Метод Шифра

Звон старого дверного колокольчика заставил Диппера встрепенуться. Оторвавшись от страниц одного из Дневников, он поднялся с места. – Привет. Я еще раз извиняюсь за мой ночной звонок. Это было так глупо! Огромное спасибо за то, что ты здесь! – Все в порядке, – кивнула Гарриет, поравнявшись с парнем – Ты всего лишь разбудил меня в тот самый момент, когда мне удалось нормально заснуть впервые за неделю. Она поправила рукой темные кудри и улыбнулась. – Слушай, мне правда очень-очень жаль... – Я надеюсь, ты не позвал меня сюда, в эту полуразрушенную забегаловку, за сотни километров от моего дома, куда и автобусы-то толком не ходят, в восемь утра для того, чтобы сказать это. Ты говорил, у тебя что-то важное. Выкладывай. Дип посмотрел на нее и напряженно вздохнул. – Лучше присядь. – Ладно, – девушка повесила зеленую ветровку на спинку стула и в одной рубашке приземлилась напротив. Диппер оглядел все вокруг. Полная разруха. Подумать только, еще вчера проблемой была одна маленькая кладовка, а сегодня туда уже и не зайти. Огромная сосна проломила потолок кафе, полностью перекрыв ход в ту часть здания. То, что заведение вообще работало, вызывало изумление у посетителей. – Я любил это место. Оно не было таким раньше, – произнес парень, нервно теребя рукава свитера. – Да, я знаю. Читала в новостях. Массовое падение деревьев. Повезло, что никто не погиб. – Новости врут. Гарриет удивленно вскинула брови. – Это сделали бобробабочки. – Понятнее не стало. – Вот, – он раскрыл Дневник на нужной странице и придвинул его к девушке – Я набросал несколько чертежей того, как именно все произошло. Они вложены между соседними листами. Посмотри. – «Опасности не несут»... – Что? – Здесь так написано. Еще «объедают верхушки деревьев». Я не вижу ничего из способностей, о которых ты здесь пишешь. – Это и есть причина, – выдавил из себя Пайнс – по которой я попросил тебя приехать. Мне кажется, за последнее время в них что-то изменилось. На уровне генов, я имею ввиду. И может не только в них. Помнишь, вчера ты говорила об опухоли, возникшей у летучих мышей-вампиров? А те странные всплески аномальной активности на окраине Гравити Фолз? Я подумал, что, если и здесь случилось что-то подобное? Гарриет задумчиво пролистывала книгу, бегая светло-серыми глазами по ее страницам. – То есть, ты хочешь, чтобы я помогла тебе доказать твою сумасшедшую теорию? Как по мне, звучит натянуто. Но даже если ты прав, почему не попросишь об этом своего деда? Уверенна, он оценит твое желание поиграть в охотников за монстрами. Колись, в чем подвох? Диппер опустил глаза в кружку с остывшим чаем. – Я говорил с Дядей Фордом. Вчера, перед тем, как позвонить тебе. Он отрицает все, о чем я говорю. Он дал мне эти документы, составленные им сорок лет назад, чтобы я наконец успокоился, – Дип протянул девушке тонкую пачку бумаг – Здесь подробно написано обо всех способностях бобробабочек. Понятия не имею, почему их нет в Дневниках... – Потому что ты прав! – воскликнула она – Видимо... – Быстро ты меняешь точку зрения. Что такого ты нашла в этих записях? – Не в записях дело, – объяснила Гарриет – А в том, что им и года нет. Все это написано сравнительно недавно. – С чего ты это взяла? – Пайнс, я стажер. Работаю с документами. Хорошая бумага, яркие чернила... Бумаги сорокалетней давности выглядят не так. Очевидно, что твой старик тебя обманывает. – Но почему? – рассматривая