Морской соблазн

      Погода стремительно портилась. Шум воды стоял в ушах уже больше часа. Вот уже в каютах померк свет, предвещая о наступивших сумерках. Девушка лежала на кровати, прижимаясь к парню и почти бесшумно дыша, боясь разбудить того. Поразительное спокойствие! За окном волны готовы ломать и крушить корабль, выбивая по металлу мелодию, а он спит. Лишь изредка хмурит брови и ёрзает. Маринетт представилась возможность густо краснеть, утыкаясь носом в шею гитариста. Вдыхать запах его волос и снова сходить с ума, лишь от одного покачивания каюты. Ещё семь лет назад ей казалось это безумием и выдумкой. Она клялась в своей святой любви к другому человеку, Мари пообещала больше никогда не произносить это имя, а про Луку даже не думала. Но сейчас. Ей почти двадцать два года, она со своим парнем и счастливая едет (читать как: плывёт) в Нью-Йорк, воплощать свою мечту дизайнера! Её словно током ударило, когда оказалось, что она прошла вступительные в университет. Куффен же хотел стать гитаристом в одной достаточно популярной рок-группе, в которую идёт набор. Иногда даже казалось, что это сон, который развеется под наступлением утра. И она опять будет сохнуть по нему, а Лука тихо стоять в сторонке. Но это реальность.       Мысли спутывались в комок, который словно невозможно было распутать. Каждый раз, когда решение близко, они закручивались всё сильнее. А потом тишина. Спокойный сон поглотил её, и плевать на бурю за окном. Рядом с ней её счастье. Это всё, что нужно сейчас.

***

Дождь стих. На палубе пахло сыростью (что неудивительно) и ещё чем-то приятным. В Париже всё было иначе. Ах, она не может перестать думать о оставленной жизни, хотя понимает, что прошлое нужно отпустить. Но оно, как призрак всё время преследует её не отставая ни на шаг. Руки согревались о кружку с горячим чаем. Их плечи были настолько близко, что невесомо касались друг друга. — Маринетт. — начал Лука. Каждый его монолог начинался с её имени. Она уже запомнила это и приготовилась лишь внимательно слушать. — Мне страшно. — он на секунду замолк, а потом продолжил сиплым голосом. — Страшно, что когда мы приедем туда, то не сможем жить полноценной жизнью. Как во Франции. Может, я тебе и не нужен стану. Вероятность того, что я попаду в эту группу ничтожно мала. Ты- станешь всемирно известным модельером. И даже не спорь. — уже по её глазам, Куффен понял, что она собирается остановить его и сказать, что она не сможет стать такой звездой мира моды. — Тогда я стану для тебя лишь обузой. — он опять начал глядеть на водные просторы с тёмным звёздным небом. — Послушай. — совсем тихо сказала Дюпен-Чен, чтобы не рушить эту сказочную атмосферу. Звёзды сияли где-то вдали, но бледнели, напоминая, что ночь не бесконечна. — Ты никогда не станешь для меня обузой. Лука. — она зачарованно произнесла его имя. — Ты... Ты прекрасный человек. Если бы не ты- я бы сейчас была в Париже и всё ещё сохла по... Нему. Думаю, ты заслуживаешь большего, чем простое «спасибо». — Ты очень повзрослела, Ма-ма-маринетт. — он коротко посмеялся с цвета лица девушки, переходящего в пунцовый и потрепал ту по голове. — Ты тоже. Но знаешь что? Я не хочу дальше взрослеть. Хочу остаться такой как сейчас навсегда! — Малышка, ну ты же знаешь, что это никогда не получится. Мы должны взрослеть, иначе никак. — Ты такой скучный. Они направились в каюту, чтобы уже на следующее утро лицезреть огромный мегаполис где предстоит их новое начало.

***

      Тащить тяжёлые сумки скучно, а тащить тяжёлые сумки в одиночестве ещё скучнее. Если бы Лука знал, насколько затянется эта очередь за картой с достопримечательностями для приезжих, то он бы воспользовался телефоном. Но деньги уже отданы, и ему ничего не остаётся, как томится в ожидании чуда, под именем Маринетт. Клонит в сон. Наконец, вдалеке мелькнула знакомая макушка. — Лука! — Дюпен-Чен приглушённо кричала с другой стороны улицы и активно махала руками. Парень начал протискиваться сквозь толпу местных и туристов. Было непонятно чего он больше хотел- чтобы это месиво исчезло, или чтобы тот поскорее добрался до Мари. Наконец, Куффен стоял рядом с ней и пытался отдышаться. — Ну наконец-то ты тут! Я думала, что по потеряла тебя! — Маринетт звонко рассмеялась и раскрыла брошюру, всё это время находившуюся у неё в руках. На это замечание Лука лишь улыбнулся. Там было мало текста, лишь названия достопримечательностей и их краткая история. Скукотень. И как люди могут покупать такое, а главное, зачем им это? С их приезда в центр Нью-Йорка прошло достаточно мало времени, а Куффен уже хотел уехать назад. Тут было много людей. Слишком много людей. Да, конечно, Париж тоже не был пустынным городом, но там хотя бы не было такой громкой музыки льющейся из всех переулков и огромных скоплений народа. Всё что хотелось сейчас- открыть дверь своей новой квартиры и упасть на кровать с Мари, но у девушки было другое мнение на этот счёт. — Давай зайдём в какое-нибудь кафе? — в глазах Маринетт блеснуло что-то яркое. Как молния. И Лука не сдержался, поддаваясь её чарам. — Конечно.