Часть 5
31 мая 2021 г., 18:10
— А не много ли нам денег дали? Мы ведь даже ничего не сделали особо… — уже начала возмущаться Сумико перед одним из прислужников во дворе, который уже был готов отдать им баснословную сумму за выполнение заказа на избавление от вампиров, как вдруг Минору взял её за руку, отчего она, конечно, засмущалась, и отвёл её в сторону для разговора.
— Послушай, сейчас не лучший момент для того, чтобы высказываться против, — по его глазам было понятно, что такой суммы парень в жизни и не видел даже, из-за чего подобное поведение можно назвать вполне оправданным, хоть он и был согласен с тем, что едва ли они сделали хоть что-то значимое, чтобы получить так много денег, — если нам столько их дают, значит именно столько нам по сюжету и нужно.
— По сюжету? — она вздохнула, понимая, что он опять себе что-то надумал и искренне в это поверил.
— Ну конечно! — тут же воскликнул Минору, — ты разве не поняла, что всё это заранее прописано? Да, мы на что-то определённо влияем и сами, но самые основные события ведь являются частью единого сюжета, придуманного нашей богиней.
— И ты хочешь мне сказать, что именно такая сумма нам нужна? — он кивнул ей в ответ, — хорошо, а для чего она нам?
— Чтобы потратить всё за один день!
Так они и покинули замок, чтобы воплотить его слегка странноватое желание. Первым делом они решили прогуляться по ночному городу, который, по их мнению, мог быть довольно интересным, хотя и присутствовала вероятность того, что все нужные им места могли быть закрытыми, но, к счастью, этого не случилось, поэтому в первую очередь они собрались отправиться в местную харчевню, о которой они узнали, расспросив местных жителей. По пути Минору вдруг задумался о местной валюте:
— Слушай, а ведь деньги, который нам выдали, они ведь в йенах, правильно? — заговорил он, взяв в руку одну из монеток.
— Я даже как-то не заметила сначала, — и действительно это её удивило, — интересно, а какие здесь цены?
— Да какая разница! — чуть ли не закричал он от злости, — я негодую. Вот неужели Азуми было настолько лень придумать что-то своё? Богиня, ты там что, уснула и не слышишь меня?
— С каких это пор ты перешёл с ней на «ты»? Она ведь богиня как никак
— Богиня, которая на вид немногим старше нас, да и я думаю, что мы уже успели подружиться.
— Подружиться? С ней? — девушка покосила свой взгляд, — мне кажется, что ты что-то напутал.
— Нет, с чего бы? Не будь мы друзьями, была бы она с нами столь добра?
— Добра? Да, со мной особенно, при первой встречи например.
— А что, тебе не понравился тот леденец, который она тебе предложила?
— Забудем об этом.
Харчевня оказалась по-настоящему внушающей. Она являлась не только самой популярной в столице, но и самой большой, а также одной из тех единственных, что работают даже ночью. Посетителей в ней было стабильно много, но место себе почти всегда можно было найти. Нельзя сказать, что внешне это заведение выглядело как-то по-особенному, но ему этого и не требовалось, ведь это место привлекало всех своей едой, а также приятной атмосферой. Зайдя внутрь, ребята тут же увидели надпись, что прямо сразу бросалась всем в глаза: «Алкоголь с 16». А им, между прочим, как раз и было по 16-17 лет. Да, никаких документов подтверждающих это у них с собой не было, но какая разница, если внешне они уж точно выглядели старше. Один из них. Как же им повезло, что в этом заведении в тот момент был свободный столик, да ещё и в довольно уютном и укромном месте, на которое совсем не будет падать взгляд практически ни у кого из посетителей. Правда для начала нужно было обговорить всё с владельцем харчевни, который как раз стоял у барной стойки, подойдя к которой, Сумико заказала себе самый обычный стакан воды, который тут же ей подали. Выглядел этот владелец настолько стандартно, что для Минору, который обычно как раз-таки любил заниматься тем, что подробно разглядывал и анализировал людей, чтобы сразу о них хоть что-то понять, решил, что на этот раз оно того не стоит, ведь внешний вид мужчины был излишне скучным. Правда к их же удивлению он оказался довольно разговорчивым:
— Приветствую вас в моей харчевне «У дворца». Названа она так была по той простой причине, что находится, логично, недалеко от дворца.
