А что выберешь ты?

Хёнджин ошарашенно смотрит на меня, берёт за руку и немного отводит в сторону, на пару шагов. — Ева... Успокойся, прошу. Ты же сама знала, какой он образ жизни вёл. Не принимай близко к сердцу, он же её отшил. Ты же ему доверяешь? Если бы он только посмел тебя разок обидеть, он бы тут же в морду получил от меня. А сейчас я тебе говорю, что зря переживаешь. Это местная шлюха, с ней все уже были. И я в том числе. Давай уберу её с твоих глаз? Не плачь, солнышко... — он сочувственно смотрит на меня и берёт за одну ладонь, хоть мне и показалось, что изначально он хотел вытереть солёную дорожку на моем лице своим большим пальцем, — Минхо сейчас не такой, как раньше. Я сказал ему, если хочет быть с тобой, одна оплошность с его стороны, и он может о тебе забыть. Мной немного потряхивает, но такие слова помогают мне немного придти в себя и опомниться. — Да... Да, ты прав. Спасибо, — слёзы понемногу стихают, а я с благодарностью смотрю на брата. Через пару минут к нам подходит Минхо и хватает меня за руку, над локтем. Поворачивая голову к нему, вижу, как та девушка с гримасой недовольства и, возможно, разочарования, удаляется вглубь зала. — Куда ты собралась? Ты никуда не поедешь. — Отстань. — его злость постепенно переместилась на меня и это мне категорически не понравилось. — Я слышал, о чём вы тут "шептались", — он иронично кривляет последнее слово, — очень домой хочешь? Ну так поедешь. Но не с Хёнджином, а со мной. И не в свой, а ко мне. — его тон очень твёрд и я даже не могу возмущаться. Он говорит брату, что мы уезжаем, а я пытаюсь задержаться от такого напора своего обезумевшего парня и хватаюсь за рукав Хёнджина. — Пожалуйста, скажи Рэйчел и Феликсу, что мы уехали. На мою просьбу он кивает, а Минхо настойчиво выводит меня из помещения. — Зря я тебя вообще сюда привёз, — бросает он, когда мы садимся в машину. Заводит мотор и мы отъезжаем. За окном мелькают ночные виды, а я стараюсь не смотреть в сторону водителя. — Ты прекрасно знала, с кем начала отношения, — нервно выпаливает он, явно раздраженный от такой напряжённой обстановки. Мой разум слегка затуманен, но я не сдаюсь и борюсь с алкоголем во мне, хоть это и не совсем удачно у меня получается. — Да. Знала... Но... Я не знаю, что на меня нашло. Просто обидно стало. — Из-за чего? Что какая-то дура не отдаёт себе отчёт в том, что делает? Я даже её имени не помню! — его голова поворачивается ко мне, — да что там... Я внешне даже слабо вспоминаю. Я молчу, боясь всё испортить ещё больше. Но вскоре беру себя в руки. — Я... Минхо, я понимаю. Было глупо с моей стороны... Такая моя реакция. Прости... Просто... Тебе же всё равно намного хуже, чем мне. Ты был с теми, кто тебе никто. А я... Ты всегда наблюдаешь, как возле меня крутятся те парни, с которыми я позволила себе переспать, и которые дороги мне... — одинокая слеза катиться по моей щеке, — тебе намного тяжелее. Но... Наверное, мне досадно и не понятно, почему ты вёл такой образ жизни... — Не понятно? А что там понимать? Я давно не мальчик, а удовлетворять свои потребности мне с кем-то нужно было. Да и я очень часто был вне себя. И... Отыгрывался на этих... Боже, Ева... Они сами выбрали свою судьбу! Добровольно туда приходили! И всё ради одной цели, как и парни, вроде меня. Их задача была в одном. Так что выполнив, я тут же забывал о них. Я безумное количество раз даже не помнил, что у меня был секс. Я просто был жутко пьян. И твои переживания не понятны. — Как твоей девушке, мне, наверное, страшно, что ты однажды начнёшь думать об одной из них. О том, что с какой-то тебе было лучше. Будешь вспоминать лицо, тело, самого человека... Знаю, говорю, возможно, чушь, но... Ты должен меня понять. Тебя я стараюсь принять. И давно приняла! — я поворачиваюсь к нему с красными глазами, — мне всё равно, со сколькими ты был, хоть мне и больно думать об этом. Просто я понимаю, что тебе есть с кем сравнить. И полагаю, я не самая лучшая из тех, что были. — Ты только по сексу судишь? А ты не думала, почему я вообще с тобой, а не с одной из тех шлюх? Ты думаешь мне проститутка нужна?! Если насчёт секса, Ева, мне он не был приятен с теми особами. Я тебе уже говорил, что делать это с тем, кого любишь, вот оно удовольствие. А на тех я просто сгонял злость, снимал напряжение, пар и так далее. Просто способ удовлетворить свои потребности. Всё. — ещё раз повторяет он, задерживаясь на каждом слове, выделяя, чтобы до меня дошло. — Я тебя выбрал, как человека, который