Безымянный лес

***

      879 год       Безымянная дорога, близь "Рощи Одина" - Это же?... -Не может быть.... -Молчать!, - перебил Ульрик двух воинов, которые подобно остальным двадцати двум воинам из дружины Торина робтали.       Что же так смутило столь бесстрашных воинов? Арка, стоящая посреди лесополосы. Та самая арка, сплетённая из сотен ветвей и корней деревьев, которая была детально перенесена неизвестным исскустным мастером на странице книги, которую можно было найти в каждом доме клана УнГьярт. Она величественно возвышалась над головами воинов, которые так и не услышали приказа Ульрика и продолжали перешоптоваться, нарушая общую тишину, которая твёрдо держалась в округе. Ни одной птички, ни одного зверька из леса, но только был ветер, который всё задувал в уши воинов, стараясь что-то им поведать, но викинги, чтившие свои легенды, знали об его намерениях и не слушали его.       Ульрик - длинноволосый блондин и правая рука Торина Глумбордца, не желал больше делать тщетных попыток успокоить своих людей. Он двинулся через толпу остолбеневших воинов и скоро вышел вперёд толпы, где стоял их дренг - Торин. После ритуала, когда его пронзила тёмная энергая, которая заставила его глаза потемнеть, он стал ещё больше в росте и в обхвате и казалось, что он не просто прошёл обучение берснркера, окончив его с отличием, а повторил обучение трижды. Он крепко сжимал свой двуручный меч в руке, которая была покрыта чёрными венами. Лицо же его было невозмутимо, но вот остатки человеческих эмоций отдавали б в том, что он закусил свою нижнюю губу, задрав голову высоко вверх, разглядывая верхушку Арки. -Торин... Люди боятся! Что им сказать, - сказал Ульрик обеспокоенно, задирая голову подобно дренгу, что бы смотреть в его лицо. -..., - Берсеркер даже не повернул голову к своей правой руке. -Торин! Ты вообще меня слышишь?!, - Ульрик трехнул Торина, стараясь достучаться до друга, но тот лишь отмахнулся. -... -Слушай сюда, Торин! Если ты сейчас же не успокоишь своих людей, то я просто уведу их к Френгенбургу! Ярлы уже должны были прибыть!, - Длинноволосый блондин уже кричал на дренга, который наконец-то повернул голову. -Ульрик, ты забываешься, - сказал он всё так же невозмутимо. -Я?! Да ты ведёшь себя, как дранный пьяница после недельной попойки! Будь добр - объясни людям, что за херня происходит!       Торин молча смотрел в глаза своей правой руке, пронзая его своим чёрным взглядом. Эти тёмные очи закрадывались в самые недра души, изучая её, стараясь заставить вспомнить самые ужасные страхи и увидеть их в этих глазах. Ульрик не делал дрогнуть, он не желал показать свой страх перед Торином, хотя он боялся не меньше остальных воинов. Однако, у Ульрик был статус непоколебимого воина, который он старался поддерживать. Его глаза ели заметно бегали, пытаясь найти остатки старого доброго Торина, который всегда был готов поддержать свою команду, но от него не осталось ничего. Но вот глаза... Глаза Торина даже не моргали, продолжая вглядываться в душу воина, который слишком много о себе возомнил.        Скоро Торин убрал глаза от лица Ульрика, заставляя того тяжело и ели заметно выдохнуть. Сначала повернулся взгляд, за ним развернулась голова, а за ней - весь мощный корпус. Воины тут же перестали шептать, встав идеально ровно. Они смотрели на своего командира, пытаясь даже не дышать, чтобы лишний раз не колебать воздух. Взгляд Глумбордца снова застыл, уставившись в пустоту, но вот каждый из воинов ощущал его именно на себе. -Я..., - вдруг начал Торин, -... Чувствую ваш страх. Вы боитесь того, что ждёт вас за этой аркой, которой пугают нас с детсва... Ваши опасения оправданы - это вход в лес, который мы называем "Безымянный". Его нет ни на одной карте, а знают о нём