Сборник драбблов по Enhypen

Сону с Хисыном всегда нравились постапокалиптические компьютерные игры. First, Frostpunk 2, Dead Island 2 и множество других. Но как и у большинства подростков любимыми всегда оставались игры про зомби - Dead Rising и Left4Dead. Каждые выходные они, смеясь, толкались локтями перед хисыновым монитором, ругались, когда какой-то из их персонажей умирал, и только на рассвете засыпали в обнимку на заправленной постели под свет невыключенного компьютера. Однако, как бы сильно они не любили эти компьютерные игры, нынешняя реальность была ничем иным, как самым невероятным кошмаром.       Когда только произошла вспышка вируса, весь Сеул мгновенно утонул в хаосе. Люди в панике собирали вещи и уезжали из города, большинство смогли покинуть страну. Но они даже не догадывались, что вирус уже захватил многие страны и континенты, поэтому мест, где было бы безопасно, почти не оставалось. Те, кто остался в Сеуле, собирали небольшие запасы еды в своих домах, скупали огнестрельные оружия и отчаянно защищались респираторами. Неизведанная болезнь быстро распространялась с севера от реки Хан, а инфицированные бродили по опустевшим улицам. Они истошно кричали и блевали, оставляя после себя в воздухе вонючий смрад, что заставлял выворачиваться желудки выживших в этом хаосе. Хисыну, в отличии от Сону, посчастливилось иметь иммунитет к вирусу, поэтому, после того как они остались без семьи, что заразилась ещё впервые дни апокалипсиса, на вылазки за едой, респираторами и оружием, всегда уходил именно старший, оставляя Кима в какой-никакой безопасности. Они всё также как и раньше держались друг за друга, дав обещание обязятельно выжить и вместе начать новую жизнь, поэтому, когда Хисына всё же укусил зомби, он тогда выбирался из заброшенной аптеки, куда был послан младшим за новыми бинтами, то Сону категорически отказался оставить Ли одного и держал его в подвальном помещении. Так было безопаснее.      Они расслабились, когда спустя два дня старший не превратился в безумное существо и не предпринял попыток съесть обнимавшего его Кима. Они выдохнули с облегчением и почувствовали лёгкость, когда Хисын нежно  поцеловал младшего, шепча на ухо: «Мне очень страшно, что у меня может больше не будет на это шанса». Они счастливо улыбнулись, когда никто из них не возразил, чтобы тела прижались друг к другу, а поцелуй углубился.       В подвале они пробыли четыре дня, сидя на постеленном, дырявом пледе в сыром углу помещения и непринуждённо болтая о том, чем будут заниматься, когда всё это закончится. На рассвете в их район прибыл военный грузовик, оповещая выживших о том, что над Сеулом в ближайший час пролетать вертолёт, собирая всех уцелевших с крыш многоэтажных домов. Услышав об этом, Ким в последний раз сменил повязку Хисыну, и они вдвоём выбрались из подвала, вооружившись бейсбольной битой, которую старший нашёл во время последней вылазки, и старым топором, найденным на выходе из подвала.       Выходить было очень опасно. Респираторов нет, также как и гарантии, что они вообще смогут добраться до крыши. Ведь нога старшего ещё болела, заставляя хромать, а Сону, пусть и был невероятно храбрым, выносливостью не обладал. Они давно поняли, что их ныняшняя реальность, словно видеоигра, только гораздо сложнее и без права возродиться в случае проигрыша. Но несмотря на это, их желание выбраться и начать новую жизнь вместе, было намного сильнее страха. Они крепко держались за руки, несясь вверх по лестнице к выходу на крышу этого жилого комплекса, параллельно отбиваясь от нападавших на них зомби. И всё-таки им каким-то чудом удалось сбежать.       Однако, когда они достигли крыши, и Хисын уже стоял одной ногой на верёвочной лестнице, сброшенной с военного вертолёта, зомби, о котором они, видимо, забыли, резко ринулся вперёд, хватаясь своими липкими пальцами за левую лодыжку Сону. Тот завопил и, разрыдавшись от животного страха, принялся бить инфицированного по уродливой морде, похожей скорее на кровавое мессиво, отчаянно надеясь, что тот отцепится от него. Хисын испугался неменьше. Но не за себя. Он переживал за младшего, что сейчас отчаянно дубасил ногой вцепившегося в его ногу зомби. Ли просто не мог позволить ему вот так вот погибнуть. Он резко схватил Сону за запястье, подтягивая ближе к себе. К огромному облегчению, заражённый соскользнул, и свалился на крышу, а Хисын прижал к груди напуганного младшего.       – Ты ведь понимаешь, что мы с тобой слишком, далеко зашли, чтобы сейчас просто взять и умереть? – Спросил Ким и, наконец, широко улыбнувшись прижался своими губами к чужим обветренным, – Мы начнём жизнь с чистого листа. Возродимся как персонажи из игр, в которые мы играли раньше. Вместе. И Хисын понял. Пока Сону рядом с ним, у него всегда будет причина жить и сражаться. За их общее счастье, разделённое на двоих. За их счастливое будущее, что обязательно настанет. За его любимого, ставшего новым смыслом жизни. За Сону.