А что выберешь ты?

В таком темпе и проходила наша последующая череда событий на отдыхе с друзьями: дорога, очередной отель, прогулки, поиск интересных достопримечательностей, уставший вид под конец дня, и так по кругу. Но это весело. И хоть отдых и оказался утомительным, после него ещё нужно дополнительно восполнять силы, но так ярко мне давно не удавалось ощутить своё счастье. Вероятно, надо было просто научиться его разглядеть, как сейчас. Несколько недель прошло с начала нашего отъезда. И перед тем, как попасть в Майами, где мы проведём остаток нашего медового месяца, было принято коллективное решение: остановиться в походном лагере. Не таком, где все ходят большой группой, это нам ни к чему. Чтобы полностью насладиться обществом друг друга и только, вчетвером мы сняли напрокат необходимые снасти, экипировку, оборудование и одну большую палатку, как раз на четыре человека. Всего пару дней хочется побыть в объятиях природы, а дальше двинуться в путь к нашей финальной точке отпуска, к конечному пункту назначения, выстроенным нами. — Ты знала, что в этой реке водится форель? — загружая в машину удочки, Минхо обращается ко мне, пока я неподалёку перекладываю вещи в салоне для того, чтобы освободить немного места. — И что? Хочешь поймать и приготовить на костре, или как? — сразу улавливаю в его тоне нотки восторга от предстоящей рыбалки. — Нам же нужно что-то есть. Но дело не в этом, — справившись в багажнике со своими удочками, подходит ко мне, — помнишь, когда мы были на кемпинге с твоей семьёй, все подметили, какой особый вкус у еды, приготовленной старым способом? Вот я так же хочу, — положив руки мне на бёдра, оглаживает ягодицы, поднимаясь горячими ладонями к талии, — моя слабость... — Хо сказал совсем тихо, можно сказать даже пробубнил себе под нос, но я всё равно расслышала. Развернувшись к нему лицом, натыкаюсь на его устойчивую, как статуя, фигуру и приземляюсь на заднее сиденье. Прежде, чем вымолвить что-то необдуманное, прокручиваю свои мысли в голове. Так хочется сказать, как я обожаю трогать и мять его могучие ляжки, всегда распирает желание на них посидеть. В обычном смысле. Наверное. Они у него как самые сочные куриные ножки, что вечно слюнки текут. Но об этом мы ему всё-таки не поведаем, зазнается ведь. — Я помню, как впервые выдала тебе свои фантазии, — вдруг вспоминается мне ситуация из давнего прошлого. Увидев на лице Минхо недоумение, сразу объясняю: — как только мы начали встречаться, мне было трудно разобраться в своих чувствах к тебе. И, что ещё тяжелее, признать не только себе, а сознаться тебе, как я млею от одного лишь твоего вида. Ты был первым парнем, который вызывал во мне такое непреодолимое желание... — не сумев подобрать подходящих слов, оставляю предложение незаконченным, на вольное воображение Хо. — Ты не о той ситуации с бёдрами? — он вдруг разражается задорным смехом, вспоминая немного иной случай. Однажды я, наверное, выглядела очень глупой, когда пялясь на Минхо, выдала, что хочется впиться зубами в его ноги и растерзать... Да, это было определённо тупо. Тем более, когда нашим странным отношениям было от силы месяц. Чем я только думала... Но, зато теперь есть над чем посмеяться, вспоминая былые времена. Помню, как я удивилась, сказав это вслух, но Хо, как и сейчас, сначала оторопел, а потом как заржал во весь голос. Ну хоть не скучно ему со мной, уже радует. — Что за сыр-бор? — подходя с полными пакетами продуктов в руках, Феликс недоумённо таращится на нас, вздёрнув брови. — Не бери в голову, — быстро подскочив с места, освобождаю салон, чтобы помочь другу загрузить всё в машину. — Мы же не собираемся забредать вглубь гор, так же? Ребят, я просто не выдержу такой жарой тащить всё это ввысь... — печально смотрит на нашу компанию Рэйч, — мы пока дошли от магазина к вам сюда, я уже вся мокрая, — показательно смахнув тыльной стороной ладони пот со лба, охотно верится — все мы чувствуем это палящее солнце на себе. — Не-ет, конечно нет, — мгновенно отвечает Минхо, — река недалеко, так что не придётся. Мы же не ради похода и покорения вершин приехали сюда, — туристический центр, к которому мы добрались, безопасен и нацелен на то, чтобы устраивать здесь кемпинги. Всё предусмотрено как раз для этого. Услышав желанный ответ, Рэйч облегчённо выдохнула и, достав из нашего переносного маленького холодильника кубик льда, протёрла лицо, дабы освежиться и привести себя в чувства от не щадящей всё живое погоды.

***

Ближе к вечеру мы добрались к месту мечты Минхо и обустроили наш временный участок всем необходимым. Автомобили оставили чуть поодаль, спрятав в тени деревьев, чтобы потом железки не перегрелись. — Знаешь, я тут долго думала... — ковыряя палкой обугленные ветви в костре, подруга задумчиво рассматривает землю, пока Минхо увёл Феликса, как оказалось, к озеру, научить ловить рыбу. — Ты выглядишь... Грустной? — заметив странное поникшее настроение Рэйчел, хочется сразу узнать, в чём причина, и успокоить, что бы не тревожило её сердце. — Нет, я... — мечтательно улыбнувшись, она прикусывает губу, — я же старше тебя, — не совсем поняв, к чему эта девушка клонит, морщу лоб, — а ты уже замужем, — чего-чего, а такого разговора я точно не ожидала, тем более от неё, — нет, я всё понимаю, Минхо же старше тебя, а Феликс меня младше, просто... — мне на мгновение показалось, что её глаза блеснули и я, резко поднявшись с маленького раскладного стульчика, ринулась к ней, — нет-нет, всё хорошо, это я от радости, всё нормально, — неловко улыбнувшись, она остановила мои руки, находящиеся в нескольких сантиметрах от её лица. — Точно?.. — сев обратно, наклоняюсь, чтобы получше разглядеть её лицо под светом огня, — ты бы... — боясь, что я могла неправильно истолковать её слова и неверно предположить, отчего она заунывала, всё же продолжаю свою догадку: — хотела бы стать с Феликсом семьёй? — осторожно тихо произношу, будто страшась, что нас услышит кто-то посторонний. Подруга вдруг заливается каким-то истерически тихим хохотом, прикрыв лицо. — Это так глупо, да? — в её глазах отражается вся тревога и томление на сердце. — Рэйч... Но... Почему ты так считаешь? Кто тебе такое сказал? — Раньше я и не задумывалась о таком, но потом Феликс, затем ты с Минхо... Всё это само собой натолкнуло на подобные мысли. Ты же знаешь, у нас никто не гонится за браком, ну, в основном. Сейчас время прогресса и карьер, а я же... Мне кажется, я не создана для этого. Для... — тяжело сглотнув слюну, всё же произносит сквозь ком свои тревоги, — семьи... — наконец сказав то, что её так гложет, с глаз по щеке потекла маленькая мокрая полоска. Пододвинув свой стул впритык к её, я сочувственно перекидываю руку через плечо Рэйчел, приобняв и прижав к себе. Я не люблю тактильность, это правда, мне тяжело даётся такое, ещё и так мягко