Не так, как раньше

Гермиона не спала всю ночь.Как только ее веки закрывались, мысли просыпались и перед глазами появлялся Малфой. Она не знала, заметил ли он пропажу письма? Насколько сильна была его злость, которая, как была уверена девушка, определенно была? Гермиона была так сильно виновата. Мало того, что она украла чужую собственнось, так еще и нагло прочла, не сумев остановиться, увидев то, что явно не полагалось видеть ее глазам. Но наравне с мучившей девушку виной, стало появляться постепенно нарастающее беспокойство за парня. Его мать тяжело больна, отец гниет за решеткой в Азкабане, а сам Драко пытается наложить на себя заклятие, используя черную магию? А ведь Нарцисса любит его.Любит той самой непосредственной и искренней материнской любовью. Перед глазами снова и снова появлялись строчки из письма, а сердце предательски сжималось.

***

Малфой стремительно вышагивал по коридору, прокручивая в голове прошедшие события, в которых, как он теперь был точно уверен, замешана эта чертова грязнокровка. Вот он привычно возвращается в свою дерьмовую норку после процедур, вот идет принимать легкий душ и вот, наконец, подходит к своей койке, чтобы снова прочитать последнее письмо матери, после которого на новое он так и не получил ответа, а потом завалиться на эту убогую кровать и лечь спать. Но письма нет.На ебаной койке, за ней, под простыней, в чемодане, нигде.Его нет нигде.Это он понимает, провозившись около двух часов, безумно вспотев и покраснев.Сначала, он думает, что письмо могли забрать в профилактических целях колдомедики.Но, когда он разъяренный и совершенно обезумевший приходит к ним и обнаруживает, что эта кучка придурков понятия не имеет, о чем он говорит, в голове Драко всплывает один образ.Образ совершенно идиотский и кареглазый, образ с гнездом, вместо нормальной прически, образ, носящий на себе уродские маггловские джинсы и такой же, не менее уродливый маггловский свитер. Ебаная Грейнджер, кто же еще.Кто вообще в здравом уме и твердой памяти придет к Драко Малфою? Ему не было стыдно от осознания того, что письмо могла прочитать грязнокровка. Была лишь адская злость и разочарование.Разочарование в той, кто портит все уже второй раз. Ему не нужна ее помощь, не нужно дебильное сострадание, ничего не нужно. Когда, блядь, все уже оставят его в покое? Просто оставят в покое.

***

Гермиона прокрадывалась по коридору, держа в дрожащецй руке письмо, надеясь на удачу и на то, что, когда она зайдет в палату Малфоя, парня там не окажется.Тогда она положит бумажку на место, откуда взяла и просто уйдет, позже сделая вид, что ничего не было.Ее идея казалась такой правильной и логичной, что появлялось совсем неуместное чувство надежды на лучш… Кто-то выскакивает из-за темного поворота и больно хватает девушку за волосы.Уши обдает горячим дыханием, когда знакомый голос слишком яростно шепчет: –Совсем страх потеряла, идиотка? Малфой брезгливо разжимает её волосы, оттирая руки о синие широкие больничные штаны. Гермиона оборачивается, наблюдая противное лицо, источающее презрение одним только своим видом.Его щеки стали еще более впалыми, а под глазами появились новые синяки, говорящие о не очень хорошем самочувствии парня. Взгляд Малфоя опускается на письмо, которое Гермиона продолжает сжимать своими непослушными и похолодевшими пальцами. В его глазах мелькает какая-то новая эмоция, и на секунду Гермиона почти уверена, что это разочарование. –Ты не можешь спасти всех вокруг, Гермиона, — Малфой приближается и вырывает из побелевших рук девушки тоненький листочек. Он разворачивается и уходит.Уходит, напоследок бросая: –Ты даже себя спасти не сможешь.

***

Вернувшись в палату,Гермиона обнаруживает сидящего на кровати Рона.Такого милого, рыжего и по-детски наивного Рона, с которым ее связывает столько приятных моментов и вопоминаний. Увидев девушку, гость неловко подскакивает, после чего поднимается и делает шаг, обхватывая Гермиону вокруг талии и заключая в уверенные объятия. «Он повзрослел», – проносится в голове гриффиндорки.Да, определенно. Наконец, отрываясь от такого важного дела, парень опускает руки и заглядывает в лицо девушки. –Привет, Гермиона, – немного смущенно шепчет он и отходит назад, чтобы дать ей немного свободного пространства. –Рон, – выдыхает Гермиона, после чего сама набрасывается на парня с ответными объятиями. И вот,когда первая радость от встречи понемногу утихает, ребята садятся на кровать, Гермиона решает задать вопрос, интересующий ее с первых минут его нахождения здесь: –Что ты делаешь здесь, Рональд? Твой год обучения в Хогвартсе только начался и мне кажется, что ты немного перепутал место. Уизли смущенно закусывает губу, и Гермиона понимает, что он что-то совершенно четно пытается от нее что-то скрыть. Девушка вздыхает. –О,нет.Прошу, только не говори, что проникся слухами и пропитался жалостью касательно моего состояния и причины нахождения здесь? Рыжий пытается скрыть мелькнувшее удивление на лице, показывающее, что Гермиона в который раз совершенно права. Она не дает ему шанса что-либо сказать. –Все не так, как преподносят, Рон.Меня не нужно жалеть и,тем более,оправдывать.Я уже говорила Гарри, что ситуация, которую все успели себе выдумать другая.Другая. –Ну так расскажи мне, Гермиона! –Уизли взрывается, бросая на девушку насупленный взгляд. Гермиона смотрит на парня с дичайшей усталостью.В последнюю очередь ей хотелось, чтобы разговор с другом сейчас заходил о Малфое, который и так занимал добрую половину ее мыслей. –Не могу, Рон.Это не мой секрет, понимаешь? – она смотрит в надежде, что он не будет вести себя, как Гарри.Что он поймет.Поймет и не будет осуждать. И он удивляет ее.Удивляет, в который раз, нежно проводя пальцем по её скуле. —Хорошо, Гермиона.Просто знай, что ты всегда можешь положиться на меня, если что. Рон наклоняется и аккуратно прикасается к уголку ее губ своими, после чего отстраняется и глядит девушке прямо в глаза. –Ты же знаешь, что нравишься мне, Гермиона.Я думал, мы выяснили все уже давно, но скажи мне, мы же вместе? В смысле…ну...э-э … встречаемся? Гермиона смотрит на такие добрые глаза, успевшие стать родными за такой большой срок.На какую-то секунду ей представляется, что вместо них она видит пронзительно серые и от этого становится чертовски неуютно, поэтому, она спешит с ответом, произнося такое короткое и душераздирающее: –Да, вместе, Рональд.