только люди нашего клана. Вы боитесь и это правильно - лес любит это. А теперь вперёд за местью нашей! -Что?! Торин, да какого хрена ты несёшь?!, - возмутился Ульрик, - Ты и так молчал всю дорогу, заставив нас пойти за тобой! -Я не заставлял, - перебил дренга Торин, - вы сами пошли за мной, ведь вы движимы местью - вы желаете обогрить свои клинки кровью тех, кто уничтожил весь род Френгенбурга! -Торин, мы пошли за тобой, потому что мы всегда следовали за тобой! Ты - наш брат, который сейчас, вопреки всем нашим отговоркам, пошёл на сделку с тёмным духом! Мы не могли поступить иначе, но сейчас я увожу людей!, - Ульрик, как всегда много жестикулировал, когда в нём закипала ярость. Он тыкал пальцем под нос Берсеркера.       В рядах воцарилась молчание. Всё были в шоке от дерзость Ульрика, который раньше всегда следовал за Торином, порой даже слепо. Но больше этого их шокировало только то, что Торин упомянул Безымянный лес, который всегда был выдумкой для них, ведь с детства легенда преподносилась им, как объяснения могущества их клана. теперь же они стоят перед этой аркой, перед этой аркой из корней, перед этой аркой, которая рисовалась в книгах, перед этой аркой, от которой несёт холодом, несёт ужасом, несёт тьмой...       Торин смотрел в глаза своего дерзкого воина, стараясь, как и прежде заставить его содрогнуться в ужасе, но всё было тщетно - Ульрик стоял на месте, не собираясь даже шелохнуться. Воин посмотрел на рукоять меча торина, которая, казалось, вот-вот треснет от мощи рук дренга, но он всё ещё твёрдо стоял на своём, положив руку на свой верный топор в ремне и сказал, тихо взглотнув:"Торин...Я не пущу НАШИХ людей в этот лес...Я готов вызвать тебя на хольмданг, если потребуется!". Последние слова заставили тёмные очи берсеркера моргнуть. Он и не мог рассчитывать на подобное. Возможно, где-то в глубине осталась ещё частичка того Торина, до которого и хотел дозваться Ульрик, а может быть - тёмная часть рассчитывала на силу воина в бою и не желала его смерти пока что. "Будь по-твоему, Ульрик,- вдруг прервал молчание Торин,- со мной пойдут те, кто хочет найти месть за свои семьи...или смерть, которая призовёт валькирий и отправит их в вальхаллу". Берсеркер развернулся к арке и сделал шаг к ней.       Воины, что молчали, ожидая развязки перепалки двух дренгов, двинулись общей кучей за своим командиров. Ульрик же продолжал стоять, как вкопанный и не замечая, как его пихают плечами в общей толкучке. Он смотрел в сторону огромного воина, удаляющегося прямо в ту злополучную арку. Нет, он не узнавал того Торина, до которого он хотел достучаться, но он не мог просто уйти назад в пустой город, как трус. Торин и правда тронул каждого воина своими словами и убил их страх, ведь каждый из них хотел найти мести за своих родных. Да, он мог вернуться в город как трус и примкнуть к войску трёх ярлов, которые, вероятно, уже осмотрели Френгенбург и готовят план, но оставить воинов в распоряжение этого тирана - он просто не мог. Сделав глубокий вдох и выдох, он отправился за своей дружиной, замыкая их кучу.       Пройти арку оказалось проще, чем ожидалось. Это было не сложнее, чем заходить вечером в таверну или в свои покои, падая в объятия жены. Но вот за деревянной конструкцией их ждал тихий и безмолвный участок леса. Единогласно раздался визг мечей и топоров, которые воины достали со своих ремней, ведь тот страх, который Торин искоренил своими словами, вернулся вновь, заставляя чувствовать, что каждый шаг может быть последним. Берсеркер с мечом же следовал вперёд по тропинке, не осматривая округу - им двигал непонятный и не осязаемы компас, который указывал на расположение тех, за кем велась охота. Величественные сосны норвежских лесов хоть и были знакомы каждому с детства, но теперь казались чем-то зловещим и пугающем буд-то из-за них вот-вот выскочит неведомый зверь и перебьёт весь отряд целиком.       