Стоило попытаться загладить вину

      Джек около часа ходил по кругу возле своей кровати и размышлял о том, что же всё-таки происходит между ним и отцом? Кто они теперь друг другу?..       Нормальными семейными отношениями это назвать было просто нельзя, особенно если учесть то, из-за чего вспылил Люцифер. Отказ? Хм. Нет… Для него это было чем-то большим.       Нефилим остановился лишь тогда, когда перед глазами всё поплыло.       Стукнувшись коленом о прикроватную тумбочку (что, к несчастью, оказалась рядом), он обессиленно рухнул на кровать и даже не обратил внимание на ушибленное место.       Давление со стороны семьи угнетало его даже больше физической боли.       За дверью послышались приглушенные голоса Винчестеров, а после — легкий стук в дверь.        «Сэм, — догадался Джек, — зачем я ему?»       — Джек, эй… ты там? — произнёс мужчина, параллельно вслушиваясь в звуки по ту сторону двери.       Ответа не последовало, поэтому младший Винчестер осторожно нажал на дверную ручку и, неуверенно сделав один шаг вперед, вгляделся в полумрак, пытаясь различить в нём очертания фигуры Джека. Тот же, услышав неприятный скрип двери, нехотя обернулся в сторону новоприбывшего, мол, «говори, зачем пришёл».       — Ты как? — выражения его лица нефилим видеть не мог, но голос звучал напряженно.       — Я в порядке.       — Точно?       — Да.       Сэм многозначительно хмыкнул. Зайдя в комнату к пареньку, он решил, что хорошей идеей будет включить свет, но, услышав недовольное сопение где-то в паре метрах от себя, вмиг передумал.       — Джек. Если тебя что-нибудь беспокоит — можешь поговорить об этом со мной. Я выслушаю тебя, — вновь нарушил тишину охотник.       — Конечно.       — Мы ведь семья, — услышанное заставило Джека скривиться, словно слово «семья» когда-то давно оставило на его сердце глубокую рану; теперь же — отдавалось неприятным покалыванием в груди. Сэм не заметил его реакции и тут же продолжил:        — Дин не наговорил тебе лишнего?       — Дин? Нет. А почему тебя это так волнует? Ты ведь тоже на его стороне.       Сэм скрестил руки на груди и, прислонившись к дверному косяку, попытался сделать непринужденный вид. Учитывая то, что в последнее время он зачастую ходил именно хмурым, расслабить мышцы лица оказалось задачей не из легких.       — Стороне? В каком плане?       Джек стушевался и продолжил уже более мягко:       — Он до сих пор зол на меня из-за… кхм…и ты тоже. Никто из вас мне не доверяет, поэтому… поэтому вы постоянно следите за мной. Наблюдаете. Словно я в одиночку уничтожу мир, но… Сэм! Я не Люцифер! — последнюю фразу он произнёс громче остальных, что заставило Винчестера насторожиться. — Я не похож на него. Его поступки никак не повлияли на меня и мой характер. Я другой.       — Да, ты прав, но… послушай. Мы всего лишь волнуемся за тебя. Ты нам нужен, и мы тебе тоже. Прекрати воспринимать это как должное, парень. Ты наша семья.       — Ты уже говорил, — буркнул полуангел.       — Джек… — мужчина наклонился чуть вперед, его голос вдруг стал тверже и грубее. — То, что ты сделал, забыть невозможно. Но я стараюсь. И Дин тоже. И хотя, конечно, по нему и не скажешь — он беспокоится о тебе, чтобы ты там не думал. Дин бывает груб, бывает упрям, но он ценит тебя и то, что ты делаешь! Так же, как и я. Как и Кас…       — Вот именно! Вы всегда ищете во мне выгоду. Я всего лишь пушечное мясо. Когда я потеряю силы, когда одержу победу над Чаком — я вновь стану бесполезным. Я буду беспомощным. Зачем я вам? Не думаю, что в этом есть смысл.       — Это не так.       — Это так! — повысил голос парень, но тут же, словно испугавшись собственного голоса, обомлел и притих. Робко притянув ноги к подбородку, он обнял их и попытался расслабиться. Удалось ему это сделать только через пару минут, когда Сэм наконец отвел взгляд.       — Ладно. Что ты хочешь услышать?       Джек посмотрел на своего собеседника. Что-то в его лице изменилось. Над ним словно нависла туча.       Теперь же нефилим не узнавал в нем того прежнего Сэма, всегда такого доброжелательного и приветливого. Сейчас это был хмурый серьезный мужчина, готовый идти до конца. Да… это была именно та часть Сэма, что Джеку посчастливилось не встречать ранее.       — Что бы ты ни говорил, ты всё ещё сын Люцифера, — охотник указал пальцем вверх, словно на Небеса. — Его ребенок. Да, я смирился с этим, но не забыл. И… нет, Джек, ты не зло. Да, ты не похож на своего отца, и знаешь почему?       Нефилим сморгнул внезапно выступившие слёзы.       — Потому что ты сделал выбор, — процедил тот. — Сделал выбор в пользу людей. Ты захотел быть другим, но нормальным… Нормальным быть ты никогда не сможешь. Как раз из-за своей особенности. Ты связан с ним, можешь это даже не отрицать, — он попытался перевести дух. — Ваша сила — вот, что у вас общего. Но это не значит, что ты должен сразу броситься к нему в объятия или что-то типа того. Ты знаешь, кто он, и что сделал. Ты и сам познал это на своей шкуре, так что понимаешь, что я не лгу тебе, но, Джек!.. Несмотря на то, что ты имеешь хоть какое-либо отношение к этому мерзавцу, ты не такой, потому что… ты… хороший. И прекрати думать иначе. То, что Люцифер мог тебе впарить — это ложь. Ты не нужен ему. Как сын, по крайней мере. Но нам нужен. Мы — семья, и я буду повторять это, пока ты не осознаешь, кто действительно волнуется о тебе и придёт на помощь в трудный час. Так что завязывай.       — Что? О чем ты? С чем завязывать? — насторожился Джек.       — Ты меня понял.       — М.       — Расставь приоритеты, парень. Как только Люцифер появится в следующий раз — ты знаешь, что будет. Ты. Уравнитель. Выстрел. Пора с этим покончить.       — Ч-что?..       Последние несколько фраз Клайн почти не расслышал (если Сэм вообще что-либо говорил) из-за внезапно начавшегося противного звона в ушах. Младший Винчестер словно испарился, а вот назойливый звук — нет. Уж больно этот звон напоминал ангельское радио. Неужели кто-то хочет с ним связаться?       Неистовая боль в ушах даже заставила парня забыть о том, что так усердно старался внушить ему Сэм.       — Ч-что пр-р-роисходит?! — еле выговорил он, пытаясь перекричать шум в собственной голове. — Что… что это?! Господи, как больно!       Клайн закричал. Думал, что закричал, но на самом деле издал почти неслышимый писк. Неужели никто не придет к нему на помощь? Неужели никто не услышит, как он страдает?       — М-мне нужна… — прохрипел тот и тут же свалился с кровати на твердый пол, при этом ещё умудрившись стукнуться лбом о ту самую злосчастную тумбочку. К счастью, он не поранился. Да и звон стал утихать, постепенно превращаясь в легкий приятный свист. Тогда же Джек наконец смог различить в этой какофонии звуков чей-то голос.       — Ч-чт… что-о… — Клайн кое-как забросил руку на постель и, собрав все свои силы в кулак, попытался подняться, что, к сожалению, не увенчалось успехом, так что он вновь обессиленно плюхнулся на задницу. — Люциф-ф-фер, если эт-т-то ты… Урод!.. Можно поговорить и иначе… Не обязательно меня мучать, мгх…       Джек нервно сглотнул, протер глаза и вот тогда уже наконец полностью пришел в себя. Голос, что он слышал… А Джек уверен в том, что он принадлежал именно мужчине? В этом шуме нельзя было распознать и собственный, не то что чужой.       — Слышь! Я знаю, что это ты! — ругался на отсутствующего собеседника он. — Покажись уже!       Но ответа не последовало.

