А что выберешь ты?

Минуя на средней скорости утренние виды за окном машины, я мечтательно слежу за сменяющимися картинками изредка прохожих людей, начинающим функционировать общественным транспортом, открывающимися магазинами и заведениями питания. Хоть и эта ночь выдалась не такой уж долгой, провалиться в сон не получается, так как организм уже взбодрился со всеми этими финальными сборами в поездку. Теперь только остаётся продумывать, в какие места хочется наведаться по дороге. — Может через часок-другой остановимся где-нибудь и перекусим, м? — умиротворяющую тишину прерывает спокойно выруливающий на шоссе Минхо. — Ты хочешь? — почти шепча хриплым голосом, поворачиваю к нему голову. — Да и тебе бы не помешало. Ты слабо позавтракала. Да и мне как-то кусок в горло не лез. Трудно есть, когда только рассветает, а я ещё и не выспался. Всё думал, куда нам лучше заехать по пути, чтобы развлечься. Мозг кипит, если честно, — он устало проводит одной рукой по лицу и встряхивает головой. Дабы освежиться, приоткрывает соседнее стекло и впускает в салон прохладный ветерок. — Тогда, думаю, надо заехать поесть, — соглашаюсь с его предложением, обратно поворачивая голову в сторону, чтобы продолжить наблюдать за просыпающимся миром. — Поспи пока. — Я так не могу. Тебе будет скучно, разве нет? — снова устремляю свой взгляд на Хо, — вдруг сам уснёшь за рулём? — на мои слова он разражается звонким смехом. — Ты за кого меня принимаешь? Мы же не ночью едем, чтобы я уснул. Не волнуйся и попробуй закрыть глаза хотя бы, время есть. Я разбужу, как доберёмся до подходящего ресторанчика. Не успев заснуть, как я уже просыпаюсь от того, как меня будит чья-то настойчивая рука у себя на плече. — Дорогая, мне конечно жаль тебя тревожить, но мы на месте, — я удивлённо распахиваю слипшиеся глаза, пытаясь привыкнуть к яркому свету. Я даже не заметила, как уснула. Это напоминает те дни, когда ты выключаешь будильник и закрываешь глаза, думая, что полежишь ещё пять минуточек. Но на деле ты просыпаешься через несколько часов. Время летит, как сумасшедшее, тем более, когда ты хочешь спать и устал. Поэтому, всё получилось так, как мы и планировали: проснувшись на рассвете, мы смогли к обеду успеть доехать до «убежища», дабы скрыться от дневной жары, передохнуть от долгой дороги и, конечно же, поесть. Добравшись до автозаправки, Минхо с Феликсом припарковали свои машины, а мы с Рэйчел поспешили в сторону придорожного ресторана. Уверена, цены здесь будут превышать все допустимые нормы, но альтернативы, где перекусить, у нас нет. К тому же, у нас есть цель: к концу дня добраться до какого-нибудь хорошего мотеля. Потому что завтра мы должны уже быть в первом пункте нашего назначения и провести там пару дней, расхаживая по достопримечательностям и любуясь видами ранее неизведанного нами города. — Не знаю, как вы, а я уже не могу дождаться, когда мы прибудем на пляж, — слегка навалившись локтями на стол, подруга шёпотом и заговорщически наклоняется к нам с Минхо, сидящим напротив неё с Ликсом. — Ну, вроде бы, по пути будет какой-то пляж, да? — отвлёкшись от разглядывания меню, поворачиваю голову в сторону Минхо. — Должен быть, но не факт, что мы попадём. Будем смотреть по времени, — быстро ответив, он подзывает официанта и заказывает парочку блюд. Мы следуем его примеру.

***

Прибыв к вечеру как раз к мотелю, все мы очень устали — особенно парни, ведя машины. Затекли ноги, устала спина, у всех перед глазами была мягкая кровать — как мало человеку нужно для счастья. Завтра я попробую уговорить Минхо позволить мне сесть за руль, потому что это издевательства над ним, он же не выдержит всё время водить. Надо просто попытаться как-то его уломать или подвести хорошие аргументы и доводы. Пока Хо пошёл в душ, я, лёжа уже в постели, размышляю над тем, как проводит время Хёнджин у нас дома. Может, следовало бы ему позвонить, но он отписал, что с животными всё в норме. О том, как будет продвигаться его дальнейший план по завоеванию женского сердца, не стал поведывать мне. Смотря в пустую стену, я невольно придаюсь воспоминаниям того самого злосчастного дня, когда Хёнджин устроил целый «сюрприз», не предупредив нас и рассказав всем о наших планах с Минхо о помолвке. В голове прокручивается диалог с наконец объясняющимся передо мной братом. Весь тот вечер нас с Хо так и захлестали вопросы, но мы терпели и выжидали подходящего момента, — хотя, скорее всего, только меня поглощала куча вопросов, потому что Хо выглядел вполне себе удовлетворённым сложившимся раскладом событий и принял помощь друга как должное, да и в общем радовался жизни, пока я размышляла, как заставлю Джина объясниться, хоть я и была несказанно рада ему за то, что он пошёл нам навстречу. Или же, полагаю, брату просто было жалко смотреть на наши попытки признаться родителям о моём замужестве.