Но вот и лесо полоса подошла к концу, отпуская викингов на обычную дорогу с таким же видом, как и до арки: лес слева и бесконечная поляна справа, но теперь на этой поляне виднелась роща, куда и свернул Торин со своим отрядом. Пару минут спустя дружина уже шла между деревьями, ожидая увидеть свои цели, но перед ними предстало сердце рощи. Костёр ещё горел, на небольших камнях остались какие-то тряпки, служившие подстилками, а недалеко от всего этого было расстелены две шкуру. Чуть дальше стояли лошади, срывая траву с земли и поедая её, но вот целей викингов нигде не было. Воины до сих пор молчали, не желая что либо говорить в лесу, хотя и прошли они по полю, но та арка всё никак не выходила из умов викингов. Молча они прошли дальше, даже Торин ничего не сказал, что не было удивительныи, ведь после того ритуала он только лишь обмолвился, когда вступил в перепалку с Ульриком, а всё остальное время он молчал, следуя зову, который был где-то внутри него.       Берсеркер встал посреди "сердца рощи" на камень, оглядывая округу, когда Ульрик уселся на колено, смотря на костёр и кости мяса около него. "Хм...Они так быстро покинули чашу? Даже лошадей не забрали? Это, по меньшей мере, странно",- заявил воин, желая услышать что-то дельное от Торина, который прикрыл свои глаза, стоя потив направления ветра, который не весть откуда взялся, ведь деревья должны были прикрывать "сердце" от ненастий. Странность появления ветра подметили и воины, приковав свои взгляды в сторону своего дренга, который сделал вдох во всю грудь и не выдыхать. Так продолжалось около минуты, но вот Глумбордец всё ещё не желал испустить воздух, а его воины не желали подходить к нему, как вдруг - он резко открыл глаза, повернув голову назад, вглядываясь в лесные угодья рощи. "Спрячтесь. Живо.",- чётко сказал Торин, оставаясь на камне. Все воины покорно последовали приказу, потихоньку выглядывая из-за камней. Даже Ульрик уселся за камень, готовя топор, но вот Торин сорвался с места и быстрым шагом, который скоро превратился в бег, двинулся в сторону промежутка между деревьев, откуда скоро начал раздаваться шелест листвы.       За шелестом раздалось огромное количество брани на английском языке. "Чёртовы сукины дети! Нахер их! Чтобы их бешенные кролики пожрали!",- говорил Кейдон, входя в "сердце рощи",- В зад люцифера их! Вот закончим эту миссию и свалю от них куда подальше! Нашлись, блять, мамкины рыцари!". Но тут его монолог прервал Торин, который впичатал пихта в дерево, заставляя того начать задыхаться. "Не Лотарик",- сказал Торин, обнюхав и осмотрев пихта, который тут же пнул воина в пах, а после - нанёс удар лбом в лоб, заставляя воина отойти назад. "Лотарик блять?! Какой нахер Лотарик?! Ты кто такой, пёс?!",- сказал Кейдон, посмотрев за его спину и увидя там пустой лагерь,- "Лотарик давно свалил отсюда, а меня оставил для передачи данных королевской гвардии, которая вот-вот будет тут!",- Кейдон начал блефовать, надеясь на отступления противника, но вот в голове звучало совсем другое:" Чёрт! Где же они?! Не могли же сдохнуть от этого язычника?". "Врёшь",- сказал Торин, вытаскивая из-за спины свой меч.       