поддерживать людей, но... Сейчас я ощутила, что не время препираться со своим внутренними барьерами. Рэйч нужно именно это, впервые я так ясно чувствую кого-то, что забыла о себе. — Но ты ведь хочешь этого, — говоря тихо, чтобы не нарушать спокойный тембр, поглаживаю подругу по лопаткам, — почему же ты решила так? Каждый заслуживает того счастья, которого требует его душа. И раз уж ты начала думать о свадьбе... Внутренне ты уже готова. Поэтому не говори таких глупостей. Ты сама решила так, ограничив себя. Наш мозг тормозит нас в любых наших порывах. Но ты ведь такая чудесная и... — повернув её лицо к себе, заглядываю ей в глаза, — ты заслуживаешь этого, усекла? Хочешь, я поглумлюсь над Феликсом, намекнув на... — Нет! Нет, не надо, — молниеносно среагировав, испуганно таращится на меня, схватив за руки, будто я прямо сейчас собиралась пойти осуществить свою затею, — я знаю, что рано или поздно оно придёт само собой в мою жизнь, я не хочу ничего торопить. Я доверяю Феликсу и мне с ним хорошо... А этим можно только всё испортить. Я знаю, что всему своё время. А то, что меня начали беспокоить собственные загоны... Ты права, я просто позволила глупости забраться в голову, — вытерев нос рукой, она натягивает на лицо улыбку, — давай лучше вспомним, как твой отец перебрал и попросил о внуке, а? — Рэйч начинает смеяться сквозь ещё не отхлынувшие слёзы. — Если хочешь, только попроси, и мы снова вернёмся к этому разговору, — накрыв чужую ладонь своей, хочу заверить подругу, что всегда есть кому выслушать все её тревоги. Тем более, что она не до конца рассказала, что её натолкнуло на такие негативные мысли. Дам ей время, она либо успеет сама одуматься или же опять обратится ко мне. А я не прочь её выслушать и поддержать. — Нет, всё правда уже хорошо. Думаю, я, может, давно не плакала. А какое-то определённое скопление эмоций за всё время искало, во что бы такое вылиться. Я не знала, что твой папа такой смешной может быть, — возобновляет предыдущую тему, которую начала и которой явно хочет отвлечься. Но меня же заставляет эта ситуация немного покраснеть...

***

14 февраля. День свадьбы. 20:07. Весь ресторан мы сняли на целые сутки — включая сюда часы подготовки персоналом оформления и обстановки декорациями зала, приготовление всех блюд на кухне до нашего прибытия и прочее, — поэтому в нашем распоряжении много времени и некуда спешить. Собрав на праздник самых близких друзей и родственников у меня закрались сомнения насчёт того, что у нас тихие семейные посиделки... Изначально же мы с Минхо решили, что нет смысла устраивать пышное празднование, ведь мы ещё студенты по факту. Но раз уж этому неугомонному приспичило сделать предложение сейчас, почему бы и нет, если мы пришли к общему соглашению не тратиться. И вроде бы всё шло по плану. Со всем договорились. Вместо пышного свадебного платья, к которому привыкло всё предыдущее поколение наших родителей и бабушек с дедушками, моё больше походило на выпускное, всего лишь украшенное красивыми кристаликами. Как и обещалось, всё не обошлось без помощи Рэйчел и она нашла просто идеальное. Но вместо того, чтобы принимать такой щедрый подарок от неё, я уговорила её всего лишь взять в аренду несчастную вещицу. Потому что зачем оно мне на будущее? Не пригодится ведь больше. Пылиться в шкафу? Нет, извольте. Таким образом и от родственников не было осуждения. Оделась презентабельно? Да. Что ещё нужно? Минхо, естественно, в костюме. Хотя, как мне кажется, на важных мероприятиях мужчины всегда похожи, ничего, в принципе, интересного, чтобы пообсуждать, и выделяющегося, кроме самого человека, который надевает тот или иной наряд. И как бы мне не хотелось избежать суеты и бурных эмоций от предстоящего замужества... Не получилось. Изначально планировалось сделать всё скромно. Но после всего нам пришлось с Минхо только посмеяться и понять, что теперь-то не надо будет устраивать «нормальную» свадьбу по меркам старого поколения в будущем. Получилось так, что мы всё провели по традиции: вот вам и длинное белое платье — хотя, если бы не зима, мой выбор определённо пал бы на укороченное до колен, — официальная роспись в ЗАГСе, обручение, венчание у Алтаря, клятва, последующее времяпровождение за праздничным столом. Что ещё нужно семье для полного счастья? Вышло чуть более выше скромного празднования, но и ниже показушного, — в принципе, как мне примерно и хотелось. Неожиданным лишь стало то, что людей мама пригласила немного большим от того, чего ожидали мы с Минхо. Как правило, ты приглашаешь одного, самого близкого родственника, потом вспоминаешь друга, с которым провёл вместе долгие годы, затем на ум приходит соседка, которую не раз просили приглядеть за маленькой мной и Хёнджином. И так оно один за другим и накопилось. К тому же и родители моих друзей были приглашены, как же без этого? Семья Феликса так вообще была со мной рядом с самого моего детства. Так что это самая, что ни на есть настоящая свадьба. Кто бы мог подумать... Со стороны Минхо было, конечно же, меньше человек. Но самый важный — его мама. Как бы он ни скрывал свои эмоции, я видела, как он был счастлив разделить этот важный день с ней. Она заметно похорошела, так бросается в глаза контраст, когда человек выздоравливает от чего бы то ни было. Её лечение подходит к концу. Хо, как самый ответственный единственный сын, оплатил всё лечение и содержание. Миссис Ли находилась в больнице столько, сколько понадобилось, чтобы врачи полностью разобрались с её проблемами и зависимостью. И вот, когда большинство гостей уже были достаточно опьянёнными, внезапно речь зашла о детях... Наверное, так заведено на каждой свадьбе, обсуждать, как скоро появится ребёнок... Кого это за язык потянуло, я не помню, не обратила внимание, но неожиданно это обсуждение подхватил отец, сидящий неподалёку от нашего с Минхо стола. Повернувшись всем корпусом к нам, он обратил весь взор нескольких десяток глаз на нас. — Милая, а ведь правда, — согласившись с каким-то мужчиной, папа смотрит на меня, — почему бы вам не постараться сделать сегодня ночью внука, м? Я же говорил, как было бы здорово нянчиться с двумя детьми, сыном и внуком одновременно. Я был бы самым счастливым мужчиной на свете, — замявшись, он вдруг вновь поднимает на нас опустившийся давеча взгляд, полный мечтаний, и хмурится, — хотя нет... Самый счастливый тут Минхо. У меня самая прекрасная дочка на свете и ты заполучил моё самое ценное сокровище, — мама уже начала дёргать его за руку, чтобы он замолчал, но не тут-то было. Что бы там не чувствовала она, помимо смущения, от которого у меня и у Минхо уже порозовели щёки, так радостно было слушать речь отца. Которую, он в принципе, ещё не намерен заканчивать. Отмахнувшись кое-как от мамы, он продолжил: — вот вы сейчас не воспринимаете мои слова всерьёз, а