killers

Крутя ножку бокала в пальцах, Чимин философски задаётся вопросом, как же он докатился до такой жизни. Сквозь стекло видно, как какая-то дамочка явно не из коллектива подкатывает к Мин Юнги. Рыбак рыбака видит издалека, и Чимин тоже увидел в этой особе «свою». Только сейчас это его цель, а вмешательство посторонних только раздражает. Девица посмеялась жёстко наигранным смехом и что-то зашептала на ухо директору. Тот хмыкнул, но глаза так и остались равнодушными. Чимин за все время работы с этим человеком, уже научился распознавать, когда Юнги по-настоящему интересен собеседник. И вот примерно так же, как сейчас, Мин реагирует на скучных собраниях директоров в офисе. Киллер хочет утащить директора в укромное местечко, это понятно с первого взгляда на её откровенный наряд с глубоким вырезом на груди. Строит из себя невинность, глядя заискивающе из-под ресниц. Чимину знакома такая стратегия, ведь сам применял её на одной из миссий. И у него получалось гораздо лучше, замечает он мысленно. Юнги хочет отойти от навязчивой собеседницы, но та не хочет отставать. Упрямая и точно не знающая, как правильно работать в их сфере убийц. Чимин идёт к ним, убеждая себя, что это во благо его же дела. — Директор Мин, Вы ещё не пробовали здешние закуски? — с улыбкой проговаривает Чимин, боковым зрением ловя покрасневшие от гнева щеки девушки. Блеск в её глазах не предвещал ничего хорошего. Чимину откровенно плевать на неё, он смотрит прямо в глаза Мина. — Нет, секретарь Пак. Я забыл о них совсем, хотя во рту с утра не было и крошки. Извините, мисс Ян, — Юнги вежливо убирает тоненькую ручку со своего локтя и отходит к Чимину. Чимин отворачивается от девушки, чувствуя на спине её прожигающий насквозь взгляд. Китаянка (а это явно была она) злится, и Чимин прекрасно её понимает. Он сорвал ей задание. Но и она чуть не сделала это с ним, поэтому с ней надо будет потолковать… — Спасибо, Чимин-ши. Что бы я без Вас делал? — поблагодарил Юнги, показательно беря с тарелки корзиночку с мясом под плавленным сыром. Чимин не ел ничего со столов, потому что успел перекусить дома. Да и еда здесь не привлекала его внимание. — Попались бы на удочку этой барышни. В принципе, она красивая, но было видно, как Вам дискомфортно в её обществе, — пожал плечами Чимин, делая маленький глоток вина. Он задумчиво глянул на красную жидкость в бокале, вспоминая, что вот вино ему бы не желательно пить. Его снесёт с него в мгновение ока. — Да, это правда. Она довольно приставучая. Я лучше буду наслаждаться твоей компанией, — то ли Мин уже выпил прилично, то ли просто расслабленная обстановка повлияла. Чимин пытается понять, это флирт только что был или ему показалось? — С каких пор мы перешли на ещё более неформальную речь, Юнги-ши? — поморщился от громкой музыки, ударившей в уши, Чимин. — С этих. Мы не в стенах офиса, так что можно. Да и мне хотелось бы наладить с тобой контакт, раз ты мой верный секретарь, — Чимин повернул голову к мужчине, все это время разглядывавшему его. Опять эти глаза-сканеры. Чимин вздыхает, понимая, что устал от шума. Ещё пристального наблюдения со стороны Юнги не хватало. — Твоё доверие не так просто заслужить, Мин Юнги, — Чимин оставляет бокал вина на столе, не желая больше пить. Не дай бог, ему снесёт крышу при его цели. Чимин не ошибается дважды. Телефон провибрировал в кармане пиджака. Вчитываясь в завуалированный доклад Чонгука, Чимин с трудом сдержал смешок. А госпожа Ян уже начала действовать против него. — Я, наверное, домой поеду. Уже поздно, — поворачивается Чимин к Юнги снова. Тот не сводит с него глаз, и это уже не похоже на обычное наблюдение. Любопытное разглядывание, любование… Чимин все-таки опьянел. Не может быть таких галлюцинаций при здравом уме. — Я