***
— Какая ужасная ситуация, — прозвучало с искренним сочувствием. Тэхён сразу же присоединился к импровизированному чаепитию. Заметив мрачное настроение Чонгука, он поинтересовался, всё ли в порядке. К собственному удивлению, Чонгук без колебаний кратко поделился историей, которая с ним произошла. Казалось, он чувствовал себя слишком уязвимым, и поддержка ему была просто необходима. — Да, нелепее не придумаешь. А ведь так хотелось прокатиться автостопом по «европам», как в былые времена. — Чонгук устало усмехнулся. Ему стало чуточку легче, но внутри всё ещё неприятно зудело. — Слушай, я ведь вообще-то тут тоже вроде как автостопом собрался прокатиться. Может, сама судьба нас свела? Поехали вместе? Ты куда планировал отправиться? Чонгук удивлённо посмотрел на своего давнего знакомого. В прошлом они были однокурсниками. Друзьями или даже приятелями их назвать было сложно — в то время они были в разных компаниях. Тогда Чонгук всегда находился среди спортсменов, отличников и активистов — круг его общения был обширным и разнообразным. Тэхён же больше держался особняком, с двумя постоянными друзьями. У них, разумеется, было много общих воспоминаний, но в основном связанных непосредственно с учёбой. Пару раз им даже выпадали совместные проекты, но в целом их пути не пересекались. И если подумать, то это очень забавно, на самом деле. Ведь… Тэхён с первого курса вызывал у Чонгука глубокую симпатию. Его всегда тянуло к чужой меланхоличности и некоторой загадочности. Тэхён отличался от других своих сверстников каким-то выверенным спокойствием. В нём не было юношеского озорства, что делало его в глазах Чонгука лишь интереснее. Хотелось разгадать этого безумно красивого парня. Тогда Тэхён был худощавым, даже немного угловатым, с крашенными в блонд волосами и странным для многих стилем в одежде. Но в то же время в нём было что-то такое тёплое и родное, что невозможно было унять любопытство к его персоне и перестать бесконечно разглядывать. Чонгуку особенно нравилось коллекционировать в своих воспоминаниях чужие улыбки — редкие, оттого такие драгоценные. За внешней привлекательностью и непонятным стилем в одежде скрывался неординарный ум. На общих заданиях Чонгук каждый раз с удивлением для себя открывал, как необычно Тэхён подходит к решению тех или иных задач, как в целом он иначе смотрит на мир. Но они так и не подружились. Чонгук, несмотря на внешнюю уверенность, внутри чувствовал давление своих друзей и ему просто не хватало духу сломить навешенные ими на Тэхёна стереотипы: «странный», «высокомерный», «одиночка». На выпускном Чонгук искренне сожалел, что так и не решился приблизиться к объекту своего любопытства. И вот, спустя без малого шесть лет, Тэхён вновь сидел перед ним: с натуральным цветом волос, с безупречной кожей и мягкой улыбкой. Он был одет по погоде и в соответствии с предстоящим приключением, но даже в простой полуспортивной одежде он умудрился выглядеть великолепно, им снова хотелось любоваться. Подростковая угловатость сменилась идеальным сочетанием элегантности и мужественности, от него так и веяло спокойствием и уверенностью. Тэхён, казалось, изучал Чонгука с не меньшим интересом. Наверное, сейчас он уже совсем не похож на того парня «номер один» — звание, которое Чонгук носил в университете. Он превратился в обычного офисного клерка, с потухшим взглядом и усталостью на пять лет вперёд. Не дав паузе затянуться ещё больше, а мыслям уйти в ещё более глубокие депрессивные дебри, Чонгук ответил: — Поехали.***
— Твой попутчик точно не будет против? — уже не в первый раз уточнил Чонгук. Они шли вместе с Тэхёном от заправки к ночной стоянке, спрятавшись под одним большим зонтом. Ощущалось это в крайней степени неловко. — Не думаю, да и если что, я его уговорю, — Тэхён усмехнулся и весело подмигнул, — уж точно не дам тебе тут одному «погибать». Попутчиком оказался мужчина средних лет, невысокого роста и крепкого телосложения. На его лице отражался не очень-то дружелюбный настрой, даже какой-то скептический. — Это и есть «мокрый щенок, которого срочно надо спасти»? — водитель выгнул бровь и вопросительно оглядел Чонгука. Тэхён рассмеялся. — Зрите в корень, Хансоль-ним. Этот «щеночек» должен поехать с нами. Вы не против? Чонгука смутило то, как они обсуждают его, да ещё и называют «щеночком». Неужели Тэхён использовал это как предлог, чтобы остановиться? Впрочем, это было бы очень в его духе. — Да, а чего нет? Ему с тобой по пути или мне дальше куда отвезти? — Нам в одно место, — не выдержав, наконец-то вступил в диалог Чонгук. Он протянул водителю руку, — Чон Чонгук. — О, приятно познакомиться, Мин Хансоль. — Кажется, водитель немного смягчился и теперь не смотрел на промокшего парня с подозрением. Странное знакомство завершилось, и Хансоль махнул рукой в сторону. — Загружайтесь пока, а я покурю и поедем. Оказалось, что ехать предстояло на старом и довольно ржавом микроавтобусе. Однако внутри салона оказалось достаточно чисто, хотя большая часть сидений и пола были заставлены коробками. Чонгук предположил, что мужчина занимается доставкой или чем-то похожим. «Надеюсь, не криминалом», — невольно пронеслось у него в голове. — Ты не против, если я поеду