Парень, подающий надежды

      Тэхён смазанным движением упёрся кулаком в свою мягкую щёку и тяжело выдохнул душный клубный воздух. Он вяло осмотрел грязную барную стойку и, сглотнув, прищурился от ярких кислотных стробоскопов. Голова была ужасно тяжёлой, как и всё его тело. Омега причмокнул губами, сонно мигнул и снова грузно выдохнул перегар.       Тэхён проделывал это, кажется, в сотый раз: притворялся невменяемо пьяным. Он виртуозно играл для самого себя и дурил окружающих в два счёта.       Сцена с яркими софитами горела лишь только для него одного.       Альфы, стоящие рядом, засматривались. Они жадно впивались в его изгибы похотливыми глазами, вешали языки за плечи и думали, что на сегодняшнюю ночь игрушка найдена.       Тэхёну не нужно было этого видеть, всё чувствовалось и так… Сальные голодные взгляды пробирали прямо до костей, пересчитывали каждую.       В такие моменты хотелось нервно засмеяться, а после закатить глаза так далеко, чтобы увидеть черепную коробочку изнутри во всех красках.       Тэхён знал, что дело было не конкретно в нём.       Просто он — омега.       И этим всё сказано. Будь он трезвый, будь он пьяный, будь он блондин или рыжий… Будь он одет в прозрачную рубашку или, как сейчас, в классическую белую… Неважно. Это всё уже так неважно. Сейчас Тэхён — кусок мяса, с которым можно повеселиться. Особенно в таком состоянии залитых глаз.       Тэхён этим пользовался. Со вкусом.       Он, кошмарно брезгуя в глубине души, опустил голову на грязную поверхность стойки и сделал вид, что силится не уснуть. Музыка била по ушам, но это совсем не мешало ему понимать разговоры мужчин, стоящих в своих компаниях друзей. Они всегда говорили одинаковое.       Абсолютно всегда.       — Такие омежки только и ждут, когда их хорошенько отымеют.       — Чем они думают, когда напиваются так?       — А потом жалуются, что до них кто-то домогается. Да они сами будут вешаться на любой доступный член!       Тэхён лениво повернул голову назад и размытыми глазами пробежался по одной из компаний неподалёку. Самые шумные. Трое взрослых альф, всем за тридцать. Костюмы на них офисные и уже помятые. Галстуки отсутствовали, а обручальные кольца были спрятаны в карманы до утра.       Тэхён встретился взглядом с одним из них, растянул губы в лёгкой улыбке и снова пошатнулся.       Уже наизусть знал весь сценарий наперёд. Мужчина подарил ему улыбку в ответ, что-то сказал своим друзьям напоследок, отставил бокал с виски и уверенным широким шагом направился к «в стельку пьяному омеге, который ждёт, когда его хорошенько отымеют».       — Привет. Ты в порядке? — Дежурная улыбочка, как и у всех остальных.       Именно улыбочка. Не улыбка.       Предсказуемо. Тэхён прищурился, вгляделся в лицо незнакомца и тихо рассмеялся, нерасторопно кивнув.       — В порядке, — эхом отозвался он, как дурачок.       А сам просканировал взглядом.       Альфа неказистый и высокий. Волосы светлые и зализанные гелем. Выше его самого на полторы головы. В плечах широкий, но сильно сгорбившийся. Тэхён быстро заметил на безымянном пальце белую полоску кожи, не тронутую загаром.       — Неважно выглядишь. Отвезти тебя домой?       — Домой? — Тэхён глупо хлопнул своими длинными пушистыми ресницами и искренне сделал вид, что не понял, что такое «домой» и как этим пользоваться.       — Ты сильно напился. Разве так можно? Такой красивый и молодой омега, — причитал он. — Давай, обопрись на меня.       Альфа не стал ждать ответа. Сразу полез потными руками к чужой талии и тесно прижался своим возбуждённым телом. Тэхён повис на нём, как ёлочная игрушка, и по-дурацки рассмеялся, сверкнув глазами и розовыми дёснами. Они выдвинулись к выходу.       — Эй, что же ты, двигай ногами, иначе мы упадём с лестницы.       Тэхёна воротило от фальшивого дружелюбного тона, приправленного елейным голосом и наигранным смехом. Он тихо спросил:       — Куда мы идём?       — Ловить нам такси.       Захотелось усмехнуться. «Нам». Когда уже успели?       От альфы несло дешёвым виски, ядовитым сигаретным дымом и мятным гелем для волос. Сочетание дерьмовое, если откровенно.       — Как тебя зовут? — с этого и стоило бы начать ещё в клубе.       — Крис, — соврал Тэхён. От глупых улыбок заныли щёки. Он тяжело выдохнул и пьяно причмокнул сияющими от блеска губами, покрутив головой из стороны в сторону в поисках такси. — А… а тебя?       — Ёнхо.       Кажется, для Ёнхо этап обмена именами был равен этапу «я, чёрт возьми, имею полное право тебя облапать». Иначе Тэхён не мог объяснить тот факт, что прямо сейчас он чётко ощущал чужую ладонь на своей заднице.       — Ты что делаешь? — Он попытался отстраниться, потому что это было некомфортно и неприятно.       Ёнхо состроил невинную улыбочку, всё ещё не улыбку, и подмигнул, подняв руки обратно на талию своей находки на вечер.       — Расслабься, Крис. Я просто держу тебя.       Тэхён, который Крис, доверчиво кивнул. Он позволял держать себя.       Ёнхо быстро поймал такси и помог ему сесть в него. Проявил мнимую минимальную заботу.       — Скажешь мне свой адрес?       — Адрес? Адрес… Район Хондэ, — невнятно пробормотал Тэхён.       Водитель на такой ответ только несдержанно закатил свои злые глаза и громко цокнул языком.       — Он не обблюёт мне салон? — не скрывая своего недовольства и осуждения, спросил мужчина.       — Всё в порядке, — спокойно заверил Ёнхо. — Ты уснул, Крис? Я не расслышал твой адрес. Уверен, что назвал его правильно? Давай-ка лучше поедем туда, где ты сможешь отдохнуть.       Он не дождался ответа и сразу продиктовал адрес дешёвого мотеля.       Тэхён притворился спящим и краем глаза принялся следить за дорогой. Водитель тоже был альфой. Мужчина с заядлой периодичностью кидал на него голодные взгляды через зеркало заднего вида.       — И чем эти омежки думают, когда нажираются до такого состояния? — скрипучим голосом рассмеялся он, похмыкивая и оценивая Тэхёна.       Ёнхо рассмеялся в ответ, без зазрения совести пялясь на задницу спящего «омежки», что привалился на бок.       Тэхёну было противно это пренебрежительное «омежка». Они все произносили это так, словно бы что-то противное, как собачье дерьмо на подошве.       — Им всем надо одно: толстый член и толстый кошелёк.       Тэхёну очень захотелось вскочить и спросить, насколько тогда у альфы толстый член и толстый кошелёк, раз он ведёт себя так погано. С таким синдромом бога и кошелёк, и член должны были быть размером с Эмпайр-стейт-билдинг. Не меньше. Тогда почему его везли в старый задрипанный мотель?       Наверное, из-за своего «развязного и призывного» поведения он просто был не достоин ни шёлковых простыней, ни игристого шампанского.       Они зашли в номер, собрав все углы, потому что Тэхён отказывался передвигать слабыми ногами самостоятельно. Он совершенно по-идиотски смеялся невпопад, много зевал и вообще всем своим видом показывал, что смертельно устал.       В дешёвом мотеле и запах был соответствующим. Воняло то ли помоями, то ли плесенью, то ли чьими-то забытыми упаковками из-под лапши. В любом случае, приятного было мало. Затхлый запах будто бы исходил от всего в этом номере.       Особенно остро этот смрад ощутился, когда Тэхён упал на постель.       — Хочешь чего-нибудь выпить? — Ёнхо залез в убогонький ржавеющий холодильник и, снова не дождавшись ответа, вытащил из него бутылку виски.       Тэхёну знакома марка. Это дешёвое пойло за тысячу вон продавали в любой забегаловке или круглосуточном магазинчике, где санэпидемстанция в последний раз была ещё при свечном освещении. От такого дерьма в стекле травились все подростки, не имеющие много денег. На утро, естественно, обнимались всеми частями тела с унитазом.       Ёнхо это вовсе не волновало. Он лично не планировал пить эту дрянь. Разумеется.       — Нет. — Тэхён отрицательно помотал головой. — Думаю, мне уже достаточно.       — Да ладно тебе. — Альфа разлил виски по двум стаканам, и Тэхён наивно надеялся, что их хотя бы мыли после последних посетителей. — За знакомство.       Ёнхо спешно избавился от пиджака и небрежно кинул его на спинку стула, с подожжённой от бычков сигарет обивкой, и подошёл к своему новому знакомому.       Тэхён не успел даже пикнуть, как его уже потянули вверх, усадили на постели и впихнули холодное стекло в ладонь. Пойло и есть пойло. Чего стоил один только запах, исходящий от него. Тэхёна собирались отравить и изнасиловать.       — Не хочу. — Он капризно сморщил нос, но его шустро словили за горячий подбородок и остановили вертлявую голову.       Тэхён медленно моргнул и посмотрел на Ёнхо под тусклым жёлтым светом лампы. У альфы появилась испарина над губой, виски заблестели от пота, а глаза хаотично забегали по телу омеги. Жадные, неугомонные до дури.       — Мне нужно чем-то запить. Можешь принести сок или… или содовую? — Тэхён устало пробормотал свою надоедливую просьбу и громко выдохнул тёплый воздух.       Он видел, как в глазах напротив мелькнуло недовольство. Ёнхо не рассчитывал на такую возню. Хотел всё по-быстрому. Сунул-вынул, и разбежались.       — Да, конечно, — ответил в противовес собственным эмоциям.       Альфа вновь полез в холодильник. Там стоял только вишнёвый сок с просроченным сроком годности.       — Это подойдёт, — радостно сообщил он, не скрыв вздох облегчения.       Ёнхо, предвкушая и смакуя, налил до краёв.       — Я не люблю вишню. Купишь колу или пепси?       Тэхён состроил щенячьи глазки и снова пустил в ход приём несчастной, затюканной злым миром Анастейши Стил, прося о содовой.       Альфа повёлся, как ребёнок на шоколадную конфету, ведь быстрый и практически лёгкий перепих на дороге почти никогда не валялся. А у него зудел член. Ему было тесно в штанах. Видимо, жил отдельной жизнью.       Ёнхо попросил подождать пару минут и вышел из номера, чтобы купить газировку в автомате на первом этаже возле стойки регистрации.       — Идиот, — трезво произнёс Тэхён, как только дверь по ту сторону закрылась.       На замок.       Он подскочил на ноги, отточенным движением достал из заднего кармана классических брюк пакетик со снотворным и щедро высыпал всё содержимое в стаканчик с вишнёвым соком. Тэхён знал таких Ёнхо как облупленных. Альфа обязательно сделает вид, что тоже выпил виски, а после выпьет только стакан сока. Как и все. Как и всегда. Каждый. Всратый. Раз.       Тэхён запихнул пустой пакетик обратно в карман и, когда замочная скважина вновь заскрипела, сел так же, как сидел до этого.       — Соскучился? Надеюсь, что ты не уснул.       Он поставил железную баночку «Кока-Колы» на прикроватную тумбу, открыл её и с настойчивостью всучил алкоголь в руки Тэхёна.       — За знакомство! — произнёс Ёнхо, возбуждённо заёрзав на своём месте.       Ему уже не терпелось, аж ладони вспотели.       Тэхён смог выпить только половину. Больше не потянул. Но Ёнхо придерживал дно его стакана с доброжелательной, на самом деле пугающей, улыбкой и следил, чтобы он выпил всё до последней капельки.       Жидкость попросилась обратно, и несчастная банка колы из сломанного автомата на первом этаже действительно пригодилась. Тэхён выпил почти всю за один раз и зажмурился от пузырьков, ударивших в нос. Ёнхо, как и следовало ожидать, не притронулся к виски, но сок выпил целиком.       — Я хочу спать, — поставил в известность омега.       Ответа или, тем более, разрешения Тэхён не ждал. Он завалился назад и удобно устроился на вонючих подушках, закрыв тяжёлые глаза. Сделал вид, что от алкоголя окончательно развезло. На радость альфе.       Ёнхо выждал пару минут, а после стянул с омеги ботинки и целиком затащил его ноги на кровать.       — Чт… Что ты делаешь? — сонно заелозил Тэхён, слепо отмахнувшись.       — Тш-ш, — прозвучало откуда-то снизу.       Уже через секунду Тэхён ощутил тяжёлое тело над собой. Его придавили к матрасу и заслюнявили шею. Ёнхо принялся шарить руками по такому желанному омеге.       Он щупал и наглаживал, как ненасытное нечто. Целовал шею и потирался членом через ткань брюк о его бедро, хрипя на ухо удушающим дыханием. Это, наверное, было его пиком наслаждения, думалось Тэхёну.       — Не нужно, — пьяно и невнятно промямлил Тэхён. — Пожалуйста, хватит…       Именно так, как это сделал бы любой другой в нетрезвом состоянии.       — Тебе понравится, я обещаю. Всё будет хорошо, Крис. Просто расслабься, ладно? Я не собираюсь делать тебе больно. Просто доставлю удовольствие нам обоим.       Тэхёна сильно покоробило от шёпота в самое ухо и скользкого языка в ушной раковине.       После он обязательно замочит себя в хлорке.       Ёнхо всё пыхтел и пыхтел. Он положил мокрую от пота ладонь на промежность омеги и стал натирать её.       Тэхёну страсть как хотелось сказать, что это не лампа Джинна, но он укусил себя за внутреннюю левую сторону щеки, попросив своё внутреннее «я» захлопнуть рот и подождать ещё несколько секунд.       Ёнхо застонал от удовольствия. Ему нравилось. Он ловил от этого чистый кайф. Альфа тёрся всё интенсивнее и всё обильнее слюнявил шею, заливая ворот рубашки. Уже даже полез вниз, чтобы расстегнуть ширинку на брюках.       Препарат действовал не сразу, но действовал. Движения Ёнхо замедлились. И очень скоро он просто свалился всем своим немалым весом на чужое тело, заснув.       — Вот дерьмо, — хрипнул Тэхён и с усилием скинул его с себя.       Он встал на ноги, застегнул брюки и заправил в них рубаху. Альфа захрапел, уткнувшись потной мордой в подушку. Тэхён поморщился, допил свою газировку и отработанными движениями залез в карманы чужого пиджака.       Телефон, конечно же, был на блокировке. В соседнем кармане одиноко лежало обручальное кольцо. Тэхён быстро разобрался с паролем, использовав палец бессознательного Ёнхо.       Хватило всего двадцати минут, чтобы Тэхён смог понять, чем больше всего дорожил этот… Его вообще-то нельзя было назвать человеком…       Этот альфа больше всего боялся потерять своего мужа.       Мужа из богатой обеспеченной семьи, которая каждый раз оплачивала Ёнхо и его любимому отпуск на самые дорогостоящие курорты, которая купила им роскошный загородный дом, которая дала Ёнхо высокую должность в ведущей компании по строительству отелей…       — Удобно устроился, — усмехнулся Тэхён, пролистывая переписку с неким Ченом.       Там друзья смеялись над «тупым жирным кошельком», то есть отцом мужа Ёнхо.       Тэхён пробежался по галерее, перепискам, счетам в банке и денежным переводам. Он также прокрутил журнал звонков. Ёнхо был смешон. Альфа так явно и так смехотворно выстилался ковриком под ногами родителей мужа, желая получить побольше хрустящих денег и поярче загар на очередных островах.       — А ты, оказывается, ещё и альфонс. Ну прямо-таки джекпот. — Тэхён устало покачал головой и слабо улыбнулся от этой ситуации.       Схема была простой, как один плюс один.       Он раздел альфу догола, сам разделся по пояс, лёг рядом, закинул чужую руку на свою талию и сделал несколько фотографий без своего лица, но так, чтобы самого альфу можно было разглядеть при любом ракурсе, как ни крути. Это ведь мелочи, разве нет?..       Тэхён не какой-то мститель, не Железный человек и не Капитан Америка… Корея в его случае. Он бариста в неприметном кафе в конце улицы.       И каждую неделю Тэхён ходил в клубы. Там он притворялся, что напился до состояния отключки, цеплял таких вот альф, как Ёнхо, которые те самые «хорошие парни» и которые все хотят «помочь». Но отчего-то именно эти «хорошие парни» всегда везли либо к себе, либо в мотели с одной целью. Никого из них не останавливали моральные принципы. Потому что их там никогда не было.       Все они до последнего собирались воспользоваться пьяным и ничего не соображающим Тэхёном.       И все они, каждый до единого, пожалели об этом.       Тэхён по слаженной схеме подсыпал снотворное в их напиток, ждал, когда альфа отключится, брал его телефон и искал. Что-нибудь, что помогло бы ему рассказать и показать о слабостях и страхах. Отношения с любимой или любимым, карьера или тайна, покрытая годами… Как же много скрывалось в чужих телефонах. Буквально целая жизнь. Казалось бы, обычный чёрный квадрат, но сколько же там хранилось страшных тайн.       Тэхён не жалел и не колебался. А разве должен был?..       Разве все эти альфы колебались, когда пользовались якобы пьяным омегой? Когда якобы ради помощи сажали его в такси или в свои машины и везли туда, куда хотели? Когда раздвигали его ноги, лапали, кусали кожу и оставляли свои ненавистные грязные следы? Разве они думали о нём? Или о других омегах, с которыми проделывали то же самое? Или о своих любимых, ждущих дома в тёплой постели?       Все они думали об одном и одним местом.       Тэхёну хотелось смеяться и плакать от того, как все эти ублюдки спаивали его до состояния, граничащего с обморочным. Так они освобождали свою совесть, мол, ты же был в сознании, а значит, это не изнасилование. Удобно.       Тэхён нажал на кнопку, и две фотографии тут же улетели на другой конец города контакту, иронично подписанному как «Любимый».       Он понимал, что, возможно, уже разбил кому-то сердце и лживое счастье.       Тэхён кинул телефон на кровать рядом с телом его владельца, собрал свои вещи и без зазрения совести вытащил пару купюр из чужого кошелька. На такси.       Компенсация за язык в ухе.