***

Полгода назад. После плотного ужина, весёлых рассказов за семейным столом и, в общем, после празднества, поднимаясь с братом на второй этаж, я останавливаю Джина возле его комнаты, резко развернувшись и несильно пихнув его в грудь. — Ну а теперь-то ты расскажешь, что это всё только что было? Почему ты не удосужился нас предупредить? — Потише ты... — шепчет Хёнджин, быстро взглянув вниз с лестницы, где на первом этаже сидит семья. Положив руку мне на плечо, впихивает меня в свою комнату, чтобы нас точно никто не услышал, — вот ответь мне, ты настолько наивна, м? — Ч-что?.. — я удивлённо таращусь на него. — Поверь мне, дорогая Ева, мама ещё в первый день завалила меня вопросами о твоём дурацком кольце на пальце, вашим волнующимся рожам и бегающим глазам друг на друге. Из-за этого проходу не давала мне. Я уже представлял, как она схватит меня за шею, поднимет в воздух, что мои пятки будут свисать над полом, выбьет из меня всю информацию, — драматизирует он, упустив тот момент, что он выше мамы во много раз, — она сказала, что не успокоится, пока я всё не выложу. По началу я шуточно отпирался, сказал, что ей показалось это кольцо, ведь я даже ничего не заметил у тебя. Затем, когда она не поверила, говорил, мол, даже если и есть кольцо, то она ошиблась, и это обычное украшение. Мама, естественно, же не стала слушать этот бред, она сама кого хочешь проведёт, если нужно. Потом, как я понимаю, эта хитрая женщина поручила это дело отцу, — уже возмущённо глазеет он на меня, будто перед его глазами всплывает диалог с папой, — и когда пришёл ко мне он и поднажал на меня, я был вынужден сдаться! — то ли писк, то ли вскрик вырывается из гортани брата. Он явно недоволен тем, что оказался крайним в этой истории. — И получается они уже давно всё знали? — после всего услышанного, подытоживаю главную мысль. — Ну да... — хлопает ресницами, так же, как и я сейчас. — Но почему ты нам не сказал? — Скажем так... — на его лице проскользнула ехидная улыбочка, он развернулся ко мне спиной, медленными шагами, коварно подступая к своему столу. Отойдя от меня в другой край комнаты, опирается задницей о стол и невозмутимо смотрит на меня, — мне просто хотелось поиздеваться над вами, — спокойно поясняет свой мотив, — хотел посмотреть, каков будет ваш дальнейший шаг. Меня забавляла эта ситуация. Но мы с родителями условились молчать, дабы дать вам шанс самим всё рассказать. Как-то так, — разведя руки в стороны, беззаботно склоняет голову набок, как бы говоря: «Проще простого. А вы боялись». — И они даже знали, на какую дату мы планировали церемонию? — продолжаю уточнять факты из его истории. — Ну... да... — взглянув в сторону, он выглядит так, словно не понимает, зачем я переспрашиваю. Но это для него всё ясно, как белый день, я же впервые сегодня слышу о том, как всё было на самом деле. — Какой же ты... А я мучилась! Нет бы сразу сказать, хотя бы мне! — Ну, сестрёнка, так же совсем не интере-есно и ску-учно. Скажи «спасибо», что в конце концов мы с ними всё обсудили и я решил устроить вам сюрприз. Я твоими друзьяшками занялся, а родители бабушкой. Ну не зли-и-ись, ты же должна радоваться. Всё же было сделано во бла-аго. — Я радуюсь, но всё ещё немного негодую. Я думала, от страха поседею, а теперь оказывается, что этого всего волнения могло бы и не быть, если бы тебе резко не стало скучно, — скрестив руки на груди, стараюсь сделать суровый вид, чтобы брат не расслаблялся. Но, как и ожидалось от этого человека, он всего лишь разразился звонким хохотом и я, заметив, что к нам присоединился Минхо, пошла с ним готовить нам чердак ко сну.

***

Наши дни. Забавно, как тогда я слегка злилась на всю сложившуюся ситуацию, а теперь вспоминаю всё с улыбкой на лице и с приятной отдушиной на сердце. Хотя ничто не может вызвать такую улыбку, как то, что произошло с Хёнджином непосредственно после того, как мы всей семьёй поехали из ЗАГСа и церкви в ресторан, чтобы отпраздновать в кругу близких наш с Минхо праздник.