четкий синий текст, пробормотал Дип. – Это уже у него нужно спрашивать. Подойди к нему, ткни всем этим ему в лицо и потребуй объяснений. Ты их заслуживаешь. Удачи. Она уже хотела было встать, направившись к выходу, когда парень перехватил ее руку. – Нет! Нет, я не могу. Вейер, ты не знаешь моего Дядю. Поверь, если он не хочет, чтобы я знал правду, то ничего не скажет. Нужно добыть ее самостоятельно. Я сделаю это в любом случае. Просто с тобой будет быстрее. Ты работаешь в лаборатории. Отвезем туда парочку существ, осмотрим, – Диппер ненадолго замялся, посмотрел в глаза девушки и произнес – Послушай, я знаю, насколько безумно звучу. Думаю, и сам бы себе не поверил, будь я на твоем месте. Да я и будучи собой, не уверен, что не несу полную чушь. Но я прошу тебя, – он честно посмотрел в глаза Гарриет – Пожалуйста, помоги мне докопаться до сути. Гарриет придвинулась ближе и положила локти на стол. – Не объяснишь, зачем мне все это делать? Почему в свой выходной я не должна спать дома? – спросила она – Стоит напоминать, что ты все еще у меня в долгу за пропуск в справочную в отсутствие мисс Крамер? Диппер немного потупился. – Я надеялся, мы договоримся. Он неуверенно пожал плечами. Глухо хлопнувшая входная дверь и девушка, влетевшая через нее в закусочную, вдруг привлекли его внимание. – Так-так-так, – рассмеялась Венди, остановившись недалеко от столика, за которым сидел парень – Моя смена еще не началась, а Диппер Пайнс уже здесь с кучей научных дневников. И весь этот хаос его совершенно не пугает, когда речь заходит о работе и горячем черном чае. Узнаю старого тебя! Дип улыбнулся. – Прямо как пять лет назад, – прошептал он так тихо, что расслышала только Гарриет, а затем откашлялся и сказал громче – Доброе утро. Ну, я, конечно, больше не учусь, но привычка рано вставать до сих пор меня не покинула. Погода на улице к прогулкам не располагает, а нам необходимо кое-что обсудить. – Значит, это и есть та самая таинственная «знакомая из лаборатории» из Ривертона, – она смерила девушку долгим нахальным взглядом – Теперь понятно. – Здесь нечего понимать, – отчаянно замотал головой Пайнс. – Из Ривертона? Я там вырос! – подошел запыхавшийся Джо – Погоди, ты и учишься в университете Ривертона? Да, эту эмблему «Р» на куртке я не перепутаю ни с чем! – он кивнул на перекошенную спинку стула – Я тоже там учился. На факультете, кажется, экономических наук. – Выпустился? – поинтересовалась Вейер с усмешкой. – Вылетел после первого курса, – он покачал головой – Мои родители настаивали на том, чтобы я учился. А я считаю, в институты поступают те, кто самостоятельно в этой жизни ничего сделать не может. Без обид. – Или те, кому хватает ума понять, что они достойны большего, чем работа официантом в разваленном кафе. Парень замешкался, усердно обдумывая услышанный ответ. – Я Венди, – воспользовалась его молчанием девушка, садясь на соседний стул. – Гарриет Вейер. – Очень мило. Чай? Кофе? Сделаю скидку в честь знакомства! У нас сегодня отменные маффины с шоколадной крошкой. – У меня аллергия на шоколад, – призналась Гарриет. – Тогда... Диппер встрепенулся. – Вейер приехала помочь нам с Дядей Фордом в одном... Деле, – вставил он – Поэтому, мы, пожалуй, пойдем. Взгляд его был отчаянным, и при желании его можно было трактовать как «Я очень хочу поскорее покинуть это место». Гарриет коротко кивнула. Провожали их наигранно печальными вздохами.