***

      — Заканчивал бы ты с этим дерьмом, — недовольно произнёс Чимин, натирая столешницу салфеткой до блеска и скрипа.       Чистюля до мозга костей.       — Нет, — спокойно отозвался Тэхён и громко щёлкнул пузырём арбузной жвачки.       Сегодня будний день. В такие дни посетителей в кафе почти не было. Все обязательно набегут ближе к вечеру после тяжёлого рабочего дня, чтобы купить домой сладкие пончики и пирожные.       Тэхён подпёр голову рукой, навалился на стойку всем весом и задумчиво выглянул в окно. Осень только-только началась, но уже избаловала их частыми дождями и тяжёлым свинцовым небом.       — Это может быть опасно. — Чимин сердито откинул тряпку в сторону и упёрся ладонями в столешницу. Волновался, конечно, ужасно. — Ты понимаешь, что когда-то просто не успеешь подсыпать снотворное? Или тебя увидят за этим занятием. Что тогда будет, Тэ?       Тэхён уже кучу раз пожалел, что вообще что-то рассказал Чимину. Он его лучший друг с пелёнок и всегда поддерживал во всём. Даже в самых плохих идеях. Вроде той, когда Тэхён в шесть лет захотел научиться летать, поэтому додумался сделать себе крылья из картона, а после сигануть с крыши трёхэтажного дома для разгона и лучшего полёта. Какое счастье, что тогда родители вовремя пресекли эту затею.       Но в этот раз Чимин только комично выпучил глаза и назвал друга идиотом.       Тэхён занимался этим с первого курса, и всё это время Чимин пытался убедить его перестать искать собственную смерть, потому что это было чертовски опасно.       Опасно-то оно опасно. Тэхён это знал, но ведь он мог постоять за себя.       Однако Чимин всё равно боялся, что с ним могут что-то сделать. Или начнут его искать из-за мести, чтобы… чтобы сотворить что-нибудь отвратительное. Чимин даже думать о таком не хотел.       — Да всё окей. Расслабься.       — Не говори со мной их тупыми словечками.       — Как скажешь.       Тэхён по-доброму посмеивался над другом, который то и дело, что картинно закатывал свои красивые тёмные глаза и, кажется, шептал что-то о том, какой он невыносимый засранец и самый настоящий козёл.       И всё же Чимина попустило через час. Тэхён привык. Он перестал обращать внимание на его сердитое щебетание примерно через неделю.       Чимин наконец выдохнул. Он отвлёкся и решился поделиться важной для себя новостью. Только очень тихо.       — Завтра я иду на свидание с Юнги,       — Тот, что проходит практику у нас? — Тэхён, к счастью, или, может, сожалению, всё услышал.       — Он самый.       — Ты уверен в нём? У него больше никого нет на стороне? Он не полезет к тебе в трусы на первом свидании? Насколько его намерения серьёзны? Возьми перцовый баллончик с собой. — Тэхён оставался серьёзным, задавая вопрос за вопросом весьма спокойным тоном.       Чимин в миллионный раз за день закатил глаза и всё же мягко улыбнулся. Тэхён и правда жутко невыносимый.       — Нет, больше никого у него нет. Насколько мне известно. Если он не полезет ко мне в трусы, то это сделаю я. Не могу сказать, насколько его намерения серьёзны… Что за дурацкий вопрос вообще? — нахмурился он и свёл аккуратные брови к переносице. — Я и про свои намерения-то ничего сказать не могу.       — Уверен?       — Ну, — Чимин равнодушно пожал плечами и облокотился на стойку, поджав губы, — Юнги милый. И красивый. У него приятный голос. А ещё он играет на гитаре и хорошо шутит…       — Хорошо шутит? — повторил за ним Тэхён и усмехнулся.       — Я просто всегда смеюсь над его шутками, потому что мне смешно. Чего прикапываешься к словам? — отмахнулся Чимин. — Мне он нравится, и я пойду с ним на свидание.       — Баллончик возьми, — ещё раз напомнил Тэхён, точно так же пожав плечами, как и Чимин минутой ранее.       — Хорошо.       — И презервативы. Не уверен, что у него хватит мозгов позаботиться об этом.       — Он не тупой.       — Как скажешь, — ни разу не верит.       — Ты невыносимый, Тэ.       Чимин ненавидел это «как скажешь».

***

      Тэхён нанёс бесцветный бальзам на губы под блёклыми розовыми лампами уборной и бегло окинул себя взглядом в зеркале.       Он, как и всегда, надел на себя самые обычные, неприметные вещи: широкие джинсы, белую свободную футболку, джинсовую куртку и старые потрёпанные кеды.       Бесполезно. И Тэхён прекрасно это знал. Неважно, что на нём надето. Его всё равно будут раздевать взглядами. Всё равно повезут в какой-нибудь мотель. Всё равно облапают и всё равно скажут, что «тебе понравится, всё хорошо, просто расслабься».       Тэхён наклонил голову к правому плечу и приподнял воротник, чтобы принюхаться. В нос ударил жуткий запах спирта, которым он смочил футболку, джинсовку и шею. От него должно за версту нести перегаром.       Тэхён без стеснения попросил сигарету у двух омег, и те с радостью угостили его. Он не курил, но, поблагодарив, спрятался в кабинке туалета, чтобы просто постоять и подержать тлеющую белую палочку в руках.       Тэхён вышел из прокуренного туалета и направился к барной стойке, где в очередной раз начал театр одного актёра.       Сейчас на него не обращали никакого внимания. Тэхён заказал себе только спрайт и ушёл к свободному столику. Всё ещё будний день, всё ещё не так много людей.       Время умчалось вперёд. Один час пролетел за другим несправедливо быстро. Бармен сменился.       Одни компании уходили, другие, наоборот, приходили и занимали их места. Тэхён и сам не понимал, как ему удавалось не заскучать, пока он неторопливо разыгрывал своё опьянение.       Взглядов стало больше. Альфы всё чаще и чаще поворачивались в его сторону, довольно похмыкивая. От этого жгло горло, неистово хотелось закричать, чтобы все они до одного катились на хрен, что он не кусок мяса, как и все другие омеги и женщины здесь. И во всём мире.       Это ведь элементарные вещи, так почему их настолько сложно, казалось бы, просто немыслимо уяснить?       Несправедливо, обидно и горько. И до смерти опасно.       Тэхён откинулся на жёсткую спинку дивана и причмокнул губами. Пора. Он встал на ноги, пошатнулся и глупо хихикнул, когда задел чей-то столик бедром.       Путь до барной стойки показался ему наказанием, словно бы он шёл по ножам, словно бедная обманутая Русалочка из сказки Андерсена.       Похотливые взгляды сопровождали весь путь. Оголодавшие до жадности и осуждающие.       — Водку со льдом и спрайтом, — лениво протянул Тэхён и покачал в воздухе своим пустым стаканом, практически развалившись на стойке.       — Привет, милашка. — Незнакомый голос прозвучал по левую руку, привлекая внимание.       На обращение хотелось выхаркаться прямо в чужую рожу. Тэхён определённо не милашка, не детка, не малыш и не крошка.       — Привет.       — Ты один?       — Да. Мои… мои друзья ушли, а я остался, — грустно протянул Тэхён и обхватил соломинку нового коктейля губами, сияющими от бальзама.       Альфа, что пытался показаться хорошим парнем, гулко сглотнул густую слюну и положил ладонь на колено Тэхёна.       — Я могу составить тебе компанию, чтобы не скучал. — Не вопрос — утверждение в чистом виде.       Все они действовали по-разному, но у всех у них была одна цель. Кто-то, как недельный Ёнхо, проявлял фальшивую заботу, а кто-то, как этот парень — позволил себе непристойные намёки и распускание рук сразу.       — Не-е. — Тэхён слабо рассмеялся и сложил голову на руки. Нежная кожа щеки тут же упёрлась в железную пуговицу на рукаве джинсовки. — Мне и так очень весело.       — Да брось ломаться, милашка. Мы можем интересно провести время. — Его рука поползла выше, задела внутреннюю часть бедра и ощутимо сжала проворными пальцами.       Тэхён слегка нахмурился и открыл рот, чтобы попросить убрать его руки со своего тела, но ему не дали и шанса.       — Вот ты где! Почему ты ушёл от меня? — Тэхён и альфа резко обернулись на громкий голос, в котором слышалось явное облегчение. — Я ведь говорил тебе, что последний коктейль точно будет лишним.       Глаза Тэхёна увеличились до невозможных размеров, когда незнакомый мужчина накинул на него свою тяжёлую кожаную куртку. Прямо поверх джинсовки. У альфы, что мгновенно убрал свои руки от его ног, удивление граничило с блёклой злостью и нескрытым раздражением.       — Спасибо, что позаботились о моём пьянчужке. Стоило мне только отойти на один телефонный разговор, — легко рассмеялся мужчина и положил широкие ладони на плечи пьяному омеге.       «Это теперь новый уровень склеить?» — подумал Тэхён, вернув лицу прежнюю беспечность и некую сонливость от высокого градуса.       «Надеюсь, это было правдоподобно!» — подумал Чонгук.       Чонгук заметил Тэхёна, когда уже собирался уходить домой. Его друзья уехали минутами раннее, а он задержался в уборной. Пытался смыть с джинсов ярко-зелёный коктейль, который на него совершенно случайно пролила очаровательная девушка с высоким хвостом.       Уходя, оглянулся, и застал не самую приятную картину. Он видел, что Тэхён был тут совсем один. Без каких-либо друзей или своего партнёра.       Чонгук не супергерой, но, заметив нахмуренные брови и раздосадованное лицо омеги, когда чужие руки трогали его за бёдра, он не смог уйти просто так.       Чонгук видел, что Тэхён сильно пьян. Вряд ли бы он смог что-то сделать в таком состоянии, чтобы защитить себя. А если и попытается, то всё может выйти куда хуже. Да и вряд ли ему кто-то поможет. Он же пьян.       Чонгук кинул быстрый взгляд на альфу, чьи руки, видимо, жили своей счастливой жизнью, иначе какого чёрта он делал то, на что у него не было никакого права? Чонгук знал таких. У самого пара коллег вели себя подобным образом. Они вроде как считали себя королями мира с членом наперевес.       — Нет проблем, — отмахнулся первый кандидат, как его мысленно обозвал Тэхён, и спешно ушёл со своего места.       Ему не хотелось получать в нос от того, кто был вдвое больше него самого, а кандидат номер два явно выигрывал в ширине плеч. Да и росте.       — Привет, — Чонгук дружелюбно улыбнулся, — ты один здесь? Кто-то может тебя забрать?       — Почему ты соврал ему? Я тебя не знаю, — засмеялся Тэхён и игриво прищурил глаза, выглядя пьяно и немного не в себе.       — Тот парень хотел затащить тебя в койку, а ты не выглядел как тот, кто согласен, — пожал плечами Чонгук. — Так ты один? Нам стоит поискать твоих друзей?       Тэхёну пришлось бороться с желанием усмехнуться. Этот мужчина играл заботу лучше, чем все остальные. Но, кажется, три месяца назад он уже знакомился с каким-то парнем по такой же схеме. Сейчас они пойдут искать его друзей. Потом, естественно, не найдут их. А после придётся сильному, смелому и хорошему альфе вести Тэхёна к себе или в мотель.       — Я здесь один.       — Ты не в лучшем состоянии сейчас. Отвезти тебя домой?       Тэхён закивал, как болванчик, и снова обхватил губами соломинку. Чонгук отрицательно покачал головой и лёгким движением руки забрал у него стакан.       — Эй, — недовольно протянул Тэхён и обиженно поглядел на свой отдаляющийся напиток.       — Завтра скажешь спасибо. — Альфа пресёк все его капризы мягким, но одновременно не терпящим каких-либо возмущений или протестов взглядом. — Как тебя зовут?       — Богом, — ответил Тэхён, лениво приваливаясь вперёд.       — Меня Чонгук. Идём, Богом, я отвезу тебя домой.       Тэхён неуклюже слез со стула, чуть ли не упав, но Чонгук подхватил его за плечи и помог удержать равновесие.       Тэхён соврёт, если скажет, что не удивился тому, что альфа практически не нарушил его личных границ и не попытался притянуть к себе за талию или поясницу.       Они вместе вышли на промозглую улицу. Вокруг клуба компании друзей говорили на повышенных тонах, кричали, смеялись над глупостями и яростно выясняли отношения.       Машины впереди проносились с высокой скоростью, раскидывая слякоть после недавнего дождя. Чонгук крепко подхватил Тэхёна под локоть и осторожно повёл в сторону своей машины.       Старенький чёрный «Фольксваген» со слегка помятым багажником с правого бока стоял прямо под тусклым фонарём. Тэхён заметил, что, несмотря на изношенность, автомобиль выглядел чисто и, насколько это возможно, опрятно.       Чонгук заботливо открыл ему дверцу на место рядом с собой и помог сесть, чтобы тот ненароком не вписался лбом во что-нибудь.       — Какой адрес? — взяв в руки телефон с открытым навигатором, спросил Чонгук.       И Тэхён, как и в другие разы, ответил, что не помнит. Он просто ляпнул это, и всё. Чонгук на такой ответ сокрушённо поджал губы и крепко о чём-то задумался, впившись взглядом вперёд.       — Совсем не помнишь? Район хотя бы? — Он не терял последней надежды.       Тэхён сделал вид, что его размазало ото сна. Он невнятно забормотал под нос разные глупости, зевнул и расслабленно откинулся назад.       Чонгук тихо чертыхнулся, посетовав на алкоголь и беспечность.       Какое-то неприятное ощущение неправильности заползло Тэхёну в самую душу противным извивающимся червяком. Он тяжело выдохнул, когда услышал звук заводящегося мотора, и подумал, что всё идёт словно бы не так, как раньше.       Его разморило в тепле. Скребущее чувство под кожей не давало покоя ни на одну секунду.       Они ехали долго. Тэхён не следил за дорогой. Какая разница, если потом всё равно вызовет такси до дома.       Чонгук делал странные вещи, которые заставляли его беспомощно теряться. Альфа включил обогреватель и приглушённую музыку. Он долго щёлкал по кнопке, пока не остановился на тихой классике.       Это отдалённо напоминало заботу или что-то около того.       — Приехали. Вставай, пьянчужка. — Чонгук растормошил Тэхёна за плечо, заставив открыть глаза и зашевелиться на месте.       Альфа усмехнулся, но торопить не стал.       Тэхён увидел перед собой обычный жилой комплекс, окна в котором уже почти не горели. На дворе глубокая тёмная ночь, все давным-давно спали.       Чонгук первым вышел из салона, обошёл машину и вновь помог своему новому знакомому выйти. Тэхён подарил маленькую улыбку и повис на нём. Он не стал спрашивать, где они и зачем, потому что, во-первых, и так всё понятно, во-вторых, Тэхён тут вообще-то играл главную роль своего спектакля.       Квартира Чонгука находилась на седьмом этаже. Лифт до него ехал мучительно медленно. Чонгук держал Тэхёна за плечи, привалив не к себе, а к одной из стенок, и тяжело выдыхал. И, кажется, уже в миллионный раз снова читал рекламную брошюру.       В квартире Чонгук усадил Тэхёна, который Богом, на мягкий пуфик и снял с него обувь.       — Это же надо было так надраться. Какой повод? — Чонгук понял, что говорит сам с собой, когда в ответ получил мычание и закрытые глаза.       Альфа тихо усмехнулся, потому что Тэхён-Богом выглядел забавно и даже мило.       — Я не пьян, — замямлил Тэхён, когда Чонгук уже вёл его к постели.       Там он стащил с него свою куртку и джинсовку, а после надавил на плечи, заставив лечь головой на подушки.       — Ну, конечно. Ты не пьян, а я Дженнифер Энистон.       Тэхёна потянуло посмеяться, но он осёкся.       — Снять с тебя штаны или так сойдёт? — вслух произнёс Чонгук. Он нахмурился и зажевал свою нижнюю губу от роя жужжащих мыслей. — Лучше оставлю, иначе утром окажусь каким-нибудь извращенцем. Богом, ты меня слышишь? Я сейчас тебе расстегну ширинку и пуговицу, чтобы не давило ночью, но я не домогаюсь тебя, понял? — громко и серьёзно произнёс альфа, вглядываясь в спокойное лицо спящего парня.       Ответа не последовало, поэтому он наклонился к нему, приподнял футболку прохладными пальцами и подцепил кромку джинсов, чтобы расстегнуть пуговицу и дёрнуть за бегунок.       Тэхён подумал, что уже вот, сейчас прямо всё начнётся…       Но произошло целое ничего.       Чонгук накинул на него одеяло, выключил свет и… Какого хрена?!       Он лёг на соседний диванчик, убрал телефон под подушку и накрылся пледом, повернувшись к своей кровати спиной. Тэхён вылупился на него во все глаза.       В голове произошёл сбой и поломка системы. Тэхён состроил искреннюю гримасу абсолютного непонимания и откинулся обратно на подушку, уставившись в тёмный потолок. Перед глазами «error 404» и идиотская песня из рекламы порошка в голове. И что ему делать теперь?..       Тэхён вновь приподнял голову и услышал, как спокойно и размеренно сопел альфа. Он, раздумывая, что же делать, медленно лёг обратно.       Наверное, подождёт ещё несколько минут, а после сбежит.       Однако Тэхён совсем не заметил, как провалился в глубокий сон. Мысли оказались слишком тяжёлыми…