Кейдон вытащил два топора и ринулся в бой с привычным для него криком, но Торин в одно движения отошёл с траектории, подставляя подножку пихту. Кейдон кубарем покатился по поляне, собирая траву, которую он выплюнул в момент остановки. Откашлявшись он посмотрел на лагерь, в котором уже стояла толпа викингов, повылезавших из-за камней. Он хотел было подняться, но тут он повернул голову, где должен был быть берсеркер и тут же получил удар ноги в лицо, отправляясь в отключку. "Связать",- только сказал Торин, так сразу же Кейдона обезоружили и связали, усадив к камню, а командир встал на этот же камень, убрав меч за спину. -Торин! Что теперь? У нас есть заложник!,- сказал воодушевлённый Ульрик - Ждать. Ждать и только,- всё так же безэмоционально сказал Торин. - Только ждать?! Что?! Торин, чего мы должны ждать?!,- сказал правая рука, подходя ближе к камню. - Ждать отряд. - Какой в жопу отряд?!,- Ульрик схватил Кейдона за ирокез, поворачивая его к Торину,- Видишь?! У нас есть пленный! Он явно был тем, кто должен был предупредить остальных о приблежение врага! Он попался, пока все остальные ушли! - Нет. Их здесь нет вовсе, лес отнёс их далеко. - Что?! Торин, ты совсем выжил из ума?! - Ждать.       Словно дворняге, Торин отдал приказ своей правой руке. Ульрик молча сотрел на берсеркера, держа пихта за волосы, а берсеркер, наоборот, смотрел не на Ульрика, а куда-то в даль деревьев. Самолюбие викинга было задето и он - обиженный и оскорблённый, не придумал ничего лучше, как положить пленённого пихта на пень у костра и достать топор со словами:" Да?! Ждать?! А как тебе такое, ублюдок?!". Воины снова застыли в ожидании очередной перепалки двух командиров, однако Торин, реакции которого и ожидал Ульрик, среагировал крайне просто:" Он нам не нужен". Глаза Ульрика расширились, он думал, что берсеркер блефует, так что занёс топор себе за спину, целясь в шею приходящего в себя Кейдона. Реакции Торина так и не последовало. Тогда Ульрик глубоко вдохнул и помялся на месте, делая вид, что целится, но на самом деле он только ждал порицание со стороны дренга, которого он так и не получил.       Взмах. Удар. И вот горячая кровь хлынула из шеи пихта, а голова его упало с пня, как и тело вскоре. Ульрик снова взглянул на Торина, который всё так же наблюдал за далью, не смотря на своих людей. Правая рука тяжело дышал, убирая топор на свой ремень, а после этого - спнул тело бывшего пленного, усаживаясь на пень, предварительно перевернув его не кровавой стороной. "Ждать?..Фух..будем ждать...",- говорил потерянным голосом Ульрик, ещё раз взглянув на своего брата по оружию и не найдя там ничего того, что было в нём раньше.

***

      879 год       Безымянная дорога       Утро, которым проснулся Лотарик, можно было бы назвать прекрасным: Солнце немного пригревало, сбивая небольшие, но холодные порывы ветра, который доносил до лица и тела северную свежесть, заставляя рыцаря, который вот только раскрыл глаза и ещё не до конца ушёл из власти сна, покрываться мурашками. "Прекрасно...Северная трава такая мягкая,- подумал он, снова закрывая глаза и собираясь ещё немного понежиться, однако тут же открыл их,- Стоп! Почему я на траве?!". Мало того, что Лотарик очнулся не в своём спальном мешке, так ещё и его уши,к оторые наконец-то начали улавливать звуки, пронзили возгласы знакомого пихта:"Ах вы! Чёрные маги! Колдуны ебучие!". Командир тут же поднялся, хватаясь за меч Глумборда, который, впрочем, уже был его, и посмотрел в сторону криков.       Олаф отаскивал кричащего пихта от пленников, один из которых - Глумборд, дышал ртом, так как его нос был разбит - видно, что Олаф не успел сразу же среагировать. "Сука! Где лошади?!",- вдруг сказал Нарон, который вместе с Джеромом уже оглядывали округу. "Где деревья?! Какого хрена мы снова на поляне?!",- вдруг сказал Грей. И вправду, Лотарик и его отряд был в поле, а не в рощи, в которой они заснули. Не было ни костра, ни шкур для пленных, ни спальных мешков, ни лошадей, на которых были вещи. "Кейдон, успокойся!",- вдруг подал голос Томас, встав прямо перед разъярённым пихтом, который всё ещё твердил о колдунах.       "Ты!",- прокричал пихт, вырываясь из захвата и влитая ногой в тело Лейвинга, который тут же упал, начиная тяжело дышать. - Кейдон!,- крикнул уже Лотарик,- успокойся! - Кхе-кхе...Нет, Лотарик,- сказал Лейвинг, достав меч,- я долго терпел этого дикаря... - Дикаря?! Да может ты вообще с этими язычниками за одно?! Такой херни не происходило, пока мы тебя с собой не взяли!,- кричал Кейдон, злобно скалясь. - Нет, Олав!,- крикнул молодой рыцарь ирландцу, который хотел вновь схватить мужчину с ирокезом,- Я сам с ним разберусь. - Лотарик?,- вопросительно сказал МакКриган, смотря на командира - Пускай, Олав...Кейдон, только не поломай его,- сказал Лотарик, понимая, что сейчас он уже никого не сможет успокоить.       Юный рыцарь бросился на пихта желая, нанести колотый удар, но вот не задача - Кейдон бросился в его ноги укладывая его на землю. "Не бойся...я тебя лишь немного научу драться, парень!",- сказал Кейдон, нависая над протиаником, но тут же был сброшен. Лейвинг поднялся и собирался нанести уже режущий удар, но, когда он уже сделал замах, то Кейдон оказался за его спиной и ударил его локтём в шею, заставляя его снова упасть лицом в траву. " Будь непредсказуемым, парень, раз уж дерёшься с "дикарём"!",- сказал Лотарик, который, как и другие члены отряда наблюдали за дракой и не желали её останавливать. Даже Грей, который не испытывал тёплых чувств по отношению к пихту, наблюдал за избиением малолетнего выскочки, который уже начал подниматься, опираясь на меч, но нога Кейдона была быстрее и выпнула его из рук рыцаря, а после - наступила на его голову, прижимая её к земле, заставляя рыцаря лишь беспомощно мычать. "Говори, сукин сын! Ты с ними за одно?!",- кричал Кейдон, сильнее надавливая на голову, но в ответ получая лишь сдавленное:" Пошёл ты....". -Кейдон, хватит?- сказал Лотарик, понимая, что пихт заходит далеко, когда тот перевернул рыцаря на спину, опустив колено на его горло. - Хватит?! Да этот сучонок явно за одно с этими мразями!,- сказал пихт, поднимаясь с земли. - У тебя есть весомые доказательства кроме твоей ненависти?,- перебил пихта Лотарик, подавая руку Томасу. - Кейдон, ты бы так себя не вёл! Ты единственный кто ушёл из лагеря и не вернулся, пока все не заснули!,- сказал Грей, рыская в своей сумке и пересчитывая бутылки. - Что?! Ты уже совсем спился, пьянчуга!,- возмутился Кейдон,- Я спал, как и все вы! - Что?,- практически единогласно спросили все из отряда и даже Джером,- Тебе же наподал Грей и свалил из рощи, как обиженная шавка!,- заявил Нарон. - Парень...Не наглей! Я лёг спать! Вон блять мой мешок!,- Кейдон подошёл к своему мешку,но не обнаружил его,- А где?... - Кейдон, может не надо было нюхать пойло Грея?,- усмехнулся Олаф - Не встревай, жирдяй! Может, вы тут все за варваров, а?!,- крикнул Кейдон, дико перебрасывая свой взгляд на каждого из отряда. - Так!,- наконец-то крикнул командир,- Все замолчали! Мы не можем быть сейчас ни в чём уверены! Мы оказались посреди поля, лишились лошадей! Иы должны быть благодарны, что у нас осталось снаряжение и оружие! Сейчас мы берём всё, что у нас осталось и идём дальше по дороге чтобы понять, где именно мы находимся!       Все тут же успокоились. Каждый нервно переглянулся с каждым, аккуратно возвращаясь к пересчёту оставшихся вещей, лишь Кейдон что-то бубнел себе под нос, выказывая недовольство. Нарон начал пересчёт своих бомб и различных ядов, количество которых не могла не огорчить парня, ведь большая их часть осталась на лошади, которая была сейчас не весь где. Самый счастливый остался Олаф, ведь все свои ингредиенты он носил с собой в сумке на постоянной основе. Но вот Грей был озадачен тем, что из всего его бокалейного состава, который должен был поддерживать зрение лучника до конца миссии, осталось только лишь шесть бутылей, которых не хватит и до конца недели. Но от негативного покачивания головой и нервного покусывания губы его оторвал ели слышный диалог пленных, которые наконец-то заговорили.       