важен мне. Я не по сексу тебя выбирал! Что в твоей голове вообще... Ты в любых аспектах лучше всех их разом взятых. И ты права, это я ещё должен волноваться, а не ты. Ты была не с кем попало. Это я должен переживать, что в любой момент ты решишь, что я хуже того самого Хёнджина и уйдешь! — Как будто я не могу тебе надоесть и ты придёшь к выводу, что отношения требуют очень многого. — Боже, Ева, как же ты меня достала... — вздыхает он обессиленно, — ты больше не будешь пить. Уже второй раз в жизни у тебя плохие истории с алкоголем. Ты будешь помнить завтра о том, что мы сейчас обсуждаем? — Да. — Отлично. Ну так вот. Сотри из своего мозга информацию о том, что я спал чуть ли не со всеми подряд в клубах. Они ничего не значат. Да и я был одинок! В чём проблема? Ты тоже не отставала. Но я давно переубедил себя в том, что ни о каком Хёнджине и Феликсе и речи идти не может. Первый твой брат. Ты сама сказала, что будущего нет. Второй имеет девушку. Так почему я сам над собой работал и успокаивал, а ты так не можешь? Мне нужно лично тебе пояснять? — я смотрю прямо и даже не гляжу на него, — Молчишь? Так вот давай на этом закончим. Я очень зол сейчас. Хотя... Нет. Ещё не всё сказал... Что тебя сподвигло проситься домой? Что я сделал? Да. Не отрицаю. Эта клуша сама подбежала. Чуть ли не вешалась на меня. Я сделал всё, что в моих силах, чтобы побыстрее её отогнать. В то время, как я практически побледнел и оторопел от страха, что она сейчас всё испортит, что все мои старания по поводу тебя были напрасны, ты же в свою очередь обиделась! Это не справедливо. Я честно испугался, что я пытаюсь сделать наши отношения максимально нормальными, лучше, чем у остальных, а тут эта дура могла в миг всё погубить. И ей это почти удалось! Я так и знал, что ты именно так отреагируешь. Я её был готов разорвать. За то, что так бесцеремонно подбежала к нам, когда видела, что я не один, и что я с девушкой, достаточно прилично выглядевшей. Сразу было логично, кто ты мне, но, похоже, не для её мозга. За то, что она посмела так неподобающе обратиться ко мне... Какого труда мне стоило, как можно скорее, ей донести, что она зря прискакала, и потом успеть остановить тебя. Что ты хотела? — Уехать домой. — Зачем? — Я знала, что очень пьяна... Я и сама не до конца поняла свою реакцию. Решила, что проспаться и на трезвый рассудок спросить тебя обо всём было лучшей идеей. — А в итоге ты ещё больше распалила меня. — он тяжело выдыхает, — через минуту будем дома. Мы всё решили? Мм? — смотрит на меня. — Да... — Да? Больше не будешь фигнёй страдать и думать о ерунде? — Не буду. — Слава Богу. Оказавшись у его дома, он помогает мне вылезти из автомобиля и ведёт меня наверх. Подниматься по ступенькам на третий этаж очень трудно, но эти мучения в мгновение ока прекращаются и мы наконец-то заходим в его квартиру. Он сам снимает с меня обувь, потому что когда я наклоняюсь, то начинаю падать. — Иди в комнату и собирайся в душ. Хочу, чтобы ты поскорее легла спать и была уже на утро адекватной, как обычно. Я слушаюсь, пока Минхо пошёл на кухню. Сажусь на кровать. Хочется вот так и уснуть. Сил на принятие душа совсем нет. Через пять минут он заходит. — Ты ещё здесь? Тебе что, помочь? — Минхо, — я поднимаюсь и медленно направляюсь к нему, — я хочу извиниться... Перед тобой, — язык заплетается, но мне кажется, что я вполне трезва. Спускаюсь на колени, но он закатывает глаза и берёт меня под подмышки, недовольно поднимая назад. — Ты пьяна. И всем нужно в душ и спать. Пошли, — он берёт меня под руку и ведёт в сторону ванны. Нервно и резкими движениями снимает с меня одежду, пока я стою как вкопанная. — Просто не беси меня ещё больше и быстро мойся. Минхо помогает мне забраться в ванную, задёргивает шторку и выходит. Минут десять пробарахтавшись, выбираюсь и обнаруживаю на стиральной машинке чистую ночную одежду и прокладки. "Когда он успел принести? Я даже не слышала, как он вошёл. Даже нашёл в моей сумочке спрятанные мягкие квадратики от протекания." Вытеревшись и одевшись, выхожу. Ложусь на уже расстеленную кровать. Минхо подходит, покачивает головой и нормально укрывает меня одеялом, после уходит и сам мыться. Уснуть не получается, даже учитывая моё состояние. А раньше я думала, что пьяные люди мгновенно проваливаются в сон. Дождавшись из ванной Минхо, он подходит к кровати, забирается под одеяло и грубо притягивает меня к себе. Он всё ещё злится. Но как только он пришёл, мне сразу же удаётся упасть в беспамятство.