стоило бы. Д-да... — кивнув каким-то своим мыслям, соглашается с чем-то, — хоть, Хёнджин, ты старше, но я же знаю его, вечный холостяк, пока нагуляется, я уже помру. У меня только на тебя все надежды, — с брата перемещает умоляющий взгляд на меня. — Па-а-ап, — аналогии со смертью я страшно ненавижу. Просто, как показал мой собственный опыт, нужно подбирать слова. Несомненно, у всех событий есть свой смысл, урок, который нам преподнесла судьба и сама жизнь. Я осознаю, что от смятения и глупостей и попала в аварию. Но, если бы не это, возможно, мы с Минхо так и не одумались бы и не поняли что теряем в жизни... теряем друг друга. И если бы не всё случившееся с нами, то мы бы не оказались здесь, на нашей с ним свадьбе... Но, как бы там ни было, отцу запрещаю излагать и разбрасываться такими необдуманными опасными словечками. Воздух всё впитывает, посылает все вибрации во Вселенную и потом обращает их против нас же, потому что свои желания нужно выражать чётко, осознанно и обдуманно триста раз. — Пап, ну честное слово, — дёрнув отца за рукав, подключается к разговору брат, — она же девочка, у них у всех такое на уме: семья, муж, дети. Я не хочу пока, что не понятного? Упрекают ещё... — закатив глаза, он допивает содержимое своего бокала. — Хочешь сказать, не готов? — расширяет папа свои глаза, готовясь начать возмущаться, — вот же сына вырастил... — Ой, да отстань, — развернувшись к своей тарелке, показывая, что он больше не намерен продолжать эту дискуссию, Хёнджин принялся набивать себе щёки едой. — Вот видела? — обращается ко мне вновь, — так что подумай о моей просьбе, и быстрее, а то мне мама уже все ноги отдавила, — скривившись, он повинуется маме и получает какие-то нравоучения, но сбоку это выглядит так смешно. — Ребёнок, значит... — хитро скосив ко мне глаза, Минхо облизывается. — Даже не думай, — толкнув его локтём в бок, засовываю ему в рот бутерброд, чтобы заткнуть похабный рот. Помимо выходки отца был ещё один смущающий кадр — тётя, как же без неё. Когда во время танца на площадке Минхо отлучился в сторону уборной, меня подхватила Маргарет и закружила в вихре. — Ты всё-таки слушаешь мудрый опыт своей тёти, да? — хитро улыбаясь, она активнее кружится вместе со мной. Как ей удаётся это в свои-то годы, на каблуках, так ещё и выпив немного алкоголя. Из меня вот-вот наружу выйдет вся съеденная пища. — О чём ты? — улыбаясь ей в ответ, даже не догадываюсь, на что та намекает. — Минхо — чудесный парень. Такой умный, интересный, вежливый и воспитанный, — после последней похвалы в голове невольно проскальзывает: «Этого человека скорее воспитала жизнь и он сам», — каждый раз восхищаешься им, будто впервые видишь, и ещё сильнее убеждаешься в здравом выборе своей племянницы. Парень — само очарование. Я несказанно рада, что ты остановилась на нём однажды, как я когда-то тебе и говорила. Потому что у меня-то глаз намётан, в то время как твоя неопытность не позволяла тебе увидеть настоящую судьбу и самый лучший вариант, который предоставила тебе жизнь. Невооружённым глазом же было видно, что этот парень просто создан для тебя! — восторженно вскинув руки, крутит меня вокруг своей оси. — Но как ты это внешне вычисляешь? Я не понимаю. — Такие вещи приходят с годами, милая... Но, глядя на вас, у меня сердце пляшет в ритме вальса, что плакать хочется. Не знаю, при каждой нашей встрече я буду тебе напоминать, как же я была права. Ну и, конечно, не мешало бы ему изредка напоминать то же, что и твой отец. Ты — такое же сокровище, как и Минхо. И жду не дождусь, когда увижу ваших деток, — взвыв к потолку, она покрепче сжимает мои ладони, напоминая скорее лучшую школьную подружку, нежели взрослую женщину, мою тётю. Иногда досадно, что говоря всё время о ребёнке, они не в курсе, что мне довелось пережить... Но, не теряем надежд, наступит и на нашей улице праздник и у нас с Хо, теперь уже с моим мужем, получится осуществить мечты семьи. Хотя и мы с ним жаждем этого не меньше...

***

Наши дни. Вспоминая с Рэйчел все детали того дня, что остались в нашем мозгу, мы буквально заливаемся смехом. Её слёзы уже высохли и на лице появилась не натянутая улыбка, а искренняя, радостная. — И ведь помимо всего этого иногда, засыпая, у меня перед глазами проносится наша с Минхо клятва, — мечтательно взглянув на звёздное небо, по телу разливается приятное тепло, — я понимаю, что это стандартные фразы по типу «в горе и в радости и печали, в болезни и в здравии», которые говорят все возлюбленные друг другу, но... В тот момент, когда ты сам являешься участником данного ества, ты сполна можешь прочувствовать волшебство данных обещаний... Я в который раз убедилась, что когда мы позволяем словам литься из сердца, мы умеем так прекрасно излагать мысли... Мы старались выучить программу, так сказать... Но, непосредственно перед самим выступом, Минхо забыл всё и начал ипровизировать. — Кстати! Получилось так здорово, — у подруги вытягивается лицо от восторга, — я когда слушала, даже удивилась. Думала, ты ему такие слова написали, что ли... А это он всё придумал? Обалдеть... А он не промах, — подмигнув мне, она подкидывает палки в огонь. — Да... Его речь была такой замечательной... Она само собой невольно проскакивает в памяти, как напоминание, что этот человек не растерял свою романтическую натуру, как бы не отрицал, — неловко засмеявшись, вспоминаю, как Хо раскрыл все свои чувства, но не громко, почти шептал, что гости, которые были чуть поодаль, вряд ли услышали — хотя это и не нужно, слова были направлены только друг к другу, сокровенные, оголяющие наши сердца. Я не могла ни заплакать, ни улыбаться по самые уши... Я, оцепенев, улавливала каждую эмоцию его лица, сверкающие космосом глаза, нежные черты, мягкие губы, изрекающие душу... Поскольку его предложение вышло нетипичным и спонтанным, то он сделал всё чудесно на самой церемонии, перед тем, как наши души станут одним целым организмом. — Хотела бы и я однажды испытать такое. Все эти радости и забавные ситуации с семьёй, Феликс, стоящий передо мной и дающий клятву... Я сразу разревелась бы там. Как ты держалась? — Ну... Видя эту самодовольную кошачью морду Минхо... Кроме, как заткнуть его ухмылочку поцелуем, другого желания у меня не возникало, — хохотнув, сразу после снова серьёзно продолжаю: — Конечно я шучу. Его глаза так горели, когда он смотрел на меня там, рассказывая, как влюбился в меня, как постепенно им овладело желание оберегать меня, быть со мной всегда, как пришло в голову впервые сделать предложение... Было видно, как он горит изнутри пламенем любви. Я же в этот момент превратилась в ледник скопившихся эмоций. Я думала, что умру, пока стою там... Но если бы не он, его горячие дрожащие руки, держащие меня за ладони... Он смотрел мне в глаза, ни разу не запнулся, выложив всё, как на