Когда тебя рядом не было, я задыхалась

      Кёсем сидела в гареме со своими сыновьями: Шехзаде Сулейманом, шехзаде Касымом, шехзаде Ибрагимом, и дочерями: Айше-султан, Фатьмой-султан, Гевхерхан-султан, Ханзаде-султан, Атике-султан, и наблюдала, как наложницы исполняют свои танцы. Вчера из Багдада от её сына-повелителя пришло письмо о том, что завоевание прошло успешно. И поэтому она решила устроить праздник. Ведь их так давно не было здесь ещё со времён свадьбы Атике и Силахтара. Её дочери Гевхерхан Султан и Айше сидели рядом с ней и о чём-то увлечённо беседовали. У Айше была не очень простая судьба — ей так и не удалось ощутить счастья ни с одним мужем, а выходила она замуж около десяти раз. Кёсем каждый раз находила ей достойного пашу, но он оказывался либо предателем, либо умирал от болезни или ранений. Геверхан тоже страдала от любви, но замуж всё равно вышла. Ханзаде-султан и Атике-султан играли с маленькой Хуриджихан — дочерью Фатьмы. Ибрагим, Касым и Фатьма увлечённо спорили.       Их идиллию нарушил Хаджи-ага, который стремительно вбежал в гарем. Лицо у него было печальное, и поэтому Кёсем, поняла — что-то случилось, причём плохое.       — Султанша…       — Что такое, Хаджи? Что случилось? — испуганно спросила Кёсем.       — Плохие новости. Я даже не знаю, как сказать!       — Как-нибудь скажи. Не испытывай моё терпение.       — Наш повелитель, Султан Мурад Хан, отошёл в мир иной.       Музыка остановилась, и танцовщицы тоже перестали танцевать. Все были повергнуты в шок от такой новости. Особенно Кёсем, которая никогда больше не желала слышать таких слов. После кончины султана Османа, она надеялась, что смертей больше не будет.       — Как такое может быть? Мы же вчера говорили вместе о том, что поход удался, и мы победили. Что случилось? Что произошло?       — Неверные напали на покой нашего повелителя, пока он спал.

***

      Казалось, что время остановилось, потому что всё замерло. Почему всё именно так, когда я только обрела счастье у меня его отобрали? За что мне такая кара от всевышнего? Не понимаю. Нет… нет… этого не может быть. Это всё неправда. Он жив. Он заранее узнал об этом и что-то предпринял. Он не мог оставить, просто не мог. Обещал мне всегда быть рядом. Отказываюсь в это верить, пока не увижу его тело собственными глазами. Резко мне стало плохо и я потеряла сознание. Меня унесли в покои и сказали, что нужно побольше отдыхать.       Мои дети собрались вокруг кровати. Все наперекор друг другу что-то болтали, и от этого шума у меня ужасно разболелась голова.       — Замолчите все, — резко сказала я.       — Валиде, что же мы будем делать? — спросила Атике со слезами на глазах.       — Как это что? Посадим меня на трон, — сказал Касым.       — Как тебе не стыдно?! У Валиде такое горе, а ты думаешь только о себе! — отругала его Айше.       — Никто не сядет на этот трон, пока я собственными глазами не увижу тело. Вы слышали меня? Даже думать об этом не смейте, — выдала я им.       Внезапно я вспомнила про одно обстоятельство: Баязет — ещё один шехзаде. Гюльбахар не остановится ни перед чем, а значит, война началась. Это наверняка сделала она. Баязет лишь пешка в её руках. Она вертит им как хочет. Но я никогда не допущу, чтобы он сел на трон. Этого не будет. Пусть эта змея знает, что меня не так просто сломить. Я так просто не сдамся. Нужно придумать план.       — Почему Валиде? Это нечестно. Если это всё действительно так, то мы просто теряем время. Баязет сядет на трон, потом мы ничего не сможем сделать.       — Сейчас же замолчи. Ты же знаешь, я никогда это не допущу. Если твой брат-повелитель жив, то это будет предательство. Сначала надо всё разузнать и только потом предпринимать какие-то меры.       — Валиде права. Вдруг это всё специально подстроено. Ловушка от Гюльбахар Султан, — сказала Атике.       — Эту змею надо было убить тогда, когда у нас была возможность.       — Ну всё, хватит уже о ней! Вы должны мне поклясться, что никто об этом не узнает. Иначе беды не миновать. Народ может поднять восстание.       — Мы обещаем тебе, матушка.

