King of Silla

Через некоторе время на улице стемнело и Хосок попрощался с Чимином, долго обнимая друга. Они делились историями весь вечер, впечатлённо обсуждая чужую жизнь. Часы шли, прогоняя усталость после работы. Чон и вправду развеселил Пака, хотя виду не подавал. Чимин чах и чах за два года, лишь работал без одиного выходного. Любые отговорки от работы воспринимались не в свою пользу, думая о правильности распределения времени. Дворец вымотал, накрутил душу на барабан, что безостановочно вращается. Его душа плачет, хотя тело спокойно принимает все стрелы в спину. Эти стрелы летят каждый день, точечно попадая в цель. Нет ни единого места в его сердце, которое бы не болело, оно сдается, но мозг запрещает, говорит бороться до последнего стука. Пак Чимин лекарь, но о своём здоровьи не печется, лишь калечит. Он словно актер, что играет роль, пытаясь изобразить другую личность. Эта история останется в воспоминаниях, когда мир узнает настоящего и искреннего Чимина. Он решил прилечь, но на глаза попалась шкатулка черного цвета, обшита золотистыми нитями по бокам. Интерес возрос и тот направился открыть подарок. Первым делом, Пак подумал, что это сувенир из севера, но когда Хосок поведал, что это ручная работа, то он воспринял сюрприз более значимым, чем обычная безделушка, что покупалась на рынке. Открыв, Чимин чуть ли не потерял дар речи, ведь узнал человека, нарисованного на небольшом толстом листе. — Юнги… Пак Чимин прикрыл глаза и глубоко вдохнул. Его легкие наполнились черной гарью и дышать становилось невыносимо. До чего дурной тон имеет Чон, раз притащил такую ужасную вещь с собой, так еще и настолько реалистично нарисованную. Его друг имел большой талант к рисованию, поэтому Пак мысленно поблагодарил его за старания. Он еще раз взглянул на Юнги и коснулся кончиком указательного пальца к бумаге. Чимин так и просидел всю ночь, смотря на рисунок человека, которого так и не смог выбросить из половинчатого сердца.

***

Раннее утро будоражило от холода, что доводил до мурашек по телу. Роса скатывается по листьям вниз и падает на землю, смачивая и от того влажный покров. Лёгкий ветер окутывает своими объятиями два тела, которые отправились за приключениями. Солнце лишь немного выглядывает из-за горизонта, освещая ледяную воду. Чудесное утро проснулось позже Чонгука и Тэхёна, которые еще с темноты отправились в путешествие к морю. Недавно шёл дождь, поэтому воздух еще не успел прогреться и парни оделись потеплее, намереваясь провести весь день вдоём, без лишних глаз и ртов. Они давно никуда не выбирались погулять, ведь Чонгук готовится к принятию трона и завален работой и обучением, а Тэхён под присмотром короля, под быструю диктовку штампует новые законы и наказы. Король хочет передать трон в прилежном виде, без войны и прочих проблем, которые придется разгребать новому правителю. — Тэхён-а, ты взял мою любимую удочку? — Да, а так же донку. Чонгук начал смеяться от выражения лица Тэхёна в тот момент, когда он показывал свой большой запас вещей. Он рылся в своей тряпочной сумке, достав удочку Чона и сделал наиболее дурное лицо, что когда-либо могло видеть человечество. Ким прищурил глаза и открыл рот, показав зубы и сморщив нос. Это знатно веселило принца и он смеялся от души, весело похлопывая в ладошки. Чонгук счастлив от мысли о чудесном времяпровождении с этим открытым и уютным человеком. Он не хочет менять своё окружение, лишь дальше углубляться в свои желания и мечтать о будущем. Парни скакали на лошадях всю дорогу до моря, наконец прибыв к песку. Горизонт засвечивали блики на волнах, что отсвечивали встающее солнце. Разложившись у одной из скал, которая располагалась вглубь моря, давая возможность быть ближе к водной пучине. — Мне вот интересно, а как мы с тобой будем жить вместе, когда ты станешь королём? — задал терзающий долгий период вопрос Тэхён. — Я буду сбегать к тебе, как только ты пожелаешь того. Для меня ты важнее всякого там поста. Ведь я не вижу смысла от владения миром без твоего присутствия рядом, — улыбаясь, ответил Чонгук. — Это мило, ты в целом милый и красивый человек, поэтому