***

Через свой же сон слышу, как я хнычу и мычу, скрючившись от боли. У меня сильный озноб. Мне очень-очень холодно. Но уставшее тело пытается сделать так, чтобы я и дальше лежала и не вставала. Чувствую чьи-то руки на своем лбу. Минхо, похоже, тоже проснулся. — Ева... — хриплым и полусонным голосом зовёт меня, — Ева, ты спишь? Я отрицательно мычу. — Что с тобой? Я приоткрываю глаза. — Не знаю. Он цокает и кровать немного переваливается. Вероятно он потянулся к прикроватной тумбе. — Половина шестого утра. — говорит он и поднимается. Подходит ко мне и садится на корточки перед моим лицом, — тебе плохо? — Очень живот болит. — От месячных или... — Нет. Это точно нет. Он медленно закрывает глаза. — Поднимайся. Выбравшись из под одеяла, мне стало ещё холоднее и я сгорбилась, согнувшись немного в спине. Сажусь на край постели. — Тебя тошнит? — Сама не пойму. Вроде — да, а вроде и нет. Но... В желудке такое чувство, будто он хочет избавиться от всего содержащегося в нем. — У меня закончился активированный уголь. Подождёшь меня, пока я сбегаю в аптеку? — А куда я денусь? — У мамы где-то был тазик. Сейчас принесу тебе, чтобы ты не стояла на коленях всё это время в ванной перед унитазом. Я киваю и он через минуту приносит мне небольшую круглую пластмассовую синюю ёмкость для стирки. — Сиди здесь. Я быстро. Аптека тут недалеко. Возьму тебе ещё какие-то успокаивающие порошки для кишечника и таблетки, на всякий случай. Лишними не будут. Минхо буквально за минуты две оделся и выбежал из квартиры. Я сижу и чувствую, как скручивает живот. Очень больно. Я, схватив тазик, бегу в ванную и закрываюсь. Как хорошо, что Минхо именно в этот момент ушёл. Расстройство желудка. Ужасная штука. Через какое-то время в дверь стучат. — У тебя там всё нормально? — Да! Ты купил? — Угу. — Подожди несколько минут, пожалуйста! — Хорошо. Я пойду на кухню пока. Позовешь. Справившись со своей проблемой, открываю дверь. — Минхо! — Иду! Он приходит со стаканом в руках. — Выпей. — Ненавижу рвоту. — Другого выхода нет. Долго ждать не пришлось и я бегу к унитазу, вцепившись в него пальцами. Тело начинает бить дрожь. Из глаз хлещут слезы. А желудок не прекращает сжиматься, выталкивая из меня всю гадость. На минуту мне удается это всё прекратить. — Боже, как больно, — я плачу, держась за живот. Минхо, стоявший всё это время позади, подходит и садится возле меня боком, на одно бедро, уперевшись одной ладонью в пол. — Потерпи. Теперь ты точно пить не будешь. Ты отравилась от такого количества разных видов вин. — Ну а почему же с тобой тогда всё хорошо? Он хмыкает. — Так мой организм уже натренирован и подготовлен к такому. Я не новичок. Хотела ему ответить, но к горлу снова подступает всё лишнее. Мои руки трясутся и я сильно сжимаю край белого сидения. Минхо берёт одну мою ладонь, чтобы я стискивала её. Мне и вправду это помогает. Становиться спокойнее и легче от его прикосновения. Дождавшись, когда моё тело немного успокоится, просидев ещё пять минут на полу, мы поднимаемся. — Я пока умоюсь. — вымученно отвечаю. — Хорошо.