Он продолжил делать вид, что перебирает бутылки, но вот слух его был направлен к подслушиванию разговора однорукого ярла и вечно горюющей Инги, которая тихим ели слышимым голосом спрашивала ярла:" Неужели это правда?...". А Глумборд сухо и прямо отвечал своим хриплым и старым голосом:" Да...Хватит, нас могут услышать". Возможно, Грей бы услышал больше, если бы не Лотарик, который подошёл к нему со спины. - Сколько у тебя осталось? - А? Чего?,- сказал Грей, отрываясь от подслушки. - Сколько у тебя бутылей осталось?,- Повторил вопрос Лотарик, уточняя. - А...Шесть...я теперь абуза для вас...,- сказал Грей, вздыхая. - Пока ещё нет...Пей только при крайней необходимости, а так - не отходи от нас и следуй рядом. Я скажу Нарону чтобы он следил за тобой,- сказал Лотарик отходя от Грея. - Да...Хорошо...       Грей снова пытался подслушать разговор пленных, но те вернулись к своим привычным образам: гордый однорукий ярл и понурившая голову женщина, пережившая своих детей. Лучник огляделся, удостовериваясь, что за ним никто не наблюдает и достал из сумки достаточно большой серебряный крест, где было изображено распятие Иисуса, а на боковых гранях которого было выгравировано "Грей Норсон". Буквы были выполнены в фигурной окантовки, а сама работа была сделана явно искусным мастером и явно не за маленькие деньги. Он снова огляделся и только тогда приложил крест ко лбу полу шёпотом произнеся:" Я обещал, что не надену его пока не верну твоё имение...Но сейчас, дедушка, мне нужна помощь",- после этого он надел крест, пряча его под рубаху, которая была растёгнута.       Совсем скоро отряд наконец-то отправился в путь по дороге с привычным для них пейзажем.       Всё тот же лес, всё тоже поле. Ничего не изменилось. ОТряд же шёл молча, ведь каждый думал о том, как такое возможно: остались они в роще, которая не весть откуда взялась посреди полня, а очнулись то на обычной поляне словно и небыло там никакой рощи. Да и Кейдон не помнил того, что ушёл, но отлично помнил всё то, что было до этого. Единственное, что нарушало общую тишину - редкие покашливания Томаса, который словно пытался вызвать сочувствие от полученных увечий, но никто не обращал на него внимание. Им уже казалось, что не было никакой рощи и от усталости они завалились спать на траве, а роща им приснилась, но тогда где лошади? Где их сумки? Непонятно...Всё тот же лес...всё таже поляна...всё таже тишина.        Как вдруг, Джером сорвался с дороги, сворачивая к лесу с единственным словом:" Пиздец". А причиной того стало дерево, но не простое дерево, а то самое дерево - огромная и величественная сосна норвежских лесов, которая стояла с такой же огромной сестрой, которые Джером и Олаф "пометили" своей мочой ещё вчера, если вчерашние события и правда были. Этот факт не сразу дошёл до отряда, но вот, когда молчаливый воин вынес из-за кустов того самого огромного волка, которого он придушил, отряд замер, а лицо непонятности спало, перерастая в изумление. Олаф подошёл к трупу волка, оборачиваясь на отряд, желая удостовериться, что не он один видит это, а после - коснулся шерсти волка и произнёс:" Н-настоящий....". Пока весь отряд наблюдал за двумя титанами отряда, которые всячески проверяли волка на реальность, Нарон с зорким взглядом заметил, как Грей стоит с рукой на груди, что-то сжимая. Хотел он было что-то сказать, но Лотарик прервал изучения волка своим командным:" Продолжаем путь!",- из-за чего весь отряд, включая тех двоих и пленных, продолжили плестись по дороге с одинаковым пейзажем.       