А может поменяемся телами?

Я хочу быть хорошим мальчиком, Я хочу быть гангстером, Потому что ты можешь быть красавицей, А я мог бы быть чудовищем. I WANNA BE YOUR SLAVE Måneskin

Туманность Андромеда Метазойская система Планета Имаку

      Эллен долго обдумывала предложение Юпера, когда он ушёл от них в столовой: странно, что какой-то чужой им решил помочь. Белый так же обеспокоен неожиданной помощи кого-то из преступников — более того, он пах хуже остальных, словно тот сделал настолько пакостное злодеяние, что никто не сможет оправдать его поступка. Из-за этих мыслей, крутящихся в их головах, они не вставали со своих мест, наблюдая за остальными, чем и напрягали. Ладно Уманка, у той взгляд задумчивый, манящий своей темнотой, да только вот рядом сидела бестия космоса с той же физиономией, и в отличии от девушки, желтые глаза жрали злобой душу. — А вдруг врёт? — спросила девушка немого парня, неспособного отвечать своими словами, — Хотя это странно… Зачем ему врать? — она не смотрела на Белого, размышляя над предложением. Может, действительно хочет спасти планету от захвата Каинде Амедхи? И как у него получится обмануть, если ОИИ будет следить за ними — определённо будет следить.       Оба смотрели, как тот самый Перигрин сидел на столе в столовой и ел свой завтрак. Проходящие мимо него постоянно кланялись, а тот не обращал даже на это внимания. Казался Юпер странным парнем, которого не намеренно воздвинули в Боги. Хотя, он выглядел ангелом, какими изображали в иудаизме и христианстве — шестикрылые Серафимы. По книге пророка Исайи, они появились перед людьми в облике шестикрылых существ. Первой парой крыльев они закрывали свои лица, а второй — тело. Два последних крыла необходимы им для того, чтобы летать. По Еноху, один из Серафимов именует себя Серафиэль, отчего и пошло название «Серафим», наивысший ангельский чин после Метатрона.       Возможно ли то, что некогда Перигрины прилетали на Землю, к древним людям и показались непродвинутой цивилизации? Отчасти, такая теория может быть истиной. До войны с Нирана, Перигрины продвигали свою веру в единого Бога, посещая планету за планетой. Тогда так такого списка НПРРГ-а не было, поэтому Перигрины совершенно случайно наткнулись на человечество. Когда те испугались их, Перигрины просили их не боятся, назвались «посланцами божьими» и ввели веру в Бога людям. Но то было давно, свидетели посещения инопланетной расы исчезли, оставив только неточные картины Серафимов. — Ну точно же… — пригляделась Эллен к Юперу, вспоминая именно этих Херувимов из книг по религии, которой интересовалась в своё время, — Серафимы, — прищурила она взгляд, — Теперь-то понятно, — закатила глаза девушка, глянув на Белого, что не понимал, о чём она, — Не задумывайся, просто, вспомнила кое-что, — махнула она рукой.       После столовой, к середине дня, наконец пара ушла к полю, где были остальные «жильцы» Крыльев. Там, Эл заставила Белого выпустить агрессию на тренировках: поднятие тяжестей, подтягивание, отжимание и остальное, что могли они тут найти. Из-за сильного запаха мускуса Яутжа, к ним не подходили преступники, кроме самых слабых. Со Шрама напрягало, что какие-то маленькие насекомые, выглядящие побито, без страха сидели рядом с ними, когда тот отжимался, а Эл сидела на его спине. — Не обращай внимания, — попросила Лирсон, глядя на слабых, — Они всего лишь хотят согреться под солнцем и немного побыть под защитой твоего запаха, — в ответ Белый буркнул, ничего с мелкими не делал, продолжая качать мышцы, чтобы устать под конец дня и не думать о злобе. Такое могло бы помочь ему во время гона, если бы он мог хоть немного контролировать свою злость.       