***

С утра Мэйбл носилась из стороны в сторону. Сделать домашнюю работу, закончить проект, помочь маме на кухне, отвести Пухлю во двор, потому что «Я согласилась терпеть эту свинью в доме не для того, чтобы она путалась под моими ногами!»... И так как папа с утра уехал подписывать контракт с одной малоизвестной выставкой, заступиться за девушку было некому. А потом пришли гости, и стало совсем худо. Мистер и миссис, фамилии которых Мэйбл даже толком не расслышала, чтобы запомнить. А также их маленькая дочь, хватающая в руки все, что по ее мнению лежит недостаточно плохо. С их визитом девушку вновь вытащили из ее же комнаты и заставили получать удовольствие от встречи со старыми друзьями матери. В ее основную задачу входило не дать «большой агрессивной свинье» напасть на беззащитного ребенка. Спустя пять минут насильных объятий, Мэй подумала, что помощь нужна скорее Пухле, чем беззащитному ребенку. А посетители все не уходили. Они выпили по четыре чашки чая, обсудили погоду, старые и новые гороскопы, работу друг друга и, конечно, детей этих самых гостей. – Вот, наша младшенькая на подготовительные занятия ходит, – улыбалась бледная и прямая миссис – В следующем году уже в школу пойдем. На год раньше. Мы очень способные! Ее муж согласно кивал и поддакивал каждому ее слову, потирая крючковатый нос. – А сын этой весной заканчивает университет! Здорово, правда? Крючковатый нос вновь кивал, сморщившись. Мэйбл следила за ним завороженно, как за самым интересным, что было в этой комнате. Сидела и смотрела, подавляя зевоту и желание поскорее уйти, забрав с собой измученное животное прямо из толстых пальцев мелкой. – Как интересно, – на удивление искренне восхищалась миссис Пайнс. Девушка не видела, но чувствовала, как та периодически на нее поглядывала. Поэтому, вариант с побегом даже через окно можно было не рассматривать. Мэйбл понимала, маме важно произвести хорошее впечатление. А Мэйбл важно, чтобы мама не расстраивалась. Это был вполне честный компромисс между ними двумя, и на протяжении тех четырех кружек невкусного разбавленного чая все шло сравнительно неплохо. А потом миссис Пайнс вынесла торт. Жирный, пропитанный густой шоколадной пастой. Накануне девушка помогала его печь. Хорошенький вышел тортик. Но сейчас он означал лишь то, что тонкая миссис и крючковатый нос задержатся еще на пару часов. Мэй старательно подавила стон усталости. Пухля посмотрел на нее умирающими глазами, то ли осуждая, то ли просто пытаясь узнать после удушья. «Терпи, дружище, тебе хотя бы посуду не мыть» – подумалось Мэйбл. А дружеская беседа, между тем, превратилась в нечто странное. – Ты, Дианочка, не думай, – жалобно дула губки гостья – Что я пришла к тебе похвастаться. Вот, что точно было бы смешно, если бы не было настолько противно. – Или, может, задеть чем-то, потому что ребятишки твои... Недоразвиты слегка оказались. Мэйбл застыла. Лицо миссис выражало такое сочувствие, что сидеть с ней рядом было стыдно. Девушка обернулась к матери, чьи щеки заметно покраснели. – Подумаешь, в университет не поступили. Не всем же быть умными, – продолжала женщина – Вон сколько в мире технических профессий. Дочка-то твоя, Мэйбл, швеей будет, сошьет вам прелестную одежду. Ну, и нам с детишками. Очень славно! Мне лишь за мальчишку твоего обидно. Он ведь не работает у тебя. Бросил родителей, да укатил в неизвестном направлении. Не представляю, каково это! – Разумеется, не представляете, – ехидно прошептала девушка. – Хватит, – отрезала миссис Пайнс – Я думаю, вам пора. Очень приятно пообщались. Что было дальше, Мэй так и не узнала. Выхватив Пухлю у чужой девочки, она выскочила из гостиной. Вероятно, гости отпирались, желая остаться подольше. Ей было все равно. Она чувствовала себя одинокой. Отчасти даже обманутой. Голову резали мысли. Мама считает ее недостаточно умной. Недостаточно взрослой. А то, чем она занимается – делом, не привилегированным, стыдным. Даже если сама она никогда об этом не скажет. В свои восемнадцать Мэйбл как никто другой умела читать по глазам. Пускай в этот конкретный момент она предпочла бы отказаться от этой своей проницательности. Хотелось плакать. Громко и навзрыд. Был бы здесь Диппер. Он бы понял, что сделать. Девушке стало бы легче. Намного легче. Она огляделась. В комнате сидел только Пухля. Добродушный верный товарищ, не способный говорить. Она поднялась с кровати и подошла к зеркалу. Две русые косички, усеянные разноцветными заколками, раскрасневшиеся зеленые глаза. Не в таком виде люди обычно принимают важные и храбрые решения. Но Мэйбл было слишком душно здесь, в этой комнате, в этом доме, городе. И в этой невыносимой духоте нужно было срочно что-то менять.