духу... — постепенно я чувствую, как к горлу подступает ком, а к глазам влага, вспоминая всё, как наяву, оно прямо сейчас перед глазами и в самом сердце, навеки, этот момент был запечатлён самой душой. Сердце томительно сжимается от осознания того, какое счастье я заполучила. Минхо так редко может говорить о своих чувствах, но когда делает это, то всегда так метко и в самое сердце... Я будто заново влюбилась в него. А ведь настоящая любовь эта та, что правда возрастает с каждым годом всё больше, в этом тайна мироздания, человеческого бытия. Ваш союз будет крепким, когда любовь возгорается на каждом новом этапе ваших взаимоотношений, когда вы заново, вновь влюбляетесь, и самый высший пик ваших чувств должен быть именно сейчас, а не когда-то там. И всё только впереди, дальше — больше. Вы должны быть не только страстными любовниками, а и верными друзьями, готовыми выслушать друг друга в любой момент и протянуть руку помощи. Также быть любящими и понимающими супругами, принимающими все качества друг друга, любя тебя таким, какой ты есть, не пытаясь изменить. Кроме того, надо уметь слушать и слышать друг друга, понимать, находить решения или компромиссы вместе, разговаривать, в конце концов, а не замалчивать половину, а то и больше, своих мыслей, чувств и обид. И сейчас я понимаю эту мудрость и знаю точно, чувствую, что никогда не любила Минхо ещё так сильно, как в данный момент... И понимая, что с каждым днём моя любовь к нему будет только сильнее... Надеюсь, с этим чертякой я не сгорю дотла. Хотя, как мы и говорили ранее, ему главное не обморозить себе чего об свою снежную королеву, так что у нас один-один. — А я только сейчас поняла, что когда будет свадьба у меня, то ты сможешь быть подружкой невесты... — помрачнев в лице, она схватилась за щёки, — как же это... А кого я возьму?! — моей фрейлиной была как раз таки Рэйч, а у Минхо Хёнджин. И когда у них с Феликсом наступит такой же день... И вправду самые близкие их лучшие друзья уже не подходят. Но, поскольку мы не знаем, когда это случится, к тому времени, что мой друг, что она, уже могут с кем-то познакомиться и подружиться, — ладно, придумаем что-то, или вообще отменим эту традицию! — хлопнув в ладоши, моя Барби тянет меня за руки, чтобы я поднялась, — я нашла такую клёвую песню, для вечера на природе самое то, чтобы прочувствовать всю эту атмосферу, — подбежав к небольшой колонке и отыскав нужную спокойную мелодию, подруга становится передо мной, беря за талию и поднимая одну мою руку, — я хочу потанцевать, а ты не будешь препираться, — сразу пресекла мои отговорки и отмазки, которые я только-только намеревалась провести, — я всегда что-то придумаю, и-и-и зато мы устроим офигенный девичник, — покрутив меня в воздухе, притягивает обратно к себе, — ты, кстати, не в курсе, как парни мальчишник провели? За всё время Ликс мне так и не рассказал ничего внятного, мол ничего интересного не было. — Поверь, там точно не было ничего ценного для нас. Минхо рассказывал, что они все там немного перебрали, пытались споить и его, но он с трудом отпирался, потому что понимал, что ему нужно оставаться в здравом уме и не проспать всю церемонию и подготовку к ней. Не удивлена, что Джин вырубился на самой свадьбе, его организм же ещё от предыдущей ночи не успел прийти в себя, — улыбнувшись, мы, обогнув костёр, будто проводим какое-то заклинание. — Я слышала они ещё каких-то парней из университетов своих позвали. — Да, я тоже половины не знаю. Но я рада, что в свои последние деньки свободы Минхо оттянулся с друзьями. — У нас с тобой и девочками было всё куда консервативнее, — метнув взгляд в сторону, она призадумалась. — Ты о нескольких бутылках шампанского, да? — не сдержав смешок, сама теперь веду нас в ритме вальса. — Ну не коньяк же, ей-богу! — Полгода прошло, а они всё ещё припоминают нам твой красный зад, Ликс. — Не напоминай мне эту дурацкую игру в шлепки, прошу. Я с утра сесть не мог, — недовольно буркнув, Феликс отвечает Минхо, несущему добычу в виде нескольких рыбин. — О, вы долго. Не в шлепки ли там играли, — издеваясь над парнями, Рэйчел смеётся и перенимает из рук Ликса удочки, чтобы положить их на место. — Скажите «спасибо», что, играя в «Правду или действие» щелбаны мы заменили на это, — положив всё на землю, Минхо берёт с земли бутылку с чистой водой, — мы же понимали, что шишки на лбу на свадьбе никому не нужны. А так хоть не видно, — осушив сразу полбутылки, подходит ко мне, протягивает полупустую ёмкость и вытягивает руки, чтобы я ему полила на них и он помыл немного грязные и пахнущие озером ладони. — Что-то на твоей заднице я не увидела синяков, — взглянув на Хо, удивляюсь, как ему удаётся в подобных играх выйти сухим из воды. — Потому что в отличии от некоторых я не отлынивал от вопросов или каких-то даже самых идиотских действий, — многозначительно взглянув на Ликса, который явно пропускал половину заданий, Хо заметно гордится своей смелостью. — Конечно, потому что, когда твои друзья-идиоты дают тебе задания по типу: «нарочито пошло пососать мороженое на видео» и отправить мне, когда у меня у самой девичник, или «отправить фото своего члена, разрисованного мультяшными персонажами», думаю, такое было тебе по силам и без особых трудностей. Так что лучше не хвастайся, — на мгновение я призадумалась, может, именно после таких дурацких игрищ ребята и успели все сблизиться. Конечно, не удивлюсь, если они все голыми там играли. Как же тут не сблизиться, как родные теперь. — Фу, не напоминай, — насупившись, он трясет головой, пытаясь прогнать тот пьяный вечер. Хоть он и выпил меньше остальных, это всё равно затуманило его разум, — ты, кстати, удалила всю эту хрень с телефона? — не ответив и даже не взглянув в его сторону, беру в руки пойманную ими рыбу и замолкаю, — я сейчас сам залезу в твой телефон и проверю. Лучше скажи сама... — насторожившись, грозно смотрит на меня — что я вижу, поглядывая за ним исподлобья, — заче-е-ем оно тебе? — догадавшись, что такой клад я в жизни не удалю, он взял мой мобильник и начал искать компромат на себя же. — Даже не пытайся, с телефона я удалила, ещё увидит кто ненароком. А вот где оно, не скажу, — довольно ухмыльнувшись, начинаю очищать рыбу от скорлупы. — Ну ты... Я же в стороне не останусь, ты знаешь... — Да пожалуйста. Жду, — какой бы вызов он мне не бросал, я давно не боюсь, зная, чем Хо ограничится. — Кхм, так вы тут займётесь готовкой, да? Мы бы с Ликсом могли пойти искупаться пока. — Да, конечно. Мы же справимся вдвоём? — подняв голову, гляжу на Минхо. — Это быстро, так что вы придёте, она уже будет дожариваться, — как только друзья услышали одобрение, схватили полотенца, сменную одежду и направились в сторону озера. Не тратя время на что-то бессмысленное, вскоре Хо сражу же приступает к разделке рыбы, поручив мне быть в этот вечер