***

14 февраля. День свадьбы. 20:53. — Хёнджин! — увидев, как брат чуть ли не позеленел, я отлучилась от галдежа за столом и последовала за пошатываюшейся скрывшейся фигурой за углом, — с тобой всё нормально? — догнав его возле мужского туалета, я наблюдаю за тем, как Джина прямо перед самими дверями вырвало на пол, — Господи-и, ну не-ет, — устало прикрыв глаза и взвыв к потолку, неохотно подхожу к этому пьяному телу, — я тебе это буду припоминать до конца жизни, — когда из его желудка прекратило выходить всё содержимое, я, взяв брата за локоть, потянула на себя. Но не тут-то было, такую тушу поднять невероятно сложно, так ещё и тогда, когда он сам тянется к земле от переизбытка алкоголя в крови, — прошу, просто помоги мне тебя приподнять, — в какой-то момент я пожалела, что пошла за ним следом, надо было оставить его и пускай бы валялся тут на холодном кафельном полу — так себе перспектива, знаю. Но так стыдно и страшно, не хочется, чтобы кто-то из персонала увидел это, или, что ещё хуже, — вся семья. Удивляет то, что, вроде бы, Джин же должен был знать, какой его максимум, но сегодня, похоже, не рассчитал. Я думала он знает свою дозу, ну, или хотя бы допустимую меру, чтобы не превращаться в безжизненный кусок... Кусок пьяного Хёнджина, да. — Что ты зде... — из-за угла перед нами быстро появляется Минхо, но резко замолкает, увидев данную картину, на что он резко останавливается и просто тихо вздыхает, — его убью либо я, либо Мистер Хван, отвечаю. Зачем ты за ним пошла? — он подходит к своему другу и перехватывает у меня его тело. — Я же не думала, что всё настолько плохо, я не следила за ним за столом, тобой любовалась, мой ненаглядный, — возможно, прозвучало, как язва, но я сказала только правду. — Ладно, — закинув окончательно вырубившегося Хёнджина себе на плечо, Минхо с трудом стоит на ногах, — пойди и незаметно попроси Феликса прийти сюда, я сам беспалевно его отсюда не уберу. — Может, лучше я помогу? А то сейчас только внимание привлеку. — Нет, испачкаешь платье. И будет более подозрительно, когда мы оба на время пропадём. Иди позови, я подожду, — я всё же соглашаюсь, киваю головой и уже было хотела ретироваться, как он меня окликает, останавливая, — и попроси ещё у кого-то из официантов придти сюда и убрать эту лужу, — он взглядом указывает на рвоту и я, качнув головой, поспешно удаляюсь.

