Студенческие годы

С того раза, как Олег обнял Разумовского в душе, он стал перестраивать свой режим сна, что давалось ему с трудом. Вот и сейчас он мирно спал, свесив ногу с кровати и игнорируя будильник. Серёжа присел на корточки рядом с кроватью Волкова и посмотрел на спящего друга. Взъерошенные тёмные волосы, приоткрытый рот, широкие плечи и сильные руки. Олег выглядел мужественно и вместе с тем мило. Разумовский осторожно коснулся его щеки и ощутил под пальцами лёгкое покалывание. Он представил Олега с бородой и невольно улыбнулся. — Марго, разбуди его через полчаса, — шёпотом велел он сонной птице.

***

Как обычно, в ранний час душевая хранила молчание, встречая первого «посетителя» холодом старинной плитки, хранящей воспоминания времён основания общежития. Именно благодаря этому месту закалялись студенты (ведь болеть им нельзя, у них на это нет денег). Разумовский стоял под потоком тёплых струй, вяло льющихся из старинной лейки со знаком качества времён СССР, когда тихо щёлкнула входная дверь и послышались неспешные шаги. Неожиданно ему на пояс легли чьи-то руки, а кромки уха коснулось горячее дыхание. — Олег… — растерянно воскликнул Разумовский порываясь обернуться, но тут же застыл. Руки принадлежали вовсе не Олегу… Он знал их слишком хорошо и не спутал бы ни с чьими другими. — Так это правда, — раздался над ухом довольный голос. — Я видел, как на днях вы выходили из душевой вместе. Значит, между вами что-то есть. Разумовский ощутил, как по телу прошёл озноб. Он понимал, что нельзя просто стоять, но тело будто парализовало. — Раз уж тебе не впервой с парнями, может, и меня обслужишь? — руки скользнули вниз, оглаживая внутреннюю сторону бёдер, а чуть пониже спины упёрлось что-то твёрдое. Тело, наконец, начало слушаться. Собравшись, Разумовский со всей силы ткнул пристающего локтём в живот. Тот отшатнулся, но продолжил преграждать выход из кабинки. Это оказался тот самый парень, что не так давно пытался прилюдно раздеть Сергея. — Бьёшь как девчонка, — усмехнулся он и двинулся на прижавшегося к холодной стене Разумовского. — Если любишь пожёстче, стоило обратиться ко мне, — неожиданно раздалось за спиной парня. В следующую секунду Волков заломил ему руку и оттащил в сторону. От стен эхом отразилась череда глухих ударов. Парень не успел опомниться, как уже валялся на полу, а Волков всё не успокаивался. «Он же его до смерти забьёт!», — испуганно подумал Разумовский, порываясь броситься к Олегу. «Разве ты этого не хочешь?», — мелькнуло в голове, и он замер на долю секунды, но, отмахнувшись от навязчивых мыслей, рванул к Волкову. — Олег… Олег, хватит! — затараторил он, хватая друга за руку. Волков замер, переводя горящий взгляд на Серёжу. Увидев перед собой знакомые голубые глаза, он расслабился, приходя в себя. Воспользовавшись заминкой, избитый парень рванул прочь, сплёвывая на пол кровь. Олег было метнулся за ним, но ему в руку крепче вцепились подрагивающие пальцы. — Олег… Олег выдохнул, переключая всё внимание на Разумовского. — Он ничего с тобой не сделал? — он поднялся на ноги, увлекая Серёжу за собой. — Нет, всё в порядке. — Теперь в душ только со мной… Они замерли. На щеках Олега вдруг появился лёгкий румянец. Серёжа непонимающе уставился на него, а после тоже залился краской, но куда сильнее. Словно по команде, Волков отвернулся, в то время как Разумовский кинулся натягивать на себя штаны и футболку.

***

— Больно? — спросил Серёжа, осторожно обрабатывая разбитые костяшки Волкова, пока тот украдкой следил за его действиями. — Нет, — Олег протянул руку и заправил Серёже за ухо рыжую прядь. С подоконника раздалось карканье Марго. — Спасибо, что разбудила, — не отводя взгляд от Разумовского поблагодарил её Олег. Удовлетворённо каркнув, птица нахохлилась, возвращаясь ко сну. Тем временем Сергей закончил перевязку и неожиданно коснулся губами забинтованных рук. — П-помнишь, ты мне как-то сказал, что если поцеловать, то болеть не будет… — смутившись удивлённого взгляда, направленного на него, затараторил Разумовский. Олег улыбнулся. — Спасибо, — он осторожно сжал кончики тонких Серёжиных пальцев.