***

– До сих пор не верю, что ты согласилась. Гарриет улыбнулась. – Я бы еще семь раз подумала, но появились твои друзья, и пришлось быстро решать. Сидеть там и говорить с ними, не будучи толком знакомой, было ужасно неловко. Они шли между крепких сосен, с трудом продираясь через кусты. Он – легко и быстро. Она – путаясь и запинаясь. Одежда усеялась колючками, руки Диппера покрылись царапинами. Мест, куда могли залететь бобробабочки, на карте Пайнса насчитывалось не мало. И все же, ребята направлялись к самой дальней отметке. – Это территория, на которой они водились в большом количестве до того, как начались мутации, – объяснил Дип. – Предполагаемые мутации, – поправила девушка – Мы не знаем наверняка. – Именно. Но если я прав, это место – ключевая точка. В этой точке все началось. Вейер пожала плечами. До пункта назначения оставалась почти семь километров. Несколько часов пешком мимо деревьев и кустарников. Раньше здесь была тропинка. Однако это было давно, ее очертания давно исчезли в высокой траве. Солнце поднималось над лесом. Холодное ноябрьское солнце. Ветер сдувал с земли сухие листья. Было привычно холодно для осеннего Гравити Фолз. В это время Диппер обычно только возвращался с тренировки. Закаленный за последние два месяца и воодушевленный важной миссией, он совсем не замечал морозов. Гарриет усиленно куталась в куртку, выдыхала плотный белый пар, пряча замерзшие ладони в карманы. Ее щеки и нос покраснели, брюки покрылись слоем грязи, она давно перестала пытаться их отряхивать. – Черт! – ноги девушки вновь запутались в голых ветках, и она взмахнула руками, стараясь не упасть. Диппер остановился ее подстраховать. Взяв за руку, помог перешагнуть старое поваленное дерево. – Так что ты хочешь в обмен на помощь? – поинтересовался он через пару минут, когда они вышли на поляну. Гарриет замолчала. Это было отчетливо слышно, несмотря на то, что они и до этого почти не разговаривали. Это было другое молчание. Глухое и задумчивое. – Я не знаю, – наконец призналась Вейер – Честно говоря, мне от тебя ничего и не нужно. И вчера не нужно было тоже. Хотя ты здорово перепугался, и это было забавно. – Я не пугался! – Ну да. У тебя прямо на лице было написано, насколько сильно ты меня ненавидишь. Дип запнулся о корень какого-то растения. – Это слишком громкое слово, – сквозь сжатые зубы процедил он. – Думаешь? – она остановилась – Или просто не хочешь, чтобы я бросила тебя здесь одного? Парень нервно рассмеялся и тут же снова стал серьезным. – Скорее второе, – честно ответил он. Гарриет улыбнулась. – Не ожидала, что ты скажешь правду. – Ты смотрела на меня так, словно заранее знала ответ. Так зачем мне врать о том, что тебе и так известно? – Что ты еще думаешь? – тихо спросила она. – Что ты эгоистична. И груба. Что ты очень умна и хорошо знаешь биологию. Гораздо лучше, чем я. Я знаю, что ты единственный человек, к которому я мог обратиться за помощью. И знаю, что за это одолжение мне придется заплатить, – он повернулся к девушке – И я не ненавижу тебя, Вейер. Честно. Дальше они шли молча. Диппер раздвигал ветки и надеялся, что своими словами не очень обидел девушку. Гарриет не обижалась. Ей не было свойственно обижаться на слова. Она не умела таить обиду на пустые звуки. Они с Пайнсом слишком плохо друг друга знали. – Это здесь, – парень еще раз сверился с картой – Мы вошли в зону активности бобробабочек. Ту, что была зарегистрирована нами с Фордом. Вейер задумчиво огляделась. Все тот же лес, те же ободранные деревья, холодный воздух. Ничего необычного, за исключением, разумеется того, что это место скорее всего было источником чего-то странного. По словам Диппера, это самое «странное» выделялось даже на уровне всего остального, происходящего в этом неспокойном городке. Зомби, гномы, ведьма оторванных конечностей... По дороге Гарриет несколько раз расспрашивала Дипа об этом, но узнала лишь некоторые мелкие подробности событий пятилетней давности, которые ее интереса не удовлетворили. Но даже то немногое, что она знала помогло ей понять: этот город, именно этот, играет решающую