Сюэсяни

      — Эй, Сюэ Ян, ужин готов, иди уже к столу, — громко вскрикнул Усянь, чтобы было слышно даже в другом конце пещеры, где проводил эксперименты Сюэ Ян. Послышался громкий звон, Ян опять что-то уронил, но пытался сделать вид, что это все совсем не так и сейчас он все артефакты в целостности и сохранности сложит обратно.       — Да сколько ты можешь задевать эту коробку?! — рявкнул Усянь, хмурясь и усаживаясь за стол.       Они жили большой дружной семьей на горе Луаньцзынь, в той самой пещере, откуда на свет появился Старейшина Илин. Вэй Усянь был полностью доволен своим выбором: только он, ученик Сюэ Чэнмэй и большая армия трупов, повинующихся по любому щелчку пальца.       — Учитель Вэй, когда Вы стали таким нетерпеливым? — улыбнулся Ян, падая рядом со Старейшиной и нагло заваливаясь на того, — что на уж…       Он не успел договорить, мысли полностью вылетели из головы, когда он опустил взгляд на деревянную миску с предложенным ужином: странный темный рис, куски зеленой редьки, что Сюэ Ян покупал на той неделе, и обилие ядовито-красного бульона, в котором плавала какая-то зелень. Он шумно сглотнул, переводя взгляд на лицо учителя, что спокойно уплетал приготовленный ужин.       — Учитель, я признаю Ваш талант в применении Тёмного пути на практике, но… Не думаю, что Вас можно пускать на кухню, — ядовито улыбнулся ученик, взяв в руки нечто, — если я умру, я Вас не прощу!       — И что ты предлагаешь? Когда я приютил тебя здесь и согласился взять в ученики, ты принял мои условия, что весь быт мы разделим, а готовить будем по очереди, в чем проблема?       — Напомните мне больше не покупать продукты по Вашему списку, если я через день буду питаться этой жутью, мой желудок не вынесет этого.       — Раз твой желудок такой нежный, можешь готовить каждый день!       — Я в кухарки к Вам нанимался, или в ученики, напомните-ка мне, пожалуйста, о Великий учитель!?       — Сюэ Ян!       — А что сразу Сюэ Ян, почему мы не можем просто похитить человека, который умеет готовить, или найти труп, что при жизни хорошо готовил, и заставить их жить на нашей кухне!       Раздался звонкий хлопок, Сюэ Ян получил Чэньцин точно по лбу. Они пару минут сидели молча, лишь смотрели друг на друга. Не сказать, чтобы Ян был удивлен, ему повезло, что это оказалась просто флейта учителя, а не миска с едой. От такого количества острого перца он явно захотел бы вырвать глаза себе же, попади в них хоть капля этого варева.       — Я понял, хорошо, никаких похищений, — шумно выдохнул Чэнмэй, отставив тарелку и переводя взгляд в сторону, — только не смотрите на меня так, будто готовы вырвать мое сердце и подать мне же его на ужин.       — Если бы я хотел, то давно бы так и сделал, ешь давай.       К невыносимой еде Старейшины Илина Сюэ Ян не смог привыкнуть даже спустя несколько месяцев совместного проживания. Острота больно обжигала язык и отдавала прямо в нос, заставляла глаза слезиться, а кожу краснеть. Это было самое настоящее биологическое оружие, которое способно убивать.

На следующий день.

      Поднявшись пораньше, Сюэ Ян бросил взгляд на учителя, что еще мирно рядом спал с ним и за ночь успел отлежать тому руку. Он не помнил, когда Вэй Усянь пришел спать, и искренне надеялся, что это произошло не рано утром. Да, он пытался бороться с привычкой Старейшины ложиться спать поздно, но тот ясно дал понять, что его работоспособность ночью находится на самом пике и трогать его не стоит. Это был тот раз, когда терпение Чэнмэя лопнуло, и он силой притащил учителя в комнату. Правда, они так и не смогли лечь спать вовремя, а лишь перед рассветом, когда сил продолжать любить друг друга уже не было. Тогда он даже подумал, что это идеальный способ укладывать учителя спать, но тот второй раз не позволил провернуть этот же трюк. Поднявшись с постели, стараясь не разбудить учителя, он собрал волосы в привычный высокий хвост. Рука до сих пор отказывалась нормально слушаться, ощущая тяжесть головы Усяня, что во сне предпочел её, а не подушку. Еще раз бросив взгляд на идеальное лицо мужчины, заклинатель улыбнулся, затягивая на себе пояс и поднимая корзинку со списком продуктов, который он демонстративно оставил на своей подушке рядом с головой учителя. Он же сказал, что больше не даст себя травить, как бы сильно не любил этого Старейшину, значит, так и будет.       Спустившись с горы в небольшую деревушку, где они постоянно покупали у местных торговцев продукты, Ян шумно вздохнул. Он не любил людей, но учитель дал ему ясно понять, что они не злодеи и насильно никогда ничего не будут получать от других. Если бы не это наставление, он бы просто ограбил первую попавшуюся палатку, забрав оттуда лучшую рыбу, вино и овощи.       И почему у них всегда такая накладка с деньгами? Сюэ Ян уже и забыл, когда они ели мясо, не считая несчастную косулю, что случайно попалась однажды ему на пути. Нет, так жить точно нельзя. Он даже подумывал о том, чтобы пойти куда-нибудь работать, раз простые смертные боятся обращаться к ним за помощью, не считая те случаи, когда к ним приносили людей с тяжелыми проклятиями и просили помочь.       Вновь тцыкнув и зло пнув камень, что лежал на дороге, прилетел точно в продавца, что сонный с утра уже стоял за прилавком и обслуживал единичных покупателей. Ян всегда приходил в магазин рано, чтобы не иметь контакта с людьми, которых он на дух не переваривал.       — Что ты себе позволяешь, думаешь, раз в учениках этого сумасшедшего Старейшины ходишь, тебе все позволено!? — зло прорычал продавец, доставая меч.       И какая муха его укусила? Нет, Ян не собирался извиняться за нелепую случайность перед этим торгашом, но теперь за оскорбление его великого учителя он не простит его никогда.       Он уже было собрался просто использовать на том трупный яд, что всегда носил с собой на всякий случай, как знакомая мелодия заставила остановиться. Она привлекла к себе внимание не только Сюэ Яна, что узнал мотив Вэй Усяня, но и всех людей на торговой улочке.       — Сюэ Ян, ты помнишь, что я тебе говорил? — чуть оскалился Усянь, бросая взгляд на руку ученика, что держала мешочек с трупным ядом, Вэй Ин лишь протянул свою, зло смотря на ученика, — давай его сюда.       — Но, учитель Вэй… — сейчас он выглядел как провинившийся ученик младших классов, что зло смотрел на торговца, который, узнав Старейшину, сразу же отступился.       — Я проснулся и заметил, что ты забыл список, — закатил глаза Усянь в привычной для Цзян Чэна манере.       — Я не собираюсь покупать то, что негативно сказывается на мне же! Я не враг себе, а этот торгаш посмел при мне оскорбить Ваше имя!       С минуту Вэй Усянь прожигал взглядом торгаша, что на глазах побледнел до состояния трупа, а затем вздохнул, потрепав по голове заклинателя.       — Он потом получит свое, раз уж я уже здесь, не хочешь вместе потратить наши последние деньги? — он широко улыбнулся, кивнув на местную таверну.       Тот лишь кивнул в ответ, подхватывая своего учителя под локоть и направляясь к таверне, думая о том, что сможет наконец-то нормально поесть.

Через неделю на улице было найдено изуродованное тело торгаша, что погиб от тяжелой кровопотери.