***

Наши дни. Сразу на следующее утро я не отказала себе в удовольствии подразнить брата. И так, каждый раз, когда Хёнджин хотел выпендриться, я с охотой напоминала ему о дне своей свадьбы — благо, конечно, что он пережил большую половину праздника и разделил это счастье с нами, продержавшись достаточное количество времени, прежде, чем напился и отлучился на время от мира. «Тебе напомнить, как ты отключился? — деловито вскинув брови, на моих губах отражается горделивая ухмылка. Впервые за все годы у меня появился отличный момент, которым можно попрекать брата, дабы в нужный момент заставлять его заткнуться. — Ева, не напоминай, мне и так стыдно, а тут ты вдобавок... Я сегодня уже получил приличную порцию нравоучений от папы. На всю жизнь запомнил. Так что не бери на свои плечи работу, которую уже сделал он. Голова ещё больше трещит теперь... — на утро, как известно, жуткое похмелье, и Джин залпом выпивает уже третью бутылку прохладной минеральной воды. Держась за голову, он падает лбом себе на предплечье и протяжно вздыхает, простонав от боли. Всё-таки жизнь должна людей учить, этот случай ему точно послужит уроком». — Хэй! — вздрогнув и отвлёкшись от своих воспоминаний, замечаю в проходе ванной двери Минхо с полотенцем на бёдрах, — это я уже второй раз тебя зову, а ты витаешь где-то в облаках, — подойдя к краю кровати, залазит сверху, нависнув надо мной и любопытно разглядывая моё лицо, — хотя это скорее можно назвать: «жадно изучает». — Задумалась просто, — переместив ладони на его бицепсы, приподнимаю голову, чмокнув его в плечо. — Обо мне? — хитро улыбнувшись, наклоняется, целуя меня в ключицу. — Отчасти, — отзеркалив его выражение лица, ухмыляюсь уголком губ. — М-м, так я могу сделать так, что ни о чём другом, кроме меня, ты думать не сможешь, зайка, — отодвинув край моей ночной майки, чтобы иметь доступ к большей части моей оголённой кожи, Хо всасывает в свой рот область над грудью. Привстав на ладонях и сев на мои ноги, Минхо поддевает край моей верхней одежды и тянет её вверх. Поддавшись, я помогаю ему снять с меня элемент ночнушки, представ перед этими хищными глазами с обнажённой грудью. Он резко наклоняется к моей шее и жадно вдыхает запах моего тела, щекоча своим дыханием и такими же глубокими выдохами нежную кожу. — Жаль это не любовный отель, да? — не отрываясь от меня, хрипит своими губами мне уже в пупок. — Почему? — стараясь совладать с собой, чтобы не застонать, тяжело дышу, перебирая пальцами копну волос Хо в своих руках. — Потому что у нас под рукой была бы масса полезных приспособлений, а так... — В нашем распоряжении уже есть главное приспособление, — смотря прямо в его тёмные глаза и не отрывая взгляд, опускаю руку вниз, стягиваю с его бёдер это надоедливое полотенце и накрываю его эрогированный член ладонью, несильно сжав, вызвав тем самым из излюбленных уст протяжный вздох. — Ты такая чертовка, когда возбуждена, — глядит на меня из-под полуприкрытых ресниц и впивается губами в мои, стараясь сдерживать свой пыл, потому что иначе он бы меня сожрал, судя по звериному напору его уст. — Скорее ты чёрт. Потому что, как объяснить то, откуда у тебя берутся силы? — Хо отвлекается от лобызания моего тела и на мгновение поднимает голову, вопросительно взглянув на меня, поэтому я продолжаю: — ты же устал с дороги, а сейчас, как я погляжу, пытаешься повторить опыт нашей брачной ночи? — А что не так с нашей брачной ночью? — он усмехнулся и его дыхание из носа защекотало мой живот. — Напомнить? — Ты о первой брачной ночи, в которую мы в самом деле пытались не спать всю ночь? — явно гордясь собой, испытывает моё терпение, томя. — Не кажется ли тебе, что такие «приключения» выматывают не на шутку? — К чему ты клонишь, котёнок? — продолжая заниматься мной, разговаривает и попутно стягивает с меня нижнее бельё. — Давай я завтра поведу? — Хо одарил меня суровым взглядом — в принципе, как я и ожидала, — ты же будешь ря-ядом, что такого? — замявшись, он задумался на несколько секунд, взвешивая в голове все свои «за» и «против». — Разве что, если ты хорошенько меня сегодня попросишь, — этого мужчину так легко уломать на что-то. Когда он возбуждён и ты его о чём-то просишь, девяносто девять процентов из ста, что предложив ему интересную ночь, которая по сути бывает у нас каждую неделю, он разрешает что-угодно — такой предсказуемый. Ухмыльнувшись про себя, я толкаю его в грудь, заставив перевалиться набок и упасть на спину. Сама забираюсь на него сверху. — Ну давай, попробуй удивить, — удобно умостившись на подушках, подкладывает ладони себе под голову, дабы ему открылся вид на мои действия. Не теряя с ним зрительный контакт, кладу руки на его коленки и медленно поднимаюсь ими вверх. Ощупывая каждый сантиметр, можно ощутить силу его мышц. Минхо знатно постарался над своей физической формой за последние полгода. Усиленные тренировки сделали из него какую-то машину для... Просто машину. Припав губами к его ляжкам, спускаюсь мелкими чмоками к внутренней стороне его бедра. Из-за сильной жары Хо надевает шорты и следы наших игр не должны быть замеченными посторонними. Поэтому, учтя этот нюанс, я стараюсь оставлять метки чуть выше, где засосы будет скрывать ткань. Сминая в ладонях его ноги, массирую тело