могу подвезти… — Нет, не можешь. Ты пьян и за руль тебе нежелательно садиться, — отмахнулся Чимин. Уважительно поклонившись, парень улыбнулся на прощание и побрел к выходу. Он не дал Юнги сказать и слова. Тем лучше. Девушка уже ждала его, недовольно притоптывая ножкой по асфальту. Чимин засунул руки в карманы, как привык делать в рабочем стиле. Усмешка наплыла на губы. — Змея, ты что творишь? Всем раздали одно задание! И ты уже должен был убить его, а не кружить вокруг него! — шипит Ян, сразу переходя на «ты». Чимин останавливается напротив неё и смотрит холодно. Он не любит неуважение со стороны младших, а девушка младше него, как минимум, года на два. Даже в Китае их должны учить правилам поведения. — Во-первых, ты мешаешь моей миссии. Во-вторых, я не кружу вокруг него… — Да конечно! — нахально фыркнула китаянка. — А что это было? Ты увёл его от меня! Как будто приревновал… — Не заставляй меня применять силу, Инь-Ян, — наклонился к ней Пак, шепча на ухо. — Если ещё раз увижу тебя на горизонте, пощады не жди. И выучи уже рабочий этикет и уважай старших. — Да ты защищаешь его! Ты в курсе, что с тобой сделает агентство? — не сдержалась Ян. — Я не защищаю его. Он — моя цель. И, если ты, паршивка, попортишь мне карты, сдохнешь быстрее, чем он, — цедит Чимин. Как же он устал уже от этого дерьма… Девушка вспыхнула и резко развернулась на каблуках, унося ноги. Чимин тяжело вздыхает, ероша волосы и достаёт телефон, вызывая такси. Когда машина подъехала, парень садится и надеется на спокойный вечер и ночь. … Бровь чуть дёргается. Чимин чувствует скользящий по своей фигуре взгляд, и это ощущение знакомое, но какое-то другое. Примешалось что-то. И это происходит уже который день после корпоратива. Волчий взгляд у Юнги куда-то делся, а отношение смягчилось. И ещё это не формальное общение в стенах его кабинета… Чимин в замешательстве. Он знал, что хорошо выглядит в костюмах. Ему даже нравился этот официальный стиль, но, когда Юнги смотрит, это пробуждает странные чувства. Чимин очень задержался на этой миссии. Начался четвёртый месяц его пребывания в этом офисе. Юнги ничего не делал. Он просто смотрел. Чимина это не волновало. Предыдущие его цели тоже много раз смотрели на Чимина как на объект своего желания, но смерть настигла их всех. Чимину плевать на их желание. Однако с Юнги это, говорила интуиция Чимину, не сработает. Внутри него как будто магнит, настроенный на босса, и его тянет к нему. Чимин помнит о своей миссии, но не замечать деталей не может. Юнги открывается ему с новой, более привлекательной, харизматичной стороны. Это плохо, очень-очень плохо. — Чимин-ши, — Чимин вздрогнул всем телом, едва не подпрыгивая, когда по его уху прошлось горячее дыхание. Юнги был доволен произведенным эффектом, судя по его ухмылке, — Собрание закончилось, нам пора идти дальше. Чимин открывает расписание на планшете и начинает вслух диктовать, пока они идут на парковку. В лифте он прерывается, задумавшись о том, что ему ещё надо сделать до конца сегодняшнего дня, и не замечает, что Юнги смотрит на него. — Чимин, — зовёт его босс. Чимин поворачивает к нему голову, заканчивая строить планы на оставшиеся несколько часов работы, — Не хочешь сегодня поужинать? — С Вами, Юнги-ши? — Чимин буквально видит, как по кирпичикам рушатся его планы на спокойное проведение вечера, когда Юнги кивает. Но отказываться у него нет права, — Почему бы и нет. — Традиционную кухню или что-то иное? — Юнги заводит машину, пока Чимин пристегивается. Сейчас у них по расписанию встреча с партнёрами в одном из филиалов на другом конце города. Учитывая время в дороге и время, которое они проведут там, Чимин вернётся домой ближе к ночи. — На Ваш вкус, — отмахивается Чимин. Ему на самом деле все