«Да уж, мы могли сами до этого догадаться» — подумали они.
— Что привело вас в моё скромное заведение? Не отвечайте — я и так уже всё знаю. Конечно же, вы наслышались о нём от всех жителей нашего города. И знаете, они вам не врали, если говорили, что моя харчевня — лучшая в столице!
«Ну, пока я как-то не уверен» — засомневался Минору, но решил не произносить это вслух.
— Я уже видел, что вы хотели занять тот самый столик, — владелец указал на тот, возле которого ребята находились какое-то время, прежде чем он их к себе подозвал, — и вновь — отличный выбор!
— И почему же? — наконец парень заговорил.
— Вы разве не знаете, что этот столик является лучшим местом для влюблённых? — мужчина подмигнул, смотря прямо на Сумико.
— Чего? — она тут же выплюнула всю воду, которую только что пила, — Минору, мы ведь займём другой столик, верно? — по её голосу было слышно, что девушка неслабо разнервничалась.
— А почему? — уже он ей подмигнул.
— Придурок! — едва слышно ответила она.
— Интересные у вас отношения, однако, — усмехнулся владелец, — столик был выбран вами явно не просто так. Знали ли вы, что именно за ним наш король познакомился с прекрасной королевой Шарлоттой? — он сделал паузу, чтобы дать им хоть как-то отреагировать, но подобный трюк на ребятах не сработал, и они тут же поняли, что он врёт, — хорошо, возможно я чуть и преувеличил, но действительно, многие замужние пары из представителей знати трапезничали именно на этом месте. Как же он манит к себе, этот столик… С удовольствием рассказал бы вам всю его предысторию. Началось всё с того самого дня, как мой прадедушка выкупил это здание… — каким бы потенциально интересным ни был этот рассказ, Минору всё же решился его прервать.
— Сумико, я что-то не очень хочу это слушать. Ты не знаешь, как можно тут пропустить катсцену? — она была настолько зла на него в тот момент, что уже готова была ударить его по затылку, да лишь её низкий рост не позволил ей этого сделать, отчего её неудачная попытка прыжка для удара смотрелась максимально нелепо.
— Чёрт, опять этот рост, — как будто бы в себя сказала девушка.
— Раз уж вы столь со мной невежливы, то я вынужден буду посадить вас за другой столик, — нахмурив брови, хозяин обратился к парню.
— Слава богиня Азуми, — выдохнул он, что сильно удивило Сумико, — спасибо вам большое, что не будете садить нас за тем столиком! Моим ночным кошмаром было бы то, что вы посадите нас именно за него. Да благославит же вас богиня! — чуть ли не плача от радости, Минору продолжал благодарить мужчину.
— Только не за этот столик говоришь? — его смех прозвучал действительно зловеще, — прости, но только он сейчас и свободен. Богиня покарала тебя, и теперь же исполнится твой самый страшный кошмар.
— О нееееееет! — почти что закричал парень, — Сумико, сделай что-нибудь, — она лишь тяжело вздохнула, понимая, к чему он всё это время вёл.
— Мы заняли этот столик, доволен? — уже расположившись, обратилась она к нему, — но скажи мне теперь, к чему было это представление? Зачем тебе этот столик?
— Вспомни же теперь, что он рассказал нам о нём, — загадочно ответил Минору.
— Ты ведь сейчас шутишь, да? Это всё твои приколы. Или вообще отсылка какая, — её голос начал натурально дрожать, — я ведь права, да?