Хо, ещё больше его расслабляя и подбираясь руками к тазу. Неспеша. Так, чтобы подразнить его немножко. Ловко минуя его член, скольжу мимо лобка и тянусь к торсу. Минхо явно не понравился манёвр и он вымученно простонал себе в сомкнутые губы. Подняв глаза, вижу его напряжённые зажмуренные веки и складки на лбу. Видимо, пытается молчать, дав мне волю самой руководить процессом. По крайней мере — пока. Потому что обычно он даёт мне возможность почувствовать своё превосходство вначале, но к середине зачастую он не выдерживает и перенимает инициативу на себя. Перестав осыпать поцелуями, укусами и засосами его бёдра, провожу языком от основания члена к головке. Снова опускаюсь кончиком языка и поднимаюсь к краю. Хо приподнимает свой таз, ткнув мокрой головкой мне в уголок губ. Не терпится ему, как всегда. Аккуратно придерживая его возбуждение одной рукой, беру в рот конец стояка, начиная его посасывать, а другой рукой покручивая пальцами у основания. Его стоны и вздохи проносятся вибрацией по моему телу, которое неумолимо жаждет большего, скручивая низ живота во всевозможные спазмы. Постепенно вбираю в ротовую полость всё больше чужой плоти, стараясь доставить любимому удовольствие, ну и, может, проучить как-то. Вообще, за всё время, проведённое вместе, у нас с ним было столько практики, что предоставлялась куча возможностей обучиться чему-то новому и опробовать разные методы. Подбирая, что кому больше нравится, мы постепенно узнали абсолютно все слабости друг друга, и наоборот: что точно не стоит пытаться делать. С каждым днём мы старались разговаривать и удовлетворять все потайные желания. Как минимум, точно знаю по себе, что я не все карты раскрыла перед ним, так что многое ещё впереди и есть над чем работать. По ночам... И не только. Спустя неопределённое количество времени моих ласк, мы сменили позиции, — что ожидаемо, — и Минхо уже вжимал меня своим весом в кровать. Чувствовать всё его тело впритык к своему, когда мои затвердевшие соски упираются в его мощную грудь, почему-то это каждый раз так вскруживает мне голову. Слабости — как я говорила. Кончик его языка касается мочки моего уха, облизывая хрящик. Шепчет всякие грязные слова, которые я, в апогее чувств, просто не в состоянии распознать и различить, полностью отдаваясь его властным рукам, шарящим по всей моей коже. Он ведёт своими горячими ладонями вдоль моего живота и выше, к груди. Я издаю мучительный вздох, толкнувшись бёдрами вперёд, пытаясь коснуться его члена, который, я уверена, часто не доволен своим хозяином, отвлекающимся на прелюдии. Но без них в сексе нет красоты и надлежащих чувств вперемешку с приятными полученными эмоциями. Минхо хватает меня за талию, сильно сжимая её и грубо накрывает мои губы, вовлекая в очередной сладострастный, сумасшедший и крышесносный поцелуй. Жадно, требовательно и собственнически. Облизывает мою нижнюю губу, выводя языком известные только ему узоры. Хозяйничает в моей ротовой полости, вступив в схватку с напором моего языка. Наслаждаясь друг другом и сплетаясь воедино, берёт своей громоздкой ладонью мою и переплетает наши пальцы, размеренно толкаясь в моё лоно. Ускоряясь, он привычно пытается заставить меня сдаться, разомкнуть губы, потому что хочет услышать мой голос, совершенно не заботясь о том, что за стеной есть люди. Ему всё равно, если ему хорошо — другие его не волнуют. Под этим девизом живёт по жизни. Как Хо и обещал, говоря о своих способностях: ему удалось вытеснить все лишние мысли из моей головы и я полностью ушла в ощущения, погрузившись в любимом человеке. Так как хотя бы он не сдерживается, не заботясь о мнении других, его сладкий голос усиливает моё возбуждение, отчего я сильнее впиваюсь ногтями в его плечи. Приближаясь к кульминации, я позволяю себе издать хоть какие-то звуки, хотя у меня и не получилось бы сдержать вырывающийся поток вздохов. Замечая, что и Минхо близится к разрядке, вдыхаю больше воздуха в лёгкие, сжимая свои мышцы вокруг члена, вынудив Хо этим действием издать утробный рык и излиться в презерватив в тот момент, когда и моё тело начало содрогаться от накатившего оргазма. Крепче обняв его за плечи, притягиваю к себе, утыкаясь носом в его потную шею. — Вот тебе и принял душ, — из меня вырывается облегчённый смешок расслабления, — придётся опять мыться, — хохоча ему в изгиб, целую эту мокрую шею. Хотя, мне кажется, даже пот Минхо пахнет. Говорят, вроде, мы влюбляемся и в естественные запахи возлюбленных, может и так. — Можем сходить утром. Всё равно постельное не наше, беспокоиться не о чем, — чмокнув меня в губы, встаёт с меня, снимает презерватив и выбрасывает на пол, предварительно завязав в узел, — давай отходить ко сну, дорогая. Завтра опять тяжёлый и жаркий день, проведённый в дороге. Надо успеть набраться сил, — сражаясь с одеялом, пытается ровно его расстелить и забраться под его тёплые объятья. — Умно же мы поступили, только что расстратив весь остаток сил, — хохотнув, ложусь набок, подсовываясь к Хо поближе. — Шутишь? Я наоборот набираюсь сил, занимаясь своей принцессой! — героически вскрикнув своё заявление, хлопает себя в грудь. — Спи уже, принц, — нарочито саркастично выделив последнее слово, в последний раз целую его в ближайшее плечо, прежде чем уснуть.

