V
5 мая 2021 г., 11:09
***
Жизнь — это длинная нить, которая идёт от момента рождения до момента смерти, её переплетения — события, происходящие с существами, например с людьми или гоблинами. Если нити сплетаются в одну, то значит, что существа идут нога в ногу вместе, связанные дружескими романтическими узами, а может общей целью. Что поделать, если так устроен мир? Во главе всего этого стоит Судьба, которая может лишь наблюдать за этим. Но есть моменты, когда от её слова нити начинают перемещаться и образовывать другие связи, разрывая старые. После такого перемещения, обычно, меняются последующие события, и за это Судьба сильно получает. Как раз на такое перемещение она сейчас наблюдала в своём кабинете. С: — Альфред, боги опять мне пропишут гигантских пиз… кхм, гигантское наказание. Тут творится такое… А: — А? — отвлёкшись от разложения пасьянса невидимыми картами сказал Альфред, невидимый дух С: — Иди посмотри… — она указала ему рукой на проекцию нитей Альфред вроде как подлетел, ведь он невидимый и его не видно. На проекции были видны четыре сверкающих нити, которые идут сквозь время. А: — Ну и что здесь такого? С: — А вот посмотри — она указала на гигантский клубок нитей, — будет война межрасовая, да таких масштабов, что мне страшно представить. А: — И что же мы можем сделать? С: — Да собственно ничего, сидим ровно… А: — Какая-же ты слабая, особенно среди богов… С: — Да знаю, помолчи пожалуйста.***
Долгих двенадцать лет Винзенз, Йохана, Фридрикх и Мари путешествовали вместе. Немалый срок, за который могло произойти множество событий, потому о многих событиях вы не узнаете, а узнаете только самое важное, что произошло в той компании (право, описывать каждое задание, каждую попойку и каждое празднование выполненного задания несколько затруднительно и затянуло бы рассказ на сотни страниц)***
Первое задание
Бравая новоиспечённая команда уже два дня шагала в сторону Средиземья и держалась очень неплохо. Неожиданно, когда они подходили к одной из деревень, их остановил старик, похожий на шамана. Ш: — Стойте! В: — Ладно, стоим — герои остановились Ш: — Вы не пройдёте дальше! В: — Почему? Ш: — Потому-что вы стоите? В: — Хм, логично. Ш: — Моё село захватили твари лесные, что выбрались из… В: — …Леса? Ш: — …Ну типа… Наступило неловкое молчание, которое прервала Мари М: — Можно мы уже пойдём? Ш: — Да, и если вы сможете зачистить деревню, то мы вам заплатим. В: — Ладно, что-ли, мы пойдём. Ш: — Идите с богом. Они ушли от того шамана на десять метров. Ф: — Это был крайне странный разговор… В: — Да. Й: — Немного. М: — Абсолютно. И вновь неловкое молчание, которое было прервано уже Винзензом. В: — Хей, Фридрикх, почему Мари с тобой путешествует? М: — Эй, я не пустое место! Мог бы меня спросить! — экспрессивно начала она. — Я путешествую со своим дядей, так как по мнению моих родителей, я должна набраться опыта в магии, путешествуя по миру и убивая монстров. В: — И сколько вы так ходите? Ф: — Месяца три, примерно. Й: — Какие чудесные у тебя родители… М: — Они, конечно, не самые лучшие воспитатели, но хотя-бы дают хорошую почву для развития. Вы бы видели какие я научилась огненные шары метать, это нечто. А у тебя как, Йохана? Й: — Да… не очень. Мои родители умерли, когда мне было лет пять. Воспитанием занимался дед, который научил меня охотиться на дичь и злых существ. А в город я пришла, чтобы исполнить свою мечту — стать писателем, но мне пришлось вновь заниматься тем, чем умею — выполнять заказы на монстров… Потому я и пошла в это путешествие с вами. Ф: — А я просто люблю путешествовать. В: — Отличная команда… Они наконец пришли в деревню. В ней царила полная тишина, бардак и… трупы. Много трупов. Тихо было настолько, что было слышно сердцебиение каждого из них. Наконец, когда они дошли до центра деревни, на них бросились гигантские волки. Они заняли круговую оборону и начали отстреливаться от