***

      Тэхён проснулся от шума посуды и заводной музыки, доносящейся с кухни. Он резко поднялся в постели… Получилось даже чересчур. Перед глазами всё потемнело и засверкало мушками. Состояние по ощущениям напоминало жуткое похмелье, словно бы Тэхён вчера всё-таки влил в себя как минимум половину бара.       — Какой ужас, — прошептал он.       Тэхён запустил пальцы в светлые волосы, поправил спутанные пряди и недовольно сощурился от настырных лучей яркого утреннего солнца. У Чонгука не было занавесок.       У Чонгука…       Тэхён сдавленно простонал и накрыл глаза сухими ладонями. Он всё ещё был в чужом доме.       — Доброе утро. — Чонгук, услышав шум из комнаты, появился в дверном проёме с чашкой ароматного кофе в руках. — Как спалось? Что-нибудь помнишь?       Тэхён тяжело выдохнул и опустил босые ноги на пол.       — У тебя нет занавесок. Почему? — Голос после сна несильно хрипел.       Тэхён смотрел взъерошенным цыплёнком с опухшим лицом. Чонгук усмехнулся и перевёл спокойный добрый взгляд на окна.       — Я недавно переехал. Не успел купить. — Он пожал плечами и отпил горячий напиток. — Завтракать будешь? Или всё выйдет обратно?       Тэхён усмехнулся и отрицательно помотал головой, поднимаясь с кровати. Широкие джинсы практически свалились с него, но он быстро поймал их под застенчивую улыбку.       Тэхён действительно не понимал, что делать дальше. Чонгук не пугал его, но и доверия не внушал, как и все остальные. Ему не хотелось сбегать сломя голову, а вот позавтракать очень даже.       Чонгук не страшный и не ужасный монстр, а в случае чего Тэхён занимался тхэквондо. Целых два дня.       — Идём. — Альфа кивнул в сторону кухни, молча прося пойти за ним.       Тэхён лениво потянулся, широко зевнул и поплёлся следом. Сейчас, когда квартира была залита солнечным тёплым светом, он мог заметить, что в гостиной и правда стояло не так много мебели, как и самих вещей. На стенах не висели рамки с фотографиями, полки были пустые. На них всё лежало по мелочи: ключи от машины со старым брелоком в виде зонтика, телефон, пара криво оторванных листов с размашистым почерком и один блокнот.       Чонгук жил один. Об этом совсем не трудно догадаться.       В прихожей по погоде стояло только три пары обуви одного размера: две пары кроссовок и одни кожаные ботинки на шнуровке. На вешалке возле входной двери висели три куртки: кожаная, что вчера была на плечах Тэхёна, длинное пальто и его собственная джинсовка.       — Я приготовил куриный бульон. Помогает от похмелья. — Чонгук поставил на стол глубокую горячую тарелку.       — Проверял?       — Не пью.       Тэхён сел на стул и втянул носом приятный аромат. Желудок дал о себе знать жутким урчанием.       Чонгук усмехнулся.       — Ешь, пока тёплое.       — Спасибо.       У Тэхёна не было паранойи. Он не сверкал пятками от каждого встречного альфы, а просто был максимально осторожен абсолютно со всеми. Тэхён не альфаненавистник.       Просто терпеть не мог всех ублюдков. Вне зависимости от принадлежности пола.       — Почему я у тебя? — Тэхён облизнул губы от бульона и поднял взгляд на альфу.       — Потому что ты напился до такого состояния, что не вспомнил даже свой адрес, — без капли осуждения ответил Чонгук.       Констатация факта. Не более.       — И… и поэтому ты привёз меня к себе? — тихо спросил Тэхён, чуть склонив голову в сторону. — А если я вор?       — В таком случае ты очень плохой вор, раз уснул. Ну а что бы ты сделал на моём месте? — Чонгук отставил полупустую кружку с уже остывшим кофе. — Ты был в стельку. Вокруг находилась куча альф, которые мечтали разложить тебя прямо на той барной стойке. И, уверяю, кто-нибудь бы это сделал. — Он не шутил, не смеялся и не пытался сгладить углы.       Чонгук не осуждал. Напился и напился. С кем не бывает? Это делал, наверное, каждый второй.       Неделю назад он сам забирал своего коллегу из клуба. Тот заблевал ему машину, обувь и рубашку. Повода не было. Просто того потребовала душа. По словам самого коллеги.       А два дня назад Чонгуку пришлось забирать лучшего друга с окраины города. Пьяного, ревущего и счастливого. Как он там оказался — до сих пор непонятно. Тоже заблевал машину. Ботинки в этот раз остались в сохранности, чего не скажешь о нервах Чонгука.       Напиваются все. Тэхён имел на это полное право. Совершеннолетний же. Этого достаточно.       — Это очень благородно с твоей стороны. — Тэхён откинулся на спинку стула и вновь зажмурился от солнца. Чонгук, заметив это, встал с места, открыл дверцу верхнего шкафа от кухонного гарнитура и тем самым прикрыл лучи. — Спасибо. — В груди от этого незатейливого жеста стало по-странному тепло.       Чонгук красивый, очень красивый. У него крепкое тело, упорно проработанное в тренажёрном зале тяжёлыми нагрузками. Он высокий и широкоплечий. Одним словом — невероятный. Внешне альфа действительно был привлекателен. Ещё бы узнать внутренний мир.       Тэхён не должен был об этом думать, но он думал.       — Сколько тебе, Богом? Ты ведь совершеннолетний?       Тэхён поджал губы, чтобы сдержать усмешку, и кивнул.       — Мне двадцать три. — Он втянул тёплый свежий воздух и принял быстрое, практически обдуманное решение. — Тэхён… На самом деле, меня зовут Тэхён.       — Отлично. Тебе не шло быть Богомом, — с совершенно серьёзным выражением лица ответил Чонгук, будто бы всё так и должно быть.       Но у него всё равно не получилось удержаться улыбки, когда он услышал мягкий смех омеги.       — Сочту за комплимент.       — У тебя мифомания?       — Что это? — чуть нахмурился Тэхён, показав всем видом, что не понял, о чём его спросили.       — Мифомания — это патологическая ложь. — Само собой, Чонгук был несерьёзен.       Тэхён задумался, словно бы принялся вспоминать, страдал ли он от мифомании или всё-таки подобного за ним не наблюдалось.       — Нет. У меня такого нет. Я просто предусмотрительный, — объяснил он и пожал плечами. Взгляд невольно зацепился за настенные часы. — Тебе не нужно на работу или… или по делам?       Чонгук тоже перевёл своё внимание на часы и кивнул.       — Нужно.       Тэхён неловко хлопнул глазами, замер, уставившись в тарелку, и протянул короткое «о». А потом повторил чуть громче. Он быстро встал на ноги и одёрнул свою мятую футболку.       — Тогда думаю, что мне пора. Спасибо тебе за помощь и заботу. Не буду злоупотреблять этим…       — Моя смена начнётся только через два часа. Доешь, — успокоил Чонгук. — А после я подвезу тебя до дома.       Альфа ему не врал. Он никуда не торопился и всем своим видом показывал спокойствие.       — В таком случае, я могу воспользоваться ванной?       — Да, конечно.       Чонгук проводил его до комнаты, показал, что и где можно взять, выдал новую зубную щётку и ушёл.       Тэхён осмотрел помещение и предсказуемо увидел практически пустые полки. Всё стояло исключительно в единичном количестве: один гель для душа, один шампунь, один гель для бритья, одна щётка и одно кусковое мыло без аромата. Ничего лишнего.       Тэхён, чистя зубы мятной пастой, от любопытства рассматривал скучные этикетки на тюбиках. Кажется, Чонгук не любил лишних запахов. Он сделал такой вывод, потому что шампунь и гель для душа у альфы были классическими. С ненавязчивым морским бризом.       Детский интерес взял верх, и не щёлкнуть крышкой, дабы узнать, что же там за морской бриз, показалось Тэхёну непосильной задачей. Он сам по себе вообще-то очень любознательный. Когда-нибудь ему точно прищемят кончик носа.       Тэхён, задумавшись и лениво водя щёткой по зубам, привалился спиной к холодной плитке. От Чонгука можно было ожидать чего угодно. Как и от любого другого незнакомца. И то, что Тэхён так просто остался в доме неизвестного человека, очень глупо.       Одна его часть внутри искрилась от того, что вчера произошло. Впервые в жизни он видел альфу.       Настоящего альфу, который не воспользовался его состоянием. Даже не распустил руки. А действительно по-настоящему позаботился. И вроде как помог. Тэхён настолько привык к подводным камням, что даже сейчас ему казалось, что Чонгук попросит что-то взамен или выдаст что-то такое, отчего окажется очередным.       Так или иначе, а домой нужно было вернуться. Забота Чонгука теплотой осела на его сердце, а вера в лучшее никуда не ушла.       Тэхён знал, что в мире всё ещё остались настоящие хорошие альфы. Например, его отец. Или отец Чимина.       Он всё детство видел и слышал, как эти мужчины обращались со своими супругами.       Тэхён видел, как у мамы до сих пор горели глаза. Их заполняла любовь, нежность и уважение к мужу.       В их доме всегда стояли свежие цветы, а каждый месяц родители выбирались на свидания. Даже спустя двадцать восемь лет брака. Тэхён за всё время совместного проживания с родителями ни разу не слышал криков в их доме. Только если от счастья. Все ссоры решались разговорами. Да, они могли иногда проходить на повышенных тонах, но до криков и скандалов никогда не доходило.       Мама и папа делили все обязанности пополам. Тэхён всегда знал, что может обратиться к каждому из них.       Отец напрямую участвовал в его воспитании, как и должно было быть. Он не «помогал» своей жене с ребёнком, а брал точно такую же ответственность.       А ещё он никогда не был бытовым инвалидом. Точно так же убирался по дому и готовил обеды и ужины.       Поэтому, да, хорошие альфы существовали. Кажется, Чонгук был одним из них.       Когда Тэхён вышел из ванной комнаты, то Чонгук всё так же сидел на кухне и что-то читал в своём ноутбуке. Но сразу же отвлёкся, когда услышал, что его гость уже закончил.       — Порядок? — с лёгкой улыбкой спросил он, в ответ получив бодрый кивок. — Кофе, чай?       — Спасибо, но я правда не хочу тебя задерживать, — вежливо отказался Тэхён. — И я действительно сам могу доехать до дома. Всё в полном порядке.       — Мне нетрудно это сделать.       Коротко и ясно.       Тэхён поджал губы, чтобы скрыть яркую улыбку. Чонгук — джентльмен.       Он помог ему надеть джинсовку, пропустил вперёд себя и открыл все двери на их пути. Альфа делал это на автомате, элементарная вежливость и воспитание.       На этот раз Тэхён продиктовал свой адрес под озорную улыбку Чонгука, который всё-таки не упустил возможности пошутить на эту тему.       — В следующий раз напиши адрес на ладони, — посоветовал он, внимательно следя за дорогой. — Или записку.       — Лучше надеть ошейник, на котором будет написано моё имя, а на обратной стороне адрес, — усмехнулся Тэхён и невольно коснулся своей шеи одними кончиками пальцев.       — Ты не можешь этого сделать. Ты ведь предусмотрительный. Каждый раз придётся менять ошейники с новыми именами, — мягко улыбнулся Чонгук и кинул на него мимолётный взгляд.       — Прекрати надо мной издеваться. — А у самого в голосе одно только веселье. — Кстати, кем ты работаешь?       — Я ветеринар, — ответил Чонгук.       Тэхён тут же представил мужчину в форме и то, как он тискает очаровательных шустрых щенят или милых кроликов. Почему-то казалось, что был Чонгук тем самым доктором, которому всецело доверяли.       — Это здорово. — Тэхён повернулся к нему. — Каким был твой самый странный пациент?       Чонгук задумался на некоторое время.       — Лягушка с лего в прямой кишке.       — Звучит весьма… интересно.       — Ещё интереснее вытаскивать их.       Тэхён безобидно фукнул, а после несдержанно громко и восторженно ахнул, когда услышал любимую песню Рианны по радио.       Чонгук покосился на него, и в груди разлилось что-то очень приятное и сладкое. Он сделал погромче, и Тэхён без стеснения запел. Ей-богу, если бы в машине было больше места, в ход пошли бы и танцы.       Пел он, если честно, отвратительно. Медведь на ухо не просто наступил, а от души потоптался. Чонгук даже не стал скрывать улыбки. Тэхён забавный и интересный. Почему его первыми словами стал вопрос про занавески?.. Чонгук этого никогда не узнает.       Оставшуюся дорогу они разговаривали о работе Чонгука, потому что Тэхён с искренним интересом задавал вереницу вопросов. Где-то глубоко, на подсознательном уровне, он понимал, что задавал их не только из-за интереса. Но и из-за того, что ему не хотелось отвечать на вопросы о себе неизвестному альфе. Пусть даже такому честному и привлекательному.       Прощание оказалось сложнее, чем казалось изначально. Тэхён не хотел уходить. И Чонгук не хотел, чтобы он уходил.       Но сказать это вслух никто так и не решился. В конце концов, Чонгуку необходимо было ехать на работу.       — Спасибо за… за всё. — Тэхён, сжав в руках джинсовую куртку, посмотрел на Чонгука с искренней улыбкой, потому что был по-настоящему счастлив сложившейся ситуации. — Я рад, что вчера ты оказался рядом.       — Да, я тоже рад этому, — ответил Чонгук, смотря на него в ответ.       — Мне пора. Может, ещё увидимся когда-нибудь. — Омега положил прохладную ладонь на ручку, чтобы открыть дверцу, но никак не решался это сделать, нервно сжимая её пальцами.       — Будет слишком нагло попросить твой номер телефона и пригласить на свидание?       Тэхён расплылся в мягкой улыбке. Кажется, он слишком часто делал это за сегодняшнее утро. Но это выходило само по себе.

***

      — Свидание? — замурчал Чимин.       — Свидание, — глухо повторил за ним Тэхён и свернулся клубочком на кровати, впившись взглядом в экран ноутбука.       Вчера его лучший друг купил подписку на «Нетфликс».       — Не слышу радости или хотя бы капельки воодушевления. — Чимин пнул его по голени, не понимая, что с настроением. — Чего ты такой хмурый? Не хочешь идти? Не иди. Никто же тебя не заставляет.       — Хочу. — А у самого выражение лица такое прискорбное, словно идти он собрался на нудную пару по физике, на которой каждый раз засыпал и пачкал тетрадные листы слюнями.       — Тогда сделай лицо попроще, — посоветовал Чимин и загрёб ладонью горсть сырных чипсов.       Тэхён посмотрел на него недовольным взглядом и широко открыл рот, молча прося, чтобы ему тоже дали еды.       — А если он окажется козлом? — с набитым ртом удручённо спросил он.       — Это станет концом света для тебя?       — Наверное. — Тэхён запрокинул голову назад и страдальчески простонал. — Он… Ну, он милый. — Первое, что пришло на ум, вот правда.       Он мысленно ударил себя по голове, а потом в реальности всё же треснул ладонью по лбу.       Чонгук не милый. Это не то определение, которое могло бы описать его. Чимин вот милый. Тэхён иногда милый. Его однокурсник Чонин тоже ужасно милый.       А Чонгук другой. Тэхён пока ещё не понял, как правильно охарактеризовать этого альфу, потому что он попросту не знал его. Но то, что Чонгук добрый и искренний — факт.       — Прости? — Брови Чимина взлетели чуть ли не в космос. — Я правильно расслышал тебя сейчас? Ты назвал непонятного чувака из клуба милым?! — Тэхён подумал, что позже обязательно напомнит другу, что он королева драмы и пора бы ему заканчивать пересматривать «Шерлока» по «Би-би-си».       — Типа того.       — Умоляю! Твои трусы при виде этого альфы слетят с такой скоростью, что пробьют сам ад. — Чимин пихнул его в плечо и довольно улыбнулся во все двадцать семь зубов.       Четыре зуба мудрости Чимин удалил год назад, после чего распух, как шарик, а ещё один… Если Тэхён снова напомнит ту историю, как именно друг потерял пятый зуб даже мысленно, то точно не отделается парочкой синяков.       — Я просто назвал его милым, — в свою защиту промямлил Тэхён и пнул розовой пяткой в ответ. — Какого чёрта, Чимин?       — Ты никого не называешь милым.       — Ты милый! Я говорю тебе это каждый день.       — Господи! Ну это что-то сродни элементарным вещам. Все знают, что я милый…       — Ты сын Сатаны.       — Заткнись, — беззлобно отмахнулся от него Чимин. Он залез на подушки поудобнее и подмял их под себя. — Разве это не круто, что Чонгук оказался таким классным и здоровским парнем?       — Мужчиной, — подправил Тэхён. — И нет, Чимин, это не круто. Так и должно быть. Это должно быть нормальным в нашем обществе. Ты не представляешь, как мне грустно от того, что ты, я, да кто угодно будет считать это классным поступком. Это не классно, просто так и должно быть. Всегда.       — Тэ, ты знаешь, о чём я.       Чимин скривил губы. Он слышал эти слова чуть ли не каждый день по десять раз, если не по двадцать.       Нет, вообще-то он согласен и очень гордится своим другом-борцом за справедливость. Потому что и Чимин, и его подруги, альфы, омеги или беты, без разницы, друзья-омеги попадали в самые неприятные ситуации, когда чьи-то руки касались их там, где не должны были. Все они слышали тошнотворные фразочки по типу того, какие у них классные задницы и как бы круто в них смотрелся член.       Это пугало, сбивало с толку и отчего-то заставляло ощущать себя грязным.       Поэтому Чимин поддерживал Тэхёна в любом решении, кроме дурацких похождений в клубы. Это было опасно.       — Одолжишь мне свою белую рубашку? — Тэхён ткнул Чимина в бок, привлекая к себе внимание.       — Научись стирать свои вещи, чтобы они не красились, — проворчал тот в ответ, но, конечно же, одобрительно кивнул. — Вчера я купил классные серьги к ней. Наденешь?       Тэхён поднялся с постели и залез в их общий шкаф, засунув туда сначала нос, а потом и голову.       — Нет! — прозвучало из недр содержимого полок. — Я хочу эту рубашку, потому что мне в ней комфортно.       — Ты хочешь эту рубашку, потому что в ней твои ключицы выглядят хорошо. — Тэхён на услышанное закатил глаза. Чёрт бы побрал Чимина с его проницательностью по самую душу. — Хэй, твой телефон вибрирует. О, это Чонгук. Он пишет тебе. — Тэхён подскочил на месте, чуть ли не запнувшись в своих ногах, ударился макушкой о полку, тихо выругался и быстрым шагом вернулся к кровати. — Иисус… Этот мужчина явно не знает, что такое эмодзи.       Тэхён рассмеялся и забрал свой телефон в руки. Глупая улыбка сама залезла на лицо, пока он открывал «Какао».       jeonjk: Привет. Завтра всё в силе? Ты не передумал?       taetae: привет <(￣︶￣)>       taetae: нет, всё окей       taetae: ты решил, что я могу передумать?       jeonjk: Ты выглядел растерянным, поэтому я решил уточнить. Вдруг тебе просто было неловко отказать мне в лицо.       jeonjk: Но я рад, что это не так.       — Какого хрена, — отчаянно прошептал Тэхён, захныкав. — Почему он такой… милый. Господи… Как бы я ни думал, но он и правда милый и внимательный.       — Не надевай трусы. Жалко будет, если они действительно сделают дыру в аду, — посоветовал Чимин.       Он опёрся острым подбородком о плечо Тэхёна, чтобы было удобнее читать, о чём шла переписка.       taetae:я тоже рад, что это не так       — Добавь эмодзи! Звучит так, будто тебя заставили это сказать.       — Ты иногда такой засранец.       taetae: (ꈍᴗꈍ)       jeonjk: Я заеду за тобой?       — Смотри, он спрашивает это у тебя, потому что думает о твоём комфорте. Разве не мило? — улыбнулся Чимин и ткнул пальцем в экран телефона.       taetae: было бы здорово       Тэхён согласился вовсе не потому, что было лень ехать на автобусе. Просто ему очень хотелось увидеть альфу пораньше. Даже если на сорок минут.