***

Хоть нам и удалось удалить из меня всю "отраву", спустя пол часа я сижу на кухонном диванчике, полусогнутая. Минхо сидит возле меня, потирая мои плечи. — Ты есть хочешь? — Очень хочу, но... Не могу. — Может хоть чай? — Не могу, — я плачу, держась за живот. — знаешь... Вот в такие моменты, когда мне так больно физически, я думаю, а что же будет при беременности, при родах... Мне очень страшно... Ты же знал, что роды занимают второе место, после сжигания заживо? — выдержав маленькую паузу я продолжаю: — я не выдержу... Минхо, опустив голову, не знает, что мне ответить. — Но... — снова подаю голос, — я бы очень хотела. И я всегда в надежде, что для меня всё пройдёт не так болезненно. — Во всяком случае, я всегда буду рядом. И сейчас... Я, конечно, не знаю, чем тебе помочь, но... Должно же скоро пройти... Ты можешь только в таком положении сидеть? — Угу. Если я выровняюсь, мне становиться хуже. Но... Я чувствую, что уже немного легче стало. — Может мне пойти что-то купить тебе? Что ты хочешь съесть? — Ничего не нужно. Правда, — я беру его ладонь в свою, — вчера после наших гостей осталось очень много всего. — Но это не нормальная пища. Сейчас необходимо успокоить твой желудок. Может мне приготовить что-нибудь? — Но я ничего не хочу такого... — Давай я сварю рисовую кашу... Или куриный бульон... Пока что давай попробуем чай хотя бы попить? — Давай. Он удовлетворённо улыбается и идёт к чайнику.

***

— Ну как? Минхо сидит передо мной за столом и пытается прочитать мои мысли по эмоциям лица. — Очень вкусно. Правда. Но... Я не могу съесть больше двух ложек, — отодвигаю супчик немного от себя, — с чаем пока могу только. — У меня где-то были сухарики. Мама их любит и часто покупает. Он открывает все шкафчики и демонстрирует свою находку, крутя радостно в руках. — Я же говорил. Он снова ставит передо мной недопитый чай и найденную пачку. — Может тебе окно открыть? Немного свежего воздуха впустим. Или тебе всё ещё холодно? — Уже нет озноба. Открывай. — На пять минуточек всего. — Так хочется спать. — Может ты ляжешь? — В лежачем положении хуже всего. Будто всё снова поднимается к горлу, хоть уже и нечему. Прости. — За что? — Ты тоже не выспался со мной. Точнее: из-за меня. — Перестань. Это и моя вина. Я должен был предугадать, что с тобой будет, после той игры. А я не подумал... — Ты и не должен был. Мне и самой нужно было додуматься. — За что мне такое счастье, что я уже второй раз тебя в таком состоянии застаю? — Ахах, заметь, только ты один и видел меня в таком виде. — Ахах, говорю же, прям везунчик. Тебе... Смеяться не больно? — Нормально.

***

Спустя несколько часов я смогла покушать и доесть, приготовленный Минхо, бульон. На часах полдень. Я мучилась очень долго. И не только я одна. Хо старался сделать для меня всё, чтобы унять мою боль и отвлечь от неё. — Знаешь, с тобой и беременеть не страшно, — я смеюсь. — Ахах, почему? — Ну... Ты бегал вокруг меня пол дня. А так как беременным отказывать нельзя... То я уже подумываю ускорить этот процесс, чтобы ты выполнял все мои поручения и просьбы. Чтобы исполнял все мои желания, — вновь смеюсь. — Ахах, даже так. Я и в обычное время стараюсь делать для тебя всё. — А я... Я хоть немного радую тебя? А то... Будто я и не делаю ничего особенного. — Мне даже только твоего присутствия достаточно. А так — да. Ты всегда меня успокаиваешь. И не смотря на вчерашние твои пьяные действия, я все равно не злюсь. — Ты был зол вчера. — констатирую факт. — Но не на тебя. Меня выбесил кое-кто другой. А ты потом просто под руку попалась. Вот я и сорвался на крик. — Я больше так не буду. Он смеётся. — Ты как ребёнок сейчас выглядишь. Всё нормально. Зато мы сказали то, что хотели. Ты же всё помнишь? — Да. — Мы всё разъяснили? — Угу. — Прекрасно. Что ты хочешь? Посмотреть что-то или... — Да. Я бы легла. — Спать? — Нет. Сон уже улетучился. Посмотрим шестую серию? — Ахах, хорошо. Он ещё раз окидывает взглядом стол и радуется, что я смогла поесть. Во время просмотра Дори крутилась всё время возле меня и обеспокоенно мурлыкала. Возможно, она почувствовала все мои сегодняшние страдания. Поэтому она улеглась мне на живот, свернувшись маленьким клубочком.