— Нет, Сумико, я давно хотел тебе сказать, что ты… — он засмущался настолько сильно, что она уже начала ему верить, — Сумико, ты мне…
— Прости, но ты не в моём…
— Уже точно не противна, поэтому я считаю тебя своим другом, — договорил парень, — а ты о чём подумала?
— Ах ты! — она схватилась за свою голову, — ты ведь это спланировал, да? Всё это, верно? Минору, отвечай мне! — её громкий голос полностью перешёл в крик, а он лишь продолжал смеяться.
— Я планировал что-то такое, но даже и подумать не мог, что ты так идеально опозоришься, — парень подозвал официанта рукой, — ну что, а любовный коктейль закажем?
— Ты умрёшь этой ночью, — она сделала бровки домиком, отчего Минору лишь стал смеяться ещё больше, — я тебя ненавижу!
— А я тебя… О, официант уже подошёл. Ты ведь выбрала, так?
— Ну я как-то… — и тут Сумико только что осознала один простой факт: в кафе или ресторане она не была уже около лет пяти, если не больше, из-за чего и начала нервничать, как только к ним подошли.
— Хорошо, у тебя есть совсем мало времени. Такой вот квест у тебя на примерно 40 секунд. Вознаграждением за удачное прохождение будет вкусный ужин. Так вот, мне пожалуйста жареного цыплёнка, если он у вас есть, — официант кивнул головой, — овощи идут с ним?
— Да, чеснок, — мгновенно прозвучал ответ.
— И всё? — слегка разочарованно произнёс он.
— Может вы желаете заказать отдельную тарелку овощей?
— Время у меня ограниченно, точнее у неё, так что надо уложиться, поэтому я закажу лишь попить. Есть ведь качественный алкоголь?
— Смотря на вас, я понимаю, что вам уже есть шестнадцать лет, так что мы сможем вам его продать.
— Простите, но мы кажется не успели, — довольно грубо прервал его парень, — Сумико, у тебя полторы минуты. Можете продолжать.
— Как насчёт вина?
— Из Туссента?
— Нет, а что это за место?
— Вы вряд ли знаете. А какое у вас есть вино?
— Самым популярным является то, что висит у нас на стене, с красивым названием «Ист Энд».
— Красное сухое?
— Верно.
— Нет, не буду?
— Чего? уже не скрывая своего негодования, спросил у него официант.
— Мне пива, пожалуйста.
— Корневого?
— Упаси боже.
— Я вас понял, — на самом деле, он уже был готов порвать парня, но всё же смог сдержаться, — это всё?
— Да, а теперь примите заказ у юной леди, — указал он взглядом на Сумико.
— Мне кажется, или одна леди уже всё заказала? — тут же ответила она.
— Ты только что пошутила? — Минору уже был готов прыгать от счастья, — если ты ещё и отсылку как-нибудь сделаешь, то я стану самым счастливым человеком на этой земле.
— Не зря говорят, что дуракам нужно так мало для счастья.
— Ух, разошлась, — на самом деле, он правда был за неё горд.
— Вы занимаете моё время, — раздражённо проговорил официант.
— Простите меня и моего недалёкого друга, — девушка рукой закрыла его рот, когда он уже готов был вновь что-то сказать, едва услышав слово «друг» — я буду самый дорогой салат с морепродуктами.
— Погоди, здесь есть морепродукты? — он всё же смог заговорить.
— Конечно, ведь наша страна омывается морем, которое богато всевозможными съедобными обитателями, — забыв про свою злость на секунду, официант решил слегка их посвятить в то, какая у них вообще присутствует пища.
— И кроме него, мне ещё один стакан воды, пожалуйста.
— Ей вина ещё, пожалуйста, — сказал за неё Минору
— Мне, вина, но нам ведь…
— Алкоголь с шестнадцати.
— Но я ведь никогда…
— Не пробовала? Сейчас исправим.