его приятным собеседником, а не помощником по готовке. Не знаю, правда ли, как говорят люди, что приготовление мяса и рыбы протекает в крови мужчин. Как минимум, мой делает это и правда отменно, словно у него дар. Хотя, на самом-то деле, годы тренировок и практик, вот и весь секрет. Невольно засмотревшись на то, как сильные руки уверенно расправляются с будущей пищей, во рту повышается слюноотделение, и до конца не понятно, от такого зрелища, которым занимается мой муж, или же всё довольно просто и я просто проголодалась? И опять же вопрос, изголодалась по чему именно, или же точнее сказать, по кому? Тем не менее, поскольку всё моё внимание полностью поглотил умелый навык Минхо, складывается ощущение, что он в этом деле мастер и профессионал, отчего сразу понимаешь, что его времяпровождение за работой в ресторане не прошло даром и точно не впустую, сразу заметно, что он там не штаны просиживал. И, если так подумать, должно ли быть настолько привлекательным то, как кто-то занимается обычным повседневным делом? Или всё дело в том, кто стоит за приготовлением пищи? — Может быть отжарить тебя так же? — внезапно беспристрастный голос Хо вырывает меня из моих рассуждений. — Что, прости? — потерявшись сознанием где-то между своими мыслями и происходящим в реальности, перевожу взгляд с рук Минхо на его лицо. — С одной стороны, перевернуть, и потом с другой, а? — специально продемонстрировав свои слова на деле, лопаточкой переворачивает рыбу с прожаренной стороны на более сырую. Прижимает деревяшкой тушку с корочкой и лукаво посматривает на меня, хищно дёрнув в ухмылке край губы вверх. — Чего-о? — подняв тон голоса выше, в этот раз переспрашиваю со смехом и с постепенно нарастающей улыбкой на лице. — Да-а, хотелось бы сейчас вместо рыбки хорошенько пожарить тебя, — Минхо, отковыряв край рыбины, откусывает кусочек хрустящего золотистого хвоста и многозначительно играет бровями, пережёвывая и метая молнии из своих глаз в мою сторону, дабы они пронизывали меня и поднимали волну идентичного ему настроя. — Хо-о-о, какой же ты похабный, — поражаясь, не могу не улыбнуться вновь, ведь он как-то умудряется выглядеть одновременно и горячо и до невозможности мило. И если в первом он намеренно пытается произвести подобное впечатление, то во втором он же даже не старается. — Ой, да ладно, один ли я? Я же замечаю, как ты смотришь на мои руки и мечтательно стреляешь глазками в мою сторону. Могу так же разделать тебя, то есть раздеть, — тихо, почти шёпотом хрипит, прислонив украдчиво ладонь ко рту, — и разложить на сковороде любви под названием «матрас», подпитываемый жаром нашей страсти. — Ты откуда таких умных формулировок понахватался? Книжки на досуге читал, что ли? — конечно я так издеваюсь, но в моих словах есть доля правды, Минхо не любит изъясняться как-то очень мудрёно. Обычно он выражает свои мысли чётко и по факту. А чувства чаще всего он показывает действиями, но никак не словами. — Пф, с тобой ещё пожить и не такому научишься... — бубня себе под нос, переворачивает свежую рыбу на сковороде, — и вообще! — будто проснувшись, громко привлекает внимание к себе. — Ты что, сомневаешься в моих мозговых способностях? Думаешь, я только рыбу и тебя хорошо жарить могу? Договоришься у меня, ты же знаешь... — Так и ты тоже, смотри в оба. — О чём это ты? — сузив глаза, опасливо посматривает на меня. Я же тоже не так проста, как может показаться, и он это знает. Чего только стоила моя придуманная на полном серьёзе идея связать Минхо и оставить в таком виде с афродизиаком в организме. — Ну-у-у, у меня всё ещё есть планы на твой зад. Кто знает, подсыплю чего, уснёшь сладким сном, а проснешься уже обновлённым человеком с приятными, или не очень, ощущениями, — ярко сверкнув своей улыбкой, обнажив зубы, довольно ухмыляюсь, на что он лишь цокает языком и возвращается к готовке, качая головой. А зад-то его точно сжался в напряжении и страхе за свою учесть в этом бренном мире.

***

— Знаешь, лёжа в палатке, это навевает кое-какие воспоминания, — Минхо, забравшись рукой под моё ночное платье, вьётся пальцами по моим рёбрам, щекоча. — Что бы ты там не вспоминал, не советую начинать. Ты знать не знаешь, когда Феликс с Рэйчел вернутся с прогулки, — развернувшись к нему спиной, надеюсь, что он не начнёт приставать ещё больше. Теоретически, мы бы могли успеть, но на практике проверять не хочется, это слишком неловко и как-то не красиво по отношению к друзьям, что ли? — Сама, главное, напялила на себя это извращённое платье и думаешь я не поведусь? Ещё как куплюсь, — скользя пальцами по моим изгибам, оглаживает выпуклые участки тела. — Ты дурак? Это платье мне бабушка подарила, когда мы гостили у неё прошлым летом, — на мгновение его беспочвенное замечание меня возмутило. Я даже не старалась его соблазнить, а он в обычном лёгком летнем платье в цветочек увидел разврат? Какой кошмар... Из Минхо вырывается то ли ироничный, то ли истеричный смешок. — Да ладно... — он приподнимается на одной руке и смотрит на меня сверху вниз, видимо, чтобы рассмотреть получше и убедиться, что прокололся он, а не я. — Оно короткое и похоже на длинную майку, вот и решила, что использую его как ночнушку, потому что жарко. И извращенец теперь получается тут ты. Потому что в бабушкином платье молодости ты увидел такой подтекст, — хотя, скорее всего, я ошиблась и это больше похоже на платье мамы или тёти Маргарет, а бабуля, наверное, его просто сберегла до лучших времён, чтобы оно дождалось своего часа, — Боже... С кем я живу, — осознав, какой этот человек в возбуждении, можно предположить, что его сможет завести даже мешок из под картошки на мне. — Так, только не надо тут переводить все стрелки на меня. Просто признай, что оно очень даже откровенное. Как я могу не хотеть своё золотце в таком, — припав губами к моему уху, из его рта меня опаляет горячий хриплый выдох, поднимая в теле волну приятных мурашек. — Милый, но я всё ещё настаиваю, — нехотя накрыв его руки на своей талии, чтобы остановить на мгновение, прикрываю глаза и пытаюсь привести свои мысли в порядок, которые с каждой секундой расплываются и рассыпаются на тысячи пазлов, которые мне сейчас никак не собрать воедино, — Феликс с Рэй... — не успеваю я закончить, как меня перебивают. — Ой, да брось, небось сами пошли искать романтичное уединённое от нас местечко, — Хо поворачивается набок и россыпью поцелуев от шеи спускается губами на моё плечо. — Что на тебя нашло вообще? — пока что, принимая его ласки, оставляю на время свои старания отстраниться, может, он всего лишь играет со мной. Зная его, возможно абсолютно всё. — Ну тебе же можно было возбудить меня, хотя тогда твоя семья была неподалёку. Сейчас же нам ничего не мешает. Разве что... Твоя одежда... — медленно стянув с моего плеча лямку чуть вниз, открывает себе