***

На следующее утро мы решили прогуляться и дать мне подышать свежим воздухом нормально. Мы не дурачились, не играли в снежки, не лепили снеговика, просто спокойно и мирно осматривали окрестности. Когда мы оба замерзли, решили вернуться. Минхо разрешил мне есть уже всё остальное. Таким образом, принесенное ребятами, помаленьку доедалось нами. В этот день даже готовить ничего не пришлось.

***

— Послушай, я хочу сходить домой. — Зачем? — Минхо лежит на кровати и непонимающе смотрит на меня, стоящую у входа в комнату. — Кое-что забрать нужно... Я... Забыла кое-что. — мои глаза неуверенно бегают. — Что-о-о? — протягивает он, пытаясь выудить информацию. — Да какая разница. Просто нужно. Я быстро. Туда и назад. — Может я лучше отвезу тебя? — Не-ет, не нужно. Я хочу пройтись. — Меня это даже пугает немного. С тобой всё нормально? — Угу. — У тебя странный тон. Ты будто задумала что-то. — Ахах, да не-ет. Я потом всё равно покажу тебе. — Ну хорошо. Только не задерживайся. Скоро стемнеет. Зима же на дворе. — Спасибо. Я улыбаюсь, накидываю верхнюю одежду и выбегаю из квартиры. Понаблюдав в эти дни за Минхо, за его заботой, за тем, настолько он любит и дорожит мной, я решила всё таки его порадовать. Собираясь к нему, я не решилась взять с собой хоть один комплект белья, приобретённого вместе с Рэйчел. Но теперь я более, чем уверена. Не напрасно же покупала. Нужно применить. Месячные вот-вот закончатся. Они будто почувствовали, что сейчас для них не лучшее время и нужно поскорее уходить. На часах почти шесть вечера. Из-за снега ещё светло и всё видно. Дойдя до дома, бесшумно открываю дверь. Начинаю разуваться. — А! — я тут же вздрагиваю от испуга. Сердце пропускает один встревоженный удар. "Что это был за вскрик? А точнее, чей?" Тихо поднимаюсь наверх и когда дохожу до комнаты Хёнджина вижу, как он с какой-то девушкой занимаются сексом. Всего пара секунд моих расширенных глаз у проема двери и он поворачивает голову в мою сторону. Я, испугавшись, резко отпрянула и спряталась в сторону, быстро направляясь в свою комнату. Взяла всё, что мне нужно было, сгребя все комплекты в охапку, не имея сейчас возможности нормально думать, какой мне выбрать. Не смотря в сторону приоткрытой двери его комнаты, отвернув голову в противоположную, на носочках медленно прохожу её, чтобы не мелькнуть резко. Девушка размеренно стонет, в то время как Хёнджин хрипит над ней. Спустившись вниз, выхожу из дома. Как я поняла, никого сегодня нет. Скорее всего, вся семья поехала куда-то. Они же собирались по полной праздновать. Полагаю, Хёнджин воспользовался такой, удачно подвернувшейся, возможностью.