равно, какую еду есть. — Ты ел когда-нибудь итальянскую пасту? — Однажды довелось. Она была не очень вкусная, но это, наверное, потому что я её неправильно приготовил, — беззаботно кивает Чимин, рассказывая кусочек из своей жизни (с этим нужно поосторожнее). Он и правда пытался приготовить пасту по рецепту из Италии… Чонгук потом долго смеялся над своим нерадивым хёном, не умеющим готовить. — Ну, я умею готовить. Возможно, как-нибудь я и тебя научу. А сегодня мы поедим пасту в ресторане, — тянет вверх уголок губ мужчина, поворачивая на шоссе, — Так будет, с чем сравнивать. Как далеко он смотрит, удивился Чимин, сжимая планшет в руках. Сам парень до сих пор не уверен, насколько это все затянется. Его напрягает то, что он не может подобраться к Юнги и просто прикончить его, как всех остальных целей. Ну, ладно. Сегодня Юнги ещё поживет. И дело вовсе не в том, что беседа с ним приятна, а ужин был самым вкусным в жизни Чимина. Чимин просто ещё недостаточно близок к своей цели, чтобы убивать его. Звучит как оправдание, твердит противный внутренний голос. … — Всё равно не понимаю, почему «вышка» так хочет убрать его, — вздыхает Чимин. Чонгук ставит перед ароматную чашку чая. Запахло цитрусами. — А в чем твоя проблема просто убрать его, как они и хотят? Ты уже долго с ним торчишь, мог бы прикончить и дело с концом, — спросил Чонгук, облокачиваясь на стойку руками. — У него нет слабых мест, Чонгук-а. Он очень подозрительно ко всем относится и к нему очень трудно подобраться. Хотя у меня и наметились улучшения в плане доверия, но я все ещё не могу приблизиться, — хотелось простого человеческого отдыха. Он обязательно затребует отпуск после этой миссии. — Даже с твоим очарованием? У тебя же есть опыт в соблазнении. Сделай это, заставь упасть к твоим ногам и все, — развёл руками Чонгук. — У него мозги на месте, понимаешь? У богатых бизнесменов обычно инстинкт самосохранения заканчивается на мысли, что их спасёт охрана в случае чего. Этот пошёл дальше: его охрана кажется слабее, чем он сам, — Чимин провел линию по фотографии Юнги, — А насчёт очарования… Возможно, оно действует. Просто медленнее. — Меня настораживает то, что он убирает других киллеров. Он явно что-то знает об их работе. Сам подумай, каким образом он смог вычислить даже самых умелых убийц? — младший сдувает недовольно отросшие чёрные пряди волос, бурча под нос что-то о перекрашивании. Чимин много раз об этом думал, но так и не пришёл к однозначному ответу. Из прошлого Юнги о навыках борьбы упоминается только связь с отцом, который обучал маленького Мина самообороне, и боксёрский клуб. Но даже с этим невозможно уйти от обученных убийц. — Я хоть и не глупый, но почему-то, думая о Мин Юнги, становлюсь именно таким, — не выдерживает Чимин, стукаясь головой об стол. — Аккуратнее с этим, хён, — Чимин открывает один глаз, снова подмечая серьёзность мелкого (и плевать, что он уже перерос Чимина), — Не нравится мне этот Юнги. Мутный какой-то. О, да-а, думает Чимин. Мин Юнги действительно крайне мутный. Но почему-то сбегать от него уже не хочется — просыпается старый-добрый азарт. … Пак, как никто другой, знал о методах своих коллег. И кофе, который ему подали в кофейне, где он постоянно напитки директору по утрам, совершенно точно был отравлен. Он определил это по запаху, отличному от чёрного, как душа босса, эспрессо, и по слишком маленькому количеству пенки. Нормальный кофе так не выглядит. Он убедился в этом, отплевываясь в туалете от яда. Доза была маленькая, она бы не причинила вреда ему, ведь его к этому готовили, как и всех киллеров. Значит, не дождались, пока он завершит это задание? Решили угробить его цель раньше… Что ж, Чимин их понимает. Но такой подставы от своих же он не ожидал. Он справится сам. Пусть