и расслабиться после всего не мешало. «Шлюхи и алкоголь как раз то, что нужно», — решил он, свернув с объездной направо по указателю, едва на горизонте замаячили исполинские чёрные башни. Расположенный на живописном берегу Божьего Ока всего в паре лиг от Харренхолла, городок ничуть не уступал своему знаменитому соседу ни возрастом, ни известностью. Когда король Джейхейрис созвал Великий совет, на котором решалась судьба династии, о Харрентоне узнал весь мир: здесь размещались прибывшие на заседание лорды, иногда целыми семьями, со свитой, прислугой и прочим геморроем, здесь располагался журналистский пул, зоны питания, транспортные и различные технические службы, рабочий персонал. Сюда же съехалось невиданное количество эскортниц и обычных шлюх, заполнивших местные бордели. После всё это многообразие, конечно, разъехалось, но бордели остались, и шлюхи в них тоже. А поскольку древний Харренхолл привлекал к себе десятки тысяч туристов ежегодно, то и сфера интимных услуг в городе не простаивала.       Деймон в те дни тоже отметился в хрониках Харрентона, сперва воинственно сотрясая воздух во главе отряда наёмников, которых собрал для защиты прав брата в случае вооружённого конфликта, а после — бурно празднуя его победу. Хвала Семерым, что тогда всё обошлось, и ситуация с наёмниками завершилась лишь парочкой пьяных драк с местными, разбитой витриной, поломанными стульями в баре, ну и так, по мелочи. Хотя кузина Рейнис до сих пор не забыла ему того демарша. А Корлис, наоборот, отнёсся с пониманием. Он и сам тогда привёл флот в состояние повышенной готовности, да и сторожевики в Крабьем заливе явно не рыбу ловили. Но что было, то давно быльём поросло. Наследником Железного трона Деймон так и не стал — и уже не станет, — а теперь ещё лишился прав на Рунный Камень.       Он понимал, что проиграл битву. Это ведь он для виду так браво заявил, что подаст жалобу королю, на самом деле если бы всё было так просто... Чёртова девка эта леди Долины, лесбиянка проклятая! А всё Бронзовая сука с бесконечными прошениями и истериками. И её дальний родственничек Ройс – ещё тот стервятник. Теперь бесполезно даже пытаться что-то изменить: Визерис лично отклонит все его притязания, не доводя до суда. А что сможет суд? Лишний раз упрекнуть его в неисполнении супружеских обязанностей?.. Вот и всё. Недолго радовался и строил планы. Такой желанный замок лишь помаячил и тут же отошёл другому. Как и Драконий Камень, родовое гнездо Таргариенов. Как Железный трон, мечта всей его жизни...       Настроение было хуже некуда. Неприятно тянуло раненую ногу, а в горле стоял горький ком поражения. Поэтому, выбрав неприметный с виду бордель, где ему пообещали «эксклюзив специально для вас», он сунул в руку улыбающейся «мадам» пачку купюр и велел принести несколько бутылок арборского. В ход пошла уже вторая, когда «мадам» прислала девок, сразу троих. Две из них держались смело и уверенно, а третьей, самой молодой, на вид было не больше четырнадцати. Рыжеволосая, вся в веснушках, с розоватой кожей и огромными испуганными глазами, она заметно дрожала.       — Ну и кто из вас «эксклюзив»? — спросил Деймон, окинув их захмелевшим взглядом. — У малышки в принципе незаурядная внешность, но это не то, что меня сейчас впечатлит.       — Я девственница, м’лорд, — краснея, ответила рыжая.       — Ммм… Это уже интереснее… — он налил себе ещё вина и в пару глотков осушил бокал. — Вы двое, подготовьте её. Не хочу заморачиваться на прелюдии.       