Колдовстворец. История одного камня

      Окружающая обстановка не располагала к разговору. Погода становилась холоднее, а в воздухе ощутимо чувствовался запах сырости. Наступающие сумерки входили в свои права, наполняя голубое небо синей поволокой. Фестралы становились все более буйными, а кареты будто бы гудели от переизбытка магической силы, которую испускала школа по мере приближения к месту назначения.       Немногие волшебники способны найти Колдовстворец самостоятельно, они всегда прибегали к помощи амулетов, либо тех людей, кто уже бывал здесь раньше. Будь то порошки или порох, они всегда могли завести гостя в другой конец страны, отводя недоброжелателей подальше от стен учебного заведения.       Смотря сквозь иней на окнах, Алоиза могла поклясться, что впервые не увидела ни одной птицы за время их путешествия. Даже прибывая на младших курсах она всегда обращала внимание на стаи тех птиц, что улетали в это время на зимовку в более тёплые края. Сейчас же этого не было.       С легким беспокойством девушка постаралась отвлечься от наблюдения таких мелочей, списывая на возможную нестабильность климата или другие вещи, на которые обычно опираются магглы в подобных ситуациях. Алоиза аккуратно откинула голову назад, всматриваясь в потолок кареты, где когда-то в детстве любила находить замысловатые узоры, высматривая сюжеты любимых сказок и былин. На данный момент перед ней предстал лишь абстрактный орнамент, который абсолютно не стремился складываться в картинку. - Все же в курсе, что этот год особенный? - Артур встрял в тишину, видимо пытаясь заполнить ее бессмысленными разговорами и сплетнями. - Моя матушка отмечала, что в этом году охрана замка была усилена, но… к моему большому сожалению, не уточнила, почему.       Раздался тихий смех Вильгельма, он укоризненно смотрел на брата, будто тот рассказал то, что должно хранится в тайне за семью замками, желательно в их собственном доме, желательно в подвале. - Тебе лишь бы дать идею, и ты разболтаешь ее в каждом углу, желая утвердиться в глазах девчонки, - он все так же не отрывал взгляда, в то время как Артур заметно сжался под натиском. - Усиление охраны может быть следствием многих факторов, в том числе и переизбранием директора. - Разве директриса собирается уходить с поста? - Напомни своё имя, мальчик? - Соломон, - он протянул руку для рукопожатия, на что Вильгельм слабо ухмыльнулся и протянул свою в ответ. - Так вот, Соломон, госпожа Принтс не позволит кому бы то ни было забрать свой пост, но... министр магии нашего отделения настаивает на том, чтобы все прошло по видимым стандартам.       Он так же, как и Алоиза, откинулся на спинку кресла, через секунду он продолжил: - Никто из ваших родителей не удосужился сказать вам об этом?       Алоиза медленно перевела взгляд на Вильгельма, только сейчас замечая, что он ожидает именно ее ответа. - Не думаю, что нам, плебеям, доступны такие знания. - Ах да, очень жаль, что твоего отца понизили в должности после рождения в вашей семье нечистого. Как известно, подобные места могут занимать только кристально чистые выходцы родословных, - он скосил взгляд на Марка, сидящего по левую руку от девушки, - искренне сожалею, Алоиза, что тебя сделали нянькой для грязнули.       Гробовая тишина. Именно таким словосочетанием можно назвать то состояние, которое воцарилось после этих слов. Нельзя сказать, что Алоиза сама так не считала. Она искренне не понимала поступка своей тети, бросившей своего сына на растерзание в чистую среду. Но не любить своего брата она не могла, как бы не старалась задушить в себе эти чувства, как бы не колола в ответ на его колкости, они всегда оставались братом и сестрой. - Мне жаль, что достоинство волшебника в твоём понимании оценивается поступками других людей, а не его собственными, - девушка спокойно накрыла рукой сдавшийся кулак брата, - будь наше общение менее формальным, я бы вызвала тебя на дуэль за оскорбление чести семьи, но боюсь, слово «честь» для тебя не знакомо. - Ох, а вот и наши зубки, случаем не в Пондер-факультет метишь? - Твоего узкого кругозора не должно касаться то, где я буду учится, Вильгельм.       Карета остановилась. Пространство снаружи заполнилось гомоном прибывших учащихся, в то время как внутри их кареты шло противостояние на грани соприкосновения льда и пламени. - Прошу дам на выход, - Соломон взял инициативу на себя и встал со своего места, протягивая руку в приглашающем жесте.       