них. Винзенз, хоть и не умело заряжал свой арбалет, сумел настрелять около десяти волков. Он не сомневался, когда раз за разом спускал стрелу в очередную цель, ведь рядом с ними были люди, его команда. Через пять минут их окружили горы трупов волков. Запах палёного от фаерболов мяса витал в воздухе, но воспринимался он как запах… победы. Одной из многих. Ш: — Спасибо вам, ратные воины. Вот ваша награда *он отдал мешочек золотых Винзензу* В: — *немного замешкавшись, взял его* Спасибо… Ш: — Благодаря вам, люди смогут продолжить безопасно путешествовать. А что касается деревни, то она вымерла… В: — Оу… Ш: — Я похороню всех, чьи тела ещё можно отличить. Всё, идите с богом. И они, попрощавшись со стариком, пошли дальше, в свое путешествие. Винзенз призадумался, а почему он начал так хорошо стрелять с арбалета? Такие способности не берутся из ниоткуда и пары заданий. Но что поделать? Дорога манила идти их дальше, попутно распевая песни, рассказывая байки и просто сближаясь как друзья… и не только.***
В пещере тролля, спустя год после встречи
М: — Ну и мерзопакостное место, хочу сказать. Й: — Ну спасибо, адмирал ясен пень. Они шли в просторной пещере с липким от различных выделений полом и кровью на каменных стенах. Все были настороже, и лишь изредка кто-нибудь давал комментарий происходящему. Хоть идти было страшно, но все шли уверенно. Ведь каждый успел доказать, что все здесь верны отряду и будут рядом несмотря на любые невзгоды. Кстати, Винзенз научился готовить хорошие зелья, способные спасти жизнь, но всё ещё не научился готовить яды. С ними была такая сложность, что нужно было проверять его на подопытных для выведения всё более точной рецептуры, которая зависела от оборудования, качества материала и выдержки алхимика, что уж поделать? В любом случае, их подготовке мог позавидовать всякий герой. Идя по этим пещерам, они даже не замечали, как идут всё глубже и глубже вниз, но не замечая тех самых треклятых троллей. Чем глубже они шли, тем больше на полу лежало костей, а на стенах была всё более свежая кровь. В: — *шёпотом* Эй, Мари, ты же маг? Ты умеешь чувствовать живых существ? М: — *ш* Нет, а что? Й: — *ш* А ты разве не ясновидящий, Винзенз? В: — *ш* Слишком глубоко, не слышу богов. Даже шёпот в пещерах был слышен с большой громкостью. Каждое слово и каждый шаг многократно отражались от стен, создавая эхо. Но в самой пещере было тихо… слишком тихо. В один момент, тишину разразил грохот камней, которые полетели сзади. Валуны начали лететь с огромной скоростью, заглушая даже мысли. Они дошли до конца этой пещеры: обычный тупик, в котором даже ничего не было. М: — Пусто? И ради кого мы сюда шли? Но недоумение скоро сменилось страхом. Оказалось, они попались в ловушку старого тролля, который научился загонять в ловушку любопытных путешественников, а потом убивать их. Он спрыгнул с потолка, и герои увидели четырёхметрового жирного серого тролля. Печальность ситуации состоит в том, что они не могут дать отпор в закрытых пространствах. Ни копьё, ни лук, ни арбалет и даже фаерболы не могли ничего ему сделать. Им оставалось только отступать к стене М: — Я не хочу умирать. Ещё и ноги в чём-то липком, фе. Й: — Друзья, мы в дерьме, во всех смыслах. Тролль взял разгон, и со всего размаху ударил Йохану. Та, в свою очередь, отлетела и впечаталась в стену, даже послышался хруст костей. «Что же делать? Что я сделаю этой горе? Кто я тогда?.. Я герой» — в его голове это был будто не его голос. «Да, я герой, я должен спасти всех,. У меня есть нож, значит есть и победа. Поехали!». Выхватив нож с пояса, Винзенз с яростным криком бросился на тролля и, прыгнув на него, вонзил нож в бедро и повис на ноже. Тролль взвыл и попытался снять его, на что получил банкой кислоты в глаза. Слепой и беспомощный, он начал биться об стены, чтобы сбросить с себя безумца, но тщетно. Он вынул нож из бедра и вонзил его выше, в