***

      Тэхён нервничал, и Чонгук видел это по тому, как омега теребил в пальцах рукав своей свободной белоснежной рубашки.       Он нервничал из-за всего на свете, а альфа, сидящий рядом, только усложнял ситуацию его слабых нервов.       Чонгук выглядел замечательно. Просто восхитительно. На нём классические чёрные брюки и такого же цвета водолазка, подчёркивающая сильное и крепкое тело мужчины, вылепленное с заядлым усердием. Тэхён не из тех, кто с лёгкостью покупался на внешность, потому что уже по горло сыт такими обманами, но не отметить, что альфа красив, было бы кощунством.       А ещё Тэхён определённо был более чем благодарен Чимину за то, что тот заставил надеть его широкие брюки и украшения, потому что, кажется, Чонгук вёз его в приличное место, а не милое кафе или кинотеатр.       — Всё в порядке? — поинтересовался Чонгук, когда они остановились на светофоре. Пытался отвлечь.       — Да. В полном! — чересчур быстро и даже громко ответил Тэхён.       — Но ты волнуешься. — Альфа кивнул на его руку и мягко улыбнулся.       Тэхён немного покраснел, смутившись, и нелепо усмехнулся.       — Хорошо. Я действительно волнуюсь, потому что это моё первое свидание. И я без понятия, как…       — Стой-стой! — Чонгук вдруг замотал головой, свёл брови и затряс ладонью в воздухе. — Первое?       — Ну… да? — Тэхён шмыгнул носом и пожал плечами. — Было не до этого. — Он почесал щёку и надул губы, выпустив из лёгких воздух.       — Почему… Ты почему раньше не сказал? — Чонгук поджал губы и надавил на газ, когда светофор загорелся зелёным.       Он не выглядел рассерженным, скорее, потерянным.       — Это… это проблема?       — Нет! Конечно, нет. Просто… просто я бы явно не повёз тебя в ресторан. Это ведь типично. — Чонгук зажевал нижнюю губу, а после цокнул и закатил глаза на самого себя. — Теперь это свидание звучит отстойно.       Тэхён мягко рассмеялся и откинул голову назад, не побоявшись помять укладку, над которой Чимин пыхтел час. Альфа тоже улыбнулся. Ему нравился смех Тэхёна. Нравилось видеть, как он улыбался и как сияли его глаза.       — Мне всё нравится. Это вовсе не отстой, — успокоил его Тэхён, придав голосу как можно больше искренности.       — Пытаешься меня утешить? — усмехнулся Чонгук, мельком поглядывая на омегу.       Тот снова рассмеялся и отрицательно замотал головой.       — Нет. Это правда.       — Мы ещё даже не приехали.       — Место не так важно. Главное — компания, — с важным видом заявил Тэхён.       — Вот как, — понятливо протянул альфа и сделал очень умное выражение лица. — Тогда поехали посидим на лавочке у дома.       — Чонгук!       Всю дорогу до ресторана они смеялись и, не стесняясь, подшучивали друг над другом. Тэхён чувствовал себя замечательно. Чонгук тоже был доволен, что смог отвлечь напряжённого парня.       Тэхёну было спокойно рядом с ним. Чонгук уже зарекомендовал себя как воспитанного человека, а теперь выяснилось, что он ещё хороший и внимательный водитель, который совсем не отвлекался от дороги.       В салоне автомобиля было чисто и приятно пахло свежестью, что ещё раз подтверждало все догадки тогда в ванной комнате. На периферии сознания омега успел уловить мысль, как отреагировал бы Чонгук на его природный аромат.       Он — зимний омега, поэтому его запахом стал запах ели. Не особо яркий, но душистый. Тэхёну он нравился. Пусть и не такой сладкий, как, например, у его мамы, у Чимина или у папы Чимина… В конце концов, ведь омеги тоже рождались с терпкими и густыми ароматами. Просто у них они не звучали так ярко, как у альф.       Тэхён предпочитал пить подавители. Так он чувствовал себя безопаснее. Чимин тоже делал это, как и все их друзья и многие знакомые.       Тэхён не слышал запах альфы.       Чонгук привёз его в уютный ресторан почти в центре Сеула. Тэхён невольно засмотрелся на всё вокруг, словно бы вообще в первый раз за жизнь выбрался в люди. Но он всё ещё просто любопытный.       Ему нравились светлые бежевые оттенки в интерьере. Тёплый свет от лампочек дарил этому месту ещё больше мягкости. Тихая музыка укутывала пуховым одеялом и создавала уютную атмосферу. Не интимную, что было бы абсурдно для первого свидания.       Тэхён расплылся в улыбке.       Чонгук на самом деле постарался. Он подыскивал идеальный вариант, читал отзывы и просматривал количество звёзд в приложениях.       — Здесь очень красиво, Чонгук, — восторженно шепнул Тэхён, смотря на большое количество зелени вокруг.       — Да, очень, — не сводя с него глаз, ответил Чонгук.       — Я про ресторан, а не своё лицо, — застенчиво протянул Тэхён и попытался скрыть смущение.       — Знаю.       Кончики его ушей окрасились в пунцовый, а улыбка стала шире. Оно само. Просто так получалось только рядом с Чонгуком.       Они сели за зарезервированный столик и довольно скоро сделали заказ. Альфа мысленно записал у себя в голове, что Тэхён предпочитал что-то солёное, нежели сладкое.       — Чем ты занимаешься? — Чонгуку не терпелось послушать его, узнать больше…       — Учусь и работаю в кафе неподалёку от дома. — Тэхён подпёр голову ладонью и посмотрел на Чонгука, больше не испытывая неловкости. Ему спокойно и хорошо. — А учусь на юриста.       — Тебе нравится?       — Очень! — У Тэхёна загорелись глаза, и Чонгук снова улыбнулся, смотря на него. — Мне очень нравится. Я выбрал это направление ещё в четырнадцать, а родители только поддержали. Они рады, что я учусь там, где мне хочется, и не трачу время на всякую ерунду. Мама с папой сказали, что если это не наркотики и алкоголь, то всё в порядке.       Чонгук внимательно слушал его. Он, видя с каким желанием и вдохновением говорил Тэхён, задумался, осознавал ли омега, насколько восхитительно он выглядел вот таким?       Это же самое настоящее преступление. У Чонгука воровали сердце прямо посреди белого дня.       — У тебя с родителями хорошие отношения. Это здорово…       Им принесли напитки, кокосово-шоколадные коктейли, поэтому Чонгук отвлёкся, но Тэхён успел заметить некое сожаление в чужих глазах.       — А у тебя как?.. — осторожно поинтересовался он.       — Скажем так. — Чонгук задумался на долю секунды. — Их совершенно не устраивает тот факт, что кто-то из их окружения, в том числе и я, не делает так, как они хотят. Если проще, то родители не приняли мой выбор профессии.       — Что?! Но почему?! — возмущённо воскликнул Тэхён. Громче, чем следовало. — Ветеринар — это же такая важная профессия. И сложная. И довольно стрессовая…       — Как и любая другая, но мне очень приятно, Тэ.       — Не в каждой профессии погибают… Клиенты! Пациенты… Пациенты в твоём случае. Это же надо иметь столько сил и смелости, чтобы стать врачом. И неважно, кого именно ты лечишь: людей или животных. Моя мама — хирург, и она удивительная. И очень сильная. Она до сих пор иногда плачет по ночам, но никогда не опускает руки, так что я знаю, о чём говорю. Папа и отец моего лучшего друга тоже врачи. Я всё детство видел, насколько это тяжёлая профессия. Быть ветеринаром — это явно очень сложно и… вероятно, больно, — с пылом высказался Тэхён и шумно выдохнул в конце. И только потом понял, что немного разбушевался. Он поджал губы и качнул головой. — Извини, что-то я разошёлся. Но просто это так несправедливо, что родители не поддерживают своих детей. — Он расстроенно отвёл взгляд к окну.       — Нет-нет. — Чонгук, заворожённый его такими неподдельными эмоциями и важными словами, спешно оживился. — Не извиняйся, Тэхён. Не нужно этого делать. Спасибо тебе. Никто раньше за все мои тридцать два года не говорил этих слов. Так что… Спасибо, правда.       Чонгук смотрел так искренне, так благодарно, что Тэхёну просто необходимо было коснуться его.       Он несмело положил руку на стол и кончиками пальцев сжал пальцы альфы, словно бы прося разрешения. Чонгук по-доброму усмехнулся и смелее, нежели Тэхён, сжал в своей ладони чужую, немного холодную.       С наступлением вечера Чонгук предложил прогуляться по набережной. И Тэхён с радостью согласился.       На улице похолодало, но слабое тепло всё ещё сохранилось в воздухе. Начало сентября всё-таки.       Это не помешало Чонгуку накинуть на плечи Тэхёна свой пиджак и укрыть от редких порывов ветра. Руки они так и не расцепили. Чонгук переплёл их пальцы, нежно коснувшись кожи омеги.       Темы для разговоров и вовсе не заканчивались. В основном потому, что они оба не жили в мире стереотипов, в котором уже стояли свои штампы абсолютно на всё.       Если молодой, как Тэхён, значит обязательно глупый и не видевший жизни. Если уже в «серьёзном» возрасте, это вообще какой такой, и как он определяется, а главное кем, как Чонгук, значит, одной ногой пора бежать с кем-то под венец, а другой — в детский отдел за кроваткой для ребёнка.       Они не осторожничали в выборе тем. И это было замечательно.       — Не люблю вставать рано, это убивает меня, — скуксился Тэхён, посмеиваясь.       — Но вместе с этим у тебя появляется полно времени, чтобы сделать все свои дела в спокойном темпе.       — Но я же не высыпаюсь.       — Попробуй ложиться чуть раньше.       — Нет же, Чонгук… Это уже магия вне Хогвартса, и она запрещена. Иначе меня отчислят из него, — на полном серьёзе заявил Тэхён и нахмурился.       — Тебе двадцать три, Гарри, — снисходительно сказал Чонгук, посмотрев на него. — Ты уже давно выпустился из него.       — Просто ужасно. Прямо по-больному. — Тэхён покрутил головой и заметил фургончик с мороженым. — Хочешь мороженое? — Чонгук проследил за его взглядом и кивнул. — Какое ты любишь?       — Лимонное, — быстро ответил альфа, ни капли не задумываясь над ответом, чем вызвал улыбку.       — Никогда не пробовал лимонное. — И это правда.       Тэхён и сам не знал, почему раньше избегал этот вкус.       — Я обязательно с тобой поделюсь. — Он довольно кивнул на слова Чонгука.       — Подожди меня пару минут. Я быстро.       Тэхён убежал под удивлённый взгляд. Чонгук сам собирался это сделать, но омега тоже решил поухаживать за ним. Разве такое не могло не греть сердце? Чонгук был окончательно повержен.       — Чонгук!       Тэхён и Чонгук одновременно обернулись на слишком громкий крик. Фургончик стоял не так уж и далеко от места, где омега оставил своего спутника.       Тэхён видел, как к Чонгуку направился крупный тучный альфа, и он не являлся экстрасенсом, но ему показалось, что от внезапно появившегося друга или знакомого Чонгука не стоило ждать чего-то хорошего. У мужчины косая улыбка и обиженные на весь мир глаза.       Чонгук напрягся. Тэхён заметил это по его плечам и спине.       — Привет, Юбом. — Чонгук больше не выглядел дружелюбным. Его лицо перестало выражать какие-либо эмоции.       Он терпеть не мог охамевшего Юбома, твердолобого мужлана и просто неприятного типа. К сожалению, он был его коллегой в ветеринарной клинике.       — Хорошо проводишь выходной, — оскалился мужчина и шумно выдохнул от быстрой ходьбы.       Чонгук молча кивнул, не желая продолжать бессмысленный разговор.       — Сейчас я немного занят, так что…       — Вижу. — Юбом бесцеремонно перебил его и облизнул тонкие губы в усмешке. — Сегодня ведь свидание с тем омежкой, которого ты хотел трахнуть?       Юбом — последняя сволочь. И за ним никто не занимал. Он видел, как к ним подходил Тэхён, поэтому последние слова сказал нарочито громко, чтобы они так точно долетели до ушей омеги.       Тэхёна как будто окатили ледяной водой. Он замер, не сумев даже вдохнуть такой необходимый воздух. Кажется, даже земля ушла из-под ног, заставив его потерять равновесие. Рожки с лимонным и персиковым мороженым обидно упали на асфальт с характерным хрустом.       Так вот чего на самом деле хотел Чонгук?       Тэхёну стало так смертельно обидно. До самых слёз.       Сердце подскочило к горлу, сдавив стенки. Он ведь знал… Он ведь знал, что всё так и будет. Чонгук не мог просто взять и оказаться таким замечательным.       Тэхён никогда не верил в чудеса. Встречая других альф, которые хотели затащить его в койку, он не разочаровывался, просто потому, что всё знал наперёд. Но Чонгук — это совсем другое. Чонгук показался ему другим. Он заставлял его смеяться и чувствовать себя легко и комфортно.       Чонгук, видя, что Юбом посмотрел куда-то за спину, повернул голову следом и застыл.       Там стоял Тэхён со своими огромными невозможными глазами, в которых бушевал целый океан предательства, обиды и боли. Омега, кажется, даже в размерах стал меньше, словно бы на его плечи свалился неподъёмный груз.       — Тэхён. — У самого голос сел.       Юбом сделал это специально. Чонгук никогда так не говорил. Никогда. У него просто бы язык не повернулся так сказать.       Тэхён, словно бы в замедленной съёмке, поджал дрожащие губы, собрал крупицы оставшихся сил, снял с себя пиджак и подошёл к Чонгуку ровным шагом. Он отдал вещь в его руки. Больше Тэхён ему не улыбался. И его глаза перестали сиять.       Он развернулся и ушёл, шумно выдыхая всю дрожь тела.       — Тэхён, подожди! — Чонгук попытался взять его за руку, но тот предсказуемо дёрнулся в сторону, как от огня. — Пожалуйста, Тэ, выслушай меня. Всё не…       — Всё не так. Это не то, что ты подумал. Я вовсе не это имел в виду. Ты всё не так понял. — Тэхён говорил на одном дыхании, заломив брови от эмоций. — Просто оставь меня в покое!       И Чонгук оставил. Он смотрел ему в спину до тех пор, пока Тэхён полностью не скрылся в толпе.       Сейчас он зол, расстроен, разочарован и целиком на эмоциях. Все слова оказались бы бессмысленны.