Девушки аккуратно спустились на каменный пол, замечая действительно усиленную охрану замка. Кареты остановились на временном парковочном месте, расположенном недалеко от школы. Здесь земля была выжжена огнём дракона и заколдована на распознавание чужаков. По периметру обозначенного круга стояли с два десятка молодых людей. В их руках не было палочек, лишь гранатовые кольца на указательных пальцах правых рук. - Я так понимаю, усиление безопасности достигается и за счёт самих учеников? - Ядвига обернулась в сторону братьев, неторопливо выходящих в данный момент из кареты. - Правильно понимаешь, Сáтина, - Артур склонил голову в изучающем жесте и обвёл взглядом тех, кто выполнял роль охранников, - они на несколько лет старше нас, к тому же, большинство на Пондер-факультете, а не многие на Демьян-факультете. - Хоть это и немного оскорбляет нашу честь, - Вильгельм встретился взглядом с Алоизой, - все же мы рады, что эта участь не слишком задела наш факультет. - Вы - ученики Демьяна? - Да, дорогая Ядвига, потом поболтаешь со своей подружкой и выведаешь у неё другие «секретики» нашей семьи, - Вильгельм легко стукнул брата по плечу и направил его ко входу в здание, служившее пристройкой к Колдовстворцу. - Мы ещё поговорим об этом, - девушка подошла ближе к Константиновой, - и ты расскажешь мне все, что знаешь о них. - Куда ж я денусь, - с вымученной улыбкой Алоиза направилась вслед за всеми новоприбывшими.       Проходя хвойную местность, девушка постоянно ощущала на себе наблюдающие взгляды сопровождающих, каждый из них следил за определённой группой, как поняла Алоиза, они зрительно разделили толпу и находились с теми людьми, которые ими были получены. Направляясь в собственные временные комнаты, они не могли не заметить, что позади раздавались неестественные щелчки, которые многие уже слышали, когда закрывали двери на запирающие заклятия.       Сейчас же, обернувшись назад, они увидели, что ученики старшего потока под наблюдением мисс Лупты, учителя ближнего боя, накладывали охранные чары, закрывая проходы за учениками. Это было странно. По крайней мере Сатиным и Костантиновой было известно, что охранных чар самого замка было достаточно для защиты территории.       Все так же проходя с сопровождением, четверка передвигалась по извилистым лабиринтам здания. Архитектура не изменилась: высокие каменные потолки, яркие лампы практически на каждом метре, служащие прекрасным освещением в самые тёмные ночи. Орнамент на стенах все так же сиял чистотой и новизной, в то время как полы поглощали шумы, делая шаги невообразимо тихими. В коридорах всегда было светло и тихо, за исключением тех шумных разговоров и споров, когда ученики уже вливались в учебные дни.       Картины на стенах с интересом наблюдали за будущими учениками, провожая их томными вздохами, но так и не одарив ни одного колкими высказываниями. Они будто сами боялись заговорить с детьми, будто кто-то запретил им это делать. - Будущий первый поток старшего курса следует в свои комнаты, чтобы переодеться, а младшие идут за нами в главный зал, - двое сопровождающих, идущих в авангарде толпы разошлись по разным коридорам, разделяя группу на две части: одна меньше – те, кто сегодня пройдёт распределение, и вторая больше – те, кому еще не пришло время узнать, на какой факультет их распределит магия крови.       Ядвига и Алоиза махнули братьям и направились вслед за теми, кого повели в комнаты. Каждая из них не понаслышке знали, как проходит распределение, но сейчас, стоя на местах тех взрослых людей, коими когда-то казались остальные, девушки испытывали доброе волнение. Они прекрасно понимали на какой факультет скорей всего отправятся, но всё же испытывали приятные покалывания от предвкушения.       Свободно зайдя в комнаты, где их уже ожидали личные вещи и чемоданы, Алоиза заметила, что в комнате нет её рыси. Клетка не стояла ни около кровати, ни на ней, прикрытая балдахином. Прохаживаясь по периметру небольшого помещения, девушка проводила рукой по каменистым поверхностям стен, чувствуя вибрацию защитных заклинаний. В момент, когда она подошла к окну, сзади раздался мужской голос: - Девушки, у вас все в порядке? Встречаемся у входа через пять минут, - молодой человек лет двадцати смотрел на каждую без особого любопытства, а на его руке, которую он положил на ручку двери, блестел перстень с янтарём – символ Демьян-факультета. - Да, - Алоиза вздрогнула от неожиданного вторжения, но развернувшись собрала эмоции в кулак, - домашних животных разве не должны били доставить вместе с личными вещами? - Кстати об этом, - Ядвига тоже обратилась к парню, - моего фенека тоже нет, где его можно найти?       