роль в ее главной головоломке. В том, что так сильно пошатнуло Гарриет Вейер, когда ей было всего тринадцать лет. В том, что ей так хотелось раскрыть. – Ладно, признаю, с «началом мутаций» я погорячился... – смутился Дип, вертя головой из стороны в сторону, пытаясь зацепиться хоть за что-то неординарное. – У вас по всему лесу камеры расставлены? – поинтересовалась девушка – Оперативненько. Она прошла вперед, мимо зазевавшегося Пайнса, постучала носками ботинок по крепкому дереву, сбивая грязь. – Нет конечно. Чтобы охватить такую площадь их понадобятся сотни! А у нас наличии только двенадцать и две сломанные, которые можно даже не считать. Видеонаблюдение ведется исключительно в случаях экстренной необходимости. Как, например, сейчас у закусочной, – он задумался – И то, для места такого происшествия, три аппарата – это невероятно мало. На месте Дяди Форда, я бы расположил в два раза больше. Но у него отличные от моих понятия «опасных ситуаций». Гарриет подняла голову, начав еще внимательнее рассматривать кроны сосен. – А может, все другие просто были заняты? – она улыбнулась собственной догадке – Гляди. Подойдя к недоумевающему парню, она за плечо потянула его в сторону, в которую указывала. Там, в ветвях одного из деревьев, почти невидно мигала крошечная лампочка. Не укажи девушка на нее прямо, и не заметил бы. Диппер изумленно ахнул. – Это?.. – только и выдавил он. – Вероятно. У меня не идеальное зрения, но, кажется, там, возле кафе были такие же. Дип подошел ближе. Действительно. Парень подтянулся на руках, влезая на достаточно высокую ветку. Оттуда до тусклой красной точки можно дотянуться рукой. Тянется, прижимает аппарат к груди и спускается обратно. И замирает в нерешительности. Он не мог ничего сказать, не знал, что именно будет уместно. Здесь. В сложившейся ситуации. С Гарриет, что смотрит выжидающе, остановившись в паре метров. Как реагировать, что думать и стоит ли это делать вообще, если больше всего хочется задавать вопросы. Бессмысленные, ведь девушка на них не ответит. «Зачем? Зачем, Дядя Форд, ты это сделал? Почему спустя столько лет ты все еще держишь меня на расстоянии от своих реальных планов? И для чего прикрываешься глупыми отмазками?». Дип закрывает глаза. Он и не замечает, как Вейер забирает у него камеру. Оправляется только когда слышит знакомые щелчки кнопок. Девушка быстро листает отснятые файлы. В глаза Диппера старается не смотреть. Слишком неудобно. – Здесь записи с четырнадцатого октября этого года, – говорит так же, не глядя – И по сегодняшнее число. – Почти месяц. Молчание. Вопросительное и невыносимо чего-то ожидающее, как парню казалось. Он измученно жмурится, пытается ее заглушить. Мыслями. Но и они выходят предательски тяжелыми. Была бы здесь Мэйбл. Она бы поняла, что сказать. Дипу стало бы легче. Он осторожно приоткрыл глаза. На холодной безветренной поляне стояла только Вейер. Замерзшая, уставшая, а главное совершенно чужая. И она это знала. – Но это ведь еще не точно, – выдал парень первое, что пришло в голову. И по совместительству самое глупое. Оказалось, точно. Девять штук, развешенные по соснам всего на нескольких десятках квадратных метров. И там же, чуть дальше того места, где стояли он и Гарриет, сваленные в кучу деревья, кусты, вырванные с корнем, давящая тяжесть в воздухе. – Дежавю? – спрашивает она. Диппер бессмысленно качает головой. И без слов понятно, здесь произошло то же, что и у Ленивой Сьюзан. Он коротко вздыхает: – Нужно собрать образцы. – А это что? – спрашивает девушка, кивнув на приборчик, похожий на небольшую рацию. Он был закреплен рядом с одной из камер. – НВАА, – пробурчал он, подумал и в ответ на непонимающий взгляд все-таки объяснил – Нейтрализатор всплесков аномальной активности. Со всеми последними обновлениями. Такой же, как у закусочной. – Еще одно ваше гениальное изобретение? – в голосе не было и тени иронии, лишь восхищение. – У нас мало времени. Эти камеры транслируют изображения на компьютер в кабинете Дяди. С очень маленькой задержкой. Сейчас он занят и думает, что я поехал в Ривертон по личным