Любовь зверя

После приезда полицейских и взятия показаний, каждый разошёлся по укрытиям. Моя квартира по закону принадлежала Генриху и полицейские попросили, что бы в день открытия дома, хозяин присутствовал. Должно пройти двое суток, что бы жители могли вернуться по своим домам для расчёта убытков и потерь. Первый и второй этаж всё ещё дымились, когда мы с Адольфом уезжали. Последние два этажа бойко стояли, не прикоснутые огнём.  Ирма уговаривала меня пойти с ней к её сестре переждать ночь, но Адольф был категорично против. Я не стала ему перечить, потому что не хотела обременять бедную Ирму. Её сестра имеет многочисленную семью и места с трудом найдётся лишь для Ирмы. Армана я всё же решила отдать ей на попечения. Адольф как любитель собак незаметно обрадовался моим решением.  Дом Адольфа, находился в маленьком, элитном районе Берлина, довольно близко к моей квартире. Уютный, устроенный в современном стиле, дом напоминал мне загородные коттеджи Мюнхена.  Двухэтажный, с крышей из тёмно-серой черепицы, кремовыми стенами, большими окнами и с тёмной массивной входной дверью. Периметр дома был ограждён невысоким, стальным забором.  Интерьер был дорогим, но всё же не таким роскошным как в усадьбе, а более сдержанным, можно сказать с мужским вкусом. Дерево, тёмный мрамор, хрусталь. - Господин Адольф, вы вернулись, мне сообщить... - невысокий мужчина средних лет встретил нас около двери. Он сразу умолк, когда заметил меня. Одежда на нём была ухожена, без единого изъяна, тёмный костюм и белоснежная рубашка. - Ева, знакомься это Зигмунд, мой дворецкий и верный помощник. - я сдержанно улыбнулась дворецкому при этом легко пожимая его руку. Он разглядывал меня, шоколадными глазами, полными недоверия и переполнены отвращением.  Я могла его понять. Мы оба с Адольфом выглядели словно после бомбардировки. Волосы растрепались и торчали во все стороны, одежда была помята и грязная, лицо раскрасневшаяся из-за жары и бурлящего в крови адреналина. Адольф выглядел куда хуже, с разодранным рукавом пиджака и покрыт с ног до головы пеплом. Он не позволил мне перевязать рану ссылаясь на скорое возвращение домой.  - Рада знакомству, господин Зигмунд. Я Ева Браун, главный фотограф и младший помощник редактора в издательстве Франц Эер Ферлаг. - мой голос звучал уверенно, величественно. Несмотря на мой неопрятный вид, достоинство я не подрастеряла. Мне показалась важным произвести на людей Адольфа хорошее впечатление. - Обращайтесь ко мне просто Зигмунд, дорогая Ева... - услышав моё полное имя и место работы, Зигмунд оживился. - Наслышан о вас и о ваших достижениях. Я читал каждую вашу статью! - Адольф бесцеремонно перебил повеселившегося дворецкого.  - Зигмунд, позови Амалию и распорядись приготовить Еве спальню напротив моей. - после слов о комнате, дворецкий выпучил глаза, но всё же быстро удалился не вымолвив ни слово. - Ева прошу, проходи. Мой дом, теперь и твой дом. - последняя фраза удивила меня. Адольф проговорил её настолько серьёзно, что по моему телу побежали мурашки. Я не до конца понимала, что за чувство обхватило меня, то ли страх неизвестности, то ли предвкушение. Почувствовав мою неуверенность, Адольф нежно взял меня за руку, переплетая наши пальцы и повёл меня вглубь дома.  Мы вошли в гостиную, украшенную большими окнами с дубовыми рамками, огромным камином, диваном из разноцветной ткани напротив которого стоял низкий стол. На левой стене располагалась библиотека и раскачивающая скамья, а на правой, комод на которым стояли мелкие растения. Адольф, с лёгким стоном опустился на диван увлекая меня за собой. Он не заботился о дорогой ткани, усаживаясь уверено на диване пачкая его в пепел. Его не волновала наша грязная одежда и помятый вид. Его дом, его крепость. - Расслабься, Ева! Мой дом нечасто принимает таких желанных гостей. Пожалуйста, чувствуй себя как дома! - он попытался снять пиджак, но рана не позволила. - Амалия, моя служанка поможет тебе принять ванную и принесёт чистую одежду. - Адольф, пытался не показывать мне свою слабость, всеми силами пытаясь скрыть боль в предплечий.    - Позволь мне перевязать твою рану. - я нежно коснулась своими руками его плечей, медленно стягивая пиджак. Под пиджаком он носил тёмно-синею безрукавку. - Это моя ответственность, ведь ты получил эту рану из-за меня. - на его предплечий красовалась неглубокая рана от пореза стеклом. - Эта просто царапина, не беспокойся. - Адольф попытался отодвинуться, не давая мне возможность рассмотреть получше рану.  - Не уворачивайся. Я же вижу как тебе больно! - мужчина после моих слов напрягся и как-то странно, пристально осмотрел меня. Он словно не верил в искренность моих слов. - Пожалуйста, позволь мне тебе помочь. - я коснулась своей ладони его колючей от щетины скулы, неосознанно стирая полосу чёрной сажи. Адольф поддался корпусом вперёд настолько, что наши лица оказались в дюйме друг от друга. Дыхание смешалось в едино. Глаза с жадностью впились друг в друга, ища ответное желание, трепет души. Наши губы почти соприкоснулись, когда... - Господин Адольф, Зигмунд сказал что вы... - женщина на вид лет пятидесяти бесшумно зашла в гостиную прерывая наш момент близости. Мы отстранились друг от друга как ошпаренные. При её виде мои щёки сильнее заалели. Я чувствовала себя нашкодившим ребёнком, которого поймали родители за непристойным действием. Адольф оставался спокойным, но я увидела как его ладони сжались в кулаки, а губы превратились в тонкую полоску. В воздухе чувствовалась опасность. - Ты разучилась стучаться, Амалия? - Адольф сверил холодным взглядом служанку и я поняла что этот взгляд не предвещает ничего хорошего. - Прошу прошения, господин, дверь была приоткрыта и я... - Амалия пыталась быть искряной, но искрящееся глаза выдавали её страсть к сплетням. Она периодически косилась на меня оглядывая с ног до головы, как какую-то диковинку. Мне показалась что эта женщина была готова протерпеть любое наказание лишь бы узнать новую сочную сплетню. - Комната готова, одежду я также приготовила. - она сладким голосом затараторила, успокаивая Адольфа. - Мне приготовить ванну? А может стол накрыть? Вы ранены?! - вопросы градом сыпались на наши усталые головы, пока Адольф жестом руки не остановил опрос. - Ты поможешь Еве принять ванну и переодеться и на этом свободна. В остальном, я сам займусь нашей гостей. - женщина быстро удалилась не проронив больше и слова. - Ева, прошу прошения за Амалию, она иногда слишком любопытна, но в целом вы сможете найти общий язык. - от таких как Амалия, всегда нужно держатся по дальше, что бы как можно меньше попадаться на их длинный язык, но мои выводы я держала при себя. На яву же я мягко улыбнулась и кивнула Адольфу в знак согласия. - Я провожу тебя до комнаты, а после... если ты не против, позволишь мне показать тебе дом? Я знаю что ты уставшая и отдых тебе необходим... - мы поднялись по лестнице, на первый этаж и мой взгляд упал на фотографий расставленные на стенах. - Я согласна! - мужчина заметил мой интерес к фотографиям и самозабвенно улыбнулся. - Сон всё равно на такую загруженную голову не пойдёт. Так что я с радостью ознакомлюсь с твоим домом. - Адольф вновь взял меня за руку введя вглубь ярко освящённого коридора. Мы остановились напротив дубовой двери и Адольф с улыбкой отворил её позволяя мне узреть свои покои на эту ночь. - Вот и твоя комната! Надеюсь придётся тебе по вкусу. - не то слово по вкусу. Пол из тёплого дерева был прикрыт разноцветным ковром, окна обрамлённые светло-кремовыми шторами, на середине двуспальная кровать прикрытая белыми, роскошными простынями, огромный дубовый шкаф занимал одну из стен, в углу находился небольшой, каменный камин, напротив окон стоял стол с канцелярскими принадлежностями и стул. Также в комнате присутствовала зеркало и туалетный столик. Эта комната без сомнения должна принадлежать женщине. Она отличалась от всех каким-то уютом, спокойствием. Безопасностью. - Мне очень нравится. Спасибо ещё раз Адольф, что принял меня к себе. Это очень много для меня значить... Я обязательно оплачу тебе за твою доброту. - неожиданно Адольф приблизился ко мне обхватывая своими горячими ладонями моё лицо. - Запомни, Ева, сейчас и навсегда, передо мной у тебя нет ни единого долга, единственный должник это я. Ты выделила мне внимание, проявила заботу... И всё это не прося чего-то взамен. - с каждым словом моё сердце таяла, а тело трепетало. - Ева, ты дала мне надежду на новую жизнь. Жизнь полна радостей и... любовью.

Любовь это когда ты наделяешь другого человека силой, способной уничтожить тебя, одновременно с этим доверяя тому, что он никогда этого не сделает.

С великом наслаждением я приняла ванну с помощью Амалий. Отвязаться от неё мне не удалось, отказываться от её помощи было бы невежливо поэтому я растворилась в этом моменте полным неги. Ароматные средства для мытья помогали мне расслабиться. Но всё же назойливые мысли кружились в моей голове. Адольф непрямо признался мне в любви и это не давало мне покоя. Поверить в искренность его чувств было очень трудно. Несмотря на моё недоверие его поступки, взгляды, касания пробуждают во мне глубокие, нежные чувства. Я смогла в него влюбится? Смогла отдать ему своё сердце или это просто иллюзия юношеского мозга?