грудь, после чего повис на ноже и тот распорол его до живота. Тролль замертво упал, а вместе с ним и Винзенз. Он уже не ощущал той храбрости, которая окутала его после мыслей, того голоса в голове. Только через несколько секунд он смог встать с него и вытащить из его ещё тёплого трупа свой нож. Он подбежал к Йохане, та ещё дышала и над ней сидели Мари и Фридрикх. В: — Надо её вынести наверх, здесь обрабатывать раны опасно. Вместе с Фридрикхом он вынес её на верхний уровень, где было ещё приемлемо чисто и сухо. Винзенз начал раскладывать свои инструменты и зелья, всё время находясь в диком напряжении и страхе за её жизнь. Он посмотрел на Йоханну — она была полностью в отключке и кое-как дышала. Для того, чтобы воспользоваться зельем восстановления костей, нужно было найти места переломов и вправить их. Он начал прощупывать каждый участок её тела, часто заходя глубоко под одежду. Большого удовольствия это ему не доставляло, к слову. Залечив её переломы, он начал обильно вливать в неё другое, более слабое зелье для приёма внутрь. Он влил в неё три флакона, прежде чем та очнулась. Й: — *откашлялась* Кхе, кхе, где я? В: — Йохана! *обнял её* Как же я рад, что ты жива. Й: — Ладно, ладно, отпусти меня, рёбра болят. В: — *отпустил её* Ты чуть не умерла в той пещере. Й: — Я это уже поняла… спасибо тебе, большое.***
В путешествии, два года после встречи
В Средиземье стояла весна — прекрасное время возрождения природы. На траве лежали Йохана и Винзенз, которые отдыхали после длинного перехода. Фридрикх и Мари были где-то недалеко, готовили нормальный привал с кипятком. Они сильно изменились с момента встречи, да и впрочем все изменились. Винзенз отрастил волосы до плеч, которые убирал в конский хвост, а также обзавёлся вечной щетиной и более хмурым взглядом. Время не пощадило и его одежду. Несмотря на то, что от безденежья он не страдал, он без особых причин продолжал носить свою мантию, нижний край которой был изорван когтями и зубами, а обсидиановый блеск давно потух. Йохана стала носить короткие волосы, лицо обзавелось её шрамом на левую щёку. Одета она была в тёмно-зелёный плащ из кожи убитого ею и Винзензом гигантского ящеролюда. Мари стала взрослее, уже как никак 16 лет. Она стала носить синее платье с синей накидкой, расшитой золотыми символами, и новым цельнометаллическим нагрудником, покрытым вольфрамом, который даёт синий цвет и блеск. Фридрикх же с виду почти не поменялся, но стал более холоден и насторожен к Мари, будто ему она что-то недоговаривает. Но вернёмся к Винзензу и Йохане. Й: — Винзенз. В: — А? — сказал он, отвлёкшись от рассматривания ясного и безоблачного неба. Й: — Как твои голоса, о которых ты говорил? В: — А, они. Они молчат, когда я ничего не делаю. Вот когда я, например, воюю с монстрами, то я слышу голос, твердящий, что я герой и ведёт к победе. Раньше ещё какой-то был, но я его не слышал очень давно. Давно настолько, что я забыл, что твердил он. Й: — Может тебе и правда сходить к какому-нибудь шаману? В: — Всё точно нормально, не обращай внимания. Это моя голова, что из неё бардак выносить? Й: — Ну ладно… Наступило молчание. Лишь птицы, красиво певшие где-то вдали, нарушали сложившуюся тишину. Й: — Винзенз В: — А? Й: — А как ты относишься ко мне? — она повернулась к нему на бок. В: — К тебе?.. — он посмотрел на неё — Ну, как тебе сказать… Он к ней проявлял сильные чувства. Каждый раз, когда её жизнь висела на волоске, он сам был готов умереть. Он стал с большей трепетностью лечить её переломы и ушибы с ожогами. С интересом наблюдал за каждым её движением. В общем, влюбился в неё жутко. В: —… ты самый лучший человек, с которым я общался. Ты… да я с тобой прожил бы всю свою жизнь, которая мне отведена… Й: — А в трёх словах? В: — Каких? Й: — Винзенз, вот где-то ты умный, а где-то пень пнём. В: — А? А что я должен был сделать? Й: — Что бы ты сделал? Сейчас я покажу… Она встала над ним и посмотрела ему в глаза. Они показывали крайнее удивление, она могла услышать, как колотится его сердце. Она поцеловала его в губы, и, постояв так ещё секунд десять, встала и стала удаляться в сторону сделанного привала. Он повернулся и стал смотреть ей вслед, оставшись со смешанными чувствами внутри. Просидев так ещё минут пять, он также пошёл к привалу, пить напиток, который он сам изобрёл: кипяток, сушёные листья ягодных растений и экстракт сока ягод. Такой напиток согревает и всегда напоминает о лете…***