Под вечер, когда все уходили к своим камерам, девушка неровно дышала, провожая взглядом Тирапсида, ушедшего на два этажа вниз. Нечто взволновало её внутри сердца. — Что-то не так? — спросил ОИИ, когда подметил, что Уманка не заходит в камеру. Она обратила на него внимание, вздохнула неуверенно, и покосила взгляд в свою комнату. — Неспокойно мне, — она подняла глаза, — Мы можем поговорить? — Давайте завтра, мисс Лирсон, вам нужно выспаться, — попросил ОИИ, и девушка неуверенно кивнула, заходя в свою комнату.       Там, осмотрев пустую камеру, замерла глазами на голую, бетонную стену. Мысли отсутствовали, всё в голове остановило свой ход работы, шестерёнки перестали двигаться — это её не озадачило никак, словно так и должно было быть. Она бесцельно глядела в стену, как будто спала с открытыми глазами. — Что я тут делаю? — спросила она себя, и не поняла вопроса, — Что я тут делаю? — повторила она, и вновь не услышала себя, — Что я тут делаю? — девушка оглядела камеру, свет в коридоре уже отключили. Эл нахмурилась, ведь свет должны были выключить через полчаса, как они зашли, но сколько она тут стоит? — Что я тут делаю? — продолжала она понять свой собственный вопрос, вспоминая, как она сюда пришла. Присаживаясь на кровать, она смотрела на ладони, пытаясь выстроить в памяти всё происходящее в сегодняшнем дне.       Не лучше себя чувствовал Белый, который так же завис посреди комнаты, тяжело рыча через намордник, капая слюнями на пол, иногда задевая свой живот. Он так же не услышал звук жужжания, предупреждающий о выключении света, и так же пытался понять, куда он попал. Вопрос: «Где я?» — крутился в голове, эхом отдаваясь по стенкам разума. Он начал движение, ходил от одной стенки к другой, дабы вымерить шагами расстояние комнаты или узнать ответ с помощью постоянного движения. Сходил с ума он не один, что и подметили камеры, к которым подключён ОИИ. ИИ сидел на месте, наблюдая, как за Уманкой, так и за Яутжей — ему не нравился такой исход и всё же с любопытством наблюдал за продолжением, подготовив клонов у их камер.       Через короткое время, Белый наконец сумел ответить себе на вопрос: «Я в камере», сам себе же кивнул и огляделся. Всё в глазах терялось, он понимал и не понимал своего местонахождения. То забывал, то вспоминал, что тут делал, пока не услышал крик со стороны двери. Он помотал головой, решив проигнорировать звук, так как он же в тяжёлой зоне содержания, кто-нибудь и мог бы взвыть из сокамерников.       Но крик повторился. Крик женский. Истерзанный. Жалостливый. Белый вновь дёрнул головой, присаживаясь на корточки, чтобы прикрыть уши от крика, так как он слишком напоминал Эллен. Но ведь Эллен наверху, под присмотром ОИИ, а ему стоит верить. А крик продолжался, не был прерывистым, однако, постоянным. Молил, молил, просил помочь. — Белый! — крикнула Эллен совсем рядом, Белый тут же спохватился, побежал к двери и через решётки, замер от страха. Там, за дверью, лежала его Эллен, в синяках и царапинах от когтей, а над ней Перигрин. Он смотрел на Яутжа с надменной ухмылкой, раздвинул ноги обессилившей девушки, разорвал нижнюю одежду когтями и грубо вошёл в неё. Девушка истерически закричала, пыталась отбиться от насильника, но Юпер схватил её руку когтями, сжал до самой кости, и держал, пока трахал её, — Белый… Прошу, спаси… — плакала она, мычала, прерывисто дышала от болезненных толчков, и медленно смыкала глаза от усталости.       Со Шрамом как с цепи сорвался. Зарычал во всю глотку, по-своему гавкал, как собака, бил дверь с удвоенной силой, что титан прогибался под удары. Белый даже не замечал, что этим ломал себе пальцы, превращая кости в кашу. Он делал всё, чтобы выбить дверь и как дикий вцепиться в глотку Перигрина, разрывая на основные части насильника.       