Нерастраченная любовь

Было в этом что-то неоднозначное – смотреть на то, как распускаются лотосы на воде. Словно поутру жизнь заново рождается, чтобы с приходом ночи сгореть в свете звёзд. Лиянь за последние месяцы жизни в столице ордена Юньмен уже привыкла к этому зрелищу, но каждый раз возвращалась к нему, словно и не видела никогда. Сердце, как и в первый раз, бешено стучало о рёбра, некрасиво выпирающих из-за лёгкой одежды грубого кроя. Другой всё равно не было, будь хоть глава Цзян тысячу раз милостив. — Лань Вэнь! Что ты снова здесь делаешь? Девочка обернулась. К ней поспешно приближалась помощница лекаря. За последние дни ничего не менялось, и она всё чаще стала настаивать на осмотре главным лекарем ордена. На что Вэй Лиянь неизменно отвечала, что она, как крестьянка, недостойна лучшего лечения. — Лань Вэнь! Мадам запретила тебе покидать постель. Почему же ты снова её ослушалась? Ещё одной проблемой было то, что Лиянь поселилась в теле совершенно незнакомой, но всё-таки сильной заклинательницы, которую выгнали из ордена Лань за неподобающее поведение и нарушение более ста правил. Что ж, это было только на руку. — Госпожа, простите эту дерзкую девочку, но я не удержалась от прекрасного вида с пристани, — наконец, устало вымолвила заклинательница. Подступающий приступ быстро овладел телом, и она закашлялась, болезненно согнувшись пополам. Эта проблема мучила её ещё с прошлой жизни, когда здоровье было резко пошатнуто всеми кровавыми событиями, предшествующими недолгой победе клана Вэнь. Сыграла роль также и чисто женская проблема, но об этом девочка предпочитала не распространяться. Всё же тело Лань на поверку всё равно оказалось бы непорочным. — О Боги, милая! Мадам же предупреждала! Быстро идём в дом! — женщина запаниковала, стоило снова лицезреть кровавые сгустки в уголках рта подопечной. Она было хотела прикоснуться и увести девочку, но та воспротивилась, увернувшись от мозолистой ладони, поднырнула через плечо и сама поломанно зашагала в сторону лечебницы. Помощница вздохнула: это был не первый раз, когда её подопечная чуралась прикосновений.

***

Чзян Чэн выдохнул через зубы и недовольно покосился на старшего адепта. Тот испуганно сжался и принялся ещё более быстро докладывать обстановку. — ... Того сумасшедшего увели в клан Лань и устроили на правах личного помощника Лань Ванцзи. Сейчас они вместе с несколькими адептами исследуют полученную демоническую руку... Послышался треск дерева. Адепт остановился, сглотнул вязкую слюну и принялся докладывать дальше, пока мужчина перед ним не наказал его. — ... Также к нам прибыли некоторые беженцы с территорий, охваченных трупным ядом. Их разместили в местной лечебнице. Всех проверили – заражённых нет. Наставники с младшими адептами уже проводят очищение тех мест, — парень, наконец, замолчал, выжидая приказа. — Хм. Сколько беженцев? — Не так много, почти все из них являются всего лишь крестьянами, но есть пара семей из достаточно обеспеченного рода. Общим числом насчитали около шестидесяти человек. Все они на данный момент проживают в лечебнице госпожи Си Лин. — Хорошо, пускай там и остаются. Как только земли будут очищены, немедленно вернуть их обратно. — Слушаюсь, Глава, — адепт поклонился и быстро вышел. И только когда дверь закрылась и на комнату опустилась тишина, Цзян Чэн раздосадованно ударил кулаком по рабочему столу, срывая раздражение. Ярость застилала его глаза. И было неудивительно, ведь в голове царила всего лишь одна мысль, достаточно ужасная — "Вэй Ин вернулся".

***

Вэй Усянь совершенно не понимал, как его жизнь в одно мгновение круто повернулась. Сначала его возродили и причём вполне добровольно, потом он натолкнулся на юных адептов ордена Гусу Лань, которые показались знакомыми, но тонкую нить воспоминания не удалось схватить, затем он повстречал своих самых близких людей, настроенных вовсе не дружелюбно, под конец он чуть не умер, был бит не раз, а слабое тело сосуда не позволяло хоть как-то отбиваться от подлых атак, и вот теперь он в Облачных Глубинах – связанный и униженный. Ладно, последнее было не совсем правдой, но Вэй Ин всё равно не чувствовал себя в своей тарелке. Перед его носом на полу стояла миска отвратительной похлёбки, которую мужчина так ненавидел ещё в прошлой жизни. Но вот ирония: даже дотронуться до неё и хоть как-то утолить голод не было возможности. Словно над ним очень тонко решили поиздеваться. Вэй Усянь не мог сказать, сколько точно времени он провёл в заточении, после того как его забрали в Гусу Лань. Но тело паренька, и так слабое, становилось с каждым днём ещё слабее. Этак, недалёко второй раз умереть. Впрочем, заклинатель был бы не против. Ему и не хотелось возвращаться туда, где столько всего осталось, где сердце болело просто потому, что он есть. Не хотелось возвращаться в мир, наполненный скорбью по несбывшимся мечтам. А ведь заклинатель мечтал быть героем. И вовсе не ожидал, что станет злодеем в сказке, не имеющей счастливого конца. Спустя какое-то время сердце сдало, и тело Мо Сюаньюня мешком рухнуло на пыльный пол сарая...