Враг в осколках зеркала

«Стань моей причиной, по которой я вернусь домой». — Loqiemean, «Солнечная сторона»

      Питер не обязан был выходить из комнаты прямо сейчас. Вообще, он мог бы лежать здесь ещё очень долго, потому что его никто не трогает в последние пару дней: к нему не пристают и не задают глупых вопросов. Ему бы никто и слова не сказал, если бы он пролежал здесь ещё сутки. Хотя, ему кажется, что Питти всё же сильно беспокоится за него. Он приносит ему еду три раза в день абсолютно молча, не говоря ни слова, но взгляд выдаёт его полностью. Ему очень грустно.       После того поцелуя всё пошло не так, как Пит задумывал себе первоначально, именно поэтому он потерялся, был потерянным и, быть может, потерян прямо сейчас... День назад ему казалось, что невозможность вернуться домой — самое ужасное, что есть в его жизни. Сейчас самое ужасное в его жизни — грустный Питти. (И плевать он хотел на то, что Уэйд постоянно шутит над этим его «Питти»).       Знаете, а Питер ведь уже почти смирился с полным исчезновением Мэй, Гарри и своего дома в принципе, но всё же ему до сих пор не ясно: что с ним будет дальше.       Он долго думал над всем этим (мультивселенные, межвселеннские монстры, перемещения, новые чувства), искал разные варианты решения своей главной проблемы (в момент поиска это было отсутствие пути домой). Он вроде прошёл все стадии принятия горя, а так ничего и не решил, не придумал.       Его оставят здесь? Отошлют в другую вселенную? Может, ему позволять хотя бы выбрать эту другую вселенную? Знал бы он, тогда всё определённо было бы легче и проще.       На самом деле ему сильно наскучила эта комната. После «депрессии», — если и говорить про стадии принятия горя, — он потерял смысл сидеть на одном месте, как это было раньше. Его день правда был очень однообразным обычно, даже вчера он грустил, как и делал это несколько дней до вчерашнего дня, хоть и причин для этого почти не было. Ещё он постоянно спал, ел, лежал и периодически вставал в туалет. Первые дни Пит даже не спал — просто пялился в потолок в надежде, что сможет отрубиться. Ему казалось, что он сможет отрубиться. Спойлер: отрубиться не удалось ни разу.       Сегодня же он более-менее нормально спал, думал обо всём плохом в разы меньше, думал о хорошем в разы больше. И ещё он улыбается прямо сейчас, чтобы Питти тоже улыбался, потому что, как написал Уэйд в последнем СМС, он его «любит-любит¹».       — Доброе утро, — Питти медленно вошёл в комнату и почти сразу опустил голову, — Уэйд приготовил блинчики сегодня на завтрак. — Он спокойно, так же не поднимая взгляда, поставил тарелку на тумбочку и тихо вздохнул. — Как тебе спалось сегодня? — Вопрос, который буквально значит «Удалось ли тебе поспать сегодня, Питер?». Он отчего-то знал про всё это.       Смысл этого вопроса вообще странный. То есть достаточно странный, чтобы подумать, что Питти буквально знал о его бессонницах.       — Доброе, — чуть грустно ответил Пит, прощупывая почву, — я не просыпался ночью, спасибо. — Так же, будто бы по-обычному, ответил он, но в конце всё же широко улыбнулся. — Думаешь, блинчики с рождественской посыпкой — полезный завтрак?       Пальцы парня еле заметно вздрогнули. Он точно понял, что интонация другая:       — Знаешь, при условии, что сейчас начало октября, это, — Питти всё же поднял свой взгляд и, увидев улыбку другого Питера, кажется удивился… — это странно, я думаю, он просто хочет поднять тебе настроение. — и тоже улыбнулся.       — Да, поднять настроение… Уэйд, ну, такой, — Питер зевнул и немного сконфузился, — эм, я имею в виду, что это в его стиле: поднимать настроение едой или анекдотами из софтнета²...       — То-очно, — Питти тоже зевнул и немного задумался, — или мемами на мексика…       — Прости меня за тот вечер. — На одном дыхании выпалил Пит, набравшись смелости, и, кажется жутко покраснел.       Питти застыл на месте с немного глупой улыбкой, затем в раздумье отвёл взгляд в сторону и вздохнул.       — Ох, — он сел на постель и почесал затылок. — всё нормально, п-правда…— Питти аккуратно положил руку ему на голень и чуть сдвинул пальцы в сторону. — ты… никто не виноват в этом. — Парень слегка пододвинулся к нему. — Тебя правда можно понять. — Пит обнял его и всхлипнул.       В объятиях было тепло и уютно. Быть может, немного непривычно или странно, но в целом Питер мог бы заниматься этим весь день.       — Спасибо.       — З-знаешь, — Питти хмыкнул и немного недовольно выбрался из объятий, чуть покраснев, — Доктор Стрэндж хотел поговорить с тобой ещё в тот день, когда ты пришёл в себя... но всё вышло, в общем, я могу, то есть, он хотел…       — Да, ты можешь его позвать, — Пит улыбнулся, Питти быстро кивнул, улыбнулся в ответ, встал с постели и вышел из комнаты.       