Заказ принесли в точности такой, как они себе заказывали. Парень удивился размерам кружки для пива, которая была действительно огромна, но это скорее обрадовало его, чем напугало, ведь свои пределы он знал идеально. Бокал же вина для Сумико был скромен, но зато вместе с ним им принесли целую бутылку, а также второй бокал. Салат с морепродуктами, как для средневекового блюда, выглядел просто замечательно, но что касается жареной курицы… Она выглядела ещё лучше.
— А почему ты взяла себе так мало? — вдруг поинтересовался у неё парень.
— Даже в другом мире нужно заботиться о своей фигуре, — удивительно, но её голос был максимально спокоен.
— Кстати, я ведь никогда не замечал, но в реальности ты ведь действительно была довольно худой. Спортом занималась?
— Ох если бы, — вздохнула она, — чаще всего учёба отнимала так много времени, что я совсем забывала есть.
— А родители что? Совсем не следили за тобой? — в его речи не было слышно недовольство или отчуждение, скорее обеспокоенность и некое непонимание.
— Они работали допоздна, приходили уставшие, а там уж не до меня было вовсе. Хотя, это как посмотреть, — на её лице наконец появилась улыбка, которая так нравилась Минору, — они заботились обо мне и любили меня. Даже когда они, уже совсем обессиленные, возвращались домой, у них всегда находилась минутка на то, чтобы выслушать меня о том, как прошёл мой день, как я себя чувствую, о чём переживаю. Если у них выпадал выходной на день, когда я не занята, они всегда старались провести его вместе со мной. Чаще всего мы ездили на природу, ведь всем нам подобный способ времяпровождения казался чуть ли не идеальным семейным отдыхом, а что ещё важнее, он был довольно дешёвым.
— Прошёл всего день, но по тебе видно, что ты уже по ним скучаешь, — довольно ловко подметил парень.
— Да, ты прав, это на самом деле так. Но неужели ты не скучаешь?
— Так ведь всего день прошёл, — удивлённо ответил он, — хотя, эта кружка пива была бы гораздо вкуснее, будь она разделена в одной компании с отцом.
— Неужели вы с ним вместе выпивали? — это правда её смутило, — но ведь нельзя же по закону.
— Делай он всё по закону, не оказался бы в тюрьме, — к её удивлению, Минору от этого лишь усмехнулся.
— В тюрьме? Прямо сейчас он там находиться? — полностью бросив свою еду, она стала вовлечена в разговор больше, чем когда-либо.
— Нет, год назад его выпустили, — парень взялся за голову одной рукой, придержав её всего на пару секунд, а затем проведя ею по своей голове, — он умудрился попасть в одну не самую приятную авантюру четыре года назад. Как-то так получилось, что его знакомые случайно совершили какое-то преступление, что-то вроде кражи, ну а отец был назван соучастником, хотя ничего особенного не делал. Просто сам по себе он никогда не мог отказаться другим, вот и на этот раз помог им в том, в чём явно не следовало. К счастью, его выпустили относительно быстро, но за это время мы оба с ним довольно сильно изменились. Когда его посадили, меня отправили к нашим дальним родственникам, в Осаку. Там проживал двоюродный брат моего отца с фамилией Мияхара. Дом у них был большой, в нём жили брат с сестрой, а я был там явно лишним. Да уж, странное было время.
— И почему же оно странно?
— Да по той простой причине, что в тот момент я стал очень сильно меняться. Знаешь, смотря на меня, может сложиться впечатление, что я — самый типичный хикикомори, отаку, задрот — называй, как хочешь. Но таким я был далеко не всегда. В детстве мой отец проводил много времени со мной, стараясь показать мне как можно больше. И тогда же у меня было немало друзей. Да, я не был каким-то особенным — просто самый обычный пацан. Мало что меня особенно увлекало, но хотя бы был общительным.
— Ну и что же случилось?