***

Всю дорогу у меня прям сердце было не на месте. Мне жутко неловко, ещё и от того, что меня заметили. Я же даже не ожидала подобного. Захожу в квартиру Минхо всё ещё ошарашенная. Он встречает меня на кухне и мгновенно замечает моё странное выражение лица. — Ты что, от собак убегала? — А? — Спрашиваю, что случилось? — Да... Ничего... Он выгибает одну бровь. — Так я и поверил... Что в пакете? Он делает шаг навстречу, а я прячу руки за спину. — Нет, прошу. Это сюрприз. Я не хочу, чтобы ты раньше времени увидел. — Ого. Неожиданно. Ну ладно, не трогаю. Ты же обещала показать. — Но не сегодня. — Как скажешь. Так что там произошло? Как родители? — Их не было дома. — кладу пакет на диван и иду к чайнику, — ты будешь что-то? — Да. Сделай то же, что и ты хочешь. Киваю, всё ещё находясь немного в отрешённом состоянии. — Да что там случилось-то такое, а? Расскажешь мне уже наконец? Поставив чайник и засыпав в кружки листики, поворачиваюсь к нему и упираюсь поясницей и двумя ладонями в столешницу. — Я просто... Не знаю, стоит ли тебе говорить. Это же личное. Не обо мне, а... В общем... Когда я пришла домой, — Минхо плюхается на диван, — там был Хёнджин. — Вау, вот это новость. Это тебя так удивило? — Ахах, нет конечно. Он был там с девушкой. — И что дальше? — Он с ней... — Трахался, что ли? — он смеётся. — Ты зря ржёшь. Так всё и было. Я сначала испугалась, услышав крик. Поднялась наверх, а у него, как всегда, дверь не заперта. Я всего пару секунд постояла, пока рассмотрела, что там происходит. — Будто трудно догадаться... — Но он увидел меня! Мне так стыдно. — Ага. Стыдно. А то, что он не раз всю ночь за нами подслушивал, то это ничего? То, что ты чуть-чуть видела — ничто, по сравнению с его поступком. Ну ты вспомни! Я никогда не забуду его наглую морду, когда мы выходим из комнаты, а он там весь такой важный, скрестил руки на груди... Бесит каждый раз, как вспоминаю это. — Но ты тогда был такой спокойный... Такое сомообладание. Из него вырывается смешок. — Внутри меня бушевал ураган. — Ого... И ты можешь так скрывать истинные эмоции? — мои глаза восхищённо расширяются. — Ахах, ну не всегда, конечно же. Но в той ситуации не нужно было поджимать хвосты и стоять перед ним, как провинившиеся дети. Кто он такой, чтобы я перед ним оправдывался? — Тут ты прав. Но... Что делать, если он спросит меня? — Что спросит? — Ну о том, что я увидела. — Да не парься. Посмейся с него. — Ха-ха. Крутой совет, ничего не скажешь... — Да всё равно, что он выдаст. Сам виноват. Просто не нужно дома трахаться. — Ам... Это ты сейчас сказал? Что за двуличность такая? — Ахах, ну блин, я же твой парень. А то очевидно, что какая-то швабра. — Минхо-о... — Ну а что? Так и есть. Я ему уже какой год говорил не водить к себе в постель кого попало. Он же в своё время стольких девушек школы перет... Переспал, в общем. Иногда мне кажется, что твои нежные ушки не выдержат столько грубых слов. — Угу... Тебя это никогда не останавливало... — Ахах, ну то в порывах страсти. Я смеюсь с него и ставлю перед ним две кружки и сладости ребят, которые мы ещё будем очень долго доедать.

***

— Ну что, понравилось представление? — своим голосом останавливает меня Хёнджин, когда я только, как две минуты назад, зашла в свою комнату. Родители попросили нас, как нормальных детей, не разгуливать кто где, а хотя бы на ещё один денёк посидеть всем вместе. Мама же просила, чтобы я хоть изредка заглядывала к ним. Минхо где-то внизу. На кухне. Общается с родителями, пока я хотела сходить к себе в ванную. — Ты знала, что подсматривать не хорошо? — Я пришла в свой дом, вообще-то. Это ты водишь там всяких... — Не забывай, что ты тоже спала в своей комнате с кем хотела, — он закрывает мою дверь, чтобы нас никто не услышал. — Но не абы с кем же! Он мой парень. — А это моя девушка! Из меня вырывается неконтролируемый смешок. Безумно неудобно, но я не смогла сдержаться. — Ч-что, девушка? — я лыблюсь, как ненормальная. Мне очень смешно, — прости, конечно, но я не верю. — А мне плевать, веришь ты и ли нет. Мне с парнем быть что ли? — Вот как раз в том, что ты встречаешься с парнем, я бы быстрее поверила, чем в то, что ты нашел девушку. — Очень смешно. Но это так. Снова смешок, и в этот раз я его подавила и он вышел не таким громким и бестактным. — Кхм-кхм, — прокашлявшись и успокоившись, стараюсь сделать серьёзный вид. — Ну и как долго вы с ней? Ты хоть её имя-я помнишь? — Не перестаешь издеваться... Недавно. Моника. — М-м-м, не верю, что ты влюбился. Хотя... Если нравится, то вполне вероятно. Но учти, мы не через силу заставляли тебя вступить в отношения, если что. Да и... Почему же её сейчас нет с нами? Почему ты её не пригласил? — А ты не слышишь, что я говорю? Мы совсем недавно вместе. Это как-то глупо приводить и знакомить её сразу на семейном празднике. — У-у-у, типо пока не убедишься, что у вас серьезно всё? — Почему ты улыбаешься? Ты меня нервируешь. — Тс-с, это не я тебя нервирую, а ты сам себя. Вешаешь мне лапшу на уши, вот и нервничаешь. — Какой мне смысл обманывать? — Не знаю... Тебе видней. — Боже, как же ты меня раздражаешь. — Так чего ты пришёл? — Упрекнуть в том, что не стоило подсматривать. — Сказал тот, кто всю ночь слушал мои с Минхо стоны, чтобы на утро выпереться и застать нас типо врасплох. Дверь в комнату отворяется. Показывается голова тети. — Ну вы идете? Что вы тут встали? Все только вас и ждут. — Да. Уже идём, — отвечаю я тётушке и обратно поворачиваю голову, обращаясь уже к брату, — всё, вали из моей комнаты. Я сейчас спущусь.