***

      В покои зашла Гюльбахар с очень довольным лицом. Посмотрев на то, в каком я состоянии, султанша улыбнулась.       — Это конец, Кёсем. Грандиозный финал, достойный тебя.       — Нет, не конец. Это только начало.       — Мне удалось сломить тебя, Кёсем, и я очень этим довольна. Ты потеряла всё: своего сына, свою любовь, своего мужа, отца своих детей. И кто бы мог подумать, что это всё один и тот же человек? — сказав это, она стремительно вышла из моих покоев.       О боже мой, откуда она об этом узнала? Неужели кто-то проболтался? Я же так старалась, чтобы дети об этом никогда не узнали. Они просто меня не поймут. Они очень любили своего отца и поэтому сочтут меня предательницей.       — Валиде, о чём это она говорит? — спросила удивленно Айше, которая никогда не верила в то плохое, что говорят о её матушке.       — Этого просто не может быть! Валиде и брат-повелитель — это просто какой-то бред... — сказал Касым .       — Ну… вообще-то, правда, — сказала я, всё-таки найдя в себе силы признаться. Отступать было некуда. Секрет раскрыт.       — Что? Вы с ума сошли? — сказали они Айше, Касым и Ибрагим.       — Я наконец-таки стала счастливой. Я была его единственной женщиной. Он любил только меня, — ответила я, вспоминая наши счастливые дни.       — Но это же так неправильно и мерзко... Мать и сын. Какой кошмар! Вы предали нашего отца, — сказал Ибрагим.       — Хватит нападать на нашу Валиде. После всего, что было, она заслуживает счастья. Мне всё равно, кто это, главное — чтобы она побольше улыбалась.       — Спасибо тебе, моя Атике. Я так и знала, что вы меня не поймёте, и поэтому я старалась сохранить это в тайне.       Ну, слава богу, хоть кто-то меня поддерживает. Атике всегда очень хорошо меня понимала. Даже когда я выдала её замуж за того, кого сама выбрала. Я выдала своих дочерей замуж за выгодных для неё государственных деятелей. Так четырнадцатилетняя Атике стала женой Джафера-паши. Брак продлился около пяти лет и окончился со смертью паши. После Атике вышла замуж за Коджу Кенана-пашу, грузина по происхождению, также поддерживавшего мою политику.       — Значит, Метин, Тезер, Онур, Селин, Неслихан и Бейхан — это ваши дети? — спросила Фатьма.       Метин, Тезер, Онур, Селин - тройняшки шехзаде, а Неслихан и Бейхан — мои две любимые госпожи. Кстати, эти имена всем давал Мурад. Только девочек называла я.       — Да, мои, и я очень рада, что они у меня есть. Они вновь сделали меня счастливой. Рождение ребёнка — это самая великая радость на земле.       В этот момент, кажется, всех осенило, но спросить решилась только Атике:       — Вы недавно сказали, что у брата-повелителя есть законная жена.       — Да, это так.       — Значить, это Вы?       — Да.       — Никях? Но это невозможно, — сказал Касым.       — Если Мурад чего-то захочет, то всё возможно. Эта черта у него была с детства.       Мурад... как же я безумно скучаю по нему. Я надеюсь, это его план по уничтожению предателей, иначе не переживу. Да, я знаю, что дети будут страдать по мне, но зачем мне жить в мире, где нет его — моего самого любимого человека.