После заказа на банду разбойников, четыре года спустя
Вообще, они никогда не брали заказы на людей. Они убивали всяких монстров и нежить, но бандитов — никогда. Но их уговорили, было видно, как страдал город от влияния лагеря бандитов, да и награда была большой. Они истребили весь лагерь подчистую, главаря добила Мари. Её фаербол в тот момент был крайне мощным, настолько мощный, что разорвал главаря на кусочки чёрного мяса. Но что потом перемкнуло в Мари. Когда они вернулись в тот маленький город, она спилась. Такой реакции не ожидал никто, и потому не сразу было понятно, что с ней делать. В: — Йохана, пожалуйста, поговори с ней — упрашивал Винзенз Й: — Эй, я её не так сильно знаю. Может, лучше Фридрикх? Ф: — Похоже я тоже о ней мало что знаю. Может, не знаю ничего Они переговаривались в гостевой комнате при таверне. Винзенз и Фридрикх сидели на кровати, а Йохана, оперевшись на стену, стояла. В: — Видишь. А я ещё не поборол чёртово заикание в своей речи… да и слова ты лучше подбираешь. Й: — Ладно, ладно, уговорили. Только не подслушивать. Она вышла из комнаты и направилась в другую, где жила сама Мари. Растолкав кучу бутылок, лежащих у двери, она посмотрела на неё. Она сидела за столом и глядела в окно, даже не обратя внимания на вошедшую Йохану. Она всё смотрела на падающие листья и дождь за окном. Й: — Мари? Мари повернулась. На её ещё детском лице не было и следа от улыбки. Лицо было распухшим и в чёрных подтёках, что говорило о том, что она плакала над чем то. Й: — Мы можем поговорить? Она лишь тупо смотрела на неё, не проявляя никаких эмоций Й: — Нас никто не услышит, я закрыла дверь, а Винзензу и Фридрикху приказала оставаться в далёкой комнате. В ту же секунду она разрыдалась в рукав своего платья. Йохана подсела к ней и налила стакан воды. Через минуту она перестала обильно рыдать и выпила стакан воды. М: — Я никогда не смогу себя простить… Помнишь, я говорила давно, что Фридрикх взял меня в путешествие, так как так пожелали мои родители? Й: — Да, помню дорогая — она положила руку на её руку. М: — Это всё… ложь — она вновь разрыдалась, но через полминуты пришла в себя. — Господи, как же тяжело… Й: — Выговорись мне, пожалуйста. М: — *утирает слёзы* Я напросилась сама к Фридрикху, так как некому меня было отсылать к нему… Все началось, когда мне было лет… двенадцать, да, двенадцать… — она делала паузы, чтобы взять себя в руки. — Родители всегда твердили мне, что кодекс чести рыцаря — это то, чему ты обязана… следовать… С самого раннего детства я твёрдо следовала за ним, выполняла его в самых мелочах и знаю его вдоль и поперёк… Но скользкая тропа настигла наш род. Имение беднело и многие решили заняться… бандитством… Многим это не понравилось и они ушли… но те кто остался, творили такие вещи… Они грабили, убивали… а мой отец стал грёбаной правой рукой самого мерзкого бандита… — она вновь разрыдалась. — Я была последней в поместье, для кого слово Кодекс что-то говорил… Я… Я… Я сожгла имение со всеми, кого достала эта зараза. Глубокой ночью, когда все спали, я перегрузила котельную углём, забаррикадировала все чёрные ходы, и, в конце-концов, когда все приготовления были сделаны, поместье вспыхнуло как сено. Я предупредила прислугу, потому в поместье были только… крысы. Но я не учла одного. Мой так называемый отец не был в то время, когда поместье горело, он приехал со