Парень, видимо старался побороть желание закатить глаза, но не смог, смотря на каждую из них с некой насмешкой, смысл которой пока был не понятен ни одной. - Всех домашних питомцев отдали на временное содержание учителю УзМС, поэтому проявите каплю терпения и немного уважения, и не заставляйте нас всех ждать.       Парень развернулся и взмахом руки аккуратно закрыл дверь, захлопывая ту с негромким шумом.       Ядвига обернулась, хлопая ресницами, и уставилась на подругу. - Не знаешь, с какого момента школа начала распоряжаться личным имуществом учеников? - Нет, а если бы знала, то ничего не смогла бы сделать. Это же госпожа Принтс, а с ней не спорили даже наши родители. Не думаю, что она оценит подобные предъявления со стороны учеников, - Алоиза подошла обратно к чемодану с вещами, расширенному с помощью заклинания, и отыскала в нем фирменную школьную одежду. На языке крутилось много невысказанных слов, которые когда-нибудь точно найдут выход, пока девушка надевала брюки с завышенной талией, застегивала черный корсет поверх белой хлопковой рубашки. На левую руку уже была надета черная укороченная перчатка, закрывающая только часть кисти, а на правой – свободно место для кольца, которое она сегодня получит.       Как только Алоиза закончила, она отошла ближе к двери, дожидаясь подругу. Та выглядела практически так же, только сейчас её темно-рыжие волосы были туго связаны чёрной лентой. - Попрощаемся с нашими палочками сегодня, названная сестрица? - Всенепременно.

***

      Они двигались достаточно быстро, чтобы попасть в главный зал к указанному времени. На каждом повороте и развилке их сопровождали ученики старших потоков, прослеживая за тем, чтобы никто не отбился от группы и не забрел не в тот закоулок. Хотя каждый из присутствующих учеников пробыл в этой школе не один год, в этот раз руководители не поскупились на безопасность.       Вход в зал встретил их распахнутыми настежь дверьми, за которыми уже слышались одобрительные возгласы и кричалки, выражающие поддержку. Те, кто не участвовал в охранных действиях сидели на скамейках амфитеатра, уходящего вниз, где уже дожидались прибывших учителя. Каждого попросили выстроиться в шеренгу из одного человека, чтобы он мог легко пройти между рядов, спускаясь вниз.       Коленки дрожали, а живот неприятно тянуло вниз, хоть Алоиза своими глазами в течение семи лет наблюдала за порядком проведения ритуала. В начале каждого года этот зал слышал имена людей, которые в будущем смогут прославить свою фамилию на все Магическое общество, и каждый год к пяти факультетам присоединялись все новые и новые волшебники.       Госпожа Принтс встала со своего места, расположенного в центре сцены амфитеатра, и, обойдя небольшой стол с резной шкатулкой, встала прямо напротив главного входа. Она посмотрела в глаза первому ученику, стоящему к ней лицом, и едва заметно кивнула.       После этого синхронно с шагами спускающихся в центр амфитеатра госпожа Принтс во второй раз обходила небольшой столик, одежда шлейфом следовала за ней, развиваясь небольшими волнами от каждого её шага. Черный подол был будто продолжением её самой, следовал её темпу, отмеряемому стуком каблуков.       Как только первый волшебник колонны остановился перед сценой, прямо напротив остальных учителей, все так же сидящих на своих местах, директриса завершила свой шаг и остановилась по другую сторону от учеников, прямо позади шкатулки.       Трибуны затихли, никто не смел нарушить воцарившуюся тишину. Глаза каждого были устремлены в центр, где сейчас стоял первый ученик, который пройдет распределение, и женщина, уже не один десяток лет занимающая свой пост.       Раздался щелчок пальцев госпожи Принтс, за ней повторили несколько учителей, вставая по очереди со своих мест, но не отходя от них ни на шаг, следующими стали ученики, которые так же тихо вставали с трибун. Один звук превратился в шквал одновременных щелчков, отмеряющих время, будто ход секундной стрелки, необратимо приближающейся к полуночи.       В одну секунду все прекратилось, а перед шкатулкой возникла чаша с углями. Ритуал начинается. - Разожги костер, - голос директора был обманчиво мягким, за напускной вежливостью скрывался металл, - я хочу, чтобы ты разжег пламень погибели в этой чаше, Демид из семьи Бекаревичей.       Парень с растрепанными волосами цвета высохшей соломы подошел ближе, доставая палочку из кобуры, расположенной поперек груди. Его руки не дрожали, но плечи были напряжены настолько, что Алоиза могла поклясться, что слышала хруст ткани на его теле.       