Я так рад.

      Время близится к окончанию рабочего дня, уставший после разборок со школьниками Шота медленно потирает глаза. Надоело. Каждый день он приходит сюда, чтобы учить детей, но в итоге те оказываются столь глупыми, что выдерживать это становится невозможно.       Солнце давно зашло за горизонт, но на улице всё ещё светло благодаря снегу, совсем недавно выпавшему в большом количестве. Удивительно для Японии.       Айзава собирает свои вещи в рабочую сумку, выходит из кабинета и неспешно закрывает его. В академии ни души, так спокойно и тихо. Мужчина достаёт телефон и звонит мужу, предполагая, что тот уже вернулся со своей непростой работы:       — Привет, Хизаши, ты уже освободился?       — Да, около часа назад, — отвечает голос в трубке. — Твоя смена закончилась?       — Ага, а Шинсо дома?       — Вернулся, по его словам, на полчаса раньше меня. Говорит, гулял с каким-то мальчиком, — последнее произносится с некой еле заметной радостью. Оба знают, насколько Хитоши нелюдим и как редко заводит друзей. — Вроде как, зовут того мальчишку Изуку. Он, наверное, один из твоих студентов?       — Я удивлён, но, да, это так. Дорогой, если не сложно, приготовь что-нибудь на ужин, я вернусь лишь через минут двадцать, — отвечает Шота, пересекая пешеходный переход и двигаясь в сторону местного магазина. Ему несказанно повезло жить недалеко от собственной работы. — Тебе или Шинсо нужно что-либо в магазине?       — Шинсо! — зовёт мальчика собеседник, звуча чуть удалённее. — Тебе надо купить что-то?       Далее воцаряется недолгое молчание. По ту сторону слышно лишь дыхание.       — Он ответил, что ничего не требуется, однако, если не трудно, купи его любимое печенье. Не думаю, что откажется. И ещё, у нас закончился порошок, купи небольшую пачку, — наконец сказал Ямада.       — Понял.       — Буду ждать дома, Шота, — проговорил Мик и отключился.       Айзава ощутил себя несколько воодушевлённо — любые разговоры с близкими, даже короткие и фактически бессмысленные, могли запросто осчастливить.

***

      — Я вернулся, — закрывая входную дверь, громко сообщил мужчина. — Эй, вы тут?       — Привет, пап, давно не виделись, — с ухмылкой ответил вышедший с кухни Хитоши. Несколько часов назад он сидел в кабинете профессора вместе со своими одноклассниками и, как порядочный человек, усердно учился, но сейчас всё позади. Сейчас Айзава — его отец.       — Ты пришёл, милый? — следом за сыном из комнаты показался и немного запыхавшийся супруг. — Как раз вовремя! Я почти всё приготовил, осталось совсем чуть-чуть. Ты пока переоденься.       Когда, наконец-таки, вся маленькая семья села за стол, все её члены принялись обсуждать прошедший день:       — Ну, что, сынок, как тебе прогулка с тем мальчиком? Он тебе нравится? — осторожно поинтересовался Хизаши, беспокоясь, что Шинсо негативно отреагирует на подобные расспросы.       — Это так заметно? — печальным тоном произносит тот, бесцельно ковыряясь в тарелке палочками. — Да, наверное. Однако он мне точно не симпатизирует.       — С чего же ты взял? — стараясь поддержать, уточняет Шота. — Я, например, так не думаю.       — Папы, давайте не будем об этом. Вы, лучше, расскажите, как сами провели день, — грустно говорит Хитоши, отчаянно переводя тему.       — Ой, ну… — растерянно бормочет желтоволосый мужчина. — Сегодня я поймал несколько мелких преступников. Один хотел обворовать магазин, а второй украл у какой-то пожилой дамы кошелёк. Благо, я сумел отловить обоих. Впрочем, больше ничего интересного.       — У меня тоже всё как обычно: жалобы от родителей, нерадивые ученики, — в этот момент Айзава чувствует на себе осуждающий взгляд юноши. — да ладно тебе, Шинсо! В общем-то, вы поняли. Кстати, сынок, я купил твоё любимое печенье.       — Спасибо, пап, я тогда чуть позже выпью чай с ним, — ответил повеселевший парень.       — Только с нами не забудь поделиться! — воскликнул Ямада, после чего последовал дружный смех.       Неожиданно раздался звонок телефона, как оказалось, принадлежавшего мальчику, потому что он, резко вскочив с места и подняв экран перед глазами, на котором высветилась надпись «Изуку», прошептал: «Простите, мне нужно ответить; спасибо за вкусный ужин» и спешно покинул помещение.       — Так и вырастают дети, — усмехнулся Ямада, начав, не без помощи «любимого», убирать со стола.

***

      — Знаешь, Шота, ты мне так и не рассказал, как усыновил Хитоши. Быть может, пришло время?       Они лежали на кровати в не совсем обычной позе: Хизаши лежал на подушке, положив под голову руку, второй же легонько гладил голову прилёгшего ему на грудь Айзаву. Тот не сопротивлялся.       — Что ж. Это было четыре года назад, когда ему было двенадцать…       — А тебе двадцать семь? — перебил говорившего Ямада.       — Именно. Но, прошу, не перебивай меня больше без крайней необходимости, — послышался вздох. — Так вот. Я иногда посещал детские дома и отдавал некоторую часть своей зарплаты на благотворительность — помощь детям, оказавшемся в таких заведениях. Этот мальчик зацепил меня своей любознательностью с самого первого моего прихода. Помню, как тогда у него ещё горели от радости глаза. И хотя я знал, сколь сложен процесс усыновления, всё равно пошёл на это. Уже тогда Шинсо проявлял себе мальчиком умным, умелым, научившимся качественно контролировать свою причуду. Я помогал ему с ней, когда возникали те или иные проблемы. До усыновления, к слову, одна из воспитательниц рассказала мне, что его биологические родители являлись героями, погибшими в битве с более сильными злодеями. Печально, да? Тем не менее Хитоши практически ничего не помнил про них, это радует.       — Занимательно, правда, — задумчиво сказал Хизаши, даже понятия не имея, что, собственно говоря, ответить.       — Знаешь… а я ведь никогда и не думал, что ты станешь моим мужем.       — Хочешь сказать, для тебя это стало чем-то неожиданным? — после этих слов Шота поднялся с груди супруга и так же лёг на подушку, слегка приобняв мужчину.       — Возможно. Я редко говорю нечто подобное, но я искренне люблю тебя и Шинсо. Я счастлив, что вы когда-то появились в моей жизни. Спасибо тебе за всё, Мик, — спокойным, с ноткой позитива, произнёс темноволосый.       — М-м, так слезливо, — пробормотал собеседник, но, увидев серьёзный взгляд любимого, быстро переменился. — Я тоже люблю тебя, очень сильно. И рад, что вы с Хитоши у меня есть.       Договорив, он отчего-то неловко коснулся губами щеки Шоты, а после тот затянул его в долгий поцелуй.

«Я так счастлив, что встретил тебя»