— А случился тюремный срок отца. Без него мне стало слишком одиноко. Я попал в другой город, к родственникам, которых не знал, и жил я с двумя подростками, которые были чуть старше меня, поэтому я для них не был хоть сколько-нибудь важен, хотя та девочка была ко мне немного добра. В новой школе дела не задались, друзей не было совсем, клуб себе я так и не нашёл, а от отца не было совсем никаких вестей. Тогда же наконец ко мне пришло осознание того, что я чем-то могу от всего этого отвлечься. И, как ты уже могла понять, этим «чем-то» стало моё увлечение всем подряд, что считается не самым уважаемым в нашем-то обществе. Общество дураков, — когда Минору был чем-то недоволен, он обычно тяжёло вздыхал — сейчас он именно это и сделал, — слишком уж интересным оказалась вся эта культура отаку. Конечно, я всегда по-немногу смотрел аниме, читал мангу, но в то время я делал это в совсем уж ненормальном количестве. А потом ещё и игры подсоединились. Так я окончательно стал хики: полностью перестал выходить из дома, совсем ни с кем не разговаривал.
— Но неужели во всём виноват арест твоего отца?
— Возможно, да, скорее всего так. В новом городе и в новой семье мне было слишком неуютно. Тогда этот мир настолько меня достал, что я решил сбежать в другой, в мир виртуальный, ненастоящий. В нём оказалось слишком комфортно, вот я и решил остаться.
— Но это ведь сказалось на твоей учёбе и коммуникабельных навыках, ведь так? — не скрывая свою обеспокоенность, спросила у него Сумико.
— Думаешь, мне было до этого дело? — быстро проговорил он, — ошибаешься. Новые увлечения казались мне чем-то настолько важным и при этом невероятным, что на всё остальное мне уже стало плевать.
— А что же стало с твоим отцом? — с каждой минутой девушке было всё более и более некомфортно, ведь она уж точно никак не ожидал, что он решит настолько ей открыться.
— Моего отца досрочно выпустили из тюрьмы, право опеки надо мной у него никогда не забирали, а поэтому я вернулся в Токио и жил дальше вместе с ним. Какой же это был отвратный год, — оскалился он, — тюрьма изменила отца, сделав его холодным, чёрствым, безэмоциональным. Ни разу от него я не услышал ни слов поддержки, не заинтересованности в моей жизни, да ничего! — парень со всей силы ударил рукой по столу, чем привлёк к себе совсем не нужное для него внимание.
— Но ты ведь сказал, что вы вместе выпивали, — Сумико не повышала тон и общалась с ними спокойно, в надежде, что и он умерит свой пыл, — неужели вы это делали, когда ты был совсем юн?
— Нет, как раз в последний год, — и вновь он тяжело вздохнул, — только тогда я мог провести с ним время, как отец с сыном. Я всегда знал, что он любил выпить, но в прошлом году кое-что изменилось. Когда он выпивал раньше, до тюрьмы, то обычно почти что сразу шёл спать, но в последнее время его поведение изменилось. Весь последний год, когда бы он не притрагивался к бутылке, он тут же становился старым собой — мягким, чувствительным, любящим отцом. Вся его суровость, возникшая за время, проведённое в тюрьме, сразу же испарялась, и только тогда я мог по-настоящему наслаждаться общением с ним, — и тут уже Минору стал говорить гораздо спокойнее, но вдруг осознал кое-что, — слушай, Сумико, ты меня прости.
— Извиняешься? За что? — она правда его сейчас не понимала.
— За то, что нагрузил тебя лишней информацией. Едва ли тебе было интересно слушать моё нытьё, — и опять парень вздохнул.
— Да, было! — она вдруг, оперевшись руками на стол, приблизилась к нему, чтобы тот увидел всю её решимость, — да и никакое это не нытьё! И вообще, мне даже приятно стало. — и всё же она, явно успокоившись, сильно засмущалась.
— Приятно? От того, что я показал свою слабость перед тобой? — он уже разочарованно начал опускать свою голову, как вдруг услышал её ответ.