***

Через несколько дней. — Ты мой спаситель, я та-ак хотела прокатиться на велосипеде, ты себе и представить не можешь, — перебирая ступнями педали, равняюсь рядом с Феликсом. Проснувшись с утра пораньше, я застала прелестную погоду за окном: прохладный свежий ветер, воздух пропитан влагой и пахнет только-только закончившимся дождём. Этим душным дням был необходим ночной ливень, дабы взбодрить население, растения и землю. Обожаю такую атмосферу. Поэтому, не теряя возможности, пока Минхо ещё сопел в подушку после длительной поездки вчера, не став его тревожить, я постучалась в номер друзей, чтобы вытащить лучшего друга на велопрогулку. — Я, конечно, всё понять могу, но ты ради этого проснулась в семь утра? Так ещё и меня вытащила, — широко зевнув себе в ладонь, пытается разлепить всё ещё опухшие ото сна глаза. — Ну-у, к тебе я пришла позже, — улыбнувшись во всеоружии, пытаюсь ослепить его своим задором и приподнятым настроением, — да и самой мне было бы неинтересно выбираться кататься по незнакомому городу. Всегда интереснее проводить такое время с кем-то, — минуя огромную лужу, обратно подъезжаю к другу. — А у тебя же есть велосипед дома, да? Ты сама ездила на нём часто? — вдруг вспоминает он однажды подаренный мне Минхо на Рождество транспорт. — В основном только по делу, когда надо куда-то съездить, в магазин самый частый вариант. — Жаль мы живём далековато друг от друга, — раздосадованно вздыхает Феликс, — и мой велосипед дома у родителей — ещё дальше, — смеётся он. — Да ладно, зато сегодня предоставился чудесный случай. И, в принципе, ты мог и не согласиться, — сощурив глаза, перевожу подозрительный взгляд на Ликса. — Так, проехали. Я тут о другом всё хотел поинтересоваться, но, чтобы без лишних ушей. Что с твоим Минхо? — ловко переводит он тему. — О чём ты? — непонимающе морщусь. — Я просто заметил, что он, вроде, ни разу не курил. Ведь так? Бросил, что ли? Или это я вовремя не попадал? — Тебе не показалось, так и есть, — с нотками радости отвечаю, — о, давай заедем в ту кафешку? — я резко останавливаюсь, переместив ноги с педалей на асфальт, и киваю головой в сторону небольшого здания неподалёку от нас. Феликс следит за моим взглядом и также натыкается на вывеску, на которой нарисован большой розовый пончик. — Давай, позавтракаем заодно. Припарковавшись возле кафе, мы заходим внутрь красиво обставленного заведения, очень милого и сладко пахнущего. Заказав две кружки горячего шоколада, чтобы согреться после прохладной улицы, и несколько пончиков разных видов и вкусов, мы взяли всё в четыре руки и пошли наружу, заняв уютное место в углу. — Ну так, что там с Минхо? — напоминает мне друг о том, на чём закончился наш разговор. — А, да. Тебе подробно рассказать, что и как мы, точнее я с этим боролась, к каким соглашениям и договорённостям мы приходили? Потому что всё это прошло через несколько стадий. Или кратко? — Не-не-не, у нас ещё туча времени впереди. И Рэйчел с Минхо проспят ещё как минимум час, так что... Мы никуда не торопимся, — пригубив немного напитка, Ликс зашипел, явно обжёгшись горячим, и нервно смахнул следы пенки на губах тыльной стороной ладони. — Ну что ж... — размяв шею, я приготовилась рассказать другу всё от «а» до «я», ведь ранее некому было выслушивать через что мне довелось пройти.