своего ночного рейда, когда оно уже разгорелось. Он был немного поддатым, потому я… его… убила. — она особо горько расплакалась — Я правда не хотела никого убивать, я хотела справедливости. В тот момент ярость взяла надо мной верх, и я метнула в него мощный фаербол, который его разорвал на части. Он даже ее увидел меня. Боже… Я не хотела больше иметь дело с людьми… с бандитами… Дверь открылась и в комнату вошёл Фридрикх со шлемом в руках. На его чёрных кудрях виднелась седина, его карие глаза выражали не то гордость, не то отцовскую нежность. Он присел к ней и приобнял. Ф: — Я знал о случившемся, но никто не знал, кто это сделал. Ты… всё правильно сделала. Они и правда творили ужасные вещи, я не осуждаю. Может и другие скажут не так, но я говорю, что это именно так. В ответ она утёрла нос. М: — П-правда? Ф: — Да…***
На зимовке, шесть лет после встречи
Винзензу стал всё чаще сниться один и тот же сон. Он сидит на троне, а рядом с ним… тоже он, но говорит более низким и благородным голосом. Он во сне советует Винзензу о геройских вещах: как, например, лучше стрелять с арбалета, как лучше кинуть зелье во врага. А сам Винзенз не может и пошевелиться, и даже сказать слова. Он прикован к своему трону, будто цепями, а рта будто и не существует. Когда Винзенз-"герой» уходит, то Винзенз просыпается. Как раз сейчас он проснулся от такого сна. Открыв глаза, он увидел мирно сопящую Йоханну, которая лежала на одной кровати с ним. Он присел на край кровати и почесал свою бородку. Й: — Опять тот сон, дорогой? В: — Да… Она приобняла его сзади. Й: — Может всё-таки сходим к какому-нибудь шаману? Может он чем-нибудь тебе поможет? В: — Да ладно, что тут уж поделать? Й: — Ладно, ладно. Винзенз повернулся и поцеловал её. Она отпустила его и они оба начали одеваться. Пока идёт зима, герои решили осесть в Даркиндаре — городе, граничащим с королевством эльфов. Он совсем небольшой, но зато полностью состоит из каменных построек. Прогуливаться по такому городу зимой одно удовольствие. Й: — Винзенз, я пошла покупать тебе ингредиенты. В: — Хорошо, спасибо. Где-то в коридоре хлопнула большая деревянная дверь. Пока ещё утро, Винзенз решил попрактиковаться в изготовлении ядов, даже нашёл подопытную мышь, которая металась по банке в надежде выбраться. Он сел за стол, разложил станцию и начал подготавливать ингредиенты. «Мухоморы сушёные, экстакт киприса, жир тролля,...» — пересчитывая ингредиенты, про себя говорил Винзенз. Он приступил к готовке — кропотливейшему процессу, в котором важна каждая секунда. Но готовился яд всего минут десять. В комнате сидел только он и мышь — Йохана же куда-то ушла. Последняя конденсация — и всё. Он взял получившуюся пробирку и направил на свет из окна. Получившаяся жидкость была абсолютно прозрачной и бесцветной, без какого-либо запаха. Для Винзенза это уже была победа. Он взял иголку, обмакнул её в яд и уколол мышь. Яда было совсем немного, но уже через тридцать секунд мышь скончалась от остановки сердца. Винзенз выбросил иголку в камин, а пробирку плотно закрыл. «Наконец-то — яд. Но зачем я к нему стремился? Я же помню… или не помню.». Он убрал пробирку в рюкзак и откинулся на стуле. Перед ним лежала мёртвая мышь. Он её тоже кинул в камин. Удобно: и греет, и сжигает ненужные вещи. Он продолжил работать, но начал варить уже зелья — более сложные и более действенные, чем раньше. Из-под его руки выходили зелья мгновенного восстановления, зелья богатырской силы, которыми пользовался Фридрикх, и другие. Зелья он продавал в лавку, в которой он закупал ингредиенты, чтобы не уйти в минус за зиму. Через два часа Йохана, одетая в меховой тулупчик, вернулась к нему с небольшим мешком. Й: — Вот все ингредиенты, которые ты заказывал. В: — *отвлёкшись от приготовления зелья* А, спасибо большое. А ещё сушёных мухоморов ты взяла? Й: — Ты их ешь, что-ли? Я тебе позавчера полфунта их взяла. В: — Да, но