он далеко не пай-мальчик.

Субин стоял около остановки, ожидая, когда придёт Ёнджун, который опаздывал. Уже 10 минут прошло, а его до сих пор нет. Субин написал ему, мол, где ты? На что он ответил '💩' Этот розоволосый хён неисправимый. Это в нём нравится Субину. – где же он? Автобус скоро прибудет. — недовольно бубнит себе под нос младший Чхве, скрестив руки на груди. – «не удивлюсь, если он попался вчерашнему парню и теперь дерётся с ним.» — мысленно думает парниша, и вздрагивает, почувствовав чью-то руку у себя на плече. – прости, опекун задержал. — с улыбкой произносит появившийся из ниоткуда Ёнджун. Хотя, стоп, нет. Его улыбки не видно. Субин поворачивается и удивляется. Он впервые надел маску. Зачем? А главное на×уя? – он дал тебе маску? – да, чтобы никто не влюбился в меня. Ты ведь знаешь, какой я красавчик. Этот самовлюбленный Джун... постоянно называет себя красивым, хотя это так и есть. – поговорим в автобусе. Пойдём. — автобус подъезжает и парни садятся в него, занимая задние места у окна. – не скажешь, почему опоздал? – Из-за опекуна, я же сказал. — Ёнджун накидывает на голову капюшон и прикрывает глаза. – я это понял. Из-за чего он задержал тебя? Он что-то сделал тебе? – ничего такого. Поговорили, как опекун с ребёнком из детдома. А что, волнуешься? — Ёнджун открывает глаза и глядит на Субину. Ух эти лисьи глазки. – как тут не волноваться, ты бы мне ещё нож отправил, чем какашку. Ёнджун смеётся, что аж в их сторону смотрят школьники. – прости, кролик. Я хотел отправить сердечко, но случайно отправил какашку. Ведь какашка находилась рядом с сердечкой. – хватит это повторять. – какашка? – да. Ёнджун хмыкает и ложит голову на плечо Субина. – разбудишь, когда приедем.

×××× Весь путь к университету, Субин пялился на спящего Ёнджуна, всячески пытаясь снять с него маску. Но в итоге не смог снять. Почему же Джун решил надеть маску на свое прекрасное личико? Субину, походу, не понять его. Когда они приехали, Бин заплатил и за себя, и за хёна. Затем начал будить его. – хён, приехали. Просыпайся. Джун медленно открывает глаза и смотрит на Субина, после встаёт и оба выходят из автобуса. – меня так тянет подраться. — говорит внезапно Ёнджун, вдыхая свежий воздух. – вот с кем бы подраться? – я же тебе говорил не нарываться на неприятности.. почему ты не слушаешься меня? – потому что младших не слушаюсь, кролик. А ты младше меня. Субин закатывает глаза и они заходят в университет. Все сразу же направляют взгляды на них. Всем уже давно известно, что оба дружат. Гей и натурал... но ведь никому не известно, что этому самому натуралу нравится его друг. Они заходят в кабинет и садятся рядом друг с другом. Ёнджун кого-то ждёт, но Субину неизвестно кого. Он смотрит в сторону двери и ждёт, когда кто-то зайдёт. – кого так агрессивно ждёшь? – Чонгука, второго кролика. — Ёнджун улыбается, хмыкнув. Субин замолкает и садится, доставая тетрадку и ручку. – мне интересно узнать, какой вкус у его губ. Очень интересно. — Джун мечтательно закатывает глаза и садится рядом с Субином. – я бы хотел переспать с ним, но он натурал. И как известно всем, с натуралами не целуюсь, и не сплю. – Ёнджун, какой ты извращенец. Знал бы Чонгук хён, в какой роли ты его представляешь у себя в дурной головушке. – А что такого? Ты разве также не думал о ком то? Или мой Субин-и слишком невинный для таких вещей? — Джун тихо смеётся с реакции Субина. – не смешно.. – А ты, Субин, хотел бы со мной переспать? — Ёнджун поворачивает стул к Субину и садится. В языке Бина крутится 'хотел бы', но он не может выговорить это простое слово. – не неси чепуху. Я с тобой дружу не из-за твоего прекрасного тела. – у меня прекрасное тело? – да, я видел... ой... замолчи, хён! — Субин смущённо отводит взгляд и мысленно материться. – почему ты такой?

×××× Субин писал то, что говорила учительница, а Ёнджун сидел в телефоне. Он кому-то писал, и это раздражало Субина. Невыносимо раздражало. Сказать, что Бин собственник, ничего не сказать. – хён, убери телефон. Учительница Ли будет проверять тетради. – мне то что? Хочу пишу, хочу нет. Моё же дело, и проблема моя, не твоя же, кроль. Он такой упрямый, аж прям бесит. Серьёзно. – если не уберешь, зацелую до смерти. (Намёк на лакорн 'потому что мы вместе'. Не реклама). – зацелуй, давно уже жду. А ты всё не целуешь. Субин продолжает писать, проигнорировав Ёнджуна. Джун лишь хитро улыбается, бросая бумажку в сторону Чонгука и махая ему. На счёт Чонгука. Его Ёнджун бесит. Так сказать, заклятый враг, хотя он ему ничего не сделал. Ярый гомофоб, если можно так сказать. – угомонись, Ёнджун. — Субин отбирает бумажку у него, как только тот собирался ещё раз швырнуть её в сторону Чонгука и выбрасывает. – я пытаюсь сделать так, чтобы он посмотрел на меня.

×××× После пары. Субин собрал всё в рюкзак, ожидая, когда все выйдут из кабинета и останутся только он, и Ёнджун. – Чонгук, куда собираешься? — спрашивает Джун. – тебе какая разница? – я же просто интересуюсь. Если ты в столовую, то я пойду с тобой. – да пошёл ты, чёртов гей. — Чонгук выходит из кабинета, а Джун лишь улыбается. – так плохо, влюбился в натурала. – что? — Субин делает удивлённое лицо. – что? – что ты только, что сказал? Влюбился... – в Чонгука. Беда, да? – он тебе нравится? Правда? – ну... Субин хватает Ёнджуна за локоть и прижимает к стенке. Он явно зол. – он нравится тебе?! – эй, чего ты так злишься? – я у тебя спрашиваю, хён! – да, влюбился. И что? Что в этом такого? – я шутка для тебя? Ёнджун непонимающе смотрит на Субина. Что он имеет в виду? – о чём ты, кролик? – я не нравлюсь тебе? – а должен был? Удар в сердце, называется. – ты... ты... влюбил меня в себя, а сам влюбился в другого?! — Субин бьёт кулаком стену у головы Джуна, заставляя того испугаться. – да успокойся ты. О чём ты вообще говоришь? Я тебя не понимаю. – и не пытался понять. Тебе всё равно на чувство других! Самовлюбленный эгоист! Ёнджун никогда не видел, чтобы Субин так злился. – Субин, подожди. Объясни... почему ты так злишься? – потому что ты любишь этого.. Чонгука, а не меня! – я не виноват, что ты влюбился в меня! — Ёнджун отталкивает от себя Субина и надевает маску, собираясь уходить. – ты мне как младший брат, не больше. – брат? Субин сжимает кулаки и подойдя к Ёнджуну поближе, целует его в губы. Нет, даже не губы, а ткань. Ведь он в маске. Затем он быстро отстраняется, сдерживая слезы. – давно мечтал.. — с этими словами Субин уходит, а Ёнджун остается один.