Предоставив девушкам огромную кровать, он расположился в кресле, вытянул вперёд раненую ногу. Пил вино, наблюдал, как опытные шлюхи ласкают свою юную подружку, но почему-то прежнего звериного возбуждения от находящейся поблизости невинной плоти не чувствовал. Ещё пару дней назад он набросился бы на девчонку со всем пылом и похотью, а сейчас не ощущал ничего, кроме усталости и бессильной злобы. Голова становилась всё тяжелее, а в хмельном мозгу один за другим всплывали разные образы, но настолько размытые, что он не мог их различить. Окружающие его звуки смешались в единую какофонию, наполненную стонами, вздохами, чьими-то тихими голосами, стуком, трелью сверчка, треском гарнитуры…       …       — Командир, у меня всё тихо, — коротко прошипела рация Второго и сразу замолчала.       — На «центре» свободно, — вторил ей Третий.       «Центр» — внутренний двор перед донжоном, где прежде размещались различные постройки: кузница, конюшни, склады, кухни, колодец — незаменимая вещь в случае длительной осады. А у него в наблюдении небольшой проём, через который просматриваются приоткрытые решётчатые двери. Он на мгновенье выглянул в коридор и тут же вернулся обратно. Секунды в часах эхом стучали в голове: тик-тик-тик… Нет ничего хуже, чем ждать — бдительность притупляется, накрывает расслабон. А это чревато. Но он отдал приказ своим людям, и теперь ждал сам. Струйка пота медленно стекала между лопатками, щекотала спину под бронежилетом, жутко хотелось почесаться... Надо терпеть.       — Вижу двоих. Дымовую шашку бросили…       — Четвёртый, иди ему на помощь! — скомандовал он.       — Нет! — крикнул Второй. — Не надо пока. Может быть обман.       И снова всё тихо, даже слишком. Ещё раз проверить или не рисковать? Хоть бойцам поставлена задача ждать до последнего и не предпринимать никаких действий, порой на месте это не срабатывает. Он уже шагнул было к проходу, как вдруг будто кто-то скрипнул дверью. Если бы не предельная сосредоточенность, он бы нипочём не услышал.       — Внимание всем! Идут. Второй, Третий, подтянитесь к башне. Похоже, пройдут через коридор.       — Идём, — одновременно отозвались Второй и Третий.       Он старался не отвлекаться и до посинения в глазах вглядывался в узкую щель. Его бойцы в это время должны были обойти сбоку, чтобы зажать врага с двух сторон. Внезапно воздух разорвал звук автоматной очереди, крики и приглушённый взрыв. Рации зашипели, перебивая друг друга:       — Двое! Нет, трое! Идут! Командир, идут к тебе!       Выскочив из-за выступа стены, он оказался в узком коридоре. Странный цвет на полу — тёмно-красный, с разводами. Будто ковёр. В конце ведущей вниз лестницы мелькнули двое, и он не раздумывая открыл стрельбу в их сторону. Один, как подкошенный, осел и завалился в сторону. Его напарник скрылся за углом.       — Второй! Третий! У меня минус один! Ещё одного пока не вижу. Ушёл, — сказал он в рацию.       В ответ тишина и шипение передатчика.       — Похоже, мы их потеряли, командир, — отозвался Четвёртый.       — Жди две минуты и выдвигайся ко мне, — скомандовал он.       Перезарядив Мантикор, он решительно бросился вниз. Здесь внизу в нелепой позе его Второй. Рядом поломанной куклой тело поверженного врага. Третьего нигде не видно. Он отпихнул ногой вражескую тушу, присел и на полусогнутых двинулся вперёд, держа ствол перед собой. Седьмое пекло! Как оставшийся в живых мог так быстро исчезнуть? Тишина вокруг… Он почти вышел на «центр», но так никого и не увидел. Где-то рядом в зарослях плюща стрекотал сверчок, даже стрельба его не испугала.       — Они здесь.       — Сколько?       — Все. Минус два, — прошелестела рация голосом Четвёртого и снова замолчала.       