вид на ключицу и припадает укусами к ней. — Минхо, ну серьёзно... — накрыв одной рукой его шевелюру позади себя, сжимаю слегка его волосы. — Не будь такой трусихой, мы одни здесь, — перевернув меня на спину, перебирается сверху на меня и блокирует своими ногами мои колени, а руками фиксирует мои кисти, раскинув руки по сторонам, — тогда тебя ничего не останавливало. И я всё ещё помню, что это твоя слабость, так что поддайся, — я знаю, что видя, как я не оказываю должного сопротивления, он думает, что это я так играю с ним. Но я, скорее, не могу решиться, сомневаюсь и жду, что он сам откажется от сумасшедшей затеи. Но ведь тщетно, как и всегда. Он напорист, а я поддаюсь — классика. Ликующе сверкнув сияющей улыбкой победителя, Хо цепляет пальцами подол моего платья и тянет наверх, к груди. Оставив меня, практически, обезоруженной перед ним, прижатой тяжестью его тела и руками на своих запястьях, сейчас я была так уязвима, но, как бы там ни было, если уверен в чём-то он, то и я доверяю ему. Минхо, резко толкнувшись своим пахом, расположившись меж моих раздвинутых по сторонам ног, имитирует половой акт сквозь наше нижнее бельё. В попытке распалить меня, возбудить и спровоцировать, у него это получается отменно. — Знаешь, помимо нашей компании, есть ещё один нюанс, — вспомнив, чем ещё я могла бы попытаться его остановить, открываю глаза, смотря прямо в его, полные желания черные омуты. — Ну-ка, удиви, что способно заставить меня прекратить делать это, — он показательно вытягивает язык наружу и юрким змеем обводит ареолы моих сосков и затем медленно ведёт кончиком по линии живота, подбираясь к пупку. Параллельно он не отрывает поднятых ко мне глаз, изучая и наслаждаясь сменяющимися реакциями на моём лице от всё больше накрывающего меня вожделения. — Несколько дней прошло и я же не думала, что ты будешь лезть ко мне, — осторожно подбираю каждое слово, потому что на прямую, в лоб, неловко как-то. — В чём связь? — непонимающе взглянув на меня, хмурится. — Я не избавлялась от волос, — невинно хлопая ресницами, смотрю на него, возвышающегося надо мной. — И-и что?.. — его лоб сморщился в сильнейшем недоумении, — мне как бы и так нормально. А ты что же, паришься из-за такого?.. — наблюдая, что я молчу, он качает головой, — такая взрослая уже, но всё ещё глупыш, — нежно потрепав меня за щёку, коротко чмокает в губы, — не переживай из-за такой ерунды. А то мне стыдно, что ты волнуешься, будто я какой-то неадекват. Ты так мало меня знаешь, что ли? Мне с любой тобой хорошо. Я и не думал, что ты... Стесняешься, или что? — искренне не понимая меня, покорно дожидается моего ответа. — Ну-у... Я не знаю, я всегда старалась не затягивать, чтобы... — О Боже, даже не продолжай. Видимо, мой прокол, раз я не убедил за всё это время в обратном. Я когда-нибудь парился из-за каких-то там волос? — я отрицательно мотаю головой, — ну во-от, почему же ты должна? Мы на равных условиях, котёнок, — потёршись носом о мой подбородок, глубоко вдыхает запах моей кожи. Прекратив разглагольствования, наши губы резко соединились в плотном, глубоком поцелуе, стоило Хо отметить, что я больше не нахожу новых аргументов. Его уста, обжигая своим жаром, вызывают покалывания на нежной коже. Постепенно и мне хочется его просто поглотить, смаковать его вкус без остановки и испить в эту ночь его страсти без остатка. — Слушай, — отстранившись от меня на несколько секунд, Хо, тяжело дыша, внимательно и серьёзно ищет мой взгляд в ответ, — а ты не думала сделать себе интимную стрижку? — внезапно, его былая сосредоточенность сменяется яркой улыбкой, расплывающейся до ушей. — Чего?.. — проморгавшись, с трудом и усилием отгоняю от себя на мгновение пелену похоти из глаз, чтобы вникнуть в суть его слов, потому что на данный момент, в минутах до нашего полного слияния, он так противно прерывает нас, что это сравнимо с тем, когда тебе в последний момент прерывают оргазм. — Было бы прикольно. Ну, например, сердечко или... — ему явно хочется повеселиться, прежде чем он приступит к главному «десерту» наших обжиманий. — Очень хочешь, чтобы кто-то лез ко мне в трусы? — вопросительно изогнув бровь, слежу за тем, как сменится его выражение лица на проясняющееся. — Ну давай я сделаю, — как ни в чём не бывало, предлагает такой вариант, нарочито деловито вознеся глаза к бровям, как будто делает мне услугу или одолжение. Хотя предложил мне данную затею он сам, а затем выкрутил своё же опасение и желание таким образом, будто это мне надо и он в этой истории вообще белый и пушистый кот. — Охо-хо, нет, спасибо, из тебя художник тот ещё, — представив, что за карикатуру он там может вывести, я сразу отказываюсь от подобного «щедрого» предложения, — знаешь, мы так тянем, что, уверена, ребята уже на подходе к палатке, — подмечаю, что мы уже довольно долго треплемся и обмениваемся слюнями. — Хочешь, чтобы я поторопился? — вздёрнув бровь вверх, щурится, — я думал ты тащишься от моих ласк, — самодовольно улыбнувшись, наклоняется и, прохрипев себе что-то под нос, кусает за выпирающее ребро, вызвав во мне мелкую щекотку. — Так и есть... — тяжело проглотив слюну в пересохшем горле, облизываю губы и хватаюсь руками за голову Хо, всё ещё лебезящую у моего живота. Минхо ещё несколько секунд понаблюдав, бездействуя, за моим извивающимся телом, удовлетворяет свои визуальные потребности, и после, не медля, стягивает с себя боксеры и пододвигается обратно ко мне, пристариваясь в удобное положение меж моих ног. Сидя передо мной на коленях с широко расставленными ногами, Хо тщательно и нетерпеливо роется в небольшой сумке в углу палатки в поисках защиты. После длительных обсуждений данной темы мы пришли к выводу, что даже в самый нетерпёж сначала позаботимся о контрацепции. Решили подойти к этому серьёзно. В конце концов мы уже взрослые и, на минуточку, в браке, поэтому должны быть ответственнее. Найдя заветный пакетик, быстро разрывает его и, раскатав по члену, отодвигает край моего нижнего белья и, потёршись головкой о влажные складки, издаёт утробный рык себе под нос, прикрыв плотно глаза и приподняв голову в каком-то ему одному известном наслаждении. Плавно погружаясь в моё горячее и сочащееся смазкой нутро, наклоняется и вовлекает меня в новый пьянящий поцелуй, не успела я и писка издать. Превращая меня всю в одну большую мокрую лужу, Хо грязно чавкает губами, пожирая меня своими пухлыми и мягкими устами. Не отрываясь от меня и не прерывая ни на секунду процесс, перемещает свои руки на мои колени и размещает меня в том положении, в котором он желает меня сейчас созерцать. Отведя одно моё колено в сторону, вторую ногу поднимает, насколько возможно, вверх, держась за внутреннюю часть моего колена, дабы удержать мою опускающуюся и колышущуюся ногу. Таким образом, удобно опершись руками о моё тело, плавными