Эллен долгое время сидела на кровати, задумываясь о том, что вообще происходит вокруг. Начала то же хождение по комнате, как и Белый, стараясь включить мозг для мыслей. Пока не заметила, что стояла обнажёнными ногами на окровавленном, кафельном полу. Осмотревшись, она находилась у школьного бассейна. Свет был выключен, лишь светили фонари улиц в окно, освещая происходящее. — Эллен! — кричала её Салли, тяня к ней кровавую руку. — Салли?.. — прошептала напугано Лирсон, желая той помочь, но опередил её Ричард — убийца Сала. Он схватил Скотт за шиворот и стал яростно наносить удары в живот ножом. Эллен закричала, из глаз пошли слёзы, но она никак не могла двинуться на помощь подруге. Ноги словно замуровали в этот пол. — Сдохни! Сдохни! Сдохни! — безумно смеялся Ричард, когда втыкал нож в тело Салли. Та уже безмолвно весела на его руках, совершенно не сопротивляясь, и смотрела на Эллен матовыми глазами. — Салли! — переходя уже в истерику, заливалась слезами девушка, пытаясь хоть как-то вырваться, но всё было четно. Убийца, удовлетворившись тем, что убил подругу, стал мёртвое тело топить. Салли, как по щелчку ожила, боролась против силы Ричарда, старалась вдохнуть воздуха, но псих был не умолим, топил и топил её, — Салли… — сорвала уже голос Эллен, продолжая смотреть, как вновь была убита Салли. Убийца вытащил мертвую девушку из бассейна, и вновь повторил круг с ударами ножом в живот, а Салли вновь и вновь оживала, переживала свою смерть и смотрела на Эллен, что никак не могла спасти подругу.       ОИИ с неподдельным изумлением глядел на двух свихнувшихся, что сверхъестественно были связаны обменом тел. Один, не щадя самого себя, старался выбить дверь в пустой коридор, тем самым, доведя опасных преступников из тяжёлой зоны содержания до паники и животного страха, отчего все поголовно прятались под кроватью и скулили, закрывая уши от страшного рычания. Вторая так совсем затолкала себя в угол кровати, закрыла уши, качалась на месте, плакала и истерически кричала одно и тоже имя: «Салли». — Дверь долго не выдержит! — подбежал к охранному ОИИ Горгар’Лак, знающий, что ИИ связан со всеми роботами под его управлением. — Я знаю, — согласился ОИИ, смотря по камерам на Яутжу, который скоро сможет выбить из петель самую крепкую дверь в их тюрьме, — Попробуйте усыпить Яутжу, — Горгар’Лак убежал отдать приказ своим сородичам. Те, быстрыми темпами взяли винтовку с сильным снотворным, и побежали вниз к Тирапсиду. А когда прибыли на место, страх заставил покрыться всех мурашками и совершить тот же поступок, что и все сокамерники на этом этаже — спрятаться под кровать и молиться, дабы до него монстр не добрался. Взяв себя в руки, они прицелились в Яутжу и стали стрелять. Три дротика попало ему в шею. Затем пять. Потом десять. А там двадцать, тридцать, сорок, но ничего не успокаивало Белого, пока он видел, как его Эллен насиловал грязный Перигрин. — Не получается! — закричал в рацию Горгар’Лак, наблюдая, что двери осталось совсем не долго. — Бегите на два этажа выше, найдите Рептилоида и откройте двери, — приказал спокойно ОИИ, — Не преграждайте дорогу Тирапсиду, — Горгар’Лак только был рад скорее убежать отсюда наверх. А когда поднялся с командой из семи его сородичей, что в панике бегали за главой, который являлся Рагга, одним из королевских семей Майран, стал искать камеру с Рептилоидом. Находя девушку, с которой творился какой-то кошмар, открыл двери и отошёл на предельное расстояние, подготавливая винтовку.       