То чувство, которое ещё оставалось в груди у Питера после, было похоже на чувство после их первого поцелуя. Хотя после первого поцелуя он вообще ничего не смог ответить Стиву, который почти застал их, но… ладно.       Пока Питер ждал Стрэнджа и Питти, то старался подготовиться: думал, что лучше ответить на возможные вопросы, а ещё он думал над всем тем, что его интересовало. В голове, на самом деле, было много всего. С каждой минутой, что он размышлял, ему всё больше хотелось остаться здесь, возможно, навсегда. Эти мысли пугали и завораживали одновременно.       — Ты же знаешь, что оставаться здесь — начинать новую жизнь, не так ли? — Доктор Стрэндж вздохнул, плащ одобрительно сложился на его плечах, мужчина сел на стул напротив. — Что ж, я знаю, что тебе не очень нравится у нас, поэтому я постарался найти какой-либо путь, чтобы помочь тебе…       Питер нахмурился. «Не очень нравится»? Он сразу хотел возразить, но в комнату заглянул Питти. Док развернулся и хмыкнул на него, Питер взглянул на паренька, поймал его поддерживающий взгляд и одними губами произнёс: «Всё нормально» — дверь закрылась. Мужчина ещё немного помолчал, а Пит так ничего и не мог сказать в ответ. Чувства внутри странно смешались.       — Я нашёл одну вселенную, — продолжил Стрэндж, оглядев Питера очень странным взглядом, будто оценивающим, — которая является почти что полной копией твоей… ты мёртв там, а некая Гвендолин Стейси жива… — он отвёл взгляд, — но я считаю, что именно поэтому ты можешь занять там нужное место, отньюдь не чужое. — «А если я захочу остаться?» — Это не изменит ровным счётом ничего… в ближайшую вечность, я полагаю, но… мне до сих пор нужно справиться с тем, что осталось от твоего мира…       — Сколько у меня есть времени подумать? — Поняв суть дела, спросил Пит. На часах кажется только дошло восемь.       — Суток, я думаю, будет достаточно. — Доктор Стрэндж ещё раз оглядел паренька и так же тихо, как и вошёл, вышел из комнаты, оставив дверь чуть приоткрытой.       Почему-то это имя вызывает в нём слишком мало эмоций. Он ждал большего от себя. Кажется, что он подозревал о таком шансе «вернуться» домой, но он будто бы разлюбил её полностью за всё это время. Внутри что-то горит, конечно, он до сих пор чувствует что-то к ней, но всё это не то, что было прежде. Питер любил её или просто был влюблён? А имеет ли это смысл сейчас? Какая-то другая Гвен существует в какой-то другой вселенной, где был какой-то другой Пит.       Гвен. Где-то есть Гвен, скорее всего не его, но определённо именно Гвен, в общих чертах та самая, разумеется.       Но он должен быть с ней? Для него точно есть место там? Разве какая-то из Гвен готова была покончить с собой, просто чтобы… он не знает, зачем он хотел сделать это. Что тогда хотел всем показать Питер?..       А Питти? То, что было между ними, хотя бы что-то значит? Кажется да, по крайней мере, для него. Людей же не целуют просто так, а сердце не делает «дю-дю-дю»³ без причины. Он думал об этом слишком много, пока лежал в этой комнате, что-то из размышлений даже могло ему присниться, но, кажется он правда влюблён в Питера. По-настоящему, как когда-то в Гвен, может быть, даже сильнее. Но может ли всё это стать чем-то серьёзнее, тем, ради чего стоит остаться здесь? Почему же он не жалеет Гвен, раз она так много значила для него? Эта Гвен потеряла своего Питера, точно так же, как он когда-то потерял свою Гвен.       Он говорил, помнится, говорил, что свободен. Свободен.       — Эй, — Питти медленно вошёл в комнату, — почему ты до сих пор не поел? — Пит поднял голову и взглянул на часы, прошло пятнадцать минут. Он перевёл взгляд на Питти. — Мы хотели устроить турнир по гонкам, — парнишка улыбнулся,— не хочешь поучаствовать? Я попрошу ребят подождать, если что.       В его взгляде не было ничего плохого. Питер не видел там ни лжи, ни злобы, ни зависти, ни ревности. Он, наверное, даже видел там что-то похожее на свои собственные чувства. Влюблённость. Любовь?       — Я, — он смутился и возможно немного покраснел, — начинайте без меня, я поем и просто приду посмотреть, ладно? — Пит улыбнулся в ответ.       — Да, хорошо, ладно, а ещё… — Питти перемялся с ноги на ногу и сконфужено вздохнул. — Ты не хочешь сегодня слетать со мной подежурить в районе Квинса? Можем даже к Мэй зайти… я-я подумал, что это может помочь тебе немного развеяться, — он чуть отступил, — как смотришь на это?       Внутри что-то приятно отозвалось: «Да, ладно… но можно без Мэй?» — «Конечно, да, тогда, ну, я зайду за тобой часов в десять? Не то, что мы больше не увидимся, ты же собираешься к нам, но…» —«Да, хорошо, Питти, в десять». Питти широко улыбнулся и вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.       Стоп, он что, назвал его «Питти» только что?