и размеренными толчками изгибается в спине, стараясь принести мне как можно больше удовольствия и как можно меньше дискомфорта. Стараясь быть как можно тише, вместо привычных несдерживаемых стонов мне удаётся направить свой голос в немного иной диапазон, превращая звуки, исходящие из моего рта, в больше походящие на тихое хныканье и скулёж. Вцепившись руками в края своей подушки, судорожно впиваюсь пальцами в предплечья Хо, переместив ладони на его руки, когда он немного меняет угол проникновения. Упиваясь данным зрелищем, как я, словно загнанная хищником добыча, предпринимаю разные тактики, чтобы нас точно никто не услышал, и одновременно с этим пытаюсь податься к Хо как-то поближе, дабы умножить свои ощущения... Знаю точно, этому мерзавцу по душе такие сцены. Его хлебом не корми, дай посмотреть на мои отчаянные попытки чего бы-то ни было и поучаствовать в мгновениях моего наивысшего наслаждения, всепоглощающей меня эйфории. Отпустив одну мою ногу от своей цепкой хватки, поднимает обе к груди, поджимая мои колени и разместив лодыжки на его плечах. Теперь, вместо того, чтобы оставлять красные пятна и следы от своих рук на моих подколенках, опирается теперь на матрас по обе стороны от моей шеи. Не цепляться за Минхо — не в моём стиле. Всегда держась за него, как за спасательный круг, то ли пытаюсь так контролировать его движения или фиксировать его в удобном для меня положении — не знаю. Во всяком случае, так мне приятнее и в этот раз я не оставляю его тело в покое, сильно сжав ладони у его локтей. — Я каждый раз обещаю, что рано или поздно съем тебя, — хриплым сбившимся дыханием почти шепчет над моим лицом. Его волосы, немного влажные, прилипли к вспотевшему лбу и вяло свисают, падая Хо на глаза, отчего он часто мотает головой, пытаясь стряхнуть свою чёлку в сторону, — и можешь не сомневаться, я доведу дело до конца. Ты же такая сладкая, — склонившись над моих ухом, последнее произносит очень тихо, вынуждая табуну мурашек проснуться и пробежаться мелкой дрожью по всему телу. Обратно приподнявшись, довольно ухмыляется и подаётся немного назад, надавливая теперь на внутреннюю часть моих ляжек. Поскольку точка опоры его тела сменилась, тоже перемещаю свои руки, разместив у себя на лодыжках, чтобы ноги случайно резко не опустились и не ударили Хо. Поглощённые друг другом, ни я ни Минхо не сразу замечаем, как со стороны мелькнула небольшая тень. Одновременно повернув голову, видим следующее: Феликс, старясь не шуметь и не смотреть в нашу сторону, тихо роется в своей сумке, медленно теребя руками, вероятно, дабы не издать лишнего звука. — Феликс! — грозно и яростно вскрикивает Минхо, наблюдая за нашим другом и точно, как и я, ожидая, когда он уйдёт. — Простите, простите! — приложив руку с одной стороны своих глаз, будто шторкой прикрывается от нас, дабы даже боковым зрением не видеть наши силуэты с другой части палатки, — я ничего не видел, честно! — начиная перебирать руками быстрее, в полумраке он судорожно пытается что-то найти, — Рэйч где-то по пути на тропинке потеряла свою цепочку и её телефон разрядился, а нам нужен фонарик! — пища, он нащупывает свой телефон и победно сжав в его руке, пытается осторожно задом отступать к выходу так, чтобы не споткнуться и не упасть. — Так какого хрена, подождать не можно было? — гнев Минхо заполняет своей тёмной аурой всё небольшое пространство и сверкающие негодованием чёрные глаза стреляют убийственными молниями в Ликса. — Всё, всё! Меня нет! — подойдя к заветной цели, дабы поскорее убраться отсюда, с опущенной головой и глазами в пол Ликс нащупывает молнию входа в палатку и выскакивает из неё, — я ничего не видел! — виновато повторяет он, — почти! — будучи уже на улице, на приличном расстоянии кричит вслед, удаляясь. Всё это время я, как заледеневшая, боялась пошевелиться и только прикрывала свой обнажённый верх, положив ладони себе на грудь. Остальную часть тела прикрывал голый зад и спина Минхо. Всё ещё недовольные глаза устремляются ко мне. — Может, он не знал, зашёл и только потом увидел, а отступать было поздно? — невольно пытаюсь наперёд оправдать своего друга, прежде чем мне что-то скажут. Хотя, по факту, Хо сам виноват, я до последнего пыталась его отговорить от этой затеи заниматься непотребствами, пока друзья на неопределённое время ушли прогуляться. — Мне, конечно, похер, но он испортил нам всю атмосферу. Ну чуть-чуть он уже подождать не мог, — зная, что ещё немного и Хо был на пределе своей мужской силы и выносливости, в принципе, мысленно соглашаюсь. Минут пять и мы бы уже так и так закончили. Незадача... — Ми-илый, — пытаясь отвлечь его и забыть о мелкой проблеме, накрываю его щёки ладонями, дабы полностью завладеть его вниманием, — меня он практически не увидел, твоя красивая попа меня прикрыла. А об остальном, думаю, ты не должен переживать. Ну... Разве только, если твой член не упал от испортившегося возбуждения и... — глядя вниз, между нашими телами пытаюсь разглядеть скрывающуюся в моём теле часть чужой плоти. — Хоть ты-то не нарывайся, а... — грубо толкнувшись в моё лоно, выбивает один протяжный и громче обычного стон. Схватившись за его затылок, притягиваю его голову к своему лицу и затыкаю этот похабный рот, обжигая горячим поцелуем желания нас обоих. Поддавшись, Хо улыбается сквозь поцелуй, отчего мне трудно сплести его язык со своим. Минхо, опершись локтями над моим лицом, не разрывает наши уста, волнообразными движениями начиная вбивать меня в этот несчастный матрас, ускоряясь с каждой секундой всё больше. Когда нам двоим стало нечем дышать, он, отстранившись, приподнялся на ладонях и, изучая моё блаженное лицо, начал дышать ртом и ловить им воздух точно так же, как и я сейчас. Я, смотря в его глаза, от силы накрывающих меня ощущения, которые никакие Феликсы не могли испортить, даже не могу нормально вздохнуть. Тёмная бездна глазниц напротив пожирают взглядом мои раскрасневшиеся щёки, влажную и блестящую шею, растрёпанные волосы и заставляют хотеть его ещё сильнее, ведь только в его глазах я не такая, как меня видят остальные. С ним я чувствую себя желанной и любимой. И точно так же он, равнозначно своим чувствам, желанный и любимый мной мужчина. И когда вдобавок всё это сладострастное действо дополняет такой же развязный вид моего близящегося со мной к пику наслаждения парню мужу, кажется, что нет в мире большего счастья, чем быть с ним. Напрягая живот и таз, мощная судорога поражает меня своим жаром, раскатываясь по телу приятной усталостью, мягкостью и расслабленностью. Сжимая Минхо внутри, он следом гортанно хрипит, прижавшись вплотную своим пахом к моему и, незаметно задрожав, медленно и на трясущихся от накрывшего и его оргазма руках опускается на мою грудь, зарывшись носом в моей шее. Я, жадно ловя ртом воздух от недавнего бешеного ритма Хо, в