они закончились. Давай сюда мешочек. Она положила мешок ему на стол. Закончив с зельем скорости, он приступил разбирать мешок. Доставая из него различные скляночки, баночки, мешочки с травами и бочёнки ёмкостью в 350мл (уникальная упаковка для товаров от гномов, например, для подземной серной воды) он на дне мешка нашёл что-то ещё. В: — Йохана, что ты ещё там купила? Й: — О, ты наконец-то добрался. Я тут подумала, что твоя любимая мантия совсем стала плоха, — она демонстративно достала его мантию и посмотрела на него сквозь одну из многочисленных дыр. — и я решила тебе купить новый наряд для путешествий. Винзенз несколько смутился и поворчал, ведь что-то не давало ему выбросить ту мантию, хоть при людях он её давно не носил, а носил только в путешествиях. Он вытащил из мешка одежду. Это оказались его любимые чёрные вещи: новые штаны, сделанные из плотной ткани, чёрный жилет, явно тяжёлый, а также новую мантию с рукавами и капюшоном. Её можно носить как одежду, просунув руки в рукава, так и как мантию, спрятав рукава во внутрь. Она прошита была чем-то, вроде металлических нитей. Винзенз примерил всё это, а ему как раз, только лишь мантия немного касалась пола, но она легко подворачивалась до нужной длины. В: — Эй, Йохана, смотри — он одел мантию, просунув руки в рукава и распустив свои волосы, которые стали ему уже ниже плеч — Я похож на мага? Й: — Винзенз, ты похож на некроманта, правду говорю. Или на какого-нибудь злодея. — сказала она, сидя на кровати и рассматривая его. В: — Хм, на злодея… К ним постучались. Винзенз прошёл в коридор и открыл дверь. За ней была Мари — ей было уже двадцать лет. В шубке и в белой шапке, даже так не доставала ростом даже до подбородка Винзенза, но была выше Йоханны, хоть и всего на два сантиметра. За её спиной был мольберт с треногой и краски. М: — Добрый де… ой, здравствуйте, батюшка — она поклонилась в пол. В: — Мари, ты совсем? М: — Винзенз? — она посмотрела на него ещё раз. — Отличный наряд, можно на тайные вечери ходить. — она захихикала. В: — Да ладно? А вообще? М: — Хорошо, хорошо, впусти уже, а? Он пропустил её в дом, который они арендовали на время зимовки. Она сняла верхнюю одежду, под которой было миловидное розовое платьице. Он пропустил её в комнату с камином, сам зашёл за ней и сел на кровать. В: — Как сама? Как Фридрикх? М: — Да, да неплохо, знаешь. Правда, почти всё перерисовала, а некоторые картины даже продала. Вот пришла узнать, как у вас дела, может что обрисовать. А что Фридрикх, то он вновь зациклился на своей гробнице с сокровищами, говорит, что скоро найдёт зацепку, что он это чувствует, по библиотеке да по архивам ходит. Й: — Ох, надеюсь, это не маразм, а то будет жалко. М: — Надеюсь, да вроде ещё время не наступило для такого… Й: — Понятно… Хм, а ты рисовала Винзенза за работой? — она посмотрела на сидящего на кровати Винзенза. М: — Да нет, как-то не заходила в это время. Й: — Вииинзенз, давай срочно за свою станцию, будешь позировать. Винзенз фыркнул, но покорно сел за свою станцию, надел капюшон и взял в руку флакон с зельем, будто рассматривает его на свету. Такая поза была в самый раз, судя по тому, что Мари сразу приступила к его срисовыванию. У Винзенза за его недолгую работу зельеваром и врачом-костоправом выработалась огромная выдержка и непоколебимые руки, он так позировал почти час. М: — Всё, можешь прекращать, я обрисовала контуры — сказала она, выглянув из-за мольберта. Через пять минут в дом ворвался Фридрикх, успев как раз на чай. Ф: — Я нашёл его! Нашёл! Он положил на стол вынески из городских архивов. Это были записки путешественника, некого сэра Милкхеда, который с напарником установили, что гробница Пентирамона находится глубоко под водой. Но многие записи были затёрты и нечитаемы, потому следующей целью стало прохождение к архивам драконьим. Вывалив такую кучу информации на тех троих, они сели спокойно пить чай.