***

      Тэхён целый день думал о Чонгуке.       Альфа звонил ему, но после шестьдесят восьмого раза перестал. Наверное, понял, что Тэхён не возьмёт трубку. Он писал ему, просил поговорить, перезвонить, встретиться…       Но после того как Тэхён отправил ему «больше не связывайся со мной», Чонгук так и сделал, потому что умел слышать и слушать. Напоследок написал одно сообщение.       jeonjk: Тэхён, мне жаль, что всё так вышло. Я не буду извиняться за те слова, которые сказал мой коллега, потому что я бы никогда не сказал о тебе такого. Или о ком-либо другом. Но мне жаль, что ты вообще это услышал. Извини, что вечер оказался так испорчен. Но это было самое лучшее свидание в моей жизни. Спасибо, что провёл со мной время, Тэхён. Если хочешь поговорить, то я всегда буду тут. Если нет, то просто береги себя, ладно?       Может быть, ему бы стоило остаться и выслушать Чонгука. Верить пустому трёпу было глупо, но эмоции взяли верх. Тэхён плохо себя чувствовал из-за этого.       Последнее сообщение заставило Тэхёна думать об альфе целые сутки. На учёбе, на работе, во время перерывов, перед сном. Что-то в душе выло и коробило. Глаза Чонгука, действия, да абсолютно всё никак не сходилось с теми словами некоего Юбома.       За этими мыслями ноги сами привели его к ветеринарной клинике.       Тэхён долго топтался на крыльце, сминая в руках сумку через плечо и не решаясь зайти внутрь.       Но стоять здесь целую вечность было бы глупостью, поэтому он зашёл внутрь.       Светлые стены слепили после пасмурной погоды. Запах здесь не отличался от обычной больницы. В нос всё также забивались медикаменты, спирт и стерильная марля. Посетителей было немного. Они сидели в ожидании со своими питомцами и старались успокоить их как самых настоящих малышей.       За стойкой регистрации работал мужчина с приветливым лицом. Он мурлыкал самому себе под нос незамысловатый мотив мелодии и казался ужасно погружённым в дела.       — Здравствуйте. Извините, я могу поговорить с доктором Чоном? — Тэхён нервно и тяжело сглотнул.       Что он ему скажет?       — Здравствуйте! — Мужчина поднял голову и переключил всё своё внимание на пришедшего посетителя. — У вас назначено?       — Нет. Нет, я… я… Мне просто очень нужно поговорить с ним. — Подсознание мысленно добавило, если сам Чонгук вообще захочет говорить с ним после всего.       — Как Вас зовут?       — Тэхён. Ким Тэхён. Я не займу много времени, — тихо добавил он, смотря, как мужчина защёлкал мышкой.       А потом замер и так резко вскинул голову, что Тэхён в самом деле забеспокоился за безопасность его шеи.       — Тэхён? — громко переспросил… Тэхён скользнул глазами по бейджику на белом халате. Хосок. — Тот самый Тэхён?       — Вы меня знаете? — Удивился не меньше, если не больше.       — Боже мой! — Хосок буквально засиял широкой улыбкой, поднялся на ноги и обошёл стойку. — Конечно, я тебя знаю. Тебя тут все знают! Чонгук же то и дело, что говорил о тебе целый день. Умоляю, мы всем коллективом штудировали интернет в поисках лучшего ресторана для вашего свидания.       Тэхён побледнел. Чонгук был так сильно воодушевлён? Сердце тошнотворно ухнуло в желудок, а краска окончательно сошла с его лица. Как же так? Он так сильно обидел Чонгука…       — Что же я наделал?.. — пробормотал одними сухими губами.       Он закрыл лицо ладонями и осел на мягкий пуфик позади себя.       Хосок испугался. Не хватало ему тут ещё обмороков. Что ни смена, так сюрприз.       — Ты в порядке? Вы поссорились? Что вообще такого произошло на вашем свидании, что Чонгук сегодня всех наших зверят распугивает одним своим кислым выражением лица? — Хосок присел рядом, закинул ногу на ногу и внимательно посмотрел на него.       — Да всё было замечательно. Сначала мы провели время в ресторане, а потом пошли на набережную, где встретили… Как же его? — Тэхён сильно нахмурился. Он прикусил кончик языка и попытался вспомнить имя. — Юбом? Да, кажется Юбом.       — Ну и дерьмо, — в сердцах протянул Хосок, и Тэхён согласно кивнул. — Что он сделал?       — Тэ?       Голос Чонгука был настолько удивлённым, что Тэхён и сам не поверил, что он тут. Они с Хосоком одновременно вскочили на ноги, и Тэхён едва не захлебнулся воздухом.       — Чонгук, я хотел поговорить с тобой, — протараторил омега, не шевелясь и смотря на ошарашенного мужчину. — Я… Мы можем?..       — Хосок, позови, пожалуйста, Намджуна. Я заменю его чуть позже, — ровным голосом попросил Чонгук. Тэхён взволнованно сжал пальцы на лямке сумки. — Идём.       Чонгук подал ему руку. Это был обычный жест, но в нём оказалось много смысла.       Чонгук пытался понять, зачем пришёл Тэхён?.. Попрощаться и просить больше не пытаться с ним связаться или всё-таки поговорить?       Когда Тэхён вложил свою ладонь в его, Чонгук облегчённо выдохнул. Это могло значить только хорошее.       Он пропустил омегу в свой кабинет, закрыл за ними дверь и не успел сказать даже слова, не успел произнести и звука, как Тэхён в мгновение начал свой поток слов:       — Чонгук, мне очень жаль, что так вышло! Правда! Мне стоило бы послушать тебя для начала. Мне очень стыдно перед тобой. Прости…       — Всё в порядке. — Чонгук прервал его мягкой улыбкой и лёгким касанием за ладонь, привлекая внимание. — Не нужно извиняться, Тэ. Ты имел полное право злиться, расстраиваться и бежать оттуда.       — Ну почему ты такой? Почему ты не злишься на меня? Почему… Почему ты всё понимаешь и влюбляешь меня в себя своими сексуальными мозгами? — Тэхён натурально разнылся, чуть ли не топая ногой от досады, как ребёнок.       Чонгук широко улыбнулся своей мальчишеской улыбкой и прижал его ладошку к своей щеке, припав к ней в нежном жесте.       — Тебя не должно такое удивлять, — шёпотом ответил альфа и оставил мягкий короткий поцелуй на внутренней стороне ладони.       — Но меня это удивляет, — одними губами промямлил Тэхён, смотря, как аккуратно мужчина держал его. — Всё теперь в порядке? Ты пойдёшь со мной на второе свидание? Мне очень понравилось, как мы провели время. И ты мне тоже очень нравишься.       Он сделал маленький шаг вперёд, смелее смотря в глаза напротив. Чонгук вновь переплёл их пальцы, и это казалось таким правильным и привычным жестом.       Тэхён двинулся дальше, пока не встал вплотную. Он положил вторую ладонь на солнечное сплетение альфы. Тепло. Очень тепло.       — Ну, знаешь, я должен подумать. — Чонгук скрутил губы трубочкой и сделал вид, что якобы задумался. Тэхён тихо рассмеялся, наблюдая за этим маленьким спектаклем для него одного. — Конечно, я пойду с тобой на свидание. Ты тоже мне нравишься. Очень.       — Хорошо… Хорошо. Это… очень хорошо. — Тэхён нервно закивал головой.       Чонгук шумно выдохнул, положил ладони на его щёки и наклонился вперёд, осторожно соприкасаясь с ним губами.       Тэхён мгновенно закрыл глаза, обхватив своими руками запястья альфы, чтобы удержаться. Поцелуй был неторопливым, ласковым до дрожи в коленях и желанным.       Чонгук мягко обхватил его губы без пошлости или других поползновений. Большими пальцами он огладил тёплые щёки и слегка наклонил голову омеги. Тэхён млел. Лёгкие покалывания по всему телу щекотали до самого сердца.       Тэхён тяжело выдохнул и крепко сжал пальцами кожу на руках Чонгука. Он улыбнулся в поцелуй, приластился поближе и сам невесомым движением переместил руки альфы со своих щёк на талию, прося обнять.       Чонгук тут же притянул к себе, углубив поцелуй. Тэхён же обхватил его за шею и прижался ещё ближе. Он зарылся своими подрагивающими пальцами в шелковистую копну тёмных волос. Чонгук держал его крепко и уверенно, даря необходимое тепло.       Они отстранились друг от друга через некоторое время, какое именно — никто не знал.       Тэхён, широко улыбнувшись и не желая покидать эти руки, спрятал лицо на его плече. Чонгук разделял эти чувства целиком и полностью. Он обнял ещё крепче и поцеловал сначала в лоб, а затем в висок.       — Тебе нельзя сбежать с работы, чтобы поесть со мной пончиков? — шёпотом на самое ухо спросил Тэхён, потеревшись кончиком носа о ворот белоснежного халата.       Чонгук усмехнулся.       — Нельзя. У меня сейчас операция.       — А я… я могу здесь осмотреться?       Тэхён поднял голову и с интересом принялся разглядывать кабинет Чонгука.       Такой же, как и салон автомобиля. И такой же, как квартира. Чистый, без единой пылинки. На столе и полках ничего лишнего. Стены выкрашены в бежевый, а мебель подобрана под их цвет. Он любил порядок и много свободного пространства.       — Если подождёшь сорок минут, то я покажу тебе кое-что. — Чонгук умел заинтересовать.       Тэхён прищурился, склонил голову в сторону и попытался уловить хоть одну эмоцию на лице этого многогранного мужчины.       — Я подожду, — с застенчивой улыбкой согласился он.       Чонгуку его улыбка как бальзам на душу.       — Хосок с радостью с тобой поболтает, пока я оперирую.       У Тэхёна подкосились коленки, когда он почувствовал, что Чонгук незатейливо прошёлся ладонью по его спине. Это было приятно.       — Тебе идёт халат.       — На свидание приду в нём.       Тэхён рассмеялся и с очень довольным и сверкающим выражением лица спросил:       — Ты и правда заставил своих коллег гуглить ресторан?       — Мне пора на операцию.       Хосок оказался болтливым двадцатипятилетним альфой. Он показал Тэхёну всё здание, заварил ему зелёный чай и угостил шоколадными конфетами.       А ещё Хосок отвёл своего нового знакомого к доске, где висели фотографии всех лечащих врачей, и Тэхён не сдержал улыбки, когда увидел на ней Чонгука. И даже сфотографировал себе на телефон.       — Ты такой влюблённый, — усмехнулся Хосок и подтолкнул парня дальше.       — Ты давно тут работаешь? — сидя за регистрационной стойкой, спросил Тэхён и закрутился в кресле.       — Три года.       — А Чонгук здесь…       — Задавай мне любые вопросы про своего красавчика. Обещаю, что отвечу на всё и не выдам тебя, — подмигнул альфа и придвинул ему чашу с конфетами.       — Ты сам это сказал, — предупреждающе заявил Тэхён под наигранно испуганное лицо Хосока. — Расскажи о нём что-нибудь, чего бы сам Чонгук никогда бы не додумался сказать. Но ничего чересчур личного!       — Серьёзно? Я думал, что ты будешь спрашивать что-то поинтереснее. Ну, про его прошлые отношения или романы на работе.       — Зачем мне его романы до, если сейчас — это сейчас? — улыбнулся Тэхён. — У всех нас есть какое-то прошлое, которое привело нас к этому моменту, верно?       — Иисус Христос. — Хосок закатил глаза и рассмеялся. — Теперь я понимаю, почему он только и делал, что без умолку говорил о тебе.       — Кто о чём говорил?       Чонгук вернулся быстрее, чем могло показаться. Хосок так завлёк Тэхёна, что он напрочь забыл о времени.       — Как всё прошло? — первое, что спросил у него омега.       Ему было интересно. Он узнал у Хосока, что Чонгук оперировал кошку с опухолью.       — Всё прошло хорошо. Мисс Молочная Конфетка спит. Ей нужно несколько дней на восстановление, но она будет в порядке, — спокойно сообщил альфа, разминая уставшие плечи и подписывая документы, которые тут же подсунул Хосок.       — Мисс… — Тэхён набрал побольше воздуха в лёгкие, лишь бы не расхихикаться. Это ужасно неприлично. — Мисс Молочная Конфетка?       — Мисс Молочная Конфетка, — подтвердил Чонгук и кивнул.       — Молочная?       — Мисс, — добавил Хосок.       Тэхён поджал губы и тоже понятливо кивнул. Да, хорошо, это определённо очень мило. Если Чонгук каждый день будет рассказывать ему о забавных именах животных, то его жизнь стопроцентно станет немного лучше.       — Идём? — Чонгук вновь протянул раскрытую ладонь, за которую Тэхён с желанием ухватился и направился следом.       — Идём.       Альфа отвёл его на задний двор клиники, и Тэхён с трудом смог сдержать себя от счастливого восторженного визга.       На лужайке, залитой солнечным светом, лениво спала большая рыжая кошка в небольшом мягком ограждении, а вокруг неё шкодничали пушистые котята. Недалеко от них носились три собаки: лабрадор, хаски и корги. Тэхён заметил ещё несколько кошек на траве.       — Пожалуйста, скажи, что их не бросили, и они просто ждут своих людей с работы, — чуть ли не проскулил Тэхён, повернув голову к Чонгуку.       Тот успокоил его лёгкой улыбкой.       — Они действительно ждут их.       — Я могу?..       — Конечно.       Тэхён забыл обо всём на свете, когда лабрадор облизал его лицо, а хаски попытался залезть носом в ухо. Омега не мог перестать улыбаться и ворковать над очаровательными четвероногими друзьями. Он зарывался пальцами в мягкие шёрстки, гладил и чесал их. Каждому пытался подарить частичку внимания.       К нему на колени забрались две тактильные кошки, оставив кучу шерсти на чёрных брюках. Но Тэхёна это вовсе не беспокоило. Он чмокал их в крошечные носики и пищал не своим голосом, называя их самыми лучшими малышами на свете.       Чонгук сел неподалёку. Корги положил голову на его колено и терпеливо ждал своей ласки, которую получил в ту же секунду. Альфе казалось, что его сердце и душу искупали в самом сладком карамельном сиропе. Тэхён светился с ног до головы. Он весь неземной.       Чонгук, смотря на него, ощущал спокойствие и безграничную нежность. Ему хотелось дарить и дарить её. Хотелось укрыть Тэхёна в своих объятиях на диване перед телевизором с глупой комедией. Хотелось чувствовать грудью смех омеги и просто целовать его тогда, когда он будет ожидать этого меньше всего. Хотелось всего самого обычного: похода в кинотеатр, совместного выбора порошка для стирки белья, готовки чего-то сладкого, прогулки по парку поздним вечером, пикника на пляже…       Чонгуку много чего хотелось, на самом деле. Может, это слишком рано, но никто не запрещал мечтать.       Он не был дураком и всё понимал. Осторожность Тэхёна, опасение и недоверие позволяли ему пока что ровным счётом ничего.       Чонгук не собирался ломать эту стену. Он собирался построить там дверь.       — Они очаровательные! Спасибо, что показал и позволил побыть здесь. — Тэхён упал рядом с ним, шумно вдыхая и выдыхая от переполняющих эмоций и частой улыбки.       Он был в восторге. В самом настоящем восторге.       — Ты им понравился. — Чонгук переплёл их пальцы рук, и Тэхён придвинулся ближе, чтобы положить голову на его плечо.       — Правда?       — Да. Вафля рассказал мне об этом. — Альфа указал на спящего корги на его колене.       — Вафля, мисс Молочная Конфетка, — протянул Тэхён. — К вам приходят голодные владельцы.       — Неправда, — оскорблённо возмутился Чонгук и схватился за сердце. — Эти пушистики похожи на сладости, что уж тут поделать. Моего кота звали Ириска.       — Ты тоже был голодным, — жалостливо ответил Тэхён, выпятив нижнюю губу.       — Я глубоко ранен, Тэ.       — Ты такая королева драмы. Уверяю, вы с Чимином подружитесь.       Чонгук замер с нежной улыбкой на губах.       Тэхён думал о том, чтобы познакомить его с лучшим другом. То, что Чимин лучший друг, он узнал ещё на первом свидании.       Тэхён ушёл от него через час с припухшими от поцелуев губами и крыльями за спиной. Чонгук отказывался отпускать его, утягивая и утягивая в густые тягучие поцелуи. И Тэхён был не против такого расклада, но трезвонящий Чимин, кажется, имел иную точку зрения.       — Ты где пропал? Мы же должны делать совместный проект… О, матерь божья, Ты целовался. — Чимин сделал быстрые выводы, лишь взглянув на лицо друга.       — Ты прямо-таки Шерлок Холмс. — Тэхён стянул с себя кеды.       — Я миссис Хадсон… Стой. Ты даже не отпираешься. Это был Чонгук?       — Чонгук. Я могу сначала сходить в душ?       Тэхён прекрасно понимал, что нет, нет и нет. Пак Чимин уже через секунду схватил его за руку и потащил на кухню, где поставил чайник. Маленькая пиранья.

***

      — Кажется, сама Вселенная намекает нам, что свидания — не для нас. — Тэхён забавно сморщил кончик носа, смотря на проливной дождь.       Чонгук на второе свидание повёз его на пикник на пляж. Погода была превосходной. Идеальной для прогулки. Они нежились в тёплых и ярких лучах солнца.       Из корзинки с едой аппетитно тянуло чем-то мучным, отчего рот наполнялся густой голодной слюной. Тэхён не мог перестать улыбаться. Чонгук держал его за руку, рассказывал, как прошёл день, и много спрашивал, чем он занимался.       На пляже людей не оказалось. И это было высшей удачей, по мнению самого Тэхёна.       Солёный запах забрался в лёгкие, а морской ветер заигрался с одеждой и рассыпчатыми волосами. Тэхён порывался было залезть в воду по ступни, но Чонгук сказал, что вода уже слишком холодная. Вместо этого альфа обнял его со спины и невесомо поцеловал в шею, окутав теплом.       Так ощущалось счастье. Тэхён стойко чувствовал его в своём маленьком сердце, стоя в крепких объятиях. Чонгук водил кончиком носа по его виску, и ему хотелось прижаться ещё ближе. Он повернул голову и оставил поцелуй в уголках губ альфы.       Время шло незаметно. Тэхён узнал, что Чонгук отлично готовит, потому что с огромным удовольствием ел всё, что предлагал альфа. Они много говорили. Снова.       И за разговорами совсем не заметили надвигающихся туч, а когда дождь обрушился крепкой тяжёлой стеной, стало уже поздно. Они, собрав все вещи, добежали до машины мокрые до нитки. Тэхён так смеялся, что выступили слёзы. Чонгук включил обогреватель и достал плед с заднего сидения.       — Накройся, чтобы не заболеть, — шмыгнув мокрым носом, сказал Чонгук и протянул ему клетчатый плед.       — А как же ты? — Тэхён нахмурил брови. — Залезай ко мне. Места хватит.       Он кинул плед обратно на заднее сиденье и, абсолютно неуклюже и неаккуратно, кое-как перелез туда же, назад.       — Что ты?.. Тэ, здесь теплее. — Чонгук засмеялся, видя, как Тэхён пытался развернуться и усесться по-человечески. И так и сяк.       — Если… — тяжёлый выдох, — если ты сядешь ко мне, то тут тоже будет очень тепло.       Чонгук не мог спорить. Да и не хотел. Альфа не стал перелезать таким изощрённым способом, поэтому просто вышел из машины и вернулся в неё уже через секунду.       — О, ну… Так тоже неплохо.       — Замёрз? — Ладони Тэхёна оказались в горячих руках альфы. — Искренне надеюсь, что ты не заболеешь. По прогнозу дождя не обещали.       — Погода часто врёт. Только не смей себя винить, ладно? Всё просто замечательно, не считая того факта, что даже мои трусы промокли.       — Снимай. — Чонгук, когда понял, что сказал, застыл, впившись ошарашенным взглядом в омегу. — Я не это имел в виду!       Тэхён звонко расхохотался.       — А что ты имел в виду? — не унимался он, хихикая с чужого выражения лица.       — О боже, — обречённо застонал Чонгук и прикрыл лицо рукой. — Ты знаешь.       — Нет, — дразнился. — Просто обними меня, хорошо? Ты всегда очень тёплый.       Чонгук так и сделал, с нескрываемой нежностью обняв его. Тэхён прижался в ответ и постарался урвать как можно больше тепла.       От холода спасали поцелуи. Тэхён первым потянулся к губам Чонгука. Он закрыл глаза в самозабвенном тягучем поцелуе и, не особо думая над этим, сел на колени к альфе.       От поцелуя стало жарко. Мокрая одежда перестала волновать их обоих.       Тэхён почувствовал руки Чонгука под своей рубашкой, мягкие и по-особенному жаркие. Это было чертовски приятно.       Чонгук крепко обнял его, очертил талию пальцами, провёл по рёбрам и не сильно надавил на острые лопатки, прижавшись ближе.       Кожа Тэхёна была холодной, а губы влажными. На них всё ещё чувствовались капли дождя. С волос обильно капало на шею, вызывая табун острых мурашек. Чонгук запустил ладонь в его слипшиеся пряди, и большинство влаги скатилось на его руку. Щёки у омеги запылали алым, а взгляд затянуло, как небо тучами.       Чонгук поцеловал глубже, и Тэхён ощутил, как от нахлынувшего желания скрутило низ живота. Он несдержанно и чувственно всхлипнул.       Они не могли оторваться друг от друга даже на несколько секунд.       Чонгук мягко огладил его скулы и шею, не позволяя себе ничего лишнего, потому что не хотел напугать.       Тэхён покрепче сжал талию альфы своими бёдрами и нырнул руками под его футболку, коснувшись кончиками пальцев напряжённого живота.       Тэхён хотел этого. Здесь и сейчас. Он знал, чувствовал, что и Чонгук тоже.       Сердце билось, как сумасшедшее. Дыхание спирало всякий раз, когда альфа целовал его, обхватывая губы и скользя по ним языком.       Тэхён первым расстегнул пуговицы на своей рубахе, оголив острые ключицы, круглые широкие плечи и часто вздымающуюся грудь. Чонгук проследил за плавными неспешными движениями и заправил пряди за ушко Тэхёна, чтобы не закрывали взгляда. Тёмного, возбуждённого и горящего.       Чонгук шумно втянул воздух, не в силах смотреть на такого Тэхёна. Это было слишком.       Омега целиком стянул с себя рубаху и небрежно кинул её на переднее сиденье. Чонгук любовался им, не отрываясь… Смотрел с такой бесконечной нежностью, отчего Тэхёну захотелось заурчать и свернуться рядышком.       — Ты невероятный, — прошептал Чонгук и снова положил широкие ладони на чуть сгорбленную спину.       Он притянул Тэхёна ближе к себе, поцеловал в шею и спустился поцелуями-ленточками ниже, к ключицам и груди. Чонгук прикусил его нежную кожу и увидел, как след от зубов почти мгновенно налился красным.       Тэхён задушенно простонал и крепче обнял альфу за шею. У него ослабли руки, но он нашёл в себе силы, чтобы помочь Чонгуку избавиться от верхней части одежды.       Прижиматься к горячему телу было приятно до томного вздоха. Чонгук видел, что Тэхён был настроен решительно, и больше не сомневался.       Дождь с новой силой забарабанил по крыше машины. Словно пытался пробиться внутрь сквозь. Небо затянуло тяжёлыми грязными тучами.       В этой темноте Чонгук видел то, что больше никому видеть не дано. Плавными движениями он снял брюки с замёрзших ног Тэхёна, подцепив и нижнее бельё.       Он трепетно уложил омегу спиной на кожаное сидение и навис сверху большой теплотой… Обязательно ласково погладил бёдра и поцеловал в губы, успокоив.       — В моей сумке есть презервативы, — тихо сказал Тэхён. Чонгук вскинул брови в молчаливом вопросе и улыбнулся. — Это Чимин, — оправдался он, покраснев ещё больше.       Чонгук рассмеялся, клюнул его в щёку и осторожными движениями очертил скулы.       — Всё в порядке.       Тэхён был благодарен ему за эту нежность и внимательность. Его сердце билось так быстро от переполняющих эмоций…       Чонгук провёл сухими и чуть шершавыми ладонями по его бёдрам, по очереди поцеловал в костлявые колени, а после положил ноги омеги на свои плечи, придерживая за икры.       Тэхён потерялся в чувствах, когда Чонгук поцеловал его щиколотку, и сильнее сжал пальцами. Альфа глубоко вдохнул его свежий зимний аромат, усилившийся от возбуждения, и, наклонившись, зарылся носом во внутреннюю часть правого бедра.       — Чонгук… — проскулил Тэхён, ухватившись руками за его плечи и сжав их, чтобы хоть куда-то деть чувства. У него неконтролируемо поджались пальцы на ногах. Дыхание сбилось и превратилось в сдержанные тихие стоны. Чонгук зацеловывал чувствительную кожу на бедре и вырисовывал языком мокрые дорожки. — Чонгук, — снова позвал, закрыв глаза.       — Что такое? — Альфа отдал всё своё внимание, приподнявшись к его лицу.       — Я больше не могу… Пожалуйста, Чонгук. — У него даже голос задрожал.       Это было очаровательно.       — Нужно немного подождать, Тэ. — Чонгук любовно улыбнулся и поцеловал в губы, но торопиться не стал. Он залез в сумку Тэхёна, где действительно нашёл два презерватива и маленькую одноразовую баночку со смазкой без запаха. — У тебя очень заботливый друг.       — Обязательно скажу ему спасибо после.       Естественной смазки омеги оказалось много, и Чонгук понял это, когда увидел влажное блестящее пятно на своих подсохших от дождя джинсах. Ему захотелось протяжно простонать, уткнуться лицом в мягкую кожу Тэхёна и дышать им бесконечное количество времени и раз. Он творил с ним невероятные вещи.       Чонгук растягивал его медленно, совершенно никуда не торопясь. Он плавно толкался пальцами и срывал с губ Тэхёна тихие отзывчивые стоны.       В тесной машине было неудобно и жарко. И они обязательно подумают об этом сильно позже. Сейчас это казалось мелочью и не более.       Тэхён потянул Чонгука на себя, прося целовать его ещё и ещё. Всё вокруг показалось таким незначительным по сравнению с тем, как альфа держал его в своих руках. Тэхён ничего не слышал и не видел, потому что не хотел.       Время улетело в воронку касаний, вздохов и поцелуев. Чонгук надел презерватив, щедро вылил почти весь тюбик смазки и вновь наклонился к Тэхёну, раздвинув его ноги в стороны настолько, насколько это было возможно.       — Я готов. Всё хорошо… — сбито прошептал омега, заметив, как Чонгук притормозил. Тэхён уверенно посмотрел на него и даже неожиданно трезво. — Пожалуйста.       Чонгук поцеловал его в плечо и плавно толкнулся, сорвав первый громкий стон. Тэхён выгнулся, упёршись макушкой в мягкое кресло, и схватил ртом необходимый ему воздух. Голова пошла кругом. Природный аромат альфы заискрился в воздухе.       Чонгук пах по-осеннему. Дождём, петрикором и мокрыми золотистыми листьями. Тэхён решил, что это самый приятный аромат, который он когда-либо слышал.       Чонгук целовал, целовал и целовал его, сжимая в своих руках. Тяжёлое дыхание альфы осело на коже горячими мурашками. Он двигался всё быстрее и глубже, видя, как Тэхён мечется от удовольствия и забывчиво скребёт обивку короткими ногтями.       Окна в машине запотели, создав туманную дымку. Места было не так много, из-за чего телам приходилось прижиматься друг к другу до невозможности ближе. Они оба потерялись в этом мгновении и окунулись в него с головой и без каких-либо сожалений.

***

      Тэхён просто не верил своему тихому счастью.       Они встречались с Чонгуком уже две недели. И ходили на свидания при любой возможности: в кафе, в кинотеатр, в парк аттракционов, в океанариум, на выставки и в музеи. Тэхён только и успевал держать глаза широко открытыми и получать все свои поцелуи.       Ему было хорошо с Чонгуком. Чувство защищённости, уюта и покоя засели глубоко в сердце. Тэхён любил проводить с ним время, любил говорить с ним, слушать про работу и делиться своими делами. А ещё ему нравилось оставаться у Чонгука на ночь.       В такие дни Чонгук казался ему ещё более уютным и домашним. Тэхён любил надевать его футболки и толстовки. Альфа был только за. Видеть Тэхёна в своих вещах казалось чем-то особенным и очень интимным.       Засыпать и просыпаться в объятиях друг друга стало настоящим приятным открытием. Как выяснилось, Тэхён не мог спать, не обняв кого-то или что-то. И как хорошо, что Чонгук был таким большим, тёплым и обнимательным.       Ко всему прочему омега также любил закидывать ноги во время сна. И Чонгук обожал это всем сердцем. Ему нравилось просыпаться и ощущать такую необходимую тяжесть чужого тела на себе.       Откровенно говоря, с каждым разом уходить или расставаться с Чонгуком на ночь было всё труднее.       Тэхён всем телом мог почувствовать этот прилив энергии. На учёбе всё шло более, чем хорошо, а на работе повысили зарплату. Такое стечение обстоятельств не могло не радовать. Даже родители, звоня по видеосвязи, сказали, что он стал ещё ярче, чем обычно.       И всё действительно было хорошо, но только одна вещь волновала его так сильно, что одному в постели уснуть не удавалось.       Тэхён вот уже на две недели оставил свои дела. Совесть грызла, как мелкий вредитель. Она лезла в самое нутро под корку сознания.       Это не было миссией, но и целью назвать трудно. Тэхён не преследовал определённую цифру или конкретного человека. Ему хотелось справедливости и свободы. Не только для себя самого.       — Всё в порядке? — спросил его Чонгук. Они встретились пообедать. — Ты потерянный сегодня.       — Всё в порядке, — дежурно улыбнулся Тэхён и откинулся на мягкую спинку стула. — Просто не выспался. — Это даже не враньё, он и правда не выспался сегодня.       — Кошмары? — нахмурился Чонгук и отставил чашку с кофе.       — Нет. — Тэхён отрицательно помотал головой и успокаивающе взял его за руку, прислонив к своей щеке. — Всё правда хорошо. Наверное, это из-за того, что мне не у кого было забирать одеяло.       — Я могу заехать за тобой сегодня. А после мы поедем ко мне. Сделаю тебе горячую ванну с пеной и массаж. Как тебе? — Чонгук огладил его щёку.       Тэхён замычал от удовольствия и закрыл глаза. У него уже мурашки от одних только мыслей об этом. Но он обещал себе, что сегодня должен сходить в клуб, чтобы найти очередного «хорошего» альфу, который постарается ему якобы помочь.       Его съедала совесть, словно бы он предал… кого? Мысли такого рода не заканчивались.       — Прости, сегодня не получится. Я обещал Чимину провести с ним вечер. — Тэхён ненавидел врать, но и сказать всё, как есть, не решился.       Было страшно и слишком рано. Он обязательно чуть позже придумает, что с этим делать, но не сейчас.       — Конечно. Завтра?       — Завтра, — засиял Тэхён и потянулся за поцелуем.       Ему всегда их будет мало. И объятий тоже.       — Хорошо. — Чонгук кинул взгляд на наручные часы. Он притянул Тэхёна к себе и зарылся носом в пушистые волосы. — Мне пора бежать. Обед заканчивается, и если я опять опоздаю, то Намджун отрежет мне руку.       — Доходчиво, — усмехнулся разнеженный Тэхён и крепче обнял в ответ.       От Чонгука пахло медикаментами и немного антисептиком.

***

      Чимин настрочил уже двадцатую смс-ку о том, что Тэхён круглый идиот, и чтобы он сейчас же возвращался домой.       Тэхён и сам себя считал идиотом. На сердце было неспокойно. У него весь вечер дрожали руки, мысли были не здесь, а там, где Чонгук, когда он солгал ему.       Тэхён действовал по слаженной схеме, которая никогда не давала сбоев. Как и в прошлые десятки раз омега сделал вид, что напился. И уже через пару минут к нему подошёл альфа, незамедлительно предложил свою помощь, положил сальные руки на тонкую талию и вывел из бара.       Тэхёну хотелось уйти, бросить всё и поехать к Чонгуку. Сейчас, в чужих руках, ему стало совсем невыносимо. Смыть бы эти касания и упасть в другие. Родные.       — Детка, ты так жмёшься ко мне. Намекаешь на что-то?       Тэхён не ответил, даже не посмотрел на альфу. Сил нет как противен.       И не зря сердце билось, как ненормальное. Даже сегодняшний морозный ветер пробирал до костей не так колюче, как знакомый надломленный голос:       — Тэ?       Тэхён моментально отскочил от незнакомого альфы, что вёл его в неизвестном направлении. У него остановилось сердце и рухнуло к подкосившимся от страха ногам.       Чонгук смотрел на него с такой болью в глазах, что невозможно было вздохнуть. Земля из-под ног ушла в одну секунду. Он действительно мог услышать, как заскрипело раненое сердце. Только вот чьё из них?       — Чонгук? Что… что ты тут делаешь? — тихо, едва слышно спросил Тэхён.       Ему стало так страшно. Так страшно… Голос заметно дрогнул. Он сделал пару слабых шагов в сторону Чонгука, а на большее не хватило ни сил, ни смелости.       — Решил встретиться с друзьями, потому что вечер оказался свободным. Что ты тут делаешь? — Чонгук не злился.       Он был разочарован. Его глаза говорили обо всём.       — Чувак, я не знал, что малыш уже занят кем-то! Понятие не имел, — подал голос альфа из клуба.       Тэхен дёрнул головой от чужих слов.       — Чонгук, пожалуйста, дай мне всё объяснить, — взмолился он.       — Объясняй.       Чонгук тяжело выдохнул, когда Тэхён не произнёс ни слова.       Омега перед ним посерел прямо на глазах и гулко сглотнул, подняв на него мокрый растерянный взгляд. Тэхён не знал, что это так сложно. С чего ему начать? Как вообще всё это объяснить? Его мысли хаотично швыряло из стороны в сторону, а язык прирос к нёбу. Он молчал и молчал уже неизвестно сколько.       Чонгук поджал губы и мотнул головой.       — Если ты не хотел отношений, Тэ, то мог просто сказать.       — Нет, Чонгук, пожалуйста. — Тэхён болезненно всхлипнул, бросившись к нему, но вовремя остановился. Почему-то сейчас это делать не хотелось. Не хотелось касаться Чонгука, словно бы он был грязным. — Пожалуйста, всё не так.       — Поезжай домой. Ты пьян?       — Нет, — едва слышно шепнул Тэхён, всё же не сдержав горьких слёз.       — Вызови такси и поезжай домой.       Чонгук ушёл, не сказав больше ни слова. Тэхён потерянно обхватил себя слабыми руками. В груди всё сжалось до атома и запульсировало тупой болью.       — Неловко вышло, детка. — Почему этот альфа ещё не ушёл?       Его голос отрезвил и вернул в реальность.       Тэхён оглянулся на здание, надеясь… Надеясь на что? Сам не знал. Он с отчаянием сорвал с шеи тонкий чокер и бросил его на сырой асфальт. Холодный ветер пробрал до самых костей. В голове — пусто, кроме сожаления там ничего не осталось.       Чимин ужаснулся, когда Тэхён переступил порог их комнаты. В первую очередь, он серьёзно напугался, что с ним случилось что-то ужасное, что его могли тронуть и причинить боль.       Чимин практически свалился с постели.       — Тэ, что случилось? О боже, ты весь дрожишь.       Друг крепко обнял его. Он подарил Тэхёну всё своё тепло, объятия и заботу.       — Чонгук увидел, как альфа тащил меня из клуба. Он… он всё видел.       Тэхён больше не плакал, он лишь безучастно смотрел за плечо Чимина и разбито шмыгал ледяным носом.       — Мне так жаль, Тэ. Но ведь Чонгук такой… хороший. Поговори с ним завтра или через день. Дай время, хорошо? Он зол, расстроен, а ты ужасно вымотан. Вам обоим нужно немного времени. Всё будет хорошо.       Чимин самый лучший. Он не упрекал тем, что говорил и предупреждал. Он просто обнял и отдал всю свою любовь. Чимин знал, что Тэхён поступил бы с ним точно так же. Это уже как нерушимое правило.       Тэхён слабо кивнул. В нём всё ещё жили вера и надежда на лучшее.       Но они разрушились через два дня, когда Тэхён пришёл на работу к Чонгуку, а Хосок сказал ему, что альфа улетел в Пусан в командировку.       Точные даты не назвал, посмотрел как-то злобно и вообще больше не улыбался.       Тэхён сглотнул горький колючий ком и пробормотал:       — Пожалуйста, передай ему, что я приходил. Мне очень нужно поговорить с ним.       Сам он связаться с Чонгуком не мог, потому что тот попросту не отвечал на его звонки и сообщения. Наверное, кинул в спам, не желая больше хоть как-то контактировать.       Тэхён обессиленно сел на деревянную скамью в парке недалеко от клиники и устало закрыл глаза.       Он ненавидел себя. Всего себя. С ног до головы и обратно миллионы раз. Противен сам себе…       Тэхён надавил ладонью на грудь и надрывно вздохнул.       Погода с каждым днём становилась всё холоднее и холоднее.       Он ведь только-только смог понять и почувствовать, что такое любовь. С Чонгуком было хорошо. Именно хорошо. И спокойно.       Рядом с ним Тэхён мог быть самим собой. Он всем сердцем чувствовал любовь, отдавал и получал её в ответ. Такое не поддавалось законам и задачам. Решения тоже не было.

***

      — Ты опять за своё? Тэ, останься дома. Что-то у меня плохое предчувствие, — загундел Чимин, обняв подушку.       — Оно у тебя всегда плохое. Всё будет нормально.       Тэхён надел белую рубашку и не посмотрелся в зеркало.       Чонгук не появлялся уже неделю. Тэхён не знал, уехал ли он по-настоящему или же просто попросил Хосока так сказать. Это было уже неважно. Сообщения остались без ответа. Осознавать это было больно и неприятно. Значило ли это их расставание?.. Тэхен никогда ни с кем не расставался, да и не встречался, чтобы знать все ответы.       Факт оставался фактом. Кажется, Чонгука и правда больше не было в его жизни.       Тэхён часто думал, как бы он сам поступил, будь на месте альфы? Наверное, точно так же. Только не дал бы даже времени на оправдания и объяснения, как это сделал Чонгук.       Тэхён проплакал в подушку три дня, а оставшиеся проходил безвольной оболочкой. Отсутствие Чонгука ощущалось сильнее, чем он думал и хотел. Чимин был рядом. Обнимал по ночам, готовил что-то вкусное и вечерами включал их любимые фильмы, стараясь отвлечь. Тэхён ненавидел себя за то, что не смог ответить Чонгуку, не смог рассказать, когда он готов был слушать.       Страх и беспомощность в тот момент задушили его.       Собирая себя обратно, Тэхён возвращался к прежнему ритму жизни. С Чонгуком они встречались всего ничего, а он уже так крепко засел в его маленьком сердце и широкой душе. Разве такое было возможно?..       Возможно. Узнал на собственном опыте.       — Ты никогда меня не слушаешь. — Чимин упёрся щекой в край подушки.       — Слушаю. Вчера я надел тёплый свитер по твоему указанию.       — Болван, — закончил друг.       Тэхён улыбнулся, снял своё чёрное длинное пальто с вешалки, попрощался с Чимином, обещая быть дома уже очень поздно, и ушёл.       В автобусе он снова открыл чат с Чонгуком, который не менялся уже долгое время. На улице заморосило.       Оставшуюся дорогу Тэхён топил себя в сожалениях. Как и в любое другое время.       В клубе сегодня было многолюдно и привычно душно. В выходные дни народа больше в два или в три раза. Тэхён направился в грязную кабинку туалета, стрельнул там сигарету, проделал свой быстрый ритуал и вернулся в толпу.       Он упал в мягкое кресло и неуклюже стянул с одного плеча пальто, развалившись на кожаной поверхности и мутно посмотрев в стороны. И вновь словил на себе заинтересованные взгляды.       С каждым разом это получалось всё легче и легче. В какой-то момент эти игры перестали иметь ходы. Тэхён не знал, когда же ему остановиться. Или когда же его кто-то остановит. Но сейчас, сидя здесь, ему впервые стало некомфортно. Перед глазами мелькало лицо Чонгука, когда он увидел его в руках незнакомого альфы.       Это всё плохая идея. Чимин был прав.       Тэхён, встряхнув головой, встал на ноги и судорожно надел на себя пальто.       — Вы в порядке?       Он обернулся на голос и увидел перед собой симпатичного высокого альфу с ярко-голубыми глазами. Тот обеспокоенно смотрел на него, ожидая ответа.       — Да. Я в полном порядке, — ответил Тэхён и отвернулся, всем своим видом показывая, что разговор окончен.       — Вас подвезти? Уже поздно…       — Не нужно. Я в порядке, — твёрдо и трезво перебил его Тэхён, даже не обернувшись.       Он взял свои вещи и ушёл из клуба ровным шагом.       Виски сжало от сильной боли. Свежий ночной воздух должен был облегчить её.       Тэхён как можно скорее обошёл пьяные компании, спешно удаляясь прочь. Ночь сегодня слишком колючая… Он укутался в ворот и торопливо направился к автобусной остановке. Вокруг ни души.       Все разошлись по барам и клубам со своими друзьями, чтобы как следует отдохнуть. Слова Чимина о плохом предчувствии прозвучали как гром среди ясного неба, когда Тэхён увидел, как прямо перед носом с остановки уезжал нужный ему автобус. В этом месте они ходили раз в тридцать минут. Он скорее умрёт от холода, чем дождётся следующий. И на такси денег не осталось.       Ближайшее метро находилось не так близко, как хотелось, но омега решил, что это лучший вариант из всех. Так он хотя бы будет в постоянном движении.       Тэхён зарылся в мыслях с головой. Усталость надавила на плечи тяжёлым грузом. Ему хотелось сбежать от этой рутины, хотелось спокойствия, хотелось к… Чонгуку ему хотелось.       Глаза снова неприятно защипало, и Тэхён яростно встряхнул головой.       Всё, что произошло после, казалось ему словно бы со стороны, как в каком-то фильме.       Перед ним с противным визгом шин остановился чёрный автомобиль. Он заехал на тротуар для пешеходов… Фары ослепили, и Тэхён почувствовал себя несчастным оленёнком на шоссе. Таких обычно сбивают на высокой скорости.       Из салона вышел альфа, которого он узнал сразу.       Тот самый парень из клуба.       Он направился на омегу быстрыми и увесистыми шагами, и Тэхён успел сделать ровным счётом ничего, когда получил крепкими и тяжёлыми кулаками по обоим ушам.       Оглушающий звон схлестнулся с ужасающей болью. Это заставило его потерять равновесие и со стоном свалиться на колени. Альфа сразу же влепил ему мощную пощёчину, и перед глазами пронеслась волнистая рябь.       Тэхён, как рыба, открывал и закрывал свой рот, пытаясь понять, что происходит. Он, дезориентированный, даже не сразу почувствовал, как его встряхнули, словно мешок с картошкой, и поволокли куда-то.       Альфа затолкал его в машину со стороны водительского сидения, и Тэхён ударился локтем о руль, не соображая. В ушах стоял писк, а на языке от пощёчины ощущалась солёная кровь.       Тэхён не услышал, как заблокировались двери, но сам до этого догадался.       Они резво тронулись с места на высокой скорости, и железная хватка на его бедре подействовала лучше, чем все удары. Тэхён дёрнулся в сторону, зажмурил глаза и с силой ударил по чужой руке.       — Не рыпайся, — зарычал мужчина и сдавил его бедро так сильно, что с губ Тэхёна сорвался тихий скулёж. — Допрыгалась, маленькая шлюха. Думаешь, всё, что ты сделал, сойдёт тебе с рук?       — Куда ты меня везёшь?       Тэхён чувствовал этот липкий страх, оседающий на самые кости. Его руки задрожали, как и всё тело. Немощные судороги застряли прямо в глотке. Страшно было даже двигаться.       Тэхён не знал, как вести себя, но точно знал, что перед этим альфой показывать свою агрессию равно тому, чтобы самостоятельно подписать себе смертный приговор.       Он не знал, куда его везли, что с ним сделают и насколько это будет больно.       Тэхён решил, что не будет вырываться. Пока что. До подходящего момента, который обязательно должен наступить.       Но он не сдастся. Ни за что на свете.       — Какая, блядь, разница, где я буду ебать тебя? Меня, кстати, зовут Чен. Запомни, хочу слышать, как ты будешь кричать подо мной моё же имя. — В жилах натурально застыла кровь. Тэхён побледнел и тяжело сглотнул вязкую слюну. Левая щека запульсировала острой болью. — Ты ведь та самая сумасшедшая тупая сука, которая портит жизнь всем альфам?       Тэхён вдруг потерялся.       Ему захотелось расхохотаться от всей души. Портит жизнь альфам?.. Ничего глупее он ещё не слышал. Ущемлённые альфы обиделись, их гордость задета. И как же такое пережить?.. Наверное, невозможно. Изнасилование и рядом не стояло с такой огромной непоправимой травмой.       — Я всего лишь помогаю узнать людям правду, — тихо ответил Тэхён.       Голова нещадно раскалывалась пополам.       — Сука. — Чен стиснул зубы до скрипа.       Его лицо раскраснелось, и на шее от злости вздулись вены. Он резко дёрнул правой рукой и ударил Тэхёна по лицу, особо не целясь.       Тот не успел увернуться и получил точно в скулу. Кольцо с пальца Чена оцарапало кожу. Тэхён был более чем уверен, что альфа специально не стал снимать его.       — Ты хоть знаешь, что сделал с Ёнхо?       — Не имею ни малейшего понятия. Да и не хочется, если честно.       Тэхён не понимал, откуда в нём столько смелости и чистейшей глупости. Ему бы следовало прикусить язык. Хотя сейчас-то какая разница? Он не был уверен, что к концу ночи этот самый язык не вырвут с корнем.       — А ты смелый, да? Острый на язычок? — Чен схватил Тэхёна за лицо, отвлекаясь от дороги. Альфа сжал его щёки и надавил на скулы. Так злился, что от нежно-голубых глаз остались только чёрные дыры. — Вот и проверим, какой он в действии. Ты ведь любишь сосать? Вы все это любите. Я знаю. Маленькие течные суки, которые только и мечтают о членах да халявных деньгах.       Тэхён скривился от боли и летящих на щёки слюней и оскорблений. Ему было так страшно… Телефон в кармане показался единственным спасательным кругом на этой тонущей дырявой лодке. Только бы был шанс. Чен сумасшедший. Он брезгливо оттолкнул лицо Тэхёна от себя.       Они приехали в очередной дешёвый мотель. Тэхён застыл, вцепившись в кресло пальцами. Его крупно колотило. Сейчас, когда дверь откроется, он сможет убежать, позвать на помощь…       — Закричишь, и я сверну тебе шею голыми руками, — спокойно пообещал Чен. — Понял меня? Лучше не зли, иначе сделаю ещё больнее.       Тэхён кивнул. Его руки были холодными, как у мертвеца.       Чен снял дверцу с блокировки только со своей стороны, вышел на улицу и снова разблокировал машину. Тэхён нащупал в кармане пальто ключ от дома и зажал его в кулак, приготовившись бежать. У него задребезжали все внутренности. Дышать стало физически больно.       Чен открыл дверь с его стороны, и Тэхён с силой толкнул её. Он ударил альфу остриём ключа туда, куда смог дотянуться, и сбил с ног.       Тэхён вылетел из салона с такой скоростью, на которую только был способен. Он не представлял, куда ему сейчас бежать, но останавливаться было нельзя.       Перед глазами потемнело, когда его с такой силой дёрнули за пальто, что оно затрещало по швам. Чен догнал в два счёта, повалил на землю и хорошенько приложил головой о грязный асфальт.       Тэхён застонал от боли. Он не мог сфокусироваться на чём-то одном. Чен поднял его одним резким движением, выкрутил руки за спину и толкнул в сторону входа в мотель.       Заранее снял номер.       Да и в любом случае мужчина на ресепшене спал, а Тэхён так сильно надеялся на него… Храп администратора перебивал старенький телевизор, громкость которого была выкручена на максимум.       Чен зажал ему рот своей грязной ладонью, чтобы не смел орать, если вздумается.       Сердце в груди Тэхёна колотилось, как бешеное, оно билось так быстро, словно ещё вот-вот и взорвётся. Адреналин уже не помогал. Голова от ударов по ней закружилась, а ноги отказывались держать, слабея то ли от страха, то ли от тошноты.       Чен затолкал его в крошечный номер и с силой швырнул на заляпанный пол. Тэхён попытался схватиться за стену, чтобы хоть как-то удержаться на ногах. Он вскинул голову, и его тело задействовало намного быстрее, чем сам омега успел принять решение.       Тэхён, запинаясь, кинулся в ванную комнату, захлопнул за собой двери и закрыл их на старый ржавый замок.       — Думаешь, это спасёт тебя?! — Чен ударил кулаком по двери с другой стороны.       Тэхён, загнанно дыша, крупно вздохнул. Он поджал губы, покрутил головой в поисках чего-то, чем можно было подпереть хлипкие двери, но ничего не нашёл.       Комната метр на метр, грязная, с плесенью и стойким запахом ржавчины. Здесь не было полок, не было стиральной машинки и даже карниза для шторки, который можно было бы просунуть через ручку дверей. Здесь оказалось пусто. Только капающий кран, облупившаяся ванна, грязный кафель, полотенце и зеркало с разводами.       Чен сыпал угрозами и долбился внутрь, но Тэхён не слушал его, опершись на дверь всем своим весом. Его трясло, как и кусок дерева от ударов, который сейчас спасал его от разъярённого альфы. Чен остервенело дёргал ручку и пинался.       Тэхён дрожащими руками достал телефон и увидел одно новое сообщение среди кучи ненужных уведомлений из приложений.       jeonjk: Привет, Тэхён.       jeonjk: Извини, что не отвечал на сообщения. Мне действительно нужно было всё обдумать.       jeonjk: Я вернулся из Пусана только что. Если хочешь, то мы можем увидеться.       jeonjk: Прости, мне действительно не стоило оставлять всё так, но тот день выбил меня из колеи.       Заходил пятнадцать минут назад.       Тэхён не знал почему, но он нажал на звонок. Ему бы следовало позвонить в полицию, но сердце чувствовало, что необходимо звонить Чонгуку.       В конце концов, если его убьют, то он хотя бы попрощается.       — Сука! Я выбью из тебя всё дерьмо, когда выломаю эту ёбаную дверь! — Чен зверел, жаждая собственного правосудия.       Тэхён напирал сильнее, схватившись за ручку, словно бы это могло помочь. И больше не сдерживал слёз. Они сами выливались бесконечными потоками.       Гудки казались ему бесконечными.       — Тэ…       — Чонгук, пожалуйста, помоги мне, — всхлипнул Тэхён, тихо-тихо зашептав, чтобы Чен не услышал его мольбы.       — Где ты? Куда мне ехать? — Чонгук не стал задавать лишних вопросов.       Тэхён почему-то подумал, что если его и не спасут, то он хотя бы напоследок поговорит с любимым человеком. Это не так уж и плохо, да?       — Я… я не знаю, где я. Это какой-то старый мотель. — Тэхён зашарил глазами по вещам и постарался найти эмблему или что-то в этом роде.       Но ничего. Пусто.       Это и правда был дешёвый старый мотель. Всё, как он и сказал.       Чен бешено колотил кулаками и ногами. Тэхёна потряхивало от ударов. Он заревел ещё сильнее, не контролируя себя.       — Сможешь прислать свою геолокацию?       Тэхён услышал хлопок дверей на фоне. Кажется, Чонгук выбежал из квартиры.       — Да… Да, смогу.       — Вызови полицию. Звони, и я тоже буду звонить туда. Тэ, всё будет хорошо, слышишь?       Тэхён заскулил, сотрясаясь в беззвучных слезах. Чен долбился в дверь всё яростнее и яростнее. Внутри всё обвалилось и заледенело.       Тэхён понимал, что скоро он действительно выбьет её. Хлипкий замок не выдержит и двух минут.       — Ты меня слышишь? Тэхён? — Чонгук тяжело дышал. Его собственное сердце тоже сошло с ума. За Тэхёна было страшно. Безумно страшно. — Солнышко, ты меня слышишь?       Солнышко.       Тэхён закрыл лицо ладонью и кивнул в пустоту. Это не пресловутое «детка» или «малыш».       Солнышко — это ведь что-то очень тёплое… Очень долгожданное. То, что грело изнутри и снаружи и освещало путь. Чонгук назвал его так. Ласково и трепетно.       — Слышу…       — Не теряй времени. Я буду ждать твоего сообщения.       Тэхён отключился. Он сразу же отправил место своего положения Чонгуку и набрал номер полиции. Но не успел услышать даже гудки.       Резкий толчок в спину выбил из него весь воздух. Чен сломал замок. Он отвалился прямо у Тэхёна на глазах, со звоном упав на холодный кафель.       — Сука, я убью тебя. Заставлю сдохнуть в луже собственной крови. Думал, что со своими играми окажешься безнаказанным?       Тэхён зажмурился от тяжёлого удара по лицу. Даже в такой момент он подумал, что Чен не очень-то и умён.       Альфа не позаботился о его телефоне и потратил несколько драгоценных минут на пустую болтовню, пока срывал связки за дверью, а мог бы просто уже выломать её.       Самоуверенность и глупость Чена — вот что дало Тэхёну шанс.       Ему было страшно, но от мысли, что Чонгук и полиция уже были в пути, стало легче. Словно бы оковы ослабили свою хватку. Появилась надежда и новые силы, чтобы бороться. Его спасут. Обязательно.       Скинуть геолокацию Чонгуку было гораздо-гораздо быстрее, чем ждать помощь от полиции, пока те пробьют его местоположение.       Чен схватил Тэхёна за шею, приложил лицом о стенку и буквально потащил за собой из ванной комнаты. Он швырнул его на постель и навалился сверху, но омега забрыкался.       Он не сдастся так просто. Чен не хотел его убивать, но хотел отомстить.       Тэхён мстил за всех убитых и сломленных женщин и омег, а теперь ему мстили за просто обиженных и надутых альф.       — Мне не хочется портить такую милую мордашку. Иначе у меня просто упадёт член, когда я буду засовывать его в твой окровавленный рот. Мы ведь этого не хотим? Неприятное зрелище.       Тэхён не тратил силы на болтовню. Он как ошалелый дёргался под крупным тяжёлым телом, махал ногами и пинал коленями по спине Чена. Омега вскидывал руки вперёд и старался попасть кулаком по лицу напротив. У него оставалось мало сил, но они всё ещё были.       — Хватит! — Чену быстро надоели эти игры.       Альфа на этот раз влепил не пощёчину, а ударил кулаком со всей силы. И ещё раз, и ещё раз.       Этого было достаточно, чтобы Тэхён физически потерял весь запал. Ему было адски больно. Сейчас он мог чувствовать только своё пульсирующее лицо.       Чен не пытался привести его в чувства. Альфа перевернул Тэхёна на живот и заломил его руки до хруста, упиваясь чужой слабостью.       Тэхён задушенно захрипел. Перед глазами одна темнота. У него ломило всё тело от чужих рук и того, что с ним делали.       Чен связал ему кисти. Тэхён не знал, чем именно, и где он это взял, но по ощущениям это была обычная ткань.       Альфа не рассчитал сил и пережал нежную кожу до посинения.       — Скольких ты обдурил? — Чен наклонился к его уху, облизал мочку и шумно выдохнул. Тэхен дёргался и дёргался, как бешеный. — Чего ты пытался этим добиться? Да хватит дёргаться!       Альфа схватил его за шею и вдавил лицом в постель, лишив воздуха. Тэхён выгнулся в спине и попытался скинуть с себя тело.       — Я следил за тобой. Тот альфа, с которым ты трахаешься, тоже очередной?       У Тэхена всё нутро закипело. Он хрипел, крутя головой из стороны в сторону и пачкая одеяло своей кровью.       — Знаешь, как долго я ждал, когда смогу отыметь тебя? Такого гордого, строптивого? Ты думал, что всегда сможешь убегать? — Чен тихо рассмеялся.       Искренне и приглушённо, уткнувшись лбом в тёплую шею омеги.       Он зашарил руками по его бёдрам и засунул руку в задний карман, выудив из него пакетик со снотворным.       — Этим ты накачиваешь всех? — Чен покрутил в пальцах находку, прочитав название. — Испробуем это на тебе, детка?       Чен запыхтел и облизал тонкие губы. От предвкушения пересохло в горле. Штаны давили. Он открыл зубами пакетик с содержимым, взял Тэхёна за щёки и сдавил их до искр из глаз, чтобы открыл рот.       Омега завертел головой, снова задёргался, но Чену это всё надоело.       Он с новой силой ударил его по лицу. Из носа захлестала кровь и пропитала собой старые простыни.       Тэхён вскрикнул от боли. Чен этим воспользовался. Он пихнул ему свои грязные пальцы в рот, чтобы не закрыл, и наклонил снотворное к губам.       Грохот от выбитой входной двери ударил по оголённым нервам Тэхёна. Шум поднялся с невероятной скоростью, с каждой секундой голоса увеличивались втрое.       Чена стащили с его тела.       Тэхён захрипел в попытке то ли откашляться, то ли вдохнуть.       — Тэхён. — Родной голос коснулся самого сердца.       Тэхён всхлипнул, услышав Чонгука. Он с трудом открыл заплывшие глаза, когда его аккуратно перевернули на спину.       Чонгук развязал ему запястья, и Тэхён громко закричал, потому что было невыносимо больно. Он так издёргался, так извёлся, что стёр кожу до крови. Запястья горели, как и всё его лицо.       У Чонгука сердце обливалось кровью. Лицо Тэхёна было залито кровью и слезами. Правый подбитый глаз открывался с большим трудом.       — Чонгук, — засипел Тэхён и схватился пальцами за его руку, зайдясь в рыданиях. — Не уходи. — Он сам потянулся к нему, и Чонгук приобнял его за плечи, касаясь как хрустального.       — Не уйду, солнышко, не уйду. Я здесь и никуда не уйду. — Чонгук поцеловал его холодные посиневшие пальцы, показывая, что рядом.       — Ему нужно в больницу, — сказал один из полицейских, обратившись к Чонгуку. — Скорая уже здесь.       — Да, конечно, — кивнул Чонгук и поднялся на ноги.       Но на Тэхёна это произвело обратный эффект. Он чудом вскочил следом, чем ужасно напугал Чонгука.       — Не уходи! — отчаянно взмолился омега, вцепившись в его рубашку.       — Я здесь, здесь. Я рядом. Обещаю, что никуда не уйду. — Чонгук аккуратно подхватил Тэхёна и прижал к себе. — Тебе нужно в больницу. Я отнесу тебя, хорошо? Поеду рядом и всё время буду держать за руку.       Чонгук и правда отнёс Тэхёна до машины скорой помощи, потому что иначе было никак.       Рядом с ним Тэхён вёл себя спокойно. Даже больше не плакал, а по большей части молчал. Но стоило Чонгуку отпустить его руку, как он впадал в состояние страха и паники.       Они не говорили по дороге до больницы, но Чонгук нежно прижимал его ладонь к своим губам. В машине Тэхёна осмотрели и поставили капельницу с успокоительным, чтобы по прибытии была возможность разлучить их с Чонгуком без истерик и слёз.       Чонгук смотрел на молчаливого Тэхёна, не сводя глаз. Чена увезли в полицию. И с этим ублюдком он разберётся позже. Самое главное сейчас — безопасность Тэхёна.       Успокоительное подействовало быстро. Когда они приехали в больницу, Тэхёна без проблем увезли за закрытые двери. Омега спокойно выпустил руку Чонгука из своей.       Сердце рвалось на части.       Альфа сел на ближайшие сиденья в зале ожидания и запустил пальцы в волосы. Ему стало всё равно, что было до. Страх за Тэхёна пережал сердце и горло.       Чонгуку так сильно не хватало его всё это время в командировке.       Он каждую свободную минуту думал о нём, вспоминал, пересматривал фотографии, слушал голосовые сообщения и пытался понять, почему Тэхён так поступил. Чонгук ругал самого себя, что состроил из себя обиженного ребёнка. Их разлука была недолгой, но тяжёлой. Тэхён поселился в его сердце, основательно обжился в нём и уже давно распаковал свои вещи.       — Чонгук. — Он отозвался на своё имя, подняв голову. Знал, в какую больницу их везли, поэтому совсем не удивился, когда увидел своего близкого друга на рабочем месте. Сокджин вышел к нему. — Это ты приехал с Тэхёном?       — Да.       — Сейчас мы свяжемся с его родственниками…       — Я всё это знаю. Давай без формальностей, — нервно отмахнулся Чонгук. — Как он? Насколько серьёзные травмы?       — Если смотреть по общей картине, то всё в норме, — успокоил его Сокджин. — Сотрясение второй степени. Но ничего страшного, жить будет. На самом теле ушибов практически нет, кроме стёртых коленей и ладоней и нескольких незначительных синяков без последствий. На шее кровоподтёки от удушья. Сойдут не быстро, но всё же сойдут. Особого дискомфорта причинять не будут. Ну, может только первые два дня. Лицо придётся латать, но шрамов не останется. Будет как новенький.       Чонгук облегчённо выдохнул и обессиленно упал обратно на сиденье.       — К нему можно?       — Он звал тебя. Так что можно. Сейчас у него полиция. Я позову тебя чуть позже. — Бета хлопнул Чонгука по плечу в приободряющем жесте.       — Спасибо, Джин. Когда его можно будет выписывать?       — Если под твоим присмотром, то хоть завтра. Пусть приходит на обследования только. — Сокджин не спешил уходить. Он опустился возле друга и размял руками затёкшую шею. — Ты с ним хотел нас познакомить?       Чонгук невесело усмехнулся. Он и правда хотел познакомить Тэхёна со своими друзьями, но они так и не успели дойти до этого. Всё поломалось в тот самый вечер.       — Да.       Сокджин просто остался рядом на какое-то время, больше не сказав ни слова. Ушёл он также молча.       Через сорок минут Чонгук смог попасть к Тэхёну.       В палате горел приглушённый свет. Здесь было тихо. Вся суета из коридора осталась за дверью.       Тэхён лежал на спине и смотрел в белоснежный потолок. Сейчас, когда с его лица смыли всю кровь, Чонгук мог увидеть синяки и наливающиеся кровоподтёки.       Как горько становилось от того, что человечество всё ещё не придумало укол или таблетку, которые позволили бы забрать чужую боль.       Чонгук всё бы отдал, лишь бы это сделать. У него в голове не укладывалось, как вообще можно было поднять на него руку? Да на кого угодно… Хотя в эту же секунду его мозг подкинул перекошенную рожу Чена. Вот по ней Чонгук съездил бы и не раз.       — Чонгук?.. — Тэхён медленно повернул голову на шаги.       — Привет, — слабо улыбнулся альфа, хотя делать этого не было никакого желания.       Он сел рядом на стул и взял его ладошку в свою.       — Спасибо, что приехал, — просипел Тэхён, потому что на большее у него просто не осталось сил.       — Разве я мог не приехать?       Чонгук словил его вымученную улыбку. Тэхён закрыл глаза и с трудом сглотнул.       — Я хочу тебе всё объяснить, пока сюда не приехал Чимин и не разнёс всю больницу, чтобы доказать всем, какой я идиот.       Чонгук подумал, что если у Тэхёна остались силы на шутки, то всё не так плохо.       — Тебе нужно отдохнуть.       — Нет. Я хочу всё рассказать тебе о том вечере, когда ты увидел меня и… — дальше не договорил. И так стало понятно. — Мне очень жаль, что всё случилось так, как случилось. Но я не изменял тебе. Клянусь, Чонгук. — Тэхён зажмурился, пересиливая себя. — Каждую неделю я хожу по клубам или барам. Прихожу туда и делаю вид, что напился в стельку. Жду, когда какой-нибудь альфа подойдёт ко мне, спросит о помощи и притворится хорошим и честным парнем. Это происходит постоянно. Постоянно… Они спрашивают, как у меня дела, нужна ли мне помощь, а потом везут в дешёвые мотели, где пытаются воспользоваться моим телом, пока я в отключке. Я всегда успеваю подсыпать снотворное. А потом… — Тэхён поджал разбитые губы, но тут же зашипел от боли. — Потом я беру их телефон и отправляю фото из мотеля их мужьям или жёнам. Или что-то в этом роде.       Чонгук молчал, не позволяя себе прервать чужие откровения. Тэхён не имел ни малейшего понятия, что сейчас творилось в голове альфы, и это пугало. Чонгук может встать и уйти в любой момент. Вот даже прямо сейчас.       Но он сидел рядом. Всё так же держал за руку.       — Скажи что-нибудь. Пожалуйста, — попросил Тэхён, посмотрев на него и слабо сжав пальцы.       — Я думаю лишь о том, как всё это время тебе везло, — нахмурился Чонгук. — Если бы что-то случилось? Тэхён, это ведь так опасно…       — Но все они заслужили это.       — Я не спорю, — Чонгук говорил тихо и спокойно, не повышая голоса. — Не спорю. Но сейчас я говорю о тебе. Ты ведь мог пострадать.       — Чем я лучше тех, кто уже пострадал от их рук? — В глазах Тэхёна застыли слёзы.       — Ты хочешь продолжить этим заниматься? Если да, то предупреждаю, я стану твоей тенью. Я буду ехать следом за такси, на котором тебя увезут, и стоять под дверью номера, куда очередной ублюдок затащит тебя. — Альфа выглядел более чем серьёзно.       Тэхён не поверил своим ушам. Он снова зажмурился, пытаясь не засмеяться. Это нервное. Чонгук правда сделает это? Отчего-то сомнений не было.       — Что смешного? Я серьёзно говорю. — Чонгук и сам улыбнулся. — Тэхён, я не могу запретить тебе те или иные вещи. Не буду врать, что искренне надеюсь на то, что ты перестанешь этим заниматься, потому что это опасно, но если нет, то я буду рядом.       Тэхён аккуратно повернулся на бок, чтобы лучше видеть альфу. Он потянул его ладонь на себя и прижал к своей побитой щеке.       Сейчас омега выглядел умиротворённым. Чонгук знал, что его накачали успокоительными. Оно и к лучшему. Вряд ли бы без них у них сложился этот разговор.       — Я, кажется, очень сильно люблю тебя. Что будем с этим делать? — тихо-тихо спросил Тэхён.       — Кажется, я тебя тоже, — в той же манере ответил Чонгук.       Он придвинул стул поближе к койке и положил голову на подушку. Тэхён слабо улыбнулся и проморгался водянистыми глазами.       — Как ты будешь меня целовать? Губы ужасно болят, — пожаловался он.       Чонгук посмотрел на его разбитые губы и тяжело выдохнул. Если бы он знал…       — У тебя есть ещё куча мест, куда я могу целовать тебя, пока твои губы заживают, — заверил он. Тэхёна такой ответ более чем устроил. — Почему ты начал этим заниматься? Когда?       — Ты можешь лечь со мной?       — Тогда Чимин выкинет меня в окно.       Тэхён усмехнулся и сдвинулся в сторону капельницы, не терпя возражений.       Чонгук знал, что спорить с ним бесполезно. Да и не очень-то хотелось. Он скинул с себя обувь и забрался рядом.       Тэхён тут же нырнул под его руку. Вот так спокойно… Вот так очень-очень хорошо.       Чувство защиты и бесконечного комфорта накрыло с головой. От Чонгука приятно пахло. Его объятия ощущались самыми родными и необходимыми.       — Это сложнее, чем кажется, Чонгук, — начал Тэхён. Он прошёлся пальцами по шву на рубахе альфы. — Знаешь, омегам действительно трудно живётся. Я уже молчу про женщин. Неважно, кто она: альфа, бета или омега. Мы постоянно живём в страхе. Домой возвращаемся с баллончиком или ключами в руках и не заходим в лифт с незнакомцами. Если я вижу, что рядом стоит девушка, то всегда пропускаю её вперёд, не входя. Знаю, как это страшно. А… а эти сальные альфьи шуточки по поводу задниц, пухлых губок и всё такое… Это заставляет чувствовать себя таким униженным и грязным. Это не комплименты. Вовсе нет. Это отвратительно. Каждый… — Тэхён перевёл дыхание. — Каждый альфа делает это. Шлёпает тебя по заднице, лапает твою талию, нарушает личное пространство… Просто потому… — Он всхлипнул от бессилия и злости. Чонгук не перебивал его. Уже знал обо всём, что скажет Тэхён. — Просто потому, что они думают, что им это дозволено. — Омега замолчал на какое-то время, поближе прижавшись к Чонгуку. — Когда я был на первом курсе, то среди студентов начало гулять одно видео. Оно было с вечеринки. Кто-то отправил его по общей рассылке. Его получили, кажется, все. На нём была группа альф. — Чонгук догадывался, что последует дальше. Он сам закрыл глаза, стараясь унять бушующие чувства. — Моя однокурсница… Девушка, тоже альфа… Она была сильно пьяна в тот вечер, чем они и воспользовались. Их было шесть, и все они воспользовались ею. Её обвинили в этом, ведь она была не против, раз не сказала «нет». Да и к тому же напилась. Значит, сама хотела, сама просила. Дело замяли. Преподаватели, до которых дошло это видео, сделали вид, что ничего не знают. Я был знаком с той девушкой, но мы не общались. Говорили иногда об учёбе и вместе сидели на психологии. Но мне было страшно за неё и обидно до слёз. На её месте мог оказаться кто угодно. Я или Чимин. Или кто-то из наших друзей. После того видео она исчезла. Я пытался связаться с ней, чтобы… — Тихий вздох сожаления, от которого у Чонгука по шее побежали жирные мурашки. — Чтобы просто побыть рядом и выразить свою поддержку. Но ничего не вышло. Она пропала. Через несколько дней я пошёл в клуб. Там на меня разлили коктейль, и какой-то альфа подумал, что я пьян. Он начал лапать меня, попытался посадить в такси и предлагал свою помощь. Я убежал оттуда, сломя голову. А потом всю ночь думал и думал. И додумался, что если люди свыше не могут обеспечить нашу безопасность, то это сделаю я. Хоть на один процент, но сделаю. Я нашёл на форумах много информации. Таких, как я, тысячи по всему миру. Там я узнал, где достать снотворное, какая доза нужна для взрослого мужчины, как разблокировать запароленные телефоны, да и вообще что нужно делать.       — Что Чен хотел от тебя? — Чонгук поглаживал худую сгорбленную спину Тэхёна, чувствуя, как омега расслаблялся в его руках.       Эта тема была болезненной, но он жил в этом, сталкивался каждый день и боролся.       — Кажется, он был дружком кого-то из альф, кто попался мне несколько недель назад. Он сказал, что следил за мной, чтобы отомстить за всех тех, кому я испортил жизнь. Не хотел убивать, а просто… Просто хотел.       Чонгук знал, что Тэхён — яркий и смелый ураган. Но он даже на одну сотую не представлял, сколько же храбрости и отваги было в этом человеке. Безрассудства там тоже, конечно, с лихвой. Но сколько же в Тэхёне жажды справедливости, честности и свободы… Уму непостижимо.       У Чонгука язык не поворачивался назвать его «своим смелым мальчиком», как это делали многие. Как было принято…       Потому что Тэхён не его. Он свой собственный. Потому что Тэхён — не мальчик. Он — мужчина. Он — омега. И он безумно хотел человеческого отношения ко всем женщинам и омегам.       — Мне очень жаль, Тэ, — искренне и от всего сердца сказал Чонгук. Ему действительно очень и очень жаль. — Прости, что пропал и оставил тебя с мыслями о том вечере…       — Не нужно, Чонгук. Я понимаю, как это выглядело со стороны. Наверное, я бы поступил так же, как и ты. Просто сейчас я очень рад, что ты здесь со мной, — устало забормотал Тэхён.       — Позволишь остаться с тобой намного дольше, чем сейчас?       — Я собираюсь этого требовать, — серьёзно ответил Тэхён, нахмурив брови. — И мне нравится, что зовёшь меня солнышком. Ты можешь говорить это чаще?       — Конечно. — Чонгук расплылся в нежной улыбке. Он поцеловал его в лоб и слегка наклонился к уху. — Солнышко.