От всей этой шумной беготни проснулся Перигрин, выглянул в окошко, и хотел бы спросить всех, что происходит, то замер на месте от немыслимого страха, который ощутил лишь однажды, тогда, когда не мог контролировать захват паразитов его родную планету. Он вслушивался в этот адский рык по коридорам. Сокамерники так же проснулись, и поступили иначе, нежели Юпер — они стали скулить, молиться и шептать своим богам о спасении их грешных душ. Каматону показалось, вот оно, прибыл его час расплаты за самое ужасное преступление, совершённое хоть когда-нибудь из его расы.       Белый, смогший наконец выбить дверь, чтобы убить насильника, заметил, что никого не было в коридоре, пусто, лишь выли где-то. Но смог точно услышать крик Эллен где-то там по коридорам. Сорвавшись в беге за голосом молящей девушки, нашёл лестницу и чуть ли не на четвереньках, поднялся на два этажа выше, скорее-скорее, чтобы спасти Эл.       Оказавшись на этаже, он рычал, тяжело дышал, с намордника капали, не то слюни, не то пена, еле окрашенная в его кровь. Одичалый, яростный взгляд пал на компанию Горгар’Лаков, целившихся в его грудь винтовками, ради собственного спасения, хотя издаваемый звук их челюсти, подсказывал о их животном страхе.       Белый шёл вперед, прямо к ним, слышал голос девушки от них. Винтовки стали стрелять в него, но ничего не могло его остановить от гнева. Скорее, это уже шёл не сам он, так как разум был в отключке, им двигала всевозможная ярость, порождённая в сердце от обиды, что его самку кто-то отымел — а это, что ни на есть, самое страшное для насильника: изнасиловать самку Яутжи.       Но как только патроны кончились, охрана в онемении смотрела на приближающуюся смерть. Белый замахнулся для удара, чтобы убить опасность для самки, пока не заметил рога Горгар’Лака, стоящего впереди всех. Ассоциация со спасителем Эллен тут же всплыло в его сознании. «Студей?» — не понял Белый, опуская руку, и повернул голову в камеру девушки.       Эл с дрожью сидела на кровати, крепко прижимая к себе колени, и тихо плакала, шепча имя Салли. Он фыркнул на охрану, прошёл к ней в камеру, сам запер железную дверь с характерным звуком, подошёл к девушке, поднял её с кровати, прижал к своей груди, лёг на кровать вместе с ней, и без задних ног уснул.       Перигрин, что наблюдал за этим, медленно спустился на пол. Его взгляд замер на своей кровати. Его освобождённые крылья, которые развязывают от цепи перед сном, закрыли его лицо и тело. Юпер задрожал, как на морозе — он понял, почему все, как сумасшедшие, твердили об опасности Яутжей и почему с ними никогда не стоит встречаться в жизни. Они же бешеные! Страшные! Опасные! Опаснее, чем всё в этом мире! Именно этот альбинос… Он выглядел, как демон, дьявол с жёлтыми глазами. И запах этот… По всему коридору, да даже нет, по всей тюрьме раздался этот ужасающий запах угрозы, гибели, самой смерти… И он так смело предложил ему сделку? Юпер готов побить себя по голове за идиотизм! Сделка, в которой выбраться живым будет нереально. Это тебе не идиоты Раффалы или Адароги, нет, это уже было нечто злое, разумное, умное, дикое, необузданное…       Рагга долго смотрел на заснувшего Яутжа в обнимку с Рептилоидом. Внутри всё трижды перевернулось от страха и паники. Запах мускуса Тирапсида, нёсшей в себе смерть, смердил так, что был сам готов убить всех окружающих. Охранник рядом с ним сблевал на пол, с дрожью прижимая к груди винтовку, остальные другие так же ужасно чувствовали себя. Ещё долго будет их преследовать взгляд жёлтых глаз. — Хорошо сработано, — сказал спокойно ОИИ в рацию, — Можете отдохнуть. — Спасибо, — отрешённо поблагодарил Рагга, продолжая глядеть на бестию.