это и затяжное дело. Хреново агентство не учло одного факта: Чимин работает один. И он не позволит никому вмешаться в его миссию. Если уж приплели к заданию, то будьте добры не «помогать». Как-то незаметно задание с целью убить поменялось на защиту Мина. Чимин решает прокачать пока общение с Юнги, таким образом подбираясь все ближе, а потом убить. А, учитывая сложившиеся обстоятельства, цель придётся защищать от других киллеров, пока Чимин не «созреет». Это не кажется такой сложной задачей… Думал он. Да чтоб он ещё хоть раз подумал, что с Юнги будет легко! Отбив удар ногой одного из нападающих. Пришёл, называется, пораньше на работу. Юнги ещё нет в такую рань, а Чимин просто хотел разобраться с документами, оставленными на утро. Боевая тройка спряталась (какие же они тупые!) в туалете. Наверное, они наивно предполагали, что Юнги захочет сначала посетить туалет перед работой. Только осведомленности у этих людей ноль. Во-первых, Юнги не ходит сперва в туалет — только после пары чашек кофе и стопки проверенных документов. Во-вторых… У Мина был отдельный туалет в его кабинете. Но сейчас Чимин даже рад, что убийцы решили поступить так глупо. В туалете нет камер, а значит он может вполне неплохо расправиться с этим чертями. Вырубив всех троих, Чимин вызвал охрану. Когда мужчины в форме пришли, парень притворился испуганным и дрожащим голосом доложил им, что «случайно нашёл всех троих в уже избитом состоянии». Охрана ничего не сказала по этому поводу — просто забрали еле живых недо-киллеров и ушли. Чимин же, поправив свой внешний вид, вышел из туалета с довольным лицом. Ну, хоть какие-то плюсы имеются; Чимин смог немного сбавить напряжение в мышцах. Расслабиться нельзя ни на минуту. После проверки другого филиала Юнги пригласил его снова пообедать (что-то зачастились такие вот трапезы), а там в него целились мелкими иголками. Незаметные штуки, но Чимин постоянно находился рядом и успевал прикрыть беззащитную шею босса. Юнги, конечно, косился на него подозрительно, но у Чимина широкая и милая улыбка, перед которой устоять сложно всем. Юнги не исключение, если верить его румянцу на щеках. Как же Чимину не хватало пистолета, кто бы знал… Или хотя бы ножей… — Ты в порядке, Чимин-а? Выглядишь напряжённо, — «и ты тоже не помогаешь!» — лаконично подметил Чимин в мыслях. Юнги снова обращается к нему так. — Я в порядке, Юнги-ши… — Хён. — Я в полном порядке, Юнги-хён, — сдался Чимин. Наверное, это к лучшему. Юнги же ему так открывается, да? Надо понять и принять. Очень надо… — Это из-за случая с утра? Охрана доложила, что ты обнаружил моих покусителей. Надеюсь, ты не пострадал? — вроде как встревоженно спрашивает Юнги, когда они садятся в машину на обратном пути в офис. — Нет, все в норме, — качнул головой Пак. — Вот поэтому от меня и сбегают секретари. Бывало и хуже, — Юнги выруливает на трассу, крепко сжимая руль. — Ещё не хочешь уволиться? — С чего бы? — вполне искренне удивился Чимин. — Вдруг тебя убьют вместо меня? — Юнги глядит на дорогу, но по напрягшемуся телу под костюмом ясно, что он нервничает. Удивительное зрелище. — Не убьют, — тихо проговаривает Чимин, глядя в окно и подперев щеку рукой, — Надеюсь, Ваша охрана способна защитить хотя бы меня. — Так вот оно что! То есть в случае покушения на меня ты будешь прятаться за спинами моих же охранников? Хорошо устроился, Пак Чимин! — хохотнул Юнги. Чимин поддержал его смех, но внутри все застыло. Все, что ему нужно — смерть этого красивого мужчины, сидящего за рулём. Всё, чего хочется Чимину на данный момент — приехать домой и снова подумать о том, что он делает. Мысли, честно говоря, неутешительные. … Чимин уже не понимает ровным счётом ничего. Он слишком запутался в этом задании, в своих же чувствах. А ведь ему постоянно со всех сторон твердили не привязываться. Это вредно для его профессии. Смертельно опасно даже. Чимин под прямым ударом. Намджун предупреждал об этом. Стоило упустить малейшее изменение в поведении Мин Юнги, как он уже его загнал в ловушку. Крайне неосмотрительно было со стороны Чимина подпускать к себе Юнги на близкое расстояние. Между ними десять сантиметров. За спиной Чимина стена, а перед ним — Юнги с блестящими глазами. Можно было бы обратить все в шутку и вывернуться из ловушки рук, но Чимин замирает, от шока приоткрывая рот. Нервы шалят, как и пульс. Юнги смотрит слишком глубоко и пронизывающе. Чимин заторможенно следит за кончиком языка, облизывающим сухие губы. Непроизвольно сглотнув, Чимин пытается понять, пьян ли Юнги. Судя по запаху коньяка, да. А ведь они всего лишь всем отделом отмечали успешный конец дедлайна. Начальник, видимо, поддержал их рвение отпраздновать. Мысли не стыкуются. В голове нет никаких заданий, а сердце не на месте из-за цели перед ним. Чимин потерян. — Такой красивый, — шершавая ладонь оглаживает мягкую заалевшую щеку, а лицо мужчины склоняется ближе. Чимин может чувствовать жар его тела сквозь слои одежды. И то ли температура Мина передалась ему, то ли Чимин изначально так горел. Чимин чувствует на языке вкус алкоголя. Дорогой коньяк, который он тоже мог бы пить, если бы убил Мин Юнги. Но он углубляет поцелуй в ответ с этим же Юнги и закрывает глаза. Чужие руки шарят по талии, вытаскивая рубашку из штанов и задирают её на боках. По коже бегут мурашки, а пальцы на ногах поджимаются от предвкушения. Чимин ловит вдохи и выдохи Юнги губами, тянет его на себя, закидывая свои руки на его более широкие, чем у самого парня, плечи. Внизу буквально все полыхает, и Чимин уже может видеть, как в ближайшем будущем он сгорит в этом же пламени. Будет гореть вновь и вновь, пока Юнги целует его так мокро и горячо… Чимин сам себя убил. Но в дымке наслаждения он считает, что ни о чем не пожалеет. … За ним все это время ухаживали. Все эти «подвезу до дома», разговоры, ужины в ресторанах — ухаживания. Значит ли это, что он нравится Юнги? Если так, то он в заднице. Никто не знает об этом — это успокаивает Чимина лучше всяких пустырников. Когда он покончит с этим делом, только Чимин будет мучиться с воспоминаниями и знать, что происходило в такие вот моменты. Но теперь вопрос, когда он сможет все это закончить, становится все более тревожным. Чимин попался в ловушку. Он не думает об убийстве того, кто нависает над ним. Он не думает отравить Юнги, когда тот проводит дорожку поцелуев вниз. Он не представляет себя, заносящим нож над беззащитным Юнги, когда находится сверху. Чимин лишь закрывает глаза и громко, протяжно стонет, когда дрожь оргазма сотрясает его. Тёплые широкие ладони гладят его бёдра. Лёжа на крепкой груди и слушая успокаивающееся дыхание, Чимин задаётся вопросом, сможет ли убить свою цель. Раньше таких вопросов не возникало. Но раньше и не заходило все так далеко в его мыслях. Не было мешанины чувств и полного разлада с разумом и сердцем. Может, отступить не поздно.? … Чимин резко открывает глаза, понимая, что находится не в отеле. Домашнее постельное белье на разворошенной прошлой ночью постели и пахнет сильно кондиционером. Чимину нравится этот запах, но сейчас он слегка в тревоге. Он никогда не оставался до утра… — Проснулся? Доброе утро, — Чимин поворачивает голову к дверям, в которых стоял Юнги. Его рубашка полурасстегнута, но часы уже на месте — его босс почти готов к работе. Чимин — нет. Нет, что более любопытно: Юнги улыбается так, словно действительно рад видеть его с утра. А ещё он расслабленнее, чем вчера или позавчера. Неужели секс так хорошо на него влияет? У него даже кожа светится! — Что-то не так? Ты очень громко думаешь, — Юнги подходит ближе к кровати. Чимин прочищает горло, прежде чем сказать осипшим голосом: — Я не привык видеть тебя в добром расположении духа с утра, — Чимин хмурится от своего голоса. Боже, как отвратительно звучит! Юнги смеётся — его голос хриплый с утра, а ещё от него пахнет сигаретами. Чимин прикрывает глаза, позволяя себе дышать им — этим запахом, этим мужчиной. Ох, нельзя было вдыхать Юнги вчера… — Такой красивый, — снова повторяет Юнги. Чимин открывает глаза и сталкивается с тёмной глубиной. В ней же он и утонет — это его наказание за то, что он пренебрегает своей работой. Юнги целует нежно, медленно, словно растягивая удовольствие. Бледные пальцы касаются примятой подушкой во сне щеки, и Чимин не может выдержать этой ласки. Слишком недоступное для него. Слишком притягивающее и завораживающее. Чимин буквально сдаётся этим рукам. — Пора работать, Чимин-и, — тянет довольно, как кот, Юнги. Чимину надо что-то с этим делать. Юнги ненавидит лжецов. Чимин им является уже очень долго. Юнги возненавидит его. … Чимин нервно теребит маленький замочек блестящей бижутерии на своей талии. Она хорошо смотрится на нем, особенно под белой рубашкой. Уложив волосы, парень накидывает поверх рубашки пиджак. Он готов к новому рабочему дню. В одной штанине спрятан маленький нож, а под столом в офисе уже дня три как лежит пистолет. Чимин грустно улыбается, смотря на ставшее родным место секретаря. Он проработал тут ровно полгода, теперь пора менять род деятельности. Он все решил месяц назад. Так больше не может продолжаться. Пора разорвать этот порочный круг обмана. Пора заканчивать дело. Но для начала… — Чимин-ши, пройди ко мне в кабинет. Точно, сначала ему нужно закончить это день. Юнги поднимает голову от бумаг, улыбаясь вошедшему. Чимин тянет нежную улыбку в ответ совершенно искренне. Внутри он давно признался самому себе, что влюбился в Юнги. Так глупо, так наивно… И так не профессионально. Чимину бы жалеть, но, глядя в эти глаза, он не хочет этого делать. Он ни о чем не жалеет. — О чем думаешь? — спросил Юнги, чуть откатившись от стола. Чимин видит эту картину каждый день и скоро перестанет. — Ни о чем важном. Просто мысленно проверяю твоё расписание, — он с закрытыми глазами может назвать попунктно, что ждёт директора Мина сегодня. — Какой послушный у меня секретарь, — Юнги бесшумно оказывается рядом, проводя рукой по талии вздрогнувшего парня, — И что же ты прячешь там, Чимин-ши? — Кое-что, что Вы увидите вечером, директор Мин, — соблазнительно ухмыляется Чимин. Он знает, как выглядит со стороны. И вызывает краткую дрожь одна мысль, что этим вечером все кончится. — Демон-искуситель, м? — Юнги отстраняется, помня о камерах и работе. Чимин одергивает полы пиджака и становится серьёзным. Далее была только работа секретаря и его начальника. … Чимин крутит ножку бокала пальцами, ловит ускользающее чувство дежавю и смотрит на пузыристое шампанское внутри стеклянных стен. Он стоит на большой кухне, переходящей в гостиную, в квартире Юнги и ощущает себя загнанным в ловушку. Этого ли добивался Юнги? Или может это просто очередной повод, шанс отступить? Крепкие руки обвивают его талию, а подбородок Юнги ложится ему на плечо. Лисьи глаза щурятся, глядя на него. Отступать некуда. — Чимин-а, — Юнги убирает бокал из его рук. Чимин поворачивается к нему всем телом и долго смотрит в глаза. В них все тот же огонь, что и в их первый раз… Каким он будет после того, что Чимин сделает? — Ты смотришь так обречённо. — Правда? — Юнги кивает, поддаваясь ласковой чиминовой руке, коснувшейся его щеки, — Я действительно обречён. — Почему? — Ты такой… Светлый, — Юнги фыркает. Чимин улыбается, проводя пальцем линию от виска до подбородка, — И я как мотылёк на этот свет. — Ты хотел сказать, что я убийственно светлый? — усмехается мужчина, сжимая руку на его талии. — Именно так, — кивает Пак, глубоко вдыхая аромат хвои и сигарет, — А ещё горячий. — Всё с тобой ясно, романтик, — не сдержал очередного смешка Юнги, притягивая его ещё ближе. Между ними нет пространства. Рубашка Чимина незаметно для самого парня расстегивается. Бижутерия блестит в ночном свете, притягивает взгляд. Рука Мина ведет от груди к этой самой цепочке, щекоча кожу. Чимин чуть улыбается и едва дышит. Он задыхается от своих чувств. — А ты любишь украшения, да? — шепчет Юнги ему на ухо. По лицу ползёт жар, выделяясь тёмным румянцем. — Мне иногда нравится носить их, — выдыхает Чимин в губы начальника. Бледная рука продолжает свой ход вниз, заставляя Чимина покорно отзываться на все ласки. — Юнги-и… — Я знаю, малыш, — шепелявое окончание фразы заводит Чимина ещё больше. Руки тянутся к чёрным волосам, вцепляясь в них, пока Юнги продолжает мучить Чимина через штаны. Чимин дрожащими пальцами развязывает галстук на шее мужчины. Он притягивает Юнги за шею к себе, впивается губами в его губы. Поцелуй горько-сладкий. Такова на вкус его ложь и любовь. Чимин упивается ею, лаская чужое нёбо и чувствуя, как Юнги вернул свои руки ему на талию. Короткое объятие, которое вот-вот унесет с собой последнее тепло, что держал в себе Чимин долгие полгода. Они оба тяжело дышат. Чимин отдаляется от лица Юнги, держась руками за его локти. Ощущение, будто в комнате упала температура, а в центре комнаты они как единый огонь. Глядя в ставшие родными карие глаза, Чимин все понимает. Юнги знает. А если не знает, то точно подозревает. Доверие… Его не было. Хоть он и подобрался очень близко, но… — Ты киллер, Чимин? — Юнги хочет верить ему. Зря. Чимин сжимает ткань его рубашки и выдыхает прямо ему в губы. В последний раз… — Может быть. Чимин едва успевает среагировать, уходя от удара. Цепкие руки не успели схватить его за рубашку, Чимин вовремя отскочил от мужчины. На пару секунд они оба замерли друг напротив друга. Чимин готовится принять любой удар, считать каждое движение противника. Юнги тоже стоит в боевой стойке и будет бить на поражение — это видно по его заледеневшему взгляду. Рывок, и Юнги оказывается рядом. Его бесшумность играла ему на руку; Чимин смог только защититься. Когда он смог атаковать, то чуть не был схвачен за руку и не опрокинут на спину. Чимин цокнул языком, вновь уходя от удара. Ему так и придётся защищаться?! — Слабоват, — процедил Юнги. Он всем телом источал злобу. Чимин поджимает губы и хмурит брови. Не время зацикливаться на реакции Юнги. Он успеет об этом всем подумать после того, как выберется из этой западни. Наверное, пора говорить «если». Чимин переключается на свой режим убийцы, делая более чёткие, расчетливые удары. Юнги может брать силой, но Чимин возьмёт скоростью. К тому же, сила и у него есть. Всех киллеров его агентства тренировали так, чтобы в бою было преимущество в любом случае. Чимин был лучшим среди лучших. На стороне Юнги опыт. Чимин не может оспорить это. Но он пойдёт любыми путями ради победы. Чимин делает резкий выпад вперёд, но это всего лишь обманный маневр. После того, как Юнги принял позу защиты, Чимин находит под подушкой на диване пистолет (за то время, что он здесь был, он успел выяснить, что Юнги прячет оружие везде — на кровати аж в трех местах два ножа и один пистолет). Он направляет его на Юнги. Руки не дрожат, разум собран. Только сердце адреналиново рвётся из груди. Юнги рук не поднимает, но на месте стоит. У него точно должен быть туз в рукаве. Чимин вспоминает о паранойе этого мужчины. Какова вероятность, что где-то в одежде… — Так странно, — внезапно начал Юнги, — Я ведь с самого начала подозревал тебя. А ты хорошо постарался. Убедил меня в том, что не несёшь опасности, приблизился и… Что? Хочешь убить? Чимин оружия не опускает, держит на мушке. Он тоже не доверяет Юнги. Ведь они оба обманщики. — Ради чего, Чимин? Или как тебя там зовут по-настоящему? — Ноль-девять-пять. Змея, — голос не выдаёт громкости, Чимин может только шептать. Если он повысит голос, то все будет хуже некуда. Он просто, блять, разревется. Позорно, как мальчишка какой-то! Впервые в жизни он чувствует что-то настолько глубокое к другому человеку, что проще утонуть в этом, чем выплыть, — Но имя настоящее. — Они все ещё дают эти странные коды? Хорошо хоть позывные придумали, — Юнги усмехается. Чимину кажется или он видит ностальгичное выражение лица.? Ему не стоило даже моргать. Боль в затылке соединилась с болью в щеке. Бил Юнги так же уверенно, как шагал. Чимин с трудом увернулся от второго удара, а третий смог заблокировать, перевернув противника. Юнги скрипел зубами. Чимин успел ударить только один раз (зато метко — прямо в губу), как его снова подмяли под себя, сразу хватая за запястья и поднимая их над головой. Чимин шипит, сверлит глазами каменное лицо Мина. Они ничего не говорят. Юнги, возможно, и есть, что сказать, но он не говорит. Чимину нечего. Юнги давит ему на сонную артерию, заставляя отрубиться. Все, что Чимин чувствует — слабость. Когда он просыпается, Юнги все еще над ним, но уже стоит. Чимин у него между ног, а его руки над головой скованы наручниками. Юнги щёлкает зажигалкой, поджигая сигарету. Его губа кровоточила. Он весь потрепанный их мини-схваткой, но Чимина сейчас больше волновали пути ухода отсюда. — Так значит ты киллер? — Юнги усмехнулся, выдыхая густые клубы дыма из рта. Чимин смотрел на него равнодушным взглядом, чувствуя, как внутри него все поливается бензином и зажигается. Впрочем, он уже и так горел, когда все это только началось, — Как забавно. Чимин молчит на его речь, просто смотрит. До тех пор, пока лицо Юнги не появляется прямо перед его, выдыхая дым: — Я тоже. Чимин не показывает своего изумления. По сути, мог бы предположить. Это было просто, учитывая все, что окружает Мин Юнги. Но он этого не сделал, предпочтя маяться в догадках. Глупый Пак Чимин. — И что мне с тобой делать, а? Чимин, — пальцы, всего час назад любовно гладившие его изгибы талии, жёстко держали его подбородок. Чимин не сопротивляется ни капли, — Ты хочешь умереть? Это отрезвляет. Чимин резво рвётся наверх, сбивая неожиданностью Юнги с толку и ног. Наручники мешают, но это не станет проблемой. Не для Чимина, который привык сталкиваться с трудностями. — Чимин! Чимин задыхается. Он убегает из квартиры, вводя по памяти все пин-коды. Юнги бежит за ним, следует по пятам, выкрикивая его имя. Только когда лифт закрывается прямо перед лицом мужчины, Чимин позволяет себе дышать. Почему так пусто внутри? Все из-за отсутствия хвои и табака рядом? Чимин машет головой. Сейчас главное разобраться с наручниками. Если вывернуть один палец, то дальше будет проще… Выйдя на нулевом этаже, Чимин скидывает с себя наручники. Куда бежать дальше? В таком виде его примут за маньяка. Чимину хватило на сегодня приключений. Как назло, мобильный остался наверху. В итоге, Чимин кое-как завёл ближайший к нему мотоцикл и выехал на скорости на трассу. Ночь только-только вступила в свои права, но у киллера есть несколько часов, чтобы собрать вещи и уехать. Как можно дальше. Подальше от… Чимин сглатывает ком в горле. Руки все ещё болят от наручников, а скулу жжёт — там царапина. Ребра болят, как и все тело. Ему не впервой, но в этот раз как-то все болезненно. Ночной город, светящийся фонарями и неоном, и ветер в ушах прогоняет лишнее, и на подъезде к дому Чонгука Чимин уже готов что-то предпринимать дальше.