мне с тобой так уютно. — Я рад слышать о себе хорошую оценку от тебя. Моя жизнь раньше была серой и не интересной, я коротал время, забываясь о том, кто я есть на самом деле. Сейчас мне 20 лет и я, наконец, осознал смысл бытия. Благодаря тебе. — Айщщщ, — Тэхён, засмущавшись, льнул к концу скалы и набрал в ладони воды, брызнув в собеседника капли. Они начали дурачиться, обливая друг друга ледяной водой, что не прогревается так быстро, как летом. Смеялись и обзывали друг друга дурными прозвищами, совсем не пытаясь задеть и обидеть. Опасные игры возле глубокого моря прекратились как только Тэхён поскользнулся на влажной поверхности камня и упал в море. — Давай руку, я помогу тебе подняться, — ухмыляясь, сказал Чон. Так как между скалой и водой практически не было разницы в уровне, то можно было без проблем залазить на скалу со стороны воды. Ким начал игру в недотрогу и отплыл чуть дальше, приглашая искупнуться младшего вместе с ним. Чон не имел сильного желая мочить одежду, поэтому вежливо отказал. — Я плавать не умею, — произнес Чонгук. — Меня не обманешь, дурачок! — отплыл еще дальше от камня. — Тебе лучше вылезать от туда и сушиться возле костра, я разожгу для тебя. — Хорошо, тогда помоги мне взобраться к тебе. Ким подплыл ближе, облизывая уже синие губы. Он не чувствовал дна, ведь глубина была приблизительно 5-6 метров, что доставляло особое наслаждение понимать свою зависимость от таких вещей, как лодка. Человек мелкая блоха во всей вселенной, которая вознесла свое эго до небес. Человеку нужна помощь в виде лодок для долгих заплывов на воде, ведь долго без помощи находиться на глубине нереально. При этом они называют себя хозяинами этого мира, думая, изобретив посреднические вещи, они сделают их неуязвимыми. — Тэхён-а, держи! — крикнул подплывающему парню Чон, подавая руку. Ким цепкой хваткой взялся за ладонь и обперевшись о камень под водой, взобрался наверх, немного счесав колено при посадке на твердое место. Он сразу приземлился спиной на поверхность и глупо улыбался, подрагивая от холода. Чонгук лишь помахал недовольно головой и похлопал того по груди, дабы он перестал вести себя по-детски. — Снимай верхнюю одежду, иначе простудишься, сейчас октябрь и можно заболеть. Чонгук так же снял с себя свою верхнюю одежду, отдавая ее старшему, оставшись лишь в тонком черном ханбоке. Они пошли к берегу, чтобы распались огонь. К счастью, по близости были сухие палки, которые были укрыты от дождя под огромным деревом. Они несколько минут разжигали костёр и, благодаря взявшим с собой предметам для разведения огня, справились с заданием. Ветер вздымал пламя в разные стороны, увеличивая его объёмы. Парни то и делали, что подкидывали дров в костёр, подлаживая рядом сушиться одежду. Огонь моментально прогрел воздух вокруг него и обогревал сразу двоих людей, что замёрзли у бушующего моря. — Ты знал что греет меня больше всего? — спросил Чон Чонгук. — Я? — Как банально, — ответил тот и получил легкий удар по спине. — А что тогда? — задался Ким. — Твое присутствие рядом со мной. Когда ты сидишь у костра, я чувствую твое тепло, а потом уже только огня. — Ты так красиво говоришь, у меня аж уши загорелись, это всё твои уроки речи перед передачей престола. — Я старательный ученик, хотя совсем не хочу учить всё это… Меня не интересуют трон и богатства семьи, я лишь хочу личного счастья и покоя. — А еще что ты хочешь? — подыгрывает Ким. — Например, сейчас я хочу пойти и порыбачить у моря, а после провести прекрасную ночь с тобой. — Это очень интересное желание. Если хочешь, то можешь пока начать без меня, я обсохну и присоединюсь. Чонгук взял с собой большую закрытую посудину с мелкой рыбой, которую они купили на рынке и в одиночку отправился к скале. Проверив прочность веревки из лошадиного волоса, он нацепил на крючок одну рыбину. Затем закинув подальше приманку, закрепил удочку на донке. Осенний утренний ветер прошивал насквозь тело и Чон скукожился, дабы подольше сохранить собственное тепло. Он уселся поудобнее, зацепив руки впереди коленей и покачивался туда сюда от скуки. Ведь человек, что его