***

Следующим разом, когда я вновь начала разговор о дурной привычке Минхо, было весной. Мне настолько надоело, что он каждый раз отнекивается и обещает, что «это последняя», но мы возвращаемся вновь и вновь к тому, с чего начали. — Я не то чтобы зависим, а просто привык, наверное, — поведя плечами, Хо отпивает кофе, закинув в рот конфету. — Разве это не одно и то же? — сидя перед ним за столом и скрестив руки на груди, я недовольно гляжу на него исподлобья, сузив глаза и пытаясь понять его отмазки, найти им логичное объяснение, потому что вдруг этот чёрт не врёт и в самом деле изо всех сил старается и прилагает усилия к тому, чтобы перестать убивать себя этой гадостью. — Возможно, но одно перерастает в другое. Я по привычке иду курить, потому что мне это отчасти нравится. Я привык ко вкусу и мне уже не противно. Я иду курить не потому что зависим и у меня ломка, а просто так, — спокойно и с умным видом в очередной раз пытается запудрить мне мозги. И ведь у него получится, потому что я всегда ему верю, но в итоге мы же всё равно возвращаем всё на круги своя. — Ну так бросишь, значит? — с надеждой расширяю веки, смотря на него, наверное, так наивно сейчас. — Да, обещаю. Просто в этот раз отнесусь серьёзнее. И всё благодаря тебе, — лучезарно улыбнувшись и послав мне воздушный чмок, захватывает в свободную от чашки руку побольше сладкого и шагает в сторону нашей спальни, где у него на паузе стоит какой-то фильм. Я вздыхаю, искренне веря, что на этот раз Минхо сдержит обещание и послушает меня, потому что сил моих больше нет. Как говорится: «Опять двадцать пять». В течении месяца, может больше, я глотала свои несбывшиеся ожидания и мечты, питая себя такими же наивными надеждами на то, что, наверное, человеку сложно быстро бросить курить. Но, несколько раз заметив, что количество окурков за день не уменьшилось, у меня опять сдали нервы. Ещё немного и я напихаю эту дрянь ему в рот и заставлю проглотить — когда сигареты будут потушены, разумеется. И чтобы эта сумасшедшая затея не осуществилась, я решила в последний раз поднять этот разговор, а иначе Минхо несдобровать и я приму крайние меры. И каково же было моё удивление, когда я выбила из него наконец правду и узнала, почему он так халатно относится к моим просьбам завязать с плохой привычкой. — По правде говоря, мне понравилось, как ты пыталась мне помочь, выдумывала новые способы меня завлечь и прочее. Вот я и решил продолжить немного эту легенду, — его былая дерзость и самоуверенность куда-то улетучились и он смотрит на меня, как маленький котёнок, думая, что так я смягчу своё наказание за его проступок. — То есть, хочешь сказать, что всё это время врал? — моему шоку нет предела. Ещё немного и я брошусь на этого шакала и начну душить, — ну и вот как после этого тебе верить, а?! Погоди, ещё раз, — рассматривая его хитрую морду, тяжело и глубоко дышу, пытаясь унять раздражение в теле, — то есть, всё это время, что я пыталась тебе помочь бросить курить ты хитро лгал? — признаться, он превзошёл себя, потому что из всех версий, почему Минхо себя так ведёт, эту я не допускала и даже не предполагала, — и ты мог легко бросить и сам в любой момент? Ты засранец! Я столько раз шла тебе на уступки, стелилась тут перед тобой... Я не знаю, что теперь сделаю с тобой... — заметив, что я снова начинаю закипать, Хо решил немного поумерить мой пыл, подошёл чуть ближе, положив руки мне на плечи. Или он так скорее решил предотвратить возможное нападение, боясь за себя. — Нет, ну технически я и не врал, — вновь пытается объясниться, — всё было взаправду. Но когда я всё-таки лишился желания курить, то... — неуверенно прикусив губу и изучив моё в меру успокоившееся выражение лица, продолжает, — просто решил повременить с признанием. Прости, котёнок, мне так нравилось твоё поведение, — ластясь ко мне, как провинившийся пёс, чмокает меня в щёку, пока я сохраняю безучастное выражение лица, — я же понимал, что секс смогу так и так получить, не в том дело. Просто меня это забавляло и... своего рода походило на ролевую игру, — Хо невинно сверкает глазками, стараясь разжалобить меня и заметить хоть какие-то признаки прощения на моём лице, — я не зависим, малыш, — шепчет осторожно надо мной, — на самом деле я не успел привыкнуть к курению и за это прошу у тебя прощение, что вводил в заблуждение и... недоговаривал, — скорее, он хотел сказать: «обманывал ради своей пользы, выгоды и потехи», но мы-то знаем, как всё было, и озвучивать не надо. — Чёрт... — пропуская его оправдания мимо мозга, смотрю в пол, кусая губу, задумавшись. — Ты ругаешься? — удивлённо вскидывает брови, отодвинув меня за плечи от себя, чтобы рассмотреть меня получше. — Нет, говорю факты. Провозглашаю тебя новым званием, чертяка ты неблагодарный... — возмущённо поднимаю голову, чтобы взглянуть злым взглядом на него и может попытаться заставить его пуще прежнего ощутить свою вину и вдруг даже вызвать дрожь в коленках. Кто знает, может, я и на такое способна и у Минхо правда подкосятся ноги. И, возможно, я сейчас и заговорила, как многие мамы, но мне плевать, когда с этим Минхо и детей не надо, проказничает и пакостит как самый настоящий ребёнок. — Ну извини, милая, — он льнет ко мне, обнимает и расцеловывает всё лицо. — Я ведь взаправду переживала за тебя, твоё здоровье и наше семейное будущее, козлина! — бью его по плечам, но больше игриво, шуточно, так, чтобы это не вызывало боли. — Знаю, знаю, я зараза. Больше так не буду, обещаю, пупс, — Хо чмокает меня в нос, не отпуская рук с моей талии, — я твой порядочный и послушный мужчина и никак иначе. После, как ты мне напомнила о беременности, я сразу решил взять себя в руки и бросить это дерьмо. И получилось, как мне кажется, довольно быстро завязать с этой привычкой. А то, что дальше я просто играл роль, вот за это готов огребать. Что угодно проси, давай любые поручения, я заглажу вину. Хочешь, буду вести себя так, как ты, когда старалась меня заманить в здоровый образ жизни? — прижавшись своей щекой к моей, сильнее притиснувшись ко мне, поглаживает меня по голове, спускаясь нежно к спине, успокаивая. Не могу я на него долго злиться, ну просто не могу... Надо признать, что это его тайная способность передо мной, фора, которая всегда срабатывает. Он знает, как меня ублажить — во всех смыслах этого слова и во всех сферах нашей совместной с ним жизни. Ну пускай попыхтит несколько недель, потом и решу, когда стоит простить его окончательно и по-настоящему. Должен же он хоть какое-то наказание понести.