***

Проведя вечер в семейном кругу, мы с Минхо направились обратно к нему. Мама была рада, что мы соизволили явиться и выбрались из своей берлоги. Едя в машине, решаю рассказать то, что узнала сегодня. — А у Хёнджина девушка есть, представляешь? Из него точно так же, как и из меня тогда, вырывается смешок. — Что ты несёшь? Что за бред? — Нет, он говорит, что это правда. — Мне как-то слабо верится. — Я ему то же сказала. Это так неправдоподобно звучит, если честно. — И сколько он с ней вместе? Полагаю... День? — он начинает ржать. Я подхватываю его задор. — Конечно, неловко, что я сейчас тоже смеюсь. Потому что, а вдруг это правда, а мы так заденем его чувства. Может попросим как-то познакомить её с нами? — Если честно, мне сейчас это не так интересно, как ты... Как заняться тобой. — он хищно смотрит на меня искоса. — Что? — я поворачиваю к нему голову. Его руки на руле, а на лице лёгкая ухмылка, — а сейчас не поняла. — У тебя же закончились месячные. А ты говорила, что пять днищ будем ждать. — Ахах, пять днищ? Ну а вообще, я говорила, что до пяти дней. Да и откуда ты знаешь, что они у меня сегодня, в принципе, закончились? Он молчит и не отвечает. — Эй! Скажи мне, — я толкаю его в плечо. — не рылся же ты в мусорке, ахах. — Конечно нет. Просто догадки. — А если я скажу, что сегодня ещё нет, а только завтра сможем? — Тогда я сдохну прямо сейчас. Я уже обнадёжился. — А зря. — Ну нет, Ева. Не ври. — Я не вру. "Вру конечно же. Я ведь планировала неожиданно ему эту новость преподнести, а он такой хитрый, что и сам догадался." — Нет, правда. Ты прав, они почти закончились. Но чтобы наверняка, сможем только завтра. Он закатывает глаза и из его носа исходит такой звук, будто он бык. — Ахах, ну ещё один день и всё. — Так долго терпеть это многих сил стоит. — Перетерпишь. "Поверил. Фух. Ну а что он чуть всё мне не испортил."