***

      Через пару дней, когда нефилим уже и забыл о том странном инциденте, что-то подозрительное начало твориться с ним и его окружением. Вещи либо лежали не на своих местах, либо вообще пропадали.       Сначала кто-то (или что-то) еле заметно сминал простынь (которую Джеку уже просто надоело постоянно поправлять), потом зубная щетка стала исчезать и появляться в самых незамысловатых местах, словно кто-то хотел поиздеваться над и так измученным ребенком, устроить ему квест.       Однажды, когда Джек решил принять душ после удачной охоты, пропало его единственное полотенце, так что пришлось лечь спать мокрым. Парень тогда ещё очень сильно боялся, что заболеет от переохлаждения, так что накрылся сразу несколькими одеялами, и надеялся, что это поможет.       Джек догадывался, кем был этот чертов проказник и за что он так невзлюбил самого паренька.       Пора было прекращать эти бессмысленные игры, поэтому в один особенно холодный осенний вечер Клайн уселся точно по центру кровати и втупился отрешенным взглядом в узоры на стене, надеясь расшевелить своим бездействием шутника.       Примерно через десять минут тишины тот не выдержал и показался нефилиму. На его лице сияла фирменная улыбка, что просто не могло не выказать того, как сильно он ликует.       — Как я тебе?       — Ты придурок. Прекрати это, — сразу перешёл к делу мальчишка.       — Ммм, естественно, я тоже так считаю, пора прекращать эти игры, — затараторил тот. — Ты за два дня успел нарушить абсолютно все мои правила. Не интересно играть, когда ты даже не знаешь об их существовании…       Архангел взглянул на своего ребенка неожиданно ласковым и теплым взглядом. От этого «прилива доброты» Джеку стало не по себе. Он вновь ощутил, как в груди расцветает странное чувство, отдаленно напоминающее умиротворение и… любовь?..       До этого похожее он испытывал лишь однажды. В тот день, в мире апокалипсиса, когда он впервые встретился с отцом. Между ними определенно что-то промелькнуло, пускай Джек до сих пор не мог сообразить, что именно.       — Сидя на жопе ровно далеко не уйдешь, а, Джек?       — Что? — отозвался тот.       — Это я о нас, глупышка, — налегке ответил мужчина. Почесав затылок, он продолжил уже циническим тоном:        — И о том, что ты нихрена не стараешься исправить. Как обычно, пф-ф… Но не будем о прошлом!..       — О прошлом?.. — повторил ребенок. — О твоём, что ли?       — … поговорим о насущном!        — Ладно. Зачем ты здесь?.. Снова.       — Зачем? Хм. Интересный вопрос-с… Я здесь ради тебя, сын. Снова, — он лукаво ухмыльнулся и целеустремленно зашагал в сторону Клайна.       Тот же дернулся, не совсем понимая, что ему следует делать: убегать или подождать того, что может случиться.       — Н-не подходи…       — А ты всё тот Джек, которым я тебя помню, — задумчиво пробормотал мужчина. — Такой же трусливый и мало кому доверяешь.       — Кхм, мы виделись всего пару дней назад.       — О-оу, так ты помнишь это! — наигранно радостно воскликнул тот. Тут же он снова поменялся в лице, словно вспомнил о чем-то неприятном. — Не хочу звучать как обиженная девчонка, но… ты очень меня разочаровал.       — М. Разочаровал…       Джек попытался проанализировать поведение отца и, видимо, так сильно задумался, что не заметил, как тот подлез совсем близко. Его прозорливый взгляд буквально прожигал Джека насквозь, так что не чувствовать себя некомфортно он просто не мог.       — Да, именно это я и сказал, — буркнул падший. — Потом обсудим наш неудавшийся роман, кхм-м-м… Так вот-с. За все те дни, что я отсутствовал… а ты, безусловно, соскучился по мне и по нашим посиделкам… Я решил, что-о… Короче, я веду к тому, что у меня было время подумать и переосмыслить свою жизнь. Задним числом я понял, что нам с тобой, — он указал сначала на Джека, потом на себя, — лучше не переходить черту. Ну-у, и… вот, я снова здесь. С тобой. Ради семьи, а не того, что ты там мог себе придумать. Обнимемся? — Люцифер расставил руки. — Ну дава-а-ай, кекс. Всего лишь дружеские объятья! Никакого подтекста.       Нефилим осмотрел его с ног до головы. Решив, что в отце нет никакой угрозы (по крайней мере, сейчас), он неуверенно подсел к нему ближе и, осторожно приобняв за спину, уткнулся носом в его крепкую грудь и вдохнул приятный аромат дождя и листвы, которым пропиталась его потрепанная временем куртка.       Тут Джек насторожился — решил, что слишком быстро выполнил просьбу. А не слишком ли это похоже на то, что он повинуется? На послушную собачонку ему походить уж никак не хотелось.       — О-о-о да-а-а… — довольно промурлыкал архангел. — Так-то лучше, — Джек поднял на него ошарашенный взгляд бледно-голубых глаз. — Что? Чего так смотришь? Просто мысли вслух. Ммм, всё, отпускай.       К сожалению, приятный телесный контакт длился недолго. Около пяти секунд, если не меньше. Кажется, только Люцифер посчитал, что этого было недостаточно (даже критически мало), так что он, нарочно громко прочистив горло, таким образом отвлекая внимание, осторожно коснулся пальцами дрожащей коленки Джека, на подсознательном уровне стараясь его успокоить. Тот же не проявил никакой заинтересованности к такому многозначительному жесту.       — Э-эй? Парень? Всё окей? — с опаской спросил Светоносный. — Ты чего дрожишь так?       — Ч-что?.. — наконец обратил на него внимание Клайн.       — В-воу. Тебя прямо всего трясёт. Ты болен?       — Нет.       Вопреки ответу, Люцифер приложил ладонь ко лбу Джека и, почувствовав жар, исходящий от него, тут же отдернул руку, словно ужаленный.       — Что-то не так?       — Да ты весь горишь!       Джек пропустил мимо ушей вполне адекватный комментарий. «Это должно быть одна из тех его шуточек, что я не понимаю», — рассуждал он. По сути, ничем иным в такой ситуации это быть не могло, ведь чувствовал Джек себя просто замечательно. Или ему так казалось?.. Если смотреть на происходящее с такой стороны, тогда Дьявола здесь вообще могло и не быть. Подумав об этом, Клайн списал всё на галлюцинации, или хотябы усталость после тяжелого дня.       — Я в порядке, — раздраженно бросил Джек.       — Да ты и сам в это не веришь.       — Честно.       — Признавайся. Где это тебя так потрепало?       Вопрос был с подвохом. Конечно же, он знал, почему Джек чувствует себя плохо, но хотел услышать об этом лично от него.       — В последний раз я видел тебя таким, когда Мишаня решил померяться со мной силами. Пф-ф. Дурачок. Никак не сообразит, что я сильнее, — с ноткой садизма в голосе добавил мужчина. — Ну? Чего молчишь? Язык проглотил?       — Нет, я просто… я не могу перестать думать о том, что мы сделали.       — О чем именно? — осклабился тот.       — Обо всём. То есть, буквально. — Люцифер заметил, как взгляд ребенка потускнел, словно он потерял что-то очень важное, или разочаровался в этом. — Ты мой отец.       — Да-а, вроде как.       — Сэм сказал мне об этом. То есть, эм, я… мы говорили с ним о тебе. Пару дней назад.       — Сплетничали… Это так в стиле Сэма. Я не удивлен. Так что там этот здоровяк? Какие сказки обо мне ещё наплёл?..       Нефилим хихикнул. Услышав это, Люцифер недоуменно изогнул бровь, мол, «что смешного?»       — Вообще-то, это он считает, что ты врёшь. По поводу моей силы и… семьи.       — Да это кто ещё из нас лапшу на уши вешает?! Я, что ли? Да он сам вообще понял, в чём меня обвинил?!       — Сэм и Дин против тебя, — прервал его монолог нефилим.       — Это я знаю.       — И… меня тоже, — как-то грустно сообщил тот.       — А вот это уже что-то новенькое. И как же ты пришёл к такому выводу? Винчестеры тонко намекнули, что ты им как пятое колесо? Что?.. — архангел заметил непонимание на лице сына. — Нет, не так?.. По-другому выразились? Более прямолинейно? За это они мне и не нравятся. Можно завуалированно преподнести, но нет, наши браты-акробаты идут напролом… А я потом ещё и крайний. Дин, он меня мучал, ой-ой-ой! — перекривлял младшего Винчестера Дьявол. — А с тобой-то что? Разлюбили, или как? Ммм, или, небось, это я, такой злой и ужасный, испортил тебя. Сделал непригодным… Бред. — Вскинул руки он.       Джек так сильно устал постоянно слышать от отца одни и те же слова. «Винчестеры тебе не семья», или «Они тебе никто», «Вот был бы ты со мной…» — всё это так ему надоело. Пока Люцифер ничего не сделал, это всего лишь пустая болтовня обиженного на отца ребенка. Джеку нужно было действие, решение проблемы, а не слова.       — Непригодным? — повторил он, просто чтобы поддержать разговор, что уже давным-давно зашёл в тупик. Джек ещё с самого рождения знал, что с таким, как его отец, ему не о чём говорить. И нет, это не из-за того, что на него повлияло мнение его матери, или кого-нибудь ещё. Просто… Разве можно нормально обсуждать, к примеру, погоду с родителем, который не присутствовал даже во время самого рождения? Да он, небось, и вовсе не знает, когда это было.       Нефилиму стало настолько интересно, а знает ли отец эту знаменательную дату, что он, собрав волю в кулак, решился и спросил об этом. Люцифер же заметно замялся, а после, словно гордясь этим, уверенно выдал:       — Восемнадцатого мая, Джек. Я не настолько ужасный отец, чтобы не знать дату рождения своего единственного ребенка, — чтобы добавить драматичности предложению, Люцифер даже вскинул руки.       — Ясно.       — Ты всегда так многословен?       — В каком смысле?       — Проехали. Перевоспитанием займусь позже. А пока лучше позаботиться о твоём самочувствии. Правда, дружок? — Люцифер по-дружески похлопал парня по плечу.       — Да я же сказал, всё в порядке, — выдавил из себя тот.       — Ммм, да.       Несмотря на всё то недоверие к отцу, что Джек испытывал последние несколько недель (да и всю жизнь в целом), он был готов ему открыться. Да, может, не всегда помнил о своём обещании измениться.       Может, даже не хотел помнить, но… нужно было стараться. Нужно было хотя бы попытаться, а там, глядишь, что-то путное и вышло бы.       Джек даже мог гордиться тем, что смотреть в глаза отцу перестало быть для него испытанием. Теперь же он с усмешкой вспоминал о том, как раньше бегал от этого вездесущего взгляда…       — Я простудился, — сообщил хриплым от долгого молчания голосом он. — Наверное.       — Мало каши ел, вот теперь тебя и валит с ног всякая мелочь. Да и ты, причем, в одной футболочке щеголяешь по улице. Очнись, Джек! Осень на дворе! Думаешь, холод тебе не почем?.. Да ты хиленький вон какой, — мужчина легонько ущипнул ребенка за живот. — Кожа да кости. В мороз не греет ничего. Вот бы тебя откормить…       — Я нормальный… — тут он насупился, словно слова, сказанные Люцифером, и впрямь его задели. — И ем я тоже нормально. И вообще… Ничего меня с ног не валит! Я в порядке. Хватит об этом спрашивать. Я всё так же силен как раньше, так что простой холод мне не страшен… Кхм. Прости, наверное, это слишком грубо… Эм, ладно…       Архангел даже не удивился резкой смене настроения собеседника. «Дети, — подумал он. — Они все такие. Сначала говорят, а потом думают. Ну а чего я ожидал? Он растет. Скоро вновь обретет силу полностью. И тогда-а-а… А пока — имеем, что имеем. Ничего… Справимся. Я ведь уже пол дела сделал. Нашел к мальчишке подход! Задачка выдалась не из легких, но я смог. Остальное — проще пареной репы. А пока нужно всего лишь прихлопнуть варежку, а то, поди, взболтну чего лишнего, и тогда мне его уже не вернуть…»       — …ты прав на счет меня. Я не в духе, — закончил парень.       Светоносный молча кивнул.       — Чувство, словно я медленно умираю. Как тогда… когда я остался без благодати.       — Кстати, об этом. Надеюсь, ты принял мои извинения?.. — осторожно вмешался старший.       Джек как-то смущенно вжался в себя, словно вопрос показался ему неуместным. Он не мог вспомнить конкретного момента, когда бы отец, стоя на коленях, жалобно умолял простить себя, так что затруднялся ответить.       Конечно, он знал о характере Люцифера, его поведении, так что с уверенностью мог бы сказать, что он ни в жизни не чувствовал сожаления, а значит, и извиняться бы не стал. Хотя… нечто подобное и случилось несколько недель назад. Извинения? Хм. Скорее, жалкая пародия на них, но Джеку большего и не требовалось. Люцифер хочет притвориться сочувствующим — пускай. Клайн принял это. Смирился.       Что угодно, лишь бы спасти разваливающуюся на кусочки семью.       — Да, я… Я простил тебя. Почти. Мгх… На самом деле, мне кажется, я слишком слаб. Я не готов к битве. Я не справлюсь…       — Ой, да вот только сопли не распускай, — выругал его отец.       — Кхм. Правда. Чак — Бог. А я всего лишь букашка на его пути. В одиночку мне его не одолеть…       — Ты у меня помощи просишь, что ли?       Тут нефилим затаил дыхание, словно маленькое хрупкое животное, что вдруг осознал свою участь в цепких лапах хищника. «Слишком поздно, братец-кролик» — пропел внутренний голос.       — Нет, я… — он нервно сглотнул. Буквально за секунду его лицо потеряло привычный румянец, становясь молочно-белым, то ли от страха, то ли ещё от каких-либо внутренних чувств, в которых Джек боялся себе признаться. — Нет. Я не хочу… Не хочу этого.       — Не хочешь чего?       — Такой участи и… ты был прав.       — М? У тебя прозрение?       Клайн пропустил мимо ушей его комментарий и продолжил уже более серьезным тоном:       — Ты был прав по поводу Винчестеров. Я всего лишь оружие для них. Способ уничтожить Чака. Но почему именно я? Неужели в мире больше нет равного по силе Чаку? А как же Амара?..       — Тётушка Амара уж больно не хочет отрываться от своих дел. — Съязвил падший.       — Я не знаю, справлюсь ли с этой задачей. Даже не хочу думать о том, что грядет… Какая буря. Я просто хочу, чтобы всё изменилось. Чтобы Сэм и Дин не ненавидели меня, а Мэри была жива. И моя мама. А ты… — Джек поджал губы, пытаясь понять, а не глупости это всё? Оправдана ли его надежда на светлое будущее? Или он обманывает себя, думая о том, что всё будет хорошо?.. Тут он продолжил:       — Даже ты должен быть здесь. Со мной. Я всё время отрицал это. Я думал, что это пройдет… и я знаю, всё, что я наговорил тебе, противоречит с тем, о чем я рассказываю сейчас, но ты должен меня выслушать. Я хочу, чтобы ты был рядом, потому что так спокойнее. Я чувствую себя… защищенным, что ли… И это всё, о чем я могу думать.