делам, как и в прошлую субботу. Но скоро подойдет к компьютеру и узнает, что мы были здесь. И что ты трогала аппарат. Гарриет еще раз посмотрела на камеру в своих руках. Дип продолжал: – В сумме у нас есть несколько часов на то, чтобы хоть что-то выяснить. – Несколько часов?! Мы за это время разве что до лаборатории доедем. – Знаю, – кивнул он – Но это единственный вариант. Спорить с этим девушка не стала, хотя могла бы. В чем была проблема наплевать на то, что там думает старший Пайнс и никуда не торопиться. В конце концов, выдохнуть спокойно. Однако в Диппере росла обида на деда. И она не позволяла ему вести себя рационально. Вместо этого парень засекал время. Двадцать две минуты на поиски нескольких бобробабочек для изучения (нейтрализатор парализовал большую часть их разрушительных способностей, поэтому сделать это было не так сложно), еще сто семьдесят четыре – на дорогу до парковки, а дальше на машине, обгоняя все знаки о максимальной скорости. И вот они уже на пороге лаборатории. Грязные, потрепанные, с подозрительно шевелящимися под тканью клетками. Тощий длинношеий администратор покосился на них, как на сумасшедших и прошипел: – Время обеда. Посетителей не принимаем. – Я здесь работаю, Фишер. Не валяй дурака, – проворчала измученная Гарриет, вынимая из кармана куртки удостоверение. Взгляд у нее при этом был настолько уверенным, а движения – быстрыми, что Дип подумал, даже покажи она направление к врачу, их пропустили бы без всяких вопросов. Насколько же важно иногда бывает правильно себя подать. – Делать анализы, разумеется, легче на мертвых животных, – произнесла девушка, включая необходимые приборы – Но я сделаю все, что в моих силах. – Ты умеешь ими пользоваться? – Диппер кивнул на тихо гудящую аппаратуру. – Теоретически, – она накинула лабораторный халат и повернулась к парню, что недоверчиво покосился в ее сторону – Есть идеи получше? Давай, иди расскажи всем о том, что ты собрался препарировать внебрачных детей бобра и бабочки, чтобы спасти мир от монстров. Вперед! Диппер молча отвел глаза. Еще сорок минут на исследования. Вейер бегала из одного угла зала к другому, что-то измеряла, снимала и записывала. Парень устало наблюдал. – Думаю, это можно считать победой, – наконец заключила она, кладя на стол несколько рентгенных снимков и письменных отчетов – Твои догадки подтвердились. Та опухоль в правой части мозга у летучих мышей-вампиров. Похожая есть и у бобробабочек. Дип встрепенулся. – Какова вероятность, что они связаны? – Я бы дала процентов шестьдесят. Может, семьдесят. Достаточно веская причина начать копать дальше. – Копать куда? – послышался щелчок стеклянной двери, и в помещение вошла высокая женщина. – Здравствуйте, мисс Крамер, – поздоровалась Гарриет. – Добрый день, – кивнул парень. – Добрый, – директор лаборатории улыбнулась, разглаживая мелкие морщинки на лице. Ее кремовый свитер был заправлен в брюки, а ярко-алые волосы, привыкнуть к которым Диппер никак не мог, собраны в высокий длинный хвост – Рия, – она обратилась к Вейер – Не хочу отвлекать от, не сомневаюсь, очень важного дела, но ты сегодня не работаешь. – Мисс Крамер, я не работать сюда пришла. Я пишу курсовую и мне понадобилось несколько образцов для практической части. – Курсовую? Так рано? – Экономно распределяю время, – отозвалась девушка и, предугадав следующий вопрос начальницы, добавила – Пайнс помогает мне с оформлением. Его двоюродный дедушка учился на моем факультете и у него остались материалы из выпускного диплома. Женщина удивленно перевела взгляд на Диппера. – Не знала, что вы дружите. Ладно, если могу чем-то помочь, обращайтесь. – Вообще-то, можете, – задумался парень – Нам не помешали бы некоторые бумаги из справочной... – Всего-то? – она вынула из кармана миниатюрный ключик и бросила его Гарриет. Быстро и изящно – Пользуйтесь на здоровье. Только не разворошите там все. Я буду у себя в кабинете. И вышла, постукивая каблуками осенних сапог. Дип улыбнулся. Мисс Крамер ему нравилась. Нравились прямая осанка, даже когда она сидит, грациозные движения и умение профессионально