веселил, сейчас греется у костра, дабы не заработать сильную болезнь. Тэхён и Чонгук часто бывают у моря, дабы половить здешних водных жителей, они оба любят развивать свою терпеливость и выносливость в выжидании улова. Им повезло встретить друг друга, ведь каждый дополняет и насыщает очередной серый день красками, когда они не порознь. Мир становится красивее и лучше, когда они собираются на отдыхе провести день лишь играя и дурачась. Ким всегда строит рожицы, что не подобает его статусу придворного писаря, который должен иметь сдержанность в мимике. Ему 22, в этом году исполняется 23, но детство так и не покинуло голову. — Поймал! — крикнул во всю Чонгук, увидевший двигающуюся удочку, а затем потянул на себя, вытягивая небольшого кальмара. Он сложил кальмара в ведерочко рядом и приступил насаживать следующую рыбку на крючок, оживившись от быстрого улова. Улыбка засияла до ушей, а сердце постукивало быстрее, прям в такт бушующему водоёму. Он широко раскрыл глаза, осматривая добычу в ведерочке и ухмылился своей превосходной тактике в рыбалке. Хоть ее совсем не было, а быстрая ловля — удача, он хотел считать иначе. Через час Тэхён присоединился к посиделкам у волн, что ударяясь об скалу, разбрызгивают всё вокруг. Он завороженно смотрел на ведерко с 5 кальмарами и молниеносно достал из-за спины вторую удочку, так же закрепляя ее возле чонгуковой. — Я уже наловил 5 кальмаров всего лишь дешевой приманкой из рынка. — Это для тебя она дешевая приманка, Чонгуки, а для кого-то это большая роскошь и праздничный стол. — Ты же не из бедное семьи. — Да, но это не значит, что я не знаю как живут люди без работы и без возможности работать. — Я стану хорошим правителем и исправлю безработицу в стране, я буду стараться для народа. — Сначала тебе нужно будет разобраться с последствиями войны на севере страны, а затем приступать к общей картине, — поумничал Ким Тэхён. — Ты прав, нужно ценить то, что мы имеем. Солнце полностью встало и небо окрасилось в нежно-голубой цвет, сливаясь с белоснежными облаками. Ветер утихомирился и море стало штилем, позволяя рыбачить в тишине, без брызгов воды. Костёр затух, оставляя о былом тепле лишь воспоминания и разбросанный пепел по периметру. Одежда полностью высохла и Тэхён снова оделся в теплый толстый ханбок, отдавши Чонгуку его. Согревающие лучи спадали на загоревшие лица и одаряли поцелуями покрасневшие щеки. Тэхён так же словил несколько кальмаров, хвастаясь их величиной перед младшим, которому попадались лишь небольшие. Он вовлечено ловил добычу, совсем забывая о времени, которое молниеносно проходит в интересной компании. Их тайные встречи переросли в что-то ценное, сокровенное, чем нельзя делиться с кем-то еще. Они предпочитают проводить моменты наедине, впитывая каждое действия друг друга. Их присутствие похоже на лекарство, без которого жить невозможно, словно они больны и обязаны лечиться, видевшись с друг другом. Это лекарство сладко на вкус, поэтому они вовсе не против болеть заманчивой болезнью, поглощая этот вирус внутрь, заполняя им каждую клеточку тела. — Смотри, тянет! — воодушевленно крикнул Чонгук, указывая пальцем на удочку. — Вижу, — хватает Тэхён палку, с силой пытаясь вытащить новый улов. — Видимо, что-то большое, смотри не упусти, — каверзничает Чон. — Помоги, тяжелое. Чонгук встал возле Тэхёна и, положив свои ладони поверх второго, улыбнувшись, резко дернул удочку на себя, доставая большую рыбину. Они подставили еще одно ведерочко, запуская 7-ми килограммовую камбалу в собственную ловушку. — Вау, какая удача словить такую большую камбалу на мелководье, — удивился Тэхён. — Она разве не водится только на мелководье, я где-то читал, что это теплолюбивые рыбы, — вспоминал Чон. — Не умничай, — цокнул Ким, за что получил нежный поцелуй в лоб. — Сегодня это твой трофей, ведь я правда редко встречаю такую дорогую рыбу на рынках, в отличии от популярных кальмаров. Решив закончить посиделки у моря из-за надорванной под весом камбалы веревки, они посчитали улов. Удостоверившись, что утро закончилось удачно, предпочли переступить его, начиная этап второй половины дня.