спереди? — Тэхён заглянул внутрь салона, куда уже успел забраться Чонгук. — Я буду подсказывать Хансоль-ниму, где именно нас нужно будет высадить. — Да, конечно. — «Так даже лучше», — подумал Чонгук, но вслух озвучивать не стал. Наконец-то у него будет время порефлексировать над принятым решением и, если появится связь, то позвонить Минхо и рассказать о планах на ближайшие дни. — Отлично, — Тэхён улыбнулся. — Если что, не стесняйся, говори, если куда-то надо. Ехать нам до места не больше часа, так что, думаю, не успеешь проголодаться. А там, куда мы заселимся, должны подавать отличный ужин. Правда… есть одна проблема. — Какая? — Чонгук немного напрягся. — Денег дам столько, сколько потребуется. — Нет-нет, дело не в деньгах. Проблема как в тех самых дурацких романах: я, естественно, заказывал себе один номер, а отель маленький, можно сказать камерный, поэтому я не уверен, что будут свободные номера. — А это, — Чонгук усмехнулся, вспоминая те самые пресловутые эпизоды из сериалов и книг. — Обычно в таких сценах у героев одна кровать на двоих, обязательно маленькая и тесная, и разместиться иначе просто «не получается». — Ну, там как минимум есть ещё и диван. Но если ты настроен решительно, — Тэхён кокетливо прикусил губу, после чего рассмеялся и закрыл дверь в салон, через мгновение садясь вперёд. Почти сразу к нему присоединился и Хансоль, машина приятно заурчала, и они наконец отправились в путь. Чонгук удобно расположился на свободном от коробок кресле у окна и какое-то время бессмысленно разглядывал сменяющийся пейзаж. Внутри себя Чонгук пытался переварить всё, что произошло за этот вечер. Раньше такие «приключения» не вызвали бы в нём каких-то душевных терзаний. Он согласился бы на приглашение Тэхёна без колебаний, хотя, скорее всего, и вовсе давно бы уже мчался в случайном направлении с другими попутчиками. Но теперь он был готов разреветься как ребенок из-за того, что всё пошло не по плану. М-да, наверное, для того же Тэхёна сейчас Чонгук выглядел жалко. Раньше Чонгук был другим, и он всё чаще и чаще начал задумываться об этом. В университете энергия била ключом: Чонгук участвовал в разных соревнованиях, выездах, почти в любых предлагаемых активностях. Ему нравилось находиться в гуще событий, он как будто боялся упустить эту жизнь, что время, как песок, утечёт сквозь пальцы, а он так и не поймёт и не узнает ничего. И к чему он в итоге пришёл? К сидячей работе в офисе с пресловутым графиком 5/2. Его развлечениями на выходные стали поездки за продуктами в большой торговый центр, просмотр фильмов с Минхо по вечерам за бутылкой пива да тренажёрный зал. И в целом, эта жизнь долгое время не казалась ему «не такой». Она была обычной, среднестатистической и понятной, она была предсказуемой. Но если так подумать — безумно скучной и серой. Чонгук тяжело вздохнул, погружённый в свои мысли. В конце концов, он сделал то, чего боялся больше всего — упустил эту жизнь. Спустя минут двадцать связь наконец-то появилась, и он позвонил другу. — Я встретил на заправке старого знакомого, — Чонгук проверил, не подслушивают ли его. Увидев, что Тэхён увлечённо болтает с Хансолем, и их голоса слышны приглушённо, расслабился и заговорил как обычно. — Он по счастливой случайности тоже отправился в путешествие автостопом и предложил к нему присоединиться. — Знакомый-то надёжный? — вопрос прозвучал с тенью иронии, намекая на ситуацию, случившуюся пару часов назад. — Да, мы учились вместе, он мой одногруппник. — Даже так? Прикольно. Ну ты хоть периодически звони, я же беспокоюсь. — Хорошо, мам, не переживай, — Минхо на том конце цыкнул, и Чонгук прямо видел, как друг недовольно закатил глаза. — На связи. Чонгук спрятал телефон в рюкзак, глубоко вдохнул и резко выдохнул. Он должен собраться и перестать размазывать сопли, как маленький ребёнок. Ему действительно пора вспомнить, что такое жизнь. Чонгук продолжил разглядывать пейзаж за окном до самого пункта назначения, постепенно отпуская все тревоги. Всё потом. Сейчас есть только он и дорога.***
— Приехали! — торжественно заявил Тэхён, открывая тяжёлую дверь микроавтобуса. — Дальше мы сами. Чонгук схватил с соседнего сиденья рюкзак. — Большое спасибо, что взяли с собой, — приблизившись к передним сидениям, поблагодарил Чонгук. — Не за что. — Водитель кивнул и едва заметно улыбнулся. — Берегите себя и хороших вам попутчиков. Чонгук выскочил из микроавтобуса, и Тэхён громко захлопнул за ним дверь. Чонгук увидел, что у того за спиной вместительный рюкзак, а в руке большая дорожная сумка. Похоже, Тэхён совсем не на пару дней собрался в путешествие. — Ну что, готов? — Тэхён широко улыбнулся. Он вообще как-то необычно много улыбался. Раньше Чонгуку казалось, что Тэхён совсем не умеет этого делать, но сейчас всё изменилось: он улыбался свободно, не стесняясь показать свои эмоции этому миру. От этого зрелища внутри ворочалось приятное волнение. Хотя, возможно, Чонгук преувеличивает: в конце концов, прошло много времени с их последней встречи, да и все последние события дали странный напряжённо-тревожный клубок эмоций. Чонгук мотнул головой, пытаясь выкинуть ненужные мысли из головы. Покопаться в себе он ещё успеет. — Показывай наше пристанище.