котором он явно пытался мгновенно согнать своё лёгкое раздражение от прервавшегося совокупления занятия любовью, накрываю покояющуюся на моём плече голову, гладя пушистую макушку. Перебирая пальцами мягкие пряди, массирую его кожу, дополнительно расслабляя. По тихому успокоившемуся дыханию Минхо можно предположить, что такими темпами он быстро уснёт. Поэтому, прежде чем это случится, целую его в висок и надавливаю на мускулистую грудь. Он сразу понимает, чего я добиваюсь и привстаёт на локтях, избавляя меня от своего постепенно становящегося мягким члена. Связав и закинув презерватив вглубь одной из наших сумок, оглядывается, выискивая глазами свои боксеры. Поправив своё бельё и платье, приподнимаюсь, также ища глазами единственный атрибут одежды Минхо по ночам. Лежащие неподалёку трусы он быстро перехватывает раньше меня и натягивает на свои бёдра. Будто по щелчку, секундой после в палатку просовывается осторожная, выведывающая обстановку голова Ликса, а за его плечом Рэйчел. — Хоть проветрили? — увидев, что мы одеты и не на друг друге, Феликс первый протискивается в проход и направляется к своему спальному месту. — Если тебе невтерпёж побеседовать с насекомыми, то валяй, открывай хоть настежь, — небрежно кинув в его сторону несколько едких слов, Хо с колен перемещается на одно бедро и подсовывается ко мне, дабы улечься. — Боже, — поняв, что друзья в этот раз подозрительно вовремя вернулись в палатку, распахиваю глаза, приняв сидячее положении, чтобы получше разглядеть их, — вы что, стояли и ждали, когда мы закончим, что ли? Вы же собирались пойти искать цепочку! — истерически пискнув, на всякий случай приглаживаю одежду, осматривая, ничего ли не выпячивает из-под ткани. — Так мы быстро, сразу нашли, как только я взял свой телефон, — объясняясь, Ликс старается не смотреть в нашу сторону, избегая взгляда. Говорит так, словно никакого конфуза не произошло, но его внешний вид выдаёт его с потрохами, что заставляет меня почувствовать себя неловко и виновато, а ещё очень-очень стыдно. Но ведь уже ничего не поделать, да и ничего такого в этом нет. Только, может, следует извиниться, что мы в общей палатке не удержали свои порывы. — Вы только пришли всё-таки или?.. — не успеваю я продолжить и выведать правду, чтобы убедиться, что за нами не подсматривали и не подслушивали, как вдруг попытки Феликса оправдаться с треском обрывает Рэйчел. — Так ваши тени от света плясали и играли на стенах палатки! — развернувшись к нам и прервавшись от подготовки своих мест ко сну, подруга выдаёт их «тайну». Всё-таки ждали неподалёку... Ужас, как стыдно... Я обращаю своё внимание на маленький ночник, который мы разместили в углу палатки, чтобы все мы тут не сидели во мраке. Теперь уж жалею, что установили его... Можно было и не пытаться подавить стоны. — Прости-ите-е, простите, пожалуйста, мы не должны были в общей палатке заниматься... — Ой, да ладно, — скривившись, Хо недовольно хмурится, не позволяя мне закончить, — неужели вас как-то оскорбил чужой секс? — бесцеремонно встревает в разговор, не выдержав. Он-то точно ни за что вину чувствовать не будет, разве что передо мной, но точно не перед этими двумя. — Да нам всё равно, — отвечает мой лучший друг, — наоборот, мне неловко, что я зашёл. Но уже и так было очень поздно, поэтому хотелось сразу найти пропажу дорогой вещицы. Вы ничего такого не делали. Ну... Может только... — его ноздри надуваются и он втягивает воздух, пытаясь нащупать своими рецепторами в носу какие-то специфические запахи, — ну слегка отдаёт душком похоти и секса, а так всё в норме, — в воздухе, в этом закрытом пространстве палатки отчётливее обычного, нежели в просторных комнатах дома, слышно смешавшиеся ароматы жара от двух тел, пота и секса. — Так... Всё хорошо?.. — неловко переспрашиваю, почесав макушку и стараясь избегать прямых взглядов в глаза. — Да конечно, — успокаивает сразу Рэйч, — с кем не бывает. А у вас вообще медовый месяц. Мы, как ваши надоедливые занозы в заднице, будем во всём поддерживать ваши сумасшедшие приключения до конца поездки. Мы как ваши защитники. Например, в этот раз охраняли палатку от диких зверей, чтобы вы могли сполна уйти в друг друга и не переживать, что медведь ворвётся в палатку и разворошит тут всё и вас заодно. Вот это история любви, были съедены животным во время секса, — чувствуя себя также неловко, как и я, она говорит первую попавшуюся на ум шутку, лишь бы разрядить обстановку. И при этом даже забывая, что в этой местности медведей и в помине нет и неоткуда им тут взяться. Сейчас неудобно абсолютно всем и каждый чувствует за что-то вину. Ну... Кроме Минхо. Ему-то всё ни по чём, ещё сверху накинется и загрызёт, если его в чём-то осудят. Его ещё попробуй задень... — Так что мы очень даже полезны и нигде не осуждаем. Вы же не видели, где и как проходит наш секс, может ещё похлеще ваших ситуаций, так что... — Да, хорошо, — быстро отвечаю, пока она не постаралась выдать очередную шутку. Не хочется слышать в этот раз, как нас ужалит стая пчёл и мы умрём красивой смертью влюблённых, когда мы, попытавшись достать из улья мёд и намазаться им, дабы слизывать с тел друг друга во время секса, захотим сделать из нашего отдыха настоящий медовый месяц. Ну и всё в таком роде... — Давайте спать, — цокнув, Хо ложится набок и подкладывает под щёку сложенные вместе ладони. Такой милый, когда дуется, и не скажешь, чем этот человек занимался несколькими минутами ранее. Как ребёнок, так умиляет... Улыбнувшись, наклоняюсь, чтобы одарить его носик поцелуем. — Выключите свет, да? — обращаюсь к друзьям, так как они ещё не легли и ночник находится ближе к их стороне. — Да, конечно, — Ликс, сразу же последовав моей просьбе, тоже шуршит одеялом, чтобы уснуть уже наконец крепким сном и, надеюсь, забыть о сегодняшнем инциденте, — Ева... — тихо обращается он в ночную темень и тишину нашей палатки, где все уже на грани провалиться в небытие. — М-м? — не открывая глаз, устало мычу в ответ. — Я честно не видел ничего, кроме твоих ног и лица. Другое дело Минхо, конечно, но... Это же не страшно, да? Минхо? — уточняет, что обращаются уже не ко мне, лишь бы узнать, всё ли в порядке. А то кто знает, что вычудит этот дикий кот. — Да мне плевать, хоть всего меня голого можешь рассмотреть вдоль и поперёк, мне нечего скрывать и стесняться. Спите уже, Господи... — ворочаясь, недовольно фыркает себе под нос и поворачивается на другой бок, ко мне спиной. Тоже поворачиваюсь, но наоборот, к нему лицом, чтобы обнять и чмокнуть в горячее обнажённое плечо. По палатке проносится тихий хохот нас троих, забавляясь тому, как Хо пытается скрыть одни свои эмоции и мысли, таким образом невыгодно показывая себя с ещё худшей стороны. Не умеет он расставлять приоритеты, когда руководствуется эмоциями. Такой дурачок. Мой любимый дурачок.