Самолет из Сеула отбывает через пять минут.

Чонин был обычным парнем, учащемся в университете на первом курсе. И, как все, абсолютно не думал о последствиях. — Ян Чонин! Это уже третье опоздание за... Три дня! Парень стоял, потупив взгляд не в силах поднять его на рассерженную преподавателницу. — Простите, мадам Чень, это больше не повторится. — оправдывался Ян, хотя все присутствующие в аудитории, включая его самого, знали, что это не так и будет продолжать повторяться. — Ты говоришь мне это каждый раз и все равно опаздываешь. — женщина устало потеряла переносицу и, краем глаза заметив, что ученик продолжает подпирать дверь, махнула рука в сторону парт. — Садись уже, не стой в проходе. Парень быстро прошмыгнул в конец аудитории и скрылся за другими студентами, укладывая голову сверху на сумку с учебниками. Начало трудового дня всегда тяжелое. Но что делать, если весь день тяжелый и, казалось, не закончится никогда? «Если я продолжу тут торчать, то сдохну». — хмуро подумал Ян, наблюдая за фигурой преподавателя по философии. Самый длинный предмет — самый сложный. — Извините, можно выйти? Профессор скептично взглянул на поднятую руку с задних рядов поверх своих очков и неоднозначно кивнул. Чонину этого хватило, чтобы запихнуть сумку под толстовку и вылететь из аудитории, пока никто не понял таких очевидных намерений студента. Парень тревожно взглянул на зеленые цифры часов, медленно тикающих в своем темпе, никуда не спеша. Время показывало три дня, шесть часов и двенадцать минут. «Одиннадцать». Чонин никогда не планировал дни наперед, думая, что если будет плыть по течению, то быстрее столкнется со своим соулмейтом. Никогда не знаешь, что именно может пойти не так. Внезапно тебя могут пригласить на вечеринку, в то время, как ты планировал пройтись по городу, и, согласившись, время на часах может увеличиться до нескольких месяцев. У него была одна одногруппница в университете, которой что-то стукнуло в голову и девушка решила оседлать мотоцикл. Казалось бы, нормальная идея, да и на мопеде быстрее добираться в пробках. Только вот она не захотела, чтобы часы управляли ее жизнью. Стала жить по своим правилам, плевав на принципы и мораль. Не пропустила пешехода, списав это на то, что не заметила его за остановившейся машиной. Но как же изменилось выражение ее лица, когда, слезая с мопеда, ее взгляд случайно опустился на запястье. Из нее будто весь воздух вышибли одним ударом. Девушка осела под крики остальных на проезжей части и забилась в рыданиях. Зеленые циферки часов замерли, померкнув, и почернели. Несчастный парень, бездыханное тело которого лежало на переходе, оказался ее соулмейтом. А на его запястье время обратилось в ноль... Он нашел ее. В тот же вечер она покончила с собой. Наполнил ванну не только водой, но и вселенской скорбью, вечным одиночеством. Не смогла жить с чувством вины, обрекая саму себя на страдания. * * * — Уважаемый, вы не могли бы хоть сделать вид, что слушаете мои лекции? Зачеты не мне нужны, а вам. Чонин резко оторвал голову от парты, уставившись расфокусированным взглядом на учительницу. — Дома нужно спать. Останетесь после пар за дополнительным заданием, у вас сплошные пропуски. Ян закатил глаза, передразнивая противную преподавательницу себе под нос. Десять часов... Время тянулось максимально медленно, что Чонин отмечал с нескрываемым раздражением. «Если так продолжится, я наплюю на всех и уеду далеко и надолго. Желательно навсегда». Дурацкое задание по микробиологии совсем не хотело решаться, а терпение уже было на исходе. В итоге, Чонин поднялся из-за стола, отшвырнув тетради подальше, и завалился в постель. «Уж завтра я точно не опоздаю, — твердил он сам себе, сжимая кулаки в решимости. — Я постараюсь!»