И снова воцарила тишина, даже Томас умолк, что было отлично, ведь ещё пару его охов и Кейдон бы, который до сих пор не мог вспомнить, как он уходил из лагеря, уже закончил то, что начал в лагере. Двое пленников шли прямо перед Олафом и Джером, которые могли бы поймать их в случае чего, хотя по ним было видно, что бежать они и так не хотели. Но вот огромное тело ирландца заставляло Грея часто менять угол обзора, вглядываясь в Ингу, ведь, не смотря на то, что с момента ухода из их "лагеря" прошло больше двух часов, он всё ещё помнил, что они с Глумбордом о чём то говорили. Однако, элексир переставал действовать, из-за чего лучник начинал щуриться и часто моргать, а рука его всё ещё была на груди, что и побудило Нарона начать разговор. -Уже не видешь?,- начал парень невзначай. -Да...Потихоньку всё расплывается...,- сказал Грей, переводя взгляд на Нарона. -Как ты вообще живёшь, не видя ничего? -Я же не слепой - я вижу всё, но намного хуже, чем вы. Различаю знакомые силуэты да и только...,- объяснил Грей, окончательно потеряв звой взор лучника. - Ох...Понятно. Ам... А что ты сжимаешь в руке?,- всё таки спросил парень. - А? Ты про крест?,- Грей достал из под рубахи свой крест. - Да...Вау! Он красивый!,- изумлённо ответил Нарон - да...Дедушка подарил...У всей нашей семьи был такой...,- вдруг запнулся Грей. - Был и...?,- уточнил Нарон. - Был. И всё,- отрезал продолжение Норсон,- Мне нужно к Лотарику, протси, - сказал мужчина неувернно ускоряя шаг.       Грей врезался в Олафа, а после и в Томаса, который в отличии от Ирландца, направившего Грея по направлению к командиру, лишь неодобрительно фыркнул из-за запаха алкоголя Норсона. Но Грей всё таки дошёл до своей цели, схватив Лотарика за плечо, чтобы удостовериться, что он подошёл к командиру. -Лотарик,- неувернно сказал блондин. -Грей? Не видишь уже?,- спросил Лотарик, помогая Шоею поравняться с ним. - Да, не вижу. - Ничего, если что, то обращайся за помощью. Ты же подошёл не просто так?,- спросил Лотарик. - Да...Я хотел соообщить, что ещё в лагере слышал разговор Глумборда и Инги,- всё так же неуверенно сказал Грей. - Да? Ну, и о чём они говорили?,- Лотарик был заинтересован, ведь до этого ярл и его невестка не говорили вовсе. - Честно сказать - я не особо понял, но... Они явно знают о том, что тут происходит,- Грей нервно кинул взгляд назад к пленникам, хотя и не видел их, а после вернул к Лотарику. - Хм, интересно...Давай с этим разберёмся, когда сделаем привал. Надеюсь, мы ещё найдём ту рощу с лошадьми,- сказал Лотарик, поднимая взгляд и останавливаясь. - Да, конечно, просто....,- Норсон сначала обернулся к Пирсону, желая понять причину остановки, но после он снова вернул взгляд на дорогу.       Весь отряд молча поднял глаза, всматриваясь в очередное знакомое место - ту самую великую деревянную арку, созданную из корней, которая стояла перед не весть откуда взявшейся лесополосы. Даже слабовидящий Грей смог её разглядеть и ужаснуться, кидаясь руками в свою симку за той самой пошарпанной книгой. Он открыл ей, судорожно перелистывая страницы то вперёд, то назад, чем и привлёк внимание отряда. Наконец-то, долистав до того самого рисунка, Грей буквально уткунлся носом в книгу, читая себе под нос, а после развернулся в сторону отряда и сказал:" Это вход!". Он начал тыкатьв рисунок книги, промахнувшись пару раз, указывая на тот самый искусный рисунок.       Снова тишина, которую нарушил Лотарик, а точнее - скрип его сапог и хруст частичек земли на дороге под ними. Он быстро подошёл к Глумборду и Инге, хватая первого за плечи. Пирсон всматривался в его седую макушку и казалось, что он готов просверлить его голову взглядом, но он старался достучаться до его слепых глаз.       И вот слепые очи однорукого ярла были направлены в глаза Лотарика