***

— Иди первый. — Я обычно тебя всегда пропускаю первой в душ. — Я хочу полежать. Меня эти посиделки дома уморили. Минхо явно что-то подозревает и недоверчиво смотрит на меня. — Ну как хочешь, — медленно протягивает он. "Только бы он ничего не почувствовал. Я же вроде уверенно сейчас вру... Или нет? Ой, да плевать." В душе он был достаточно долго, что меня удивило. Он выходит из ванной, а вместе с ним и клубы пара. — Ого! Ты что там, парился? Что так долго? — Ну ты же хотела полежать. Дал тебе больше времени расслабиться. — Я бы хотела понежиться в постели чистой. Больше первым ты не пойдешь в душ. Пока он мылся, я спрятала черный комплект с ремнями между огромной ночнушкой, чтобы пронести незаметно. Так хочется сюрприз сделать, а не спалиться заранее. Провела время внутри небольшой комнаты я не меньше. Я очень хотела порадовать своего кота, поэтому готовила всё своего тело. Удалив ненужные волосы, помыв голову приятным освежающим шампунем и кокосовыми маслами и гелями для тела, ведь Минхо любит этот запах на мне, тщательно вытираюсь, сушу волосы, якобы перед сном, чтобы не ложиться с мокрыми, и надеваю то самое нижнее белье. Выбрала я именно чёрное с ремнями, так как даже сама Рэйчел заверила, что оно точно Минхо понравиться, в связи с его предпочтениями. Прям под него делалось. Сидит на мне идеально, что удивительно, ведь раньше я не очень-то и любила оголять своё тело. Но сейчас даже я в восторге. А если даже я довольна, тогда всё и вправду на высшем уровне. "Бедный котик терпел четыре дня и четыре ночи. Хотя до этого было плюс несколько недель. Аж жалко его." Низ живота приятно волнуется, и я начинаю думать, лишь бы он там уже не уснул, а то всё зря тогда. Хотя вряд ли. Да и мне кажется, что он уже и так понял, почему я так долго. Но самое главное было, чтобы он раньше времени не набросился на меня, чтобы я смогла предстать перед ним в таком виде. Он же не знает про наши покупки с Рэйч. Они мучительно долго ждали своего часа и вот первый, который я настроилась "опробовать". Надев тоненький черный халатик, который едва ли прикрывает мою попу, взволнованно открываю дверь. Выглядываю, а Минхо лежит на спине и едва заметно ухмыляется, глядя на меня, явно в предвкушении. "Так и знала." — Ну ты выйдешь уже наконец? — Не знаю... — решаю подразнить его всего капельку. Выключаю свет в ванной и теперь его комнату освещает только ночник на его прикроватной тумбе. Полностью открываю дверь и плечом упираюсь в проход. Руками держу халат закрытым, хоть на ногах уже и так видно ремни. Но всю картину-то он ещё не созерцал. Замечаю, как его грудь безумно часто вздымается вверх. Он лежит только в одном нижнем белье и всё ещё ждёт моих дальнейших действий. Я размыкаю руки, медленно и немного неуверенно стягиваю халат со своих плечей и он падает на пол, к стопам. — Я, конечно, догадался ещё в машине, почему ты всё начала отрицать. Да и причину твоего долгого пребывания в ванной понял, но... Такого, признаюсь, не ожидал. — Тебе хоть нравится? Он поднимается с кровати и неспеша надвигается на меня, точно как дикий зверь. — Более чем. Ты меня приятно удивила, — шепчет он мне в ухо, положив свои ладони мне на бедра. Носом касается кончика, — неужели ты сама такое выбрала? — Рэйчел сказала, что если ты в порыве страсти его на мне порвешь, то она порвет тебя. Он едва слышно хохочет. — А если я потом куплю тебе такой же, ты меня простишь? — он поднимает свои руки к талии, нежно ведя вдоль тела, едва касаясь своей ладонью. — Может быть, — я осмеливаюсь взглянуть ему прямо в глаза, такие темные и сверкающие. Даже в полумраке комнаты видно, как вспыхивают огоньки в них. Хотя нет. Там не огоньки. Там целое адское пламя. — Пока мой котик был в ванной, я кое-что успел распаковать, — он целует меня в хрящик, продолжая хрипло шептать. — Неужто подарки Хёнджина? В ухо прилетает резкий поток воздуха. Он хмыкнул. — Ты очень долго вынуждала меня ожидать, терпеть и держаться. — Но ты что-то не спешишь сейчас... — Я так долго ждал, что уже боюсь торопиться. Мало ли, всё сорвётся в самый неподходящий момент. — Ты поцелуешь меня уже наконец или нет? — я возмущённо смотрю на него. — Ахах, а ты не меньше изголодалась. Желая прекратить его прелюдии, сама впиваюсь в его губы, обхватив руками его лицо. Он накрывает мои ладони своими и убирает их, поднимая вверх своей одной за мои запястья, пока вторая блуждает по моему телу. Его рука спускается мне на промежность и начинает гладить меня там. Я мычу ему в губы и свожу ноги в коленях, от чего он разводит мне их обратно одним своим коленом и только сильнее сжимает свою ладонь над моей головой. Он отпускает мои руки, но сильнее вжимает всем телом в стену. Целует щёки, скулы, подбородок, шею... Даже его пальцы не очень-то и касаются меня, будто боятся обжечься. Я перемещаю свои ладони ему на грудь и давлю, пытаясь медленно подводить его к кровати. Расстояние не большое, поэтому я сразу же валюсь на него и сама начинаю расцеловывать его лицо. Но, как и ожидалось, он не терпит такого долго, и переворачивает нас, нависая теперь надо мной. Он замирает и рассматривает меня. — Ты очень красивая. Я удовлетворённо и немного смущённо улыбаюсь. — Тебе очень идёт. — Спасибо. — Это тебе спасибо, что так порадовала меня и удивила. Мне и так было всё идеально и устраивало, но сейчас ты невероятно обворожительна и превосходна. Мне не верится, что я обладаю тобой... что ты моя. — Могу то же сказать и о тебе. Его пальцы легонько касаются ремешков на моих ляжках, оттягивают их и резко отпускают, от чего они громко хлопают о мою кожу. Я подавила свой писк. И вот тут-то я замечаю в глазах напротив недобрый взгляд, не предвещающий ничего хорошего.