Один взмах волшебной палочки, рассекающей воздух, и в чаше появился огонь синего цвета. Пламень погибели – таким было название данного колдовства. Оно находилось на тонкой границе между светлой и темной магией, и не многие волшебники последнего курса младшего потока могли позволить себе пользоваться подобным. - Хорошо. Очень хорошо, - губы директрисы сжались в едва заметную улыбку, она подошла ближе и протянула руку Демиду в приглашающем жесте. – Теперь положи палочку в огонь и отойди на шаг назад.       Парень слушался беспрекословно. Он покорно подошёл ближе, лишь на мгновенье взглянув в пылающие угли, где через секунду начала трескаться его палочка, сосредотачивающая в себе его магию. Искры от прикосновения огня сначала были различных цветов, начинались с красного, постепенно переходя в фиолетовые и возвращаясь обратно к красному.       Через несколько секунд огонь утих, оставив тлеть угли от палочки, которые испускали дым зелёного, почти изумрудного оттенка.       Как только цвет определился, а дым перестал испускаться, шкатулка позади чаши открылась. Все взгляды амфитеатра были обращены туда, пока ряды людей не взорвались громкими аплодисментами, встречая нового последователя одного из пяти факультетов. - Приветствуем первого ученика Смараг-факультета! – госпожа Принтс подошла вплотную к нему, и Алоиза заметила, что парень вздрогнул, когда женщина взяла его за руку и подняла её выше их голов.       Через секунду Демид повернулся к директрисе и склонил голову в быстром, почти неряшливом поклоне, после чего быстро подошел к шкатулке и аккуратно, почти трепетно достал кольцо с изумрудом – признак его факультета для парней. Он вновь обернулся к зрителям, надел кольцо на указательный палец правой руки и поднял её в воздух. Как только крики утихли, парень спустился со сцены и направился к людям с такими же изумрудными кольцами.       Церемония повторялась одинаково уже пять человек подряд, а на руках учеников все появлялись новые кольца, произведенные самой магией школы. Этот зал сегодня уже принял детей в Смараг, Маргарил и Демьян факультеты. Все еще не встречалось двух – Синцерус и Пондер.       Настала очередь Ядвиги, стоящей на шаг впереди Алоизы. Девушка так же хладнокровно разожгла пламень, лишь немного взмахнув палочкой и даже не произнеся заклинание. Глаза госпожи Принтс горели в предвкушении, когда костер утих и появились первые клубы дыма ярко-красного цвета. Он переходил из алого в оранжевый, потом возвращался обратно, балансируя между ними. Прошла минута и костер определился.       Красный. Ярко выраженный красный цвет освещал пространство сцены. Позади очереди учеников раздался шум окриков толпы, поддерживающий новую ученицу Пондер-факультета.       Директриса удовлетворенно кивнула и так же подошла поднять руку Ядвиги вверх. Ее глаза горели счастьем, кода она подходила к шкатулке и доставала оттуда резное кольцо из серебра с инкрустированным рубином. Камень переливался в свете факелов зала, отбрасывая розовые блики на стены.       Девушки встретились взглядами и улыбнулись друг другу. В этой улыбке выражалась поддержка и слова: «я же тебе говорила». Ядвига сошла со сцены и, коснувшись плеча Алоизы, поднялась по ступенькам к своим новым однокурсникам.       Настала очередь Алоизы. Девушка с размеренным стуком каблуков поднялась на сцену и остановилась там же, где стояли остальные. Руки не дрожали, но колени были готовы подогнуться в любую секунду. Девушка знала, что оба ее родителя окончили Пондер-факультет, как и у Ядвиги, поэтому сомнений практически не было, их и не могло быть, все уже предопределено.       Она разожгла огонь едва заметным движением, как и учила её мать, и подошла ближе к чаше. Опустила палочку. Подняла взгляд на женщину, стоящую за поволокой дыма ярко-красного цвета. Та улыбалась, не усмехалась, не одобряла, она улыбалась широко и открыто. Впервые за этот вечер. Девушка опустила взгляд обратно к чаше. Угли успокаивались, а дым так и оставался алым на фоне черных остатков палочки. Ни синего. Ни зеленого, ни даже оранжевого. Дым цвета крови вырывался ввысь и облаками растворялся под потолком амфитеатра.       Раздался голос женщины, стоящей за шкатулкой. - Наследница. Добро пожаловать домой, - она подошла ближе и Алоиза узнала в ее лице директора. Она сама несла в своих руках кольцо с кровавым рубином, обвитым золотыми завитками. Взяв руку девушки, все еще стоящей на месте с широко раскрытыми глазами, она прокричала, - Встречайте наследницу Пондеры Руби!