***

Ночь наступила с восходом луны на вершину неба, открывая вид на сверкающие силлянские звёзды. В Это время прислуга приготовила ужин для двух рыбаков, что уставшие завалились спать, как только прибыли в столицу. Дорога вымотала не меньше рыболовли, поэтому Чон и Ким, посапывая друг другу в лицо, спали, набираясь сил для долгой ночи. Один закинул ногу на бедра второго, тот в свою очередь уложил руку на лицо, совсем не стесняясь своего веса. Чонгук часто занимается собой, поэтому сильно набрал вес. Ему нужно регулярно приводить тело в порядок, ведь постоянно надеяться на защиту стражи бессмысленно, ему нужно думать о своей безопастности и уметь драться. У него есть учитель лет 60-ти, который давно не той форме, что был в молодости и может лишь показать и рассказать, не участвуя в поединках с Чоном. Через приоткрытое окно слышно шорох прислуги со двора, которые стараются вести себя тише, зная об отдыхающих господов. Их попытки накрываются медным тазом в тот момент, когда один мальчик упустил только вымытую посудину на землю. Грохот от разбившихся осколков разбудил Чонгука, который имеет чуткий сон, в то время как старший дальше спит, не обращая внимания на происходящее с улицы. Он лишь громко вздохнул, переворачиваясь на другой бок, практически сваливаясь с кровати. Ничто и никто не выглядит так мило, как спящий Тэхён. Его лицо расслабленно, губы немного поджаты, а длинные ресницы спадают на худые щеки. Блестящие смоляные волосы растрепанно спадают на пол, протирая чистую поверхность. Чон прилег на бок, отперевшись локтем о мягкую подушку и положив на ладонь голову, рассматривал Кима со спины. — Ты ведь не спишь? — спросил Чонгук на ухо старшего. — Сплю. Чон посмеялся и укрыл его теплым одеялом с шелковым пододеяльником, чмокнув в макушку. Он медленно привстал, но кровать, как назло громко заскрипела. Чонгук, осознав ошибку, действовал проворнее и быстро соскочил с места, направившись к выходу из покоев. Мимолетно зыркнув на Ким Тэхёна, он убедился в безопасном положении сна и со спокойной душой открыл дверь на улицу. Парни арендовали здание, сделав из него уютный домик для ночлега, наняв прислугу, что следит за порядком. Они решили не покупать его, так как король контролирует все большие траты принца. Дом для тайных встреч и удобнее всего арендовать жилище, плативши небольшую сумму в месяц, что не так заметна при проверке расходов. — Все готово к ужину, подавать сейчас или попозже? — подошел слуга, увидев вышедшего господина. — Принесите всю еду к озерцу на территории, мы будем там трапезничать. Чонгук посмотрел на перемывающую посуду прислугу и заметил на себе пристальный взгляд одной молодой девушки. Она не стеснялась смотреть прямо в глаза, не отводила взор и прямо говорила о заинтересованности. Чон ранее её не замечал среди нанятых работников. Скорее всего это та новенькая, что подменяет заболевшего кухаря, — думал он. Черноволосая стройная девушка увидела, что ее старания заметили и направилась к господину. Встав прямиком впереди него, она подняла голову, ведь значительно ниже Чонгука. — Вы желаете поесть на траве или принести подстилку для защиты от холодной земли? — спросила девушка. — Принеси, когда еда будет принесена к озеру. — Я обязательно выполню Ваше поручение, мой господин, — откланялась и встряхнув волосами, повернулась и ушла в сторону остальной прислуги, виляя бедрами. Чон решил не обращать внимание на её странное поведение и вернулся в спальню будить сонного тигрёнка, что так любит мурлыкать на ухо красивые слова. Прикусив губу, Чонгук встал столбом перед картиной, заградившей ему дорогу. Тэхён практически влёгся на пол, отдыхая на холодных досках. Волосы взлохмачены после долгого сна, а одежда помялась от интересных поз. Его длинные пальцы оставили касание на краешку кровати, они последнее, что держало его на возвышенности. Остальное тело давно понизилось до уровня ножек ложа. — Тэхён-а, нам стоит поесть кальмаров, что ловили утром. — Я не голоден, — сквозь сон ответил тот. — А я голоден, я не про еду сейчас. Ким медленно приоткрыл глаза, словно их века весили по 10 килограмм. Он всосал слюну, что пускал на доски и вытер подбородок от вязкой жидкости, привставая на колени, а затем уселся в удобную позу лотоса. Его слипшиеся ресницы доставали до век, касаясь нежной кожи. Взгляд усталый и вымотанный за день, словно тот целые сутки тренировался, а не отдыхал у моря. — Ты заболел, Тэхён? — Нет, просто не выспался, предпочту выпить крепкий чай, а там, может, и аппетит появится. Они переглянулись и быстрым шагом пошли к озеру на территории их дома. Это маленький искусственный водоём, что создал хозяин. В нём можно плавать, но вода редко меняется, поэтому парни предпочитают отклонить подобные мысли. Их взор падает на красиво выставленные тарелки и чашки с чайничком. Расстановка напоминает дворцовую, где всё идеально подбирается по цвету и стилю. Тэхён присел на холодную землю, совсем не жалея дорогой одежды, на которой останутся пятна от земли. Деревья практически потеряли свою листву, оставив лишь несколько жёлтых, высохших листьев. Чонгук в свою очередь предпