Позволь спасти тебя

[ Роджерсы всегда держат слово ]

Англия, Лондон. Июнь, 1989г.

      — Они уснули.       — Она так полюбила его, - Пегги обняла мужа, положив голову на его грудь. – И он так заботлив, так нежен.       Роджерс вздохнул, поцеловав жену в макушку.       — Мы пытались, Стив. Он это знает и всё понимает, - сказала Картер, заметив потускневший взгляд в его глазах.       — Столько времени ушло, чтобы вернуть его. Так несправедливо. Я хотел уберечь его от страданий и боли хотя бы в этой реальности.       Пегги поджала губы. Иногда ей было сложно думать, что существуют другие миры и реальности, и где-то на свете есть ещё одна Пегги Картер, которая так и не дождалась своего Стива Роджерса. Это слишком сложно, чтобы понять. Она все ещё старается.       — Ты права, - продолжал мужчина. – Сейчас он свободен от Гидры. Помнит своё прошлое и хочет строить новую жизнь. Это начало.       Солнце давно село за горизонт. Большая детская тускло освещалась ночниками у кресла и над кроватью. На пушистым ковре растянулись двое. Темноволосый мужчина лежал на спине. Его широкая грудь размеренно поднималась и опускалась. Он спал спокойным сном без кошмаров. В металлической руке была старая книжка в зеленой обложке, вторая лежала на спине трёхлетней девочки, что уснула на его груди. Маленькую головку обрамляли упругие кудри цвета светлой пшеницы, как у её деда. Малышка обнимала во сне своего лучшего друга; на пухлых детских губках застыла улыбка.       Стив тихо прикрыл дверь в детскую, последовав за женой. В кухне горел свет. После ужина Джеймс взял маленькую мисс Роджерс на руки и они вместе отправились читать сказку, как это было у них заведено.       Пегги разлила по чашкам ароматный чай. На блюде ещё осталось пару кусочков пирога с ежевикой. Супруги сидели молча. Спустя четверть часа раздался телефонный звонок. Стив догадывался, кто звонил. Ещё через полтора часа Пегги Картер провожала двух мужчин. Ник Фьюри дал предельно точные данные: самолёт ждал их, чтобы доставить на точку. Работу никто не отменял. Даже в другой реальности (рядом с любимой женщиной, окружённый детьми и внуками) Капитан Америка продолжал нести свой долг перед всем миром.

***

      Барнс застонал. Ресницы задрожали. Он открыл глаза, оглядев помещение. Взгляд остановился на друге.       — Я кого-нибудь ранил? – спросил он первое, что пришло на ум. Стив покачал головой.       — Не волнуйся, Бак. Всё уже позади. Всё хорошо.       — Пока Гидра помнит код активации Зимнего Солдата ничего не будет хорошо, - Джеймс сел на кушетке; голубые глаза смотрели в пол, он выглядел побитым щенком. – Ты говорил, что в той другой реальности меня излечили, но для этого придётся ждать. Технологии Ваканды ещё не способны на такое.       — Поэтому я прошу тебя не ходить со мной на миссии.       — И позволить тебе драться в одиночку!       — Со мной всегда есть агенты Фьюри.       Джеймс недовольно прицокнул. Взгляды двух друзей встретились.       — Я ходячая бомба, Стив.       — Поэтому ты должен оставить службу.       — Я тебя не брошу…

***

Англия, Лондон. Октябрь, 1993г.

      — Я нашла тебя, - хихикнула девочка, стоя у окна. Из-под темных фланелевых штор торчала пара длинных мужских ног в полосатых носках.       — Такими темпами мне придётся отдать тебе весь шоколад, - известил голос за занавеской.       — Ты не умеешь прятаться, Баки.       — От тебя так просто не спрячешься, Солнечная Магнолия.       Человек за шторой издал боевой клич индейца и выпрыгнул из своего убежища. Схватил девочку, закинув себе на плечо. Дом наполнился детским смехом.       — Пират нашёл сокровище, о котором ему рассказывали индейцы, - стал говорить Барнс, подражая манере злодея из детских сказок. – Теперь я утащу этот клад к себе на корабль и никогда не расстанусь с ним. Солнечная Магнолия, ты навсегда останешься на моём корабле и никогда не вернёшься в родные края.       Джеймс перехватил девочку, взяв на руки. Он закружил по комнате, крепко обнимая её. Оба не заметили, когда в комнате появился третий. Стив сложил руки на груди, прислонившись к шкафу.       — Пришёл вождь индейцев, - вдруг закричала девочка, указав на Роджерса. – Вождь убьёт пирата и спасёт меня.       Барнс остановился посреди комнаты. Взглянув на старого друга, он мгновенно понял, что время пришло. Очередная миссия. Стив пришёл попрощаться. Впервые он – Баки, остаётся ждать неизвестно чего, пока друг рискует своей жизнью. Таково было условие Роджерса: он вынудил Джеймса дать слово, что тот оставит прошлое и позволит себе просто жить.       Когда самолёт поднялся в воздух, поднимая на поле клубы пыли, Джеймс почувствовал, как маленькая ладошка сжала его руку.       — Дедушка велел приглядывать за тобой и никуда не отпускать, - сказала девочка.       Она смотрела на него снизу-вверх и от её взгляда сердце сжималось от невыносимой любви. Этот ребёнок, эта маленькая девочка стоила ему всего. Её искренняя преданность ему каждый раз разрывала душу в клочья. Он не заслужил такого счастья, не заслужил и её любви. А она, между тем, продолжала стоять рядом и держать его руку.       — Я тоже дал слово твоему дедушке, что буду оберегать тебя, - он взял её на руки и её тонкие ручонки обвились вокруг его шеи.       — Ты мой самый лучший друг, - тихонько сказала она, положив голову на его плечо. – Моя семья       — А ты моя, Молли.       — Я всегда буду на твоей стороне, Баки. Всегда-всегда. Ты веришь мне? – спросила она.       — Спасибо, моя маленькая магнолия. Я верю тебе. Спасибо.

***

[ Наша реальность ] США, штат Луизиана. Сентябрь, 2023

      — Что было потом?       Ладонь Джеймса гладила меня по спине. От его тела исходили тепло и надёжность, но я ощущала как неспокойно бьётся в груди его сердце. Не каждый день слушаешь события из жизни своей копии из другой реальности.       — Вечером следующего дня на наш дом напали, - я старалась говорить тихо, но иногда голос срывался на слабые восклицания. – Гидра не оставила попыток вернуть Зимнего Солдата. Когда дом окружили, бабушка приказала бежать в подвал. Вы с дедушкой сделали там подобие бомбоубежища. Вход был замаскирован. Только знающий мог найти его. Я закрылась и стала ждать.       В доме была пальба. Потом воцарилась тишина, а затем снова начали стрелять. Не знаю сколько просидела там одна, но через время вход открылся. Я увидела дедушку. Он сказал, что всё закончилось. Бабушка не хотела, чтобы я видела, но он настоял, что так будет правильно. Я должна была проститься.       Я сделала глубокий вдох. К горлу подступил горький ком, в груди предательски заныло. Баки всё понял. Кажется, он с самого начала знал обо всём. Было ли это предчувствие или что-то из моего рассказа дало ему подсказку...       В доме стояла тишина. Сквозь окно за моей спиной занималась заря, запуская в комнату первые слабые проблески рассветных лучей. Лицо Джеймса было болезненно бледным, бескровным. Он коснулся моей щеки, подбадривающе погладил.       Я сглотнула горький ком воспоминаний и продолжила после паузы.       — В какой-то момент один из агентов Гидры стал зачитывать код активации Зимнего Солдата. Бабушка рассказывала, что ты ни секунды не мешкал. Направил пистолет себе в висок и выстрелил. Ты знал, что они заставят тебя убить всех в доме.       Мы смотрели друг на друга. По спине пробежал холодок. Я вздрогнула и подалась ближе, не разрывая зрительного контакта.       Из соседней комнаты вышла Сара. Дверь в ванную комнату с тихим щелчком закрылась, через минуту раздался гул водопроводных труб. Мы лежали молча. Открылась и снова захлопнулась дверь. На лестнице раздались шаги, а через пару минут на кухне тихо заработало радио. Сара любила слушать музыку. Всегда что-то старое. Этим она завоевала любовь Джеймса. Дедушке она бы тоже понравилась: добрая, умная, с сильным характером и непоколебимой волей, верный друг и замечательная мать.       — Мы встретимся снова, - стал напевать Джеймс, вторя голосу певицы. – Не знаю где, не знаю когда. Но я знаю, что мы встретимся в один солнечный день.*       Его рука погладила моё плечо и скользнула за спину. Он притянул меня ближе. Губы коснулись щеки, сцеловывая солёные тропинки от слёз. Я не чувствовала, что плачу, пока не ощутила тёплое дыхание на своей коже.       — Это Вера Линн, - сказал он шёпотом, продолжая целовать моё лицо. – Мы слушали её песни во время войны. В них всегда было столько надежды, что, казалось, уже одно это помогало выжить. Мы слушали и мечтали, как в один солнечный день война закончится. И мы вернёмся к любимым.       Я коснулась его лицо. Смахнула упавшую на лоб прядь волос, попыталась разгладить упрямую морщинку на гладкой коже. Джеймс перехватил моё запястье, прижав внутренней стороной к своим губам.       — Я обещала защищать тебя.       — И поэтому променяла дом и семью на другой мир? – Джеймс едва заметно усмехнулся. Он наклонился и оставил тёплый поцелуй на моём лбу. – Мир, в котором никто не знает тебя, и ты никого не знаешь.       — Я пошла, потому что знала, что встречу тебя, - Джеймс поджал губы. – Ты научил меня всему. Показал, что такое дружба и любовь. Тебя не стало, когда мне было семь. Но ты навсегда остался важным человеком для маленькой девочки. Я никогда не забывала о тебе. Когда передо мной вставал выбор – любой, неважно, что это было, – я мысленно задавала себе вопрос, как бы поступил ты на моём месте.       — Не знаю, какого Баки Барнса ты знала, но за свою жизнь я совершил много ужасных поступков. И мне никогда с этим не рассчитаться. Не оправдаться. Это мой груз.       — Я знаю, - согласилась я. – Когда я стала старше дедушка рассказал мне обо всём. Рассказал о коде Зимнего Солдата, о других реальностях и о том, что после его ухода другой Баки Барнс остался один на один со своей болью.       Из дальней спальни послышались приближающиеся шаги. Это Сэм прошёл по коридору мимо нашей двери и спустился на первый этаж. Они с Сарой о чём-то недолго говорили. Ещё через пару минут Сокол хлопнул входной дверью: отправился на утреннюю пробежку.       — Дедушка ничуть не удивился, когда однажды я пришла к нему, сказав, что тоже хочу сделать «скачок». Кажется, он знал, что так всё и будет. Роджерсы всегда держат слово. Его жизненный путь привёл его обратно к бабушке, потому что он обещал ей.       Я замолчала. Джеймс очень пристально смотрел в мои глаза. Первые рассветные лучи кротко скользнули на его лицо, оставшись золотым блеском в голубых озерах.       — Я больше не брошу тебя.       — Но я ведь не тот Баки, - тихо сказал Барнс. Я нахмурилась.       — Вы одинаково дороги мне.       — Ради этого ты пришла?       — Я пришла, чтобы остаться с тобой. Чтобы ты знал, что не один.       Джеймс долго смотрел на меня. Его взгляд сделался нечитаемым. Он почти не моргал и, кажется, не дышал. Здоровой рукой перебирал волосы на моей макушке, иногда оттягивая за концы. Так прошло несколько минут. Словно что-то решив, он приподнялся и аккуратно положил мою голову на подушку. Затем встал с постели и молча вышел, не став закрывать за собой дверь.       Сердце неспокойно застучало в груди. Я встревожено села, скрестив ноги. Джеймс вернулся скоро. Закрыл дверь в спальню и остановился перед кроватью. Пришлось запрокинуть голову, чтобы взглянуть на него, но Баки быстро опустился на колени. Взяв меня за руку, вложил в ладонь маленькую книжечку. Я сразу узнала этот блокнот.       — Пусть он будет у тебя, - голос звучал едва слышно; Джеймс низко опустил голову, а позже наклонился, поцеловав мои руки. – Я хочу попробовать всё сначала. Больше нет кода Гидры. Я свободен. Ты поможешь мне начать жизнь заново?       Я потянула его на себя. Барнс сел рядом. Я прижалась к его груди, впервые ощущая полный покой и спокойствие. Больше нечего скрывать. Я нужна ему, а он – часть меня, которую я потеряла и мечтала однажды отыскать вновь.       — Мы семья, а семья всегда держится вместе.       Джеймс шумно втянул воздух. Его руки задрожали, прижимая меня к себе.       — Мы семья, - повторил он, будто пробуя слова на вкус. – Ты моя семья.       Он приподнял моё лицо за подбородок. Я улыбнулась. Сейчас передо мной был настоящий Джеймс Барнс – сын, брат, солдат, побывавший на войне, верный друг и с первой минуты горячо любящий меня мужчина.       — Ты моя семья, - сказал он снова и прежде чем я успела что-то ответить, наклонился, поцеловав.

***

      Мы спустились к завтраку, когда Сара тактично постучала в дверь спальни. Мальчики уже поели и теперь бегали на улице. Их до сих привлекал щит Капитана Америки. Сквозь окно я видела, как они играли с ним во дворе.       Когда мы показались на кухне, Сара расставляла чашки с кофе. Мы пожелали друг другу доброго утра. Я извинилась, что не помогла ей. Она только махнула рукой, приглашая за стол.       — Сегодня блинчики с сиропом, - сообщила она.       Джеймс хлопнул в ладоши, собираясь что-то сказать по этому поводу. Он выглядел беззаботно счастливым. Но его опередил другой голос. Сэм вошёл на кухню с заднего двора.       — Кого я вижу! – его глаза блестели, а улыбка была до того широкой и довольной, что я удивлялась, как его лицо не треснуло. – Мы наивные переживали, как же ты проведёшь ночь на нашем неудобном, старом диване, а ты взял и провёл ночь с Молли. Чтобы на это сказал наш общий друг! Единственная внучка и столетней ловелас!       Сара хлопнула брата по плечу, призывая угомониться, но это не помешало ей тихо посмеиваться, пряча взгляд. Мы сели за стол, слушая перепалку мужчин. Но никто даже не думал обижаться всерьёз. Джеймс, кажется, ещё больше повеселел. Я поглядывала на него украдкой.       — Наш общий друг практически благословил эти отношения, - внезапно сказал Барнс, чем сильно всех удивил. Я прикусила губу, а затем и вовсе закрыла лицо ладонями, ощущая смущение.       Сэм расхохотался.       — В таком случае, вот вам и моё благословение, дети мои.       Я знала, что шутки на эту тему ещё долго будут преследовать нас, но ничего не имела против. В каждой семье есть свои секреты и приятные истории, которые вспоминают за столом. Пусть эта история станет нашим первым общим воспоминанием.

Конец.