— Ещё никогда никто ни был со мной так искренен, как ты, Минору, — Сумико смогла захватить его внимание, — знаешь, у меня ведь никогда не было друзей. Причина тому проста — кто будет общаться с самой настоящей ботаншей, которая ничего кроме школьной программы и не знает. Поэтому не стоит удивляться тому, что я так рада была услышать твой рассказ, который хоть и был тяжёлым, но зато есть ощущение, словно тебе от того, что ты со мной всем этим поделился, стало гораздо легче на душе. Ты не проявил свою слабость, не ныл передо мной, но был искренен, был честен, и от подобных твоих действий мне уже стало казаться, что и я могу тебе о многом рассказать.
— Так ведь и у меня уже много-много лет не было друзей, — неловко улыбнулся он, — поэтому ты стала первой, с кем я говорил на эту тему. Знаешь, общаясь с тобой, я начинаю вспоминать, а точнее осознавать то, насколько реально общение может быть прекрасным. Я с удовольствием послушаю твою историю.
— Мне как-то даже неудобно, — только она начала в себе сомневаться, как вдруг Минору кивнул, тем самым ещё раз подтвердив, что готов её выслушать, — хорошо, я попробую тебе рассказать. Как я уже сказала, мои родители обычно работали допоздна, ведь зарплата была низкая, условия работы тяжёлые, а чтобы получать хоть сколько-нибудь на нормальную жизнь, нужно было работать сверх всех возможных сроков. В детстве об этом я, конечно, не знала. Я была самой обычной девушкой, игравшей в куклы, смотрящей телевизор, гуляющей во дворе. У меня были какие-то подруги, но это было так давно, что едва ли может считаться за нормальную дружбу. И кстати, в детстве мне почему-то очень нравились принцессы. Возможно по той причине, что я всегда завидовала им. Да, я, ещё совсем маленькая девочка, завидовала принцессам, ведь они были такими красивыми, богатыми, успешными, весёлыми, а я всего этого была лишена. Когда я стала учиться в младших классах и уже хоть немного повзрослела, то стала наконец видеть всю ситуацию в семье. Тогда я поняла, насколько трудно живётся моим родителям, хотя раньше об этом даже и не задумывалась. И это стало причиной моих изменений. Я для себя осознала, что моим главным долгом является помощь родителям. Мне пришлось забыть про все свои интересы, покинуть клуб, в котором я был, перестать хоть сколько-либо контактировать с одноклассниками — всё, что я тогда делала — училась. Я училась всё своё свободное время, ведь только так мне казалось, что я смогу им помочь. Со временем это дало свои результаты. Да, моя социальная жизнь была на нуле, зато оценки были идеальны. Потом же меня стали приглашать на олимпиады, за победы в которых мне давали деньги. А далее же мне пришлось участвовать в самых разных научных экспериментах, а точнее проводить их самой, ведь некие способности у меня всё же были, поэтому за парочку своих незначительных научных открытий мне опять же заплатили. Одной из причин, по которой я так усердно училась, является ещё и то, что я никак не могла допустить, чтобы родители платили за моё обучение. Но, как ты понимаешь, всего этого было недостаточно. Тех денег, которые я получала, не хватало даже для того, чтобы выплатить долги, в которые они ввязались. Но постоянно я себя утешала тем, что всего через несколько лет, когда я закончу высшее учебное заведение, я смогу получать столько денег, что они не только навсегда забудут о бедности, но и не будут вынуждены работать. И всё же на моей жизни всё это никак не могло не сказаться в плохом ключе. Всё-таки я совсем о себе не думала всё это время. Мои проблемы со зрением появились как раз из-за того, что я вечно сидела за книгами, учебниками, тетрадями. Но и в целом моё здоровье было подпорчено из-за этого. Кроме того, не только друзей у меня совсем не было, но и вообще каких-либо увлечений. Всё, что я делала — училась, не более. Поэтому я совсем ничего по сути о реальном мире и не знаю. Ну и за внешностью своей я тоже не следила. Пока трудно сказать, приведут ли мои старания к чему-либо, но я хочу на это надеяться.
— Постой, можно я тебя прерву? — вдруг обратился к ней Минору.
