Heart of Darkness, Dark of Heartness

Сегодня у Хизер жутко болела голова. Возможно, причиной тому служил барабанящий целую ночь ливень… А, может, целая бутылка крепкого виски, выпитого накануне. В горле до сих пор стояла нестерпимая горечь. Дите до чёртиков захотелось напиться. Так, чтобы потом все казалось лишь страшным сном. Но этому не суждено было сбыться. События концерта прокручивались в голове танцовщицы снова и снова, безысходные в своей надежде на изменение. Это сводило с ума, подобно бесконечному дождю. Прощание с покойным должно было проходить в одной из маленьких церквей на окраине Праги. Фон Тиз немало удивило полное отсутствие фанатов: видимо, секьюрити честно отрабатывали свой хлеб – под навесом перед самым входом стояли только близкие друзья Брайана. Не было девушек: кто-то не смог приехать, кто-то банально не успел узнать. Присутствовали бывшие участники группы, нынешний состав, еще несколько знакомых Дите людей. Даже Лили была здесь: свернувшись калачиком на руках у Вренны, она сердитым взглядом сверлила тучи. Хизер было непривычно видеть всех этих людей такими. Собранными, серьезными. Молчащими. Сопровождаемая шумом дождя и сочувствующими взглядами мужчин, фон Тиз поднялась на крыльцо. Тяжелая деревянная дверь, скрипнув, отворилась, впустив в пустую церковь вместе с женщиной немного влажного воздуха. Рыкнул гром, запоздало отмечая белую вспышку молнии, осветившую пустые ряды скамеек. Дита нервно поправила сеточку на лице и направилась к гробу, медленно собираясь с мыслями. Стук каблуков пронизывал всю церковь, перебивая шум ливня и дыхание фон Тиз. Как он спокоен… На лице уже нет этого аккуратного грима, с волос практически сошла черная краска. Сердце неприятно ёкнуло, вызывая в памяти образы совместной жизни. Дита положила руки на кромку гроба. Хотела было коснуться бледной ладони, но резко отдернула сжатые в кулак пальцы. Хизер боялась. Боялась ощутить холод кожи, боялась пугающе резкого осознания того, что Уорнер действительно мертв. Все происходило как во сне, и Дита боялась воплощения в реальность. - Брайан, я… К глазам подступили предательские слезы. Нет, фон Тиз не будет плакать. Комок в горле мешает выражать и без того сбивчивые мысли. - Если бы ты был жив, ты бы мне не поверил. Наши отношения… Исчерпали себя, понимаешь? Помотав головой, Дита внезапно взрывается: - Да кому я это говорю! Конечно, твое чёртово самолюбие не могло перенести такого удара! – словам фон Тиз вторят вспышки молний, дождь усиливается, женщина расхаживает по площадке, активно жестикулируя, - На его жену смотрят! Ей уделяют внимание! Ее любят! Неужели ты не понимал, что это моя работа, моя стезя, мать твою?! Нет, нужно было променять меня на какую-то шлюху! И все ради чего? Ради чего?! Ради скандалов?! Ради развода?! Ради этих сплетен, а?! Ты не представляешь, не представляешь себе, с каким удовольствием я бы расцарапала лицо этой стерве! А все почему?! Знаешь, почему?! Потому что я люблю тебя, Брайан! Люблю… - Хизер закрывает лицо руками. Слезы вырываются наружу, размазывая тушь по щекам. Дита уже не сдерживает рыданий. Она выговорилась, волна гнева схлынула, оставив место горькой скорби. Внезапно до ушей доносится до боли знакомый хрипловатый голос: - Я всегда это знал, золотце.