Обвяжи меня своей любовью

Свадьба младшей сестры это событие которое действительно стоит посетить. Старшему брату, что был опорой для нее долгие года, было трудно воспринимать что его маленький ураган выходила замуж. Но он был действительно рад за нее, видя в ее партнере действительно мужчину. Винсент аккуратно фиксирует волосы, стряхивает невидимую пылинку с плеча и чувствуя некую нервозность на душе. Вроде и его свадьба уже давно прошла, но ощущал он себя так, словно стоял под алтарем, смотря как его муж идет по дорожке под ручку со своим отцом. Упоминая его мужа, Оскар аккуратно облокотился об дверной проем, смотря на Уайта внимательно и на удивление тихо. Ждет пока тот заметит его присутствие в темноте. И ранее упомянутый замечает. Переводит вначале взгляд в зеркале в ответ, а затем и полностью разворачивается в шоке, позволяя себе оценить вид парня полностью. Как он вдыхает, так он и не выдыхает. В отличии от минимализма Винсента, Милс имел абсолютно противоположную черту, максимализм. И хоть это обычно проявлялось в немного другом стиле, тот умудрился одется вычурно в официальном тоже. Черная полу прозрачная рубашка виднелась из-под застегнутого на талии такого же цвета тонкого пальто-пиджака интересного фасона. Завязанный шелковый галстук на шее тчетно старался скрыть полупрозрачность ткани изнутри. Привычно нежные, тонкие плечи казались острее, строже. Кожанные брюки в пол и кажется, небольшой каблук на ножках, ведь мальчик казался выше чем обычно. И все это разбавленно серебрянными украшениями, такими родными для него. Оскар очень редко так одевается. Настолько редко, что Винсент даже как-то и позабыл, что он когда то покупал такие вещи. Тот на автомате слегка сжимает челюсть в поиске самообладания, нехотя переводя взгляд наверх, встречая слегка насмешливую мягкую улыбку. Отросшие на половину карие волосы мягко поблескивали, медленно переливаясь в вымывшийся в более нежный оттенок. Парень их уже уложил, в этот раз решив поэкспериментировать с кудрями, а не выпрямлять в более послушное состояние. — Куда пялим, молодой человек? — Игривый тон разрезает напряженное молчание, а Уайт спустя секунду выпускает смешок, вместе с накопленным воздухом из легких. Мальчик склоняет голову, упирая висок в темно дубовую поверхность. — Выглядишь невероятно, мое солнце. — Тот бормочет в ответ, голос ниже от восхищения накрывшего с головой. Шаг ближе, глаза на губы и Винсент склоняется вниз, чтобы утянуть в долгий, сладкий поцелуй на который Оскар отвечает с радостью. Старший имеет привычку «нырять» в поцелуй, слегка толкая голову парня назад собственным напором и зная это, Милс сразу ухватился за его плечо. — Аж хочется отложить все, чтобы показать насколько невероятно. — Отстраняется и смотрит прямо в глаза, с абсолютной комичной серьезностью, слабо выдыхая. — Придержи кони, дикарь. У тебя свадьба младшей сестры на носу. — Оскар отвечает мгновенно возмущенным тоном, ударяя слабенько по плечу мужчины, получая смех в ответ. Уайт прикрывает глаза и упирает лоб в чужое плечо, глубоко вздыхая. Парень моргает пару раз, но почти сразу тянет ладони мягко погладить по широкой спине. Натянутая ткань пиджака ощущается приятно, пропуская тепло перекатывающихся мышц на спине. — Волнуешься? — Мальчик понижает уровень громкости, бормоча прямо рядом с ухом. Винсент поворачивает голову в сторону шеи Оскара и мычит согласно. — Не каждый день отдаешь замуж несносную девчушку, за которой приглядывал с детства. — Признается тот, в ответ получая аккуратный поцелуй в висок, дабы не порушить прическу. — Все будет нормально. Ты с этим Саймоном уже напится успел, он хороший парень и сможет справится с ней. — Ласковый голос Оскара разливает приятные нотки спокойствия по телу, в которых Уайт так нуждался. — Да и не то чтобы сама Рина не могла справится с