***

      Неприятный запах гари всё ещё летал в воздухе, а ещё пахло ладаном⁴.       Этот пожар в Бруклине начался слишком быстро. Здание охватило пламенем всего за пару минут. Хорошо, думали оба Паука, что оно было почти полностью заброшенным, там было всего пару бродяг и пара кошек — особо спасать им никого не пришлось, но пару раз каждый из них точно был готов распрощаться с жизнью. В тот момент, когда балки и старые крепления стали падать, Питер и Питти были на разных этажах. Установленные наспех каналы связи в костюме Пита глючили. В общем, Питти подумал, что придавило Пита, а тот подумал, что это Питти зажарился не в силах выбраться из-под натиска бетона. Но из-за долга перед «кошками и бродягами» оба парня старались держать себя в руках — ни один не бросился на поиски сразу: да, руки предательски дрожали; да, дыхание спёрло; да, хотелось броситься вытаскивать его из-под завала, но никто из них не мог этого себе позволить. «Обойти этажи, а после найти», — повторяли парни, из раза в раз проходя/пролетая очередной этаж. А встретившись на одном из этажей, они сразу бросились осматривать друг друга. Сердца обоих бешено стучали в груди, ноги ещё немного подрагивали из-за расшатавшихся нервов. Пауки, убедившись, что они оба целы, а в здании не осталось ни единой души, выбрались на соседнюю крышу.       — Я думал, ты умер! — стянув маску с лица, прокричал Питти. — Ты не отвечал, а Карен не могла обнаружить тебя, будто ты вообще исчез! Я, когда увидел тебя, да я чуть в обморок не упал! Что случилось?! Почему ты отвечал? Ты терял сознание? У тебя точно ничего не болит?!       — Питти, я, — Питер медленно снял свою маску и неловко улыбнулся, — канал связи перестал работать… я понял это, когда тоже стал беспокоиться о тебе… с тобой точно всё нормально? — Он подошёл ближе. — Просто ты так кричишь… случаем не оглох, пока бродил по этому филиалу Ада?       — Ты ещё смеёшься! — Младший нахмурился, а затем, немного прождав, слабо улыбнулся, расслабляясь. — Извини, я установил всё не очень надёжно, но… — лицо Питти вдруг осветил слабый свет, он зажмурился; карие глаза успели тепло сверкнуть на солнце, — уже утро… я, я хотел сказать тебе кое-что перед тем, как ты… ну… отправишься в мир иной..?       — Я никуда не отправлюсь. — Твёрдо ответил Питер, подходя чуть ближе.       — Доктор Стрэндж рассказал мне… что? — Питти помотал головой из стороны в сторону. — Но разве…       — Никуда не отправлюсь. — Пит окончательно приблизился и смело поцеловал его. — Я люблю тебя. — Он крепко прижал парня к себе, понимая, что уже не отпустит. Эти пару минут, пока он думал, что Питти мёртв, внутри него уже всё решилось. Если он останется здесь, то сделает счастливым как минимум двух и каждый день сможет видеть его.       — Я… Питер, постой, — Питти отстранился от него и хмуро посмотрел в сторону, — тебе нужно знать обо всём. — Пит вопросительно сдвинул брови и вновь сделал шаг вперёд («не отпустит»). — Доктор Стрэндж рассказал мне обо всём ещё задолго до твоего появления у нас, но… он ничего не сказал про пожар, он говорил, что ты уйдёшь, что ты уйдёшь, посчитав это лучшим выходом, уйдёшь, но будешь не счастлив там, я хотел тебя уберечь, поэтому вёл... господи, а… когда начался пожар, я подумал, что ещё есть шансы, — Питти всхлипнул, — я бы спас тебя, если что, но потом ты… я так испугался… я думал... прости, прости меня! — он прижал руки к лицу и вздрогнул. — Мне показалось, что я уже второй раз теряю тебя…       — Всё хорошо. — Пит поцеловал его в лоб и широко улыбнулся, сам чуть сдерживая слёзы. — Всё хорошо… я никуда не уйду. — Он обнял его и потёрся носом об его макушку. — Так, ты не хочешь поприсутствовать при самом огромном разочаровании Паяло-Мэна?       — Думаешь, он разочаруется? — Питти потёр глаза и, пожав плечами, чуть улыбнулся. — Я думаю, он просто хмыкнет так, как хмыкает Баки, когда Стив выиграет в гонках.       — Как вариант… — Пит медленно отошёл в сторону, — кстати, думаешь мне придётся менять фамилию с Паркер на Паркер? — «Что?» — Ничего, Питти, — Пит натянул маску и засмеялся, готовясь начать самую честную гонку на паутине из всех возможных в любой вселенной, — пора домой, давай, догоняй! — Он прыгнул вниз, уже цепляясь паутиной за крышу соседнего здания.       — Стой! — Питти быстро натянул маску и прыгнул вниз за Питером. — Что ты имел в виду под сменить фамилию с Паркер на Паркер?!