— Да, конечно? — сильно сомневаясь, ответила она.
— Мне кажется, что я только что понял одну вещь. Помнишь, что ты сильно удивлялась своему внешнему виду в этом мире, — девушка кивнула, — а теперь подумай, каким он ещё мог быть, если в детстве ты увлекалась принцессами, а после этого совсем ничем не интересовалась, не думала о внешности и так далее? — и вдруг её осенило.
— А ведь ты прав, — с шокированными глазами ответила она, — мне кажется, что в детстве примерно о таком облике я и мечтала. Чёрт, ну почему моя пустая голова за все эти годы не могла придумать мне образ получше?
— А мне кажется, что ты очень даже мило выглядишь, — улыбнулся он, смотря на неё.
— Минору, замолчи, — а девушка же сильно покраснела, — не превращай всё это в романтическую комедию!
— Но я и не собирался, — мгновенно прозвучал ответ, — просто мне хотелось высказать своё честное мнение, ведь это — именно то, о чём я и думал. И всё же мне бы хотелось кое-что тебе сказать. Пусть ты, по твоим словам, не следила за внешностью, но всё равно выглядела хорошо все эти годы. Да, с общением у тебя были проблемы, что доказывают наши с тобой вечные ссоры, но ничего, всегда всё можно исправить. Гораздо важнее, как мне кажется, то, что ты не свернула с того пути, который выбрала себе много лет назад. Это доказывает, что ты сильна духом, ведь даже несмотря на все трудности, ты не сдалась, продолжая верить в то, что сможешь исполнить свою мечту и помочь родителям. Знаешь, твоя история удивительна, ведь она не только позволила мне гораздо лучше тебя понять, но и смогла меня вдохновить. Я не шучу, реально вдохновить. А как могло быть иначе, если передо мной сейчас находится самый наглядный пример настоящего упорства и трудолюбия. Начиная с этого дня, я буду смотреть на тебя иначе, ведь теперь я стал тебя уважать.
— Всё, Минору, ты меня засмущал, — она отмахнулась от него рукой, — ты произнёс слишком много похвалы, которой я не заслуживала.
— Ещё как заслуживала, ведь иначе я не стал бы тебе это говорить, — парень улыбался, понимая, что всё же смог с ней подружиться, — и давай возьмём за правило — говорить друг с другом только искренно.
— Ну, ты прав, ведь так и должны делать друзьям, да? — смущённо ответила она.
— А мне откуда знать? У меня ведь не было друзей, — рассмеялся он во весь голос.
— Так и я тоже не знаю! — теперь уже Сумико слегка ударила по столу, в порыве шуточной агрессии.
— Значит для нашей дружбы это будет необходимым правилом. И какая нам тогда разница, что делают другие? — и конкретно эта его фраза заставила девушку немного иначе посмотреть на него, ведь в одной лишь этой фразе было столько решимости, независимости и свободы, что никак не могло оставить её равнодушной.
— Да, ведь такой будет наша дружба! — наконец она широко и ярко улыбнулась, ведь понимала, насколько этот момент для неё важен, только вот момент этот, к сожалению, был слегка испорчен.
— Говоришь как персонаж из «Хвоста феи» — усмехнулся он.
— Опять твои шуточки и отсылки! — а теперь же она правда рассердилась.
— Да, ведь это тоже будет являться частью нашего с тобой общения. Ну а теперь, пора наконец приступить к выпивке!
— Но наша еда ведь уже остыла? — нервно спросила Сумико.
— Ничего, закажем новую! — энергично ответил ей Минору.
Так они и провели пол ночи в этой харчевне, разговаривая и выпивая, закусывая довольно вкусной едой. Первый опыт опробования алкоголя оказался для девушки интересным, хоть много она решила и не выпивать, в отличие от парня, который наоборот возможно даже перебрал. Так или иначе, время они провели отлично, и эта ночь позволила им наконец сблизиться и понять друг друга. Вопрос был лишь в том, что им делать дальше.