***

      Чимин устроил настоящий фурор. Успокаивали всей больницей. Он еле сдерживался, чтобы не добить Тэхёна до самого конца, чтобы наверняка.       После перешёл на Чонгука. Ну просто потому что захотелось, на Тэхёна-то орать жалко.       Чонгук еле удержался от смеха. Тэхён щипал его и хмурил брови, молча говоря «только посмей заржать, и ты будешь в чёрном списке Пак Чимина, а из него ещё никто не выбирался».       Пак Чимин ушёл из больницы только под утро, громко ругаясь на своего друга.       Тэхён лез обниматься и сюсюкаться, но даже это не помогло. Чимин, конечно, обнял в ответ, но пообещал хорошенько врезать, как только он оклемается.       — Он забавный, — сказал Чонгук, смотря на уходящего Чимина, который всё ещё показывал им средний палец правой руки.       — Да. И милый. Ты привыкнешь.       Сокджин пришёл к обеду с новостями, что им можно ехать домой. Прописал Тэхёну лечение, назначил им «свидание в том же самом месте» через неделю и убежал по делам, вливая в себя невкусный кофе.       — Я хотел предложить тебе остаться у меня на то время, пока ты будешь восстанавливаться, — поделился Чонгук, сидя на койке, пока Тэхён переодевался в свою чистую одежду, которую привёз Чимин.       Чонгук знал, о чём просил.       Тэхен любил его квартиру по нескольким причинам: там он мог гулять чуть ли не голым, и это определённо радовало всех обитателей квадратных метров.       Второй же причиной являлся сам Чонгук. Тэхён до трогательности любил засыпать и просыпаться с ним, завтракать и ужинать, смотреть фильмы после тяжёлого рабочего дня, гулять в парке перед сном и принимать горячую ванну вместе. Эти моменты делали его счастливее.       Третья причина: кролики в виде Чимина и Юнги, которые оккупировали их совместную квартиру. Кажется, альфа Чимина там вообще уже прописался.       — Ты действительно этого хочешь? — Тэхён подошёл к Чонгуку и сложил ладошки на его шею.       — Больше всего на свете. А ты? — Чонгук обнял его в ответ и притянул к себе, чтобы уткнуться лицом в живот и вдохнуть истинный аромат.       — Я тоже. — Тэхён глупо улыбнулся, не в силах сдержаться.       Он так сильно скучал по Чонгуку всё это время.       — У меня скоро начнётся отпуск. Буду о тебе заботиться.       — Ого… Наденешь фартук на голое тело?       — Издеваешься?       — Совсем немного.       Сейчас, когда успокоительные и обезболивающие перестали действовать, Тэхён держался достаточно хорошо.       Ещё утром к нему приходил предоставленный самой больницей психолог, чтобы поговорить, оценить состояние и понять, нужно ли будет перенаправлять его к психотерапевту после случившегося.       По дороге из больницы они заехали к Тэхёну с Чимином и взяли все необходимые вещи для дальнейшего проживания.       Чимин к тому времени остыл, поэтому с порога заворковал над другом. Даже чай им налил с тортом. И получше познакомился с Чонгуком.       Уже в квартире альфы Тэхён окончательно расслабился.       Сейчас он старался не думать о будущих разборках с полицией и Ченом. Ему не хотелось тратить на это силы. Вчера полицейские говорили с ним. Будет возбуждено уголовное дело. И они, как только это будет нужно, обязательно свяжутся с Тэхёном.       У Чонгука в квартире стояли всё такая же чистота и тишина. Чемодан с командировки остался не разобранным. Он стоял в углу спальни и тихо ждал.       Чонгук попросил Тэхёна располагаться, как у себя дома, и пойти отдыхать, пока он займётся обедом.       У Тэхёна же были свои планы. Он подошёл к альфе со спины, крепко обнял и поцеловал в шею шершавыми губами.       — Давай просто закажем что-нибудь и вместе примем горячую ванну? Пожалуйста. Я так соскучился…       Чонгук не мог отказаться. Тэхён ласковый, как котёнок, тёплый и соскучившийся. Он и сам скучал не меньше.       — Тебе запретили принимать ванну. — Чонгук развернулся к нему лицом, и омега на его слова недовольно скуксился. — Ну ты же не ребёнок. Давай примем быстрый душ? Потом я смажу твоё лицо, ты выпьешь лекарства, и мы сделаем солёный попкорн, о котором ты говорил всю дорогу.       У Тэхёна заискрились глаза.       — Что мы будем смотреть?       Чонгук заранее знал, что это вопрос с подвохом. Тэхён ведь обожал все фильмы о юном волшебнике.       — Солнышко, не делай вид, что не знаешь.       Омега тихо рассмеялся. Он притянул Чонгука к себе и невесомо чмокнул в губы, потому что очень хотелось это сделать.       Тэхён был счастлив. Чонгук делал его таким.       Они, как и было обещано, приняли совместный душ, заказали еду на дом, сделали попкорн и окунулись в мир магии и волшебства.       Впереди их ждало бесконечное количество таких совместных вечеров, где Чонгук будет бережно держать Тэхёна в своих руках, целовать в ладони и получать ответную любовь только для него одного.       А ещё впереди их ждало много совместной работы.       Тэхён медленно, но верно переехал к Чонгуку, и никто из них не был против. Особенно Чимин.       Через неделю после выписки у Тэхёна появились признаки посттравматического стрессового расстройства. В больнице его направили к психотерапевту, который после сеанса сказал Чонгуку, что у Тэхёна тревожный тип. Альфа совсем не удивился. На самом деле, чего-то такого он и ждал.       Чонгук был рядом всё время. Лечение заняло не так много времени. Около полугода. Тэхён хорошо справлялся, оставляя все страхи и тревоги за спиной. Он учился разным техникам, и Чонгук во всём его поддерживал, много спрашивал и много говорил.       Ночами Тэхён прижимался ближе. Он подолгу не спал и просто лежал рядом. Иногда ему снились кошмары, и Чонгук просыпался от скулежа и тихого плача. Тогда он будил омегу, крепко обнимал, называл излюбленным «солнышко» и заверял, что рядом, что они дома и в безопасности, что его больше никто не тронет. Тэхён успокаивался, а иногда так и оставался лежать до самого утра. Но такое происходило редко.       Чонгук замечал, что иногда Тэхён мог начать нервничать без какой-либо причины, словно бы страх окутывал его с ног до головы. Тогда альфа всегда брал его за руки и старался говорить, говорить и говорить.       Спустя полгода они пришли к стабильности. Тэхён вновь вернулся в привычное русло, начал спать сладким сном, перестал бояться и волноваться, перестал прокручивать в голове все те события и перестал закрываться в ванной комнате каждый раз, когда шёл туда.       Комплексное лечение действительно помогло ему.       Тэхён выдохнул.       Но вдохнул обратно, когда Чонгук сказал, что очень хочет познакомить его со своими друзьями. Тэхён помнил, как Хосок встретил его в последний раз, когда они виделись. Чонгук не давил, но ему и самому хотелось этого знакомства. Было интересно увидеть друзей Чонгука, с которыми он уже несколько лет шёл рука об руку.       В тот вечер всё прошло замечательно. Хосок обнял его, извинился за те злые взгляды, и Тэхён не мог обижаться на него. Особенно тогда, когда тот подкидывал ему в тарелку свои кусочки моцареллы. Стало легче, когда омега понял, что уже вообще-то знаком с Сокджином, пусть и не в самых лучших обстоятельствах.       Оставался только Намджун. Но и он улыбался ему во весь рот и так красочно рассказывал самые нелепые истории из своей жизни, от которых Тэхён почти что плакал от смеха.       Друзья Чонгука оказались самыми настоящими невыносимыми засранцами, и Тэхён не смог не полюбить их. Чонгук улыбался весь вечер, целовал его на виду у всех, вызывая у самого омеги только восторг.       Через месяц Тэхён поделился с ним мыслями, что хотел бы познакомить его с родителями. Тогда настала очередь альфы ловить панику одними глазами. И Тэхён совсем не удивился, когда его родители тоже оказались под чарами его любимого мужчины.       Жизнь шла своим чередом. Маленьким и счастливым. Теперь Чонгук возвращался домой не в свою квартиру, а в их.       Теперь в ванной комнате стояли две зубные щётки. Классические гель и шампунь альфы потеснились перед баночками Тэхёна. И всё стало общим.       Полки в шкафу больше не были пустыми, потому что вещей у омеги оказалось много.       Их маленькое счастье заключалось в утреннем кофе, в ленивых поцелуях на диване вечером, в жалобах соседей на слишком громкие стоны, в одном геле для душа на двоих и в ласковом «солнышко» с тёплой улыбкой.