вести дела. Всегда в медицинском халате, всегда на рабочем месте, она помнила наизусть имена и фамилии всех своих подчиненных, их даты рождения и кто где находится в конкретный момент. И сейчас, когда Диппер и Гарриет рылись в огромных стопках самых разнообразных документов, она тоже об этом знала. – Так любопытно, – сидя на полу в душной комнатке девушка медленно листала чужие записи, пока Пайнс стоял на лестнице и скидывал ей новые. – Что? – еще одна папка, теряя листы, плюхнулась рядом с Вейер. – Там можешь даже не искать. Там только отчеты десятилетней давности и список рабочего персонала – она махнула рукой в сторону крайнего стеллажа – А вообще, спускайся. Я нашла еще совпадения. Она подождала, пока парень спрыгнет и продолжила: – Недавно в новостях говорили о нашествии странных животных. Нам привозили нескольких на экспертизу. В принципе, если сложить агрессивное поведение, которого раньше не наблюдалось, хотя ты говоришь, что все эти существа существуют уже сотни лет, и некоторые данные ДНК, которые у нас имеются, можно провести параллели с другими. – Это Летучие глазыши, это Утки с желудком на лице... А не слишком натянуто? – Если учитывать все предыдущие доказательства, то не слишком. Но нужно поехать обратно в Гравити Фолз и проверить. Как считаешь? – Считаю, что именно так и стоит поступить, – произнес Диппер и, достав из рюкзака, в очередной раз сбросил звонок от Стэнфорда Пайнса.

***

Сквозь длинные задернутые шторы пробивалась полоска яркого солнца. Тонкая, сантиметра два, но она была единственным источником света в большой просторной комнате. На столе безнадежно ждал своей минуты стакан с чем-то темным и крепким. Настенные часы громко отстукивали секунды. – Да сколько можно?! – раздраженно воскликнул Билл, на секунду вспыхнув красным светом – Месяц уже здесь сижу, а они все щелкают! Бесит! – Не начинай, – вздохнула Леди, небрежно закинув ноги на стол. – Я не могу! Черт возьми, дай мне их спалить!!! – Даже если бы я позволила, ты знаешь, твои силы здесь не действуют. Только не в этой комнате. – Да, и именно поэтому ты держишь меня здесь взаперти уже уйму времени! Без возможности выйти хоть на секунду! – Это чтобы ты не раскроил планету раньше времени... Ты ведь помнишь условия сделки? – О, разумеется! Помню, как ты обещала мне свободу в обмен на «небольшую услугу»! Ну, и где, спрашивается, моя свобода?! – Ты чересчур нетерпелив, Билл, – она медленно покрутила в руках полупустой бокал, а затем осушила его залпом – Сначала мое желание, затем твое. – Твои подручные идиоты третью неделю подряд выкачивают из меня силы! – взревел Шифр. – Ты почти всемогущ. Разве крупица этой магии не ничтожная цена собственной жизни? – она улыбнулась – И сладкой мести. Ты ведь этого желаешь, не так ли? – О да, детка! Уж мстить-то я собираюсь по-крупному! Весь этот мир изменится в одно мгновение! Это будет не просто апокалипсис! Начнется слияние измерений! И поверь, от такого безумия не устоит никто! – Так ты этого хочешь? Свести всех с ума? – И тебя в первую очередь! Со всеми твоими подчиненными-индюками. – Смейся сколько угодно, Билл. Когда ты доберешься до власти, мне будет глубоко плевать, что ты там будешь делать с миром. Очень скоро я закончу то, что начала. Тот усмехнулся. – Если, конечно, вашу злодейскую конторку не арестуют раньше. Я слышал, всплески аномальной активности растут. По тому древнему телевизору, что развлекает меня в мои тюремные будни, передавали, что зверушки сходят с ума. Не поспешите, в полном составе окажетесь за решеткой. Или все будет иначе. Они бросят тебя одну гнить в заточении до конца твоих дней. Не волнуйся, в этом случае я обязательно взорву что-нибудь в твою честь! – Я гарантировала этим людям деньги и свободу. А я держу свои слова – отрезала она, отставляя бокал – Но ты прав. Нам нужно ускоряться. С этими словами женщина поднесла к уху трубку стационарного телефона. Послышалось приглушенное шуршание. – Слушаю, Леди Шифр. – Ганс, увеличь мощность всей аппаратуры до возможного максимума, – медленно произнесла она – Пора завершать наш эксперимент.