Он перешёл на бег. Мантикор тяжело бил по бедру, майка взмокла под бронежилетом, а тяжёлые берцы гулко чавкали по раскисшей грязи. Суки… Похоже, только сделали вид, что прорываются через донжон, отвлекли внимание на себя, а сами засели в засаде. А ведь они ждали подобного хода, но всё равно повелись! Теперь только бы успеть, только бы успеть… Позиция Четвёртого в самой дальней точке площади, а там склад с какими-то ящиками… Если противник успеет занять эту точку, выбить его оттуда будет о-о-очень сложно.       Сильный взрыв, вскрик… Нет времени разбираться. Он уже почти добежал… Почти на входе… Вдруг снова взрыв, и через секунду всё перед глазами стало белым. Проклятая дымовуха! Ничего не разглядеть!.. Бой, судя по звукам, шёл совсем рядом, но из-за дыма он почти ослеп. Бесполезная боевая единица… Так прошла пара долгих минут, пока дым не начал рассеиваться, а глаза стали немного видеть. Он мельком взглянул на часы — слишком много времени прошло! — перехватил автомат и побежал к открытым дверям склада.       — Командир, ты один на один… — бессильно прошептал Четвёртый и отключился.       Пекло! Прячась за широким столбом-опорой, он старался дышать как можно тише. Сердце билось о рёбра, отдаваясь даже в запястьях. Спокойно… Вдох-выдох… Посмотрел по сторонам, нырнул между нагромождениями коробок и ящиков и медленно, озираясь, пошёл вперёд по проходу, готовый в каждой щели, в каждом междурядье увидеть вражеский силуэт. И вот, наконец, в конце очередного ряда что-то чёрное, показавшись на мгновенье, скрылось за углом. Он рванул следом, осторожно выглянул из-за груды коробок — и снова чёрная тень. Побежал туда, где только что был противник, но уже не стал выглядывать из-за угла, а резко прыгнул на середину прохода, вскинул автомат наизготовку.       — Стоять! Руки за голову!       Человек остановился. Высокий, в бронежилете-разгрузке, плотно сидевшем на его широкоплечей фигуре. Медленно поднял руки, медленно снял с головы тактический шлем… Серебристо-белые гладкие волосы рассыпались по плечам… «Девка?» — промелькнула нелепая мысль. Но он повернулся, полыхнув холодным взглядом левого глаза. Правый был закрыт кожаной нашлёпкой.       — Ты кто такой, мать твою? Оружие на землю! — скомандовал он.       Человек усмехнулся, нагло, дерзко. А затем вдруг бросил в него шлем и молниеносно скрылся за поворотом. Раздался выстрел, бедро вспыхнуло болью…       …       Деймон вздрогнул и будто бы включился: одна из шлюх гладила его прямо по раненому бедру.       — Девушка готова для вас, м’лорд…       На постели, извиваясь и дрожа всем телом лежала рыжеволосая девчонка в ожидании своего первого мужского члена. Сколько ещё таких вот членов будет в её серой жизни в глуши этого занюханного провинциального борделя… Ему вдруг стало противно.       — Уходите. Я оплачу ваши услуги, только уходите. Все.       Оставшись один, он приложился прямо к бутылке. Пекло, и пригрезится же такое! Стрельба, взрывы, погибшие бойцы… Это его люди? Он не видел их лиц. Локация какая-то странная, похожая на древний замок… Зато одноглазый валириец с длинными, прямо-таки бабьими волосами смутно кого-то напоминал. Деймон тряхнул головой, отгоняя видение, и потянулся к телефону — посмотреть время. На передней панели светился значок непрочитанного сообщения.       «Здравствуй, бродяга. Хотел тебе позвонить, но решил, что лучше скажу всё при встрече. Мы с Рейнис соболезнуем твоей утрате. И будем рады, если ты приедешь к нам в Высокий Прилив погостить. Как раз вся семья в сборе. Приезжай. Ждём»       Деймон пьяно усмехнулся: только Корлис способен так тонко и ненавязчиво выразить соболезнования, зная, что они ему не нужны. Но идея с Дрифтмарком хорошая. Сейчас это чуть ли не единственное место в Вестеросе, откуда его точно не прогонят. Он допил остатки вина и устроился в кресле — от кровати несло шлюхами. Ничего, всего одна ночь. Можно потерпеть.