собой. Черт, да я сам иногда ее побаиваюсь. — Оба парня смеются на последнем предложении, и Винсент наконец отстраняется от мальчика. Тень, которую тот создавал своей фигурой закрывала полностью Милса, даже при том что последний был на небольших платформах. Но при этом некоторые украшения поблескиали, легко принимая свет что отталкивался от других поверхностей, подчеркивая черты его мужа. Тот же в свою очередь смотрел так же жадно, так же любяще своими большими карими глазками. Невероятно мило, сравнивая с его сегодняшим внешним видом. Мужчина думает о том насколько же ему повезло. *** Громкая музыка и световые прожекторы вокруг создавали атмосферу клуба, нежели свадьбы. Время уже перетикало за двенадцать часов, люди веселились на танцполе и учавствовали в незаканчивающихся конкурсах. Жених и невеста уставше болтали за личным столом, перекусывая едой чтобы не заснуть. Все приготовления и сборы забрали много сил, но ради гостей они должны были оставатся в сознании. Праздник еще не закончится в ближайшие несколько часов, хотя и некоторые гости уже поуходили. Кому укладывать детей, кому на работу утром. Впрочем, это были не все. Винсент упирает голову в ладонь, отпивая глоток от ужасно дорогого красного вина, пока его взгляд фиксируется на танцпол. Оскар не был амбивертом и уже тем более экстравертом. Но алкоголь творил чудеса и вот, одно слово с стороны знакомой какой-то-там-юродной сестры Винсента и светлое кукольное личико потерялось на танцполе. Он бы и сам пошел танцевать. Но все «семейные» конкурсы ранее выжали из него все желание как либо двигатся, хотя тот особо против не был. Его взгляд лениво следит за неумелыми, но уссердными движениями его мужа. С одной стороны в голове сидит легкое удивление тому, как такой парень действительно является его мужем. Ласковый, милый и смешной. А с другой стороны. Может быть это алкоголь в его крови, но повышенное желание ощутить это же ласковое, милое и смешное тело под ним, было невыносимо. Помимо того что градус в крови заострял все ощущения, стыд публичного проявления любви, которого у него итак было мало, пропадал вообще. Глубоко забитый в мыслях, сфокусированный на его мальчике, тот даже не замечает в какой момент тот оказывается намного ближе чем был до этого. Оскар махает перед глазами и смеется озорно, когда Уайт медленно моргает, и только потом отстранившись от бокала об который уперся, возвращается в реальность. — Мне нужно в туалет умытся, я не могу, ужасно жарко. — Милс драматично махает ладошкой на себя, второй рукой растегивая единственную пуговицу на пиджаке-пальто, раскрывая кожу, прикрытую за полу прозрачной рубашкой. — И мне стремно одному. Пошли со мной? Голос Милса громче фона не только потому что он ближе, но и потому что Винсент кажется ехал с катушек. Глаза слетают вниз и Уайт чувствует себя викторианским лордом, которому только что показали лодыжку. — Пошли. — Он переводит взгляд наверх, односложно и кратко отвечая, чувствуя как горло пересыхает сильнее видя слегка блестящее от пота личико парня. *** Уборные казались намного тише, по сравнению с главным залом, хотя и музыка добиралась даже сюда. Интерьер был очень даже ничего. Даже искусно в каком то смысле. Пахло мылом, каждая кабинка была закрыта дубовой дверцой и укрыта черными стенами по бокам. Зеркало обвито золотой подсветкой, а диспенсер мыльной пены был словно только что заменен. Оскар встает напротив одной из умывальников, кладя свой пальто-пиджак поверх темной поверхности рядом, промывая руки. Мальчик перегибается с носочков на пятки, мыча песню что на данный момент приглушенно играла на фоне, слегка закатывая рукава чтобы не намочить ничего. Он ощущает молчаливое присутствие Винсента тут, рядом. Фигурой позади себя, ощутимо прожигающую дыру в себе, но не придает такого значения. Он быстро умывает лицо и