***

Наши дни. — Охренеть он олух, — резко вырывается из уст Ликса и он вмиг затыкается, — прости, — прочистив горло, невозмутимо припадает губами к опустевшей кружке охладевшего горячего шоколада. — Да нет, ты прав. Олух. Самый настоящий. — Поплясал у тебя, а? — заинтригованно вздёрнув бровь, Ликс явно хочет услышать продолжение истории, а именно, какие же наказания понёс Минхо. Но... Не думаю, что Ликсу стоит в красках и без них описывать, как Хо танцевал передо мной стриптиз, предварительно потренировавшись, потому что он должен был сделать это привлекательно, чтобы я была довольна, иначе один из его наказаний не был бы засчитан. И надо ли уточнять, что я присутствовала на всех его пробных версиях, когда он в самом деле учился этому искусству в интернете и узнавал, как правильно танцевать такой вид танца? Нет, определённо Ликсу это поведывать не стоит. — Да так... Только шеста ему не хватало, и было бы идеально, — Феликс присвистнул, поскольку по моему тону не скажешь, что я только что пошутила. Он знает, когда я говорю правду и пытаюсь её завуалировать, не говоря прямо. — Слушай, а ведь мы могли бы сходить как-то в мужской стрип-клуб, м? — вот это предложение... И от кого? От Феликса! И он, заметив моё замешательство на лице, быстро опомнился, встряхнув головой, — не, ну а что ты так вытаращилась? Что в этом такого? Я же не в женский предлагаю. Заставим Минхо поревновать, как тебе идея? — заиграв бровями, пытается соблазнить меня на такую сумасшедшую авантюру — а ведь раньше этот человек был моим ангелом, толкающим на правые поступки, а теперь... Кто превратил этого мальчика в дьявола? Да и если я смогу встать на утро после такого похода в подобный клуб с Минхо, то это будет чудо. Потому что, если я не предупрежу его заранее, куда именно мы направляемся... Я получу по самое не хочу, когда мы прибудем домой, потому что на людях он не станет меня тянуть за руку и устраивать сцен. — Ликс, скажи, что ты шутишь, — всё ещё немного отрешённо говорю после его озвученных намерений. — Да почему-у? Я и Рэйчел будем не против, мы уже говорили, что это был бы прикольный опыт. Тем более мы смотрели, что по пути таких клубов будет несколько, почему бы не заехать на один вечерок? Поглазеем, какие красивые мужики бывают и как правильно двигаться, потом можно удивлять так же в будущем своего партнёра — попытаться, по крайней мере, — не забывает уточнить. — Вдруг, твой Минхо научится чему-то новому, если тебе понравится смотреть на такое. Его тело позволяет, во всяком случае. И формы, и пластика, сила, контроль тела, круто же будет. — На чужие голые намасленные тела, вряд ли, — скептически скривившись, уже представила, как мне будет неприятна эта картина. Всегда отталкивали эти перекаченные курицы мужского пола. — Ой, какая ты зануда. И Минхо твой такой же. У вас секс точно не скучный? А то... — Феликс! — грозно вскрикнув, закрываю ему этим самым рот, потому что он как-то уж слишком заигрался, увлечённый тем, чтобы заманить меня в какой-то притон. — Ну всё, всё, не трогаю. Я пытался, — он беспомощно разводит руки в сторону, так, словно кому-то пообещал выполнить поручение, но с треском провалился, и встаёт со стула, — но мы с Рэйч всё равно как-то выделим вечер и пойдём без вас, пока вы будете тухнуть в отеле. — Ага, давай, удачи. Смотри, чтобы твой тощий зад случайно не перехватили где-нибудь в туалете, мгм, — убедительно кивнув ему, немо намекаю на то, что такого чудесного мальчика эти самые «классные» мужики не пропустят мимо своего внимания и не позволят упустить «добычу». Больных извращённых ублюдков в мире хватает. После предостережения также поднимаюсь с места следом за другом, так как мы уже всё доели, выпили и нам пора возвращаться назад в отель. По пути ещё и нужно отвезти велосипеды на место. — За-ну-да, — топая позади меня, хочет укорить меня в моём выборе. Но шантажом и манипуляциями Ликсу меня не завлечь. — Су-те-нёр. — Эй! — Я сказала о тебе такой же бред, как и ты только что обо мне, так что не возмущайся. Усадив наши задницы на сиденья, мы молча отъехали от кафе, отправляясь по той же дорожке, что и до этого, только в обратную сторону, на пути к отелю. И, наверное, следовало купить эти угощения Минхо с Рэйчел, а то как-то не красиво получится приехать с пустыми руками. Поэтому «примирившись» со своим другом-сутенёром, я вовремя развернула нас назад, когда мы ещё не успели далеко отъехать, дабы прикупить сладких пончиков нашим любимым.