поднимает голову, как вдруг в зеркале видит насколько близко мужчина был к нему. Следующая секунда, его тянут за талию одной рукой к себе ближе, укладывая другую ладонь посередине груди. Разница в размерах ощущается. Практически полностью собственнически покрывая собственной рукой чужую грудную клетку, Милс не может не напрячься от небольшой волны жара. И это уже не только от повышенной температуры на танцполе. — Ты был красив и там, но сейчас я вижу тебя намного четче. — От Винсента пахнет горьким вином когда он тянется ближе, чтобы втянуть глубокий вдох через нос и горячо выдохнуть в шею через рот. — И ты просто неотразим. — — Спасибо.? — Милс чувствует тысячу мурашек по телу, моментально ухватываясь за бортики темной поверхности. Он старается удержать зрительный контакт с его подвыпившим партнером. И ох как это было сложно. Мужчина стягивает руку с талии вниз, выпрямляя рубашку из брюк и проскальзывая вовнутрь. Горячая ладонь поверх холодной кожи ощущается дико контрастно и Оскар не может удержать маленького скулежа от внезапной чувствительности. — Винс, кто то может зайти. — бормочет, пока щеки и ушки наливаются красивым красным от стыда. Это было так по клишированному жалко с его стороны, но он не мог не попытатся предупредить Уайта. Хотя и знал что ему было на других плевать с высокой колокольни даже в трезвом состоянии, что уж говорить сейчас. Да и что уже говорить. Подвыпившего Милса тоже не особо волновало. Уайт оставляет смазанные поцелуи на шее, зубами оттягивая ткань галстука, жадно до сладкого ощущения нежной кожи под губами. И мальчик такой отзывчивый, раскрывает шею пуще, позволяя касатся как ему того захочется, наслаждаясь вниманием. — Далеко не зайдем. Я не принес смазки. — Удивительно спокойно отвечает тот. Винсент относился строго к прелюдиям и как бы не было иногда стыдно признавать, носил лубрикант с собой. Насколько бы ему самому не хотелось зарыть свой член глубоко вовнутрь его мальчика, он в здравом разуме никогда не пойдет на это в сухую. Оскар даже как-то расстроенно хмыкает. А затем скулит, когда ноги внезапно раздвигает широкое твердое бедро. Уайт упирает колено об умывальник так, чтобы Милс буквально сидел на его бедре. А последний в ответ дышит более часто, сжимая сильнее края твердой поверхности. Чужое возбуждение упирается прямо в одну из половинок скрытых за кожанными брюками. Винсент заползает обеими руками под рубашку, водя легкие щекочущие узоры на теле, что заставляют Оскара отзывчиво похихикать, прежде чем несдержанно сматерится, когда пальцы перекатывают набухшие соски. — Давай. Объездь мое бедро пока не кончишь, давай мой мальчик. — шепчет практически хрипло, внимательно смотря на гримасу его любви. Как тот кусает нижнюю губу, дышит быстро и неровно, краснеет куда пуще прежнего. И Оскар послушно начинает. Двигает бедрами вперед назад, вытягивая отчаянное «Хаааах.». Старший пуще стимулирует, оставляя кучу нежных поцелуев на открытой шее, успев вынуть руку из-под рубашки дабы растегнуть несколько пуговиц, отодвигая воротник дальше, открывая больше. — Подними голову. Я хочу чтобы ты смотрел мне в глаза, прямо пока кончаешь себе в брюки, хм? — Винсент заканчивает слабым укусом, привлекая к себе внимание улетевшего в свой мир мальчика. Он послушно поднимает глаза и чуть ли не стонет. Выбивающиеся прядки из уложенной прически липнут в коже в поте и пока пол лица скрыта из-за ракурса, Оскар отлично видит его глаза. Золотая подсветка не помогала налившимся равзратным удовольствием фиолетовым глазам. Густые брови были слегка нахмуренны в сосредоточенности, а нижние веки слегка поднялись, указывая на слабую ухмылку со стороны его партнера. Все это просто слишком. Слишком много стимуляции, слишком много наслаждения мешается с алкоголем, от чего не проходит и минуты когда младший ускоряет темп под тихую похвалу со стороны его партнера. Уайт чувствует размашенность и непостоянность в толчках Милса. Поэтому аккуратно отстранившись от чужой шеи, тот вытаскивает собственное бедро меж чужих ножек. И Милс уже готов расплакатся только от этого. Подступающий оргазм откладывается в отсутствии стимуляции и он только хочет что то выпальнуть в капризе, как оказывается поднятым под ноги. Его усаживают задницей прямо на темный гладь, на который тот ранее поклал свою одежду. Быстро расправляются с пуговицами штанов, вытаскивая набухший красный орган. Более длинный, тонкий и гладкий. В руках Уайта тот подрагивал в отложенном извержении. К большему раздражению Винсента, возвышенность была идеально высокой, позволяя ровно подстроится прямо меж его ног. Но он не за этим поднял его повыше. Оскар смотрит недовольно, напушившиеся волосы за вечер выторчены по бокам и подсвечены золотым светом сбоку. И старший почти замирает чтобы просто попялить, но останавливает себя, потянувшись за поцелуем. Он вновь настраивает того ближе к извержению, одновременно с этим целуя влажно и почти дико. Язык в танце с другим языком, слюна медленно скатывалась с уголка губ Уайта. Младший начинает издавать сдерживаемые ранее поцелуем звуки моментально, как только тот отстраняется. Прикрывает глазки, сдерживая жалкие стоны, подрагивая от чужой ласки и сжимая собственное пальто-пиджак под собой. И не замечает когда Винсент отпускается на корточки перед ним, облизываясь, прежде чем подвести головку к губам, оставляя мягкий поцелуй. —Что. что ты дел- — Испуганные недоумения прерываются грязным стоном, когда мужчина медленно вбирает в рот чужой орган. Уайт втягивает щеки, отпуская голову до основы, пока Оскар зажимает себе рот, смотря в панике. Ладно еще до этого, но как сдерживать себя сейчас?! А старшему по ощущениям вообще глубоко по барабану. Его глаза все еще опьяненные, но больше на возбуждении чем на алкоголе, когда тот медленно начинает двигать голову вверх и вниз. Ему просто хотелось это сегодня сделать. Ублажить мальчишку, что сегодня ублажил его одним своим видом. Винсент поднял одну руку и пользуясь тем, что Милс согнулся телом в его сторону, убирает его руку и заменяет своей. Было просто что то в том, как его рука смотрелась на его лице. Тихие влажные звуки заполняют уборную, глушась почти полностью по ту сторону стены громкой музыкой играющей на всю. Туда же и задушенные стоны и скулежи. Милс правда пытался подумать об комфорте окружающих. Но когда твой любимый мужчина внимательно смотрит тебе в глаза, успевая доминировать даже в позиции ниже него, как-то совсем не получалось думать о других. Проходит не долго, когда Оскар начинает слабо отталкивать своего партнера от себя, ведь оргазм был близок а как бы не хотелось закончить внутрь ему было стыдно. Хотя в любом случае Винсент просто сжал бедра Милса сильнее, не позволяя отстранится и закрывает глаза, когда чувствует как горячая жидкость начинает испрыскиватся вниз по горлу. Младший дрожит, закусив ладонь и закатив чуть ли не до звезд глаза. Его голос ломатеся даже в мычании, пока его бедра подрагивают с каждым микро оргазмом и маленьким извержением вовнутрь. Уайт продолжает слегка двигатся, удлиняя оргазм вплоть до оверстимуляции. И только тогда отстраняется. И о как же вид перед его глазами был хорош. Сбитое дыхание и до красноты обкусанные губы, как и кожа на ладонях. Оскар смотрел из-под полу-прикрытых глазок, полу дыша-полу скуля, пока маленькие слезинки скатывались вниз по красным щекам. От постыдного удовольствия. — Моя принцесса. — Ласково чуть ли не мурлычет, втягивая в очередной поцелуй досихпор наполненный горьковатым вкусом семени внутри. Руки тем временем ловко убирали последствия, поправляя и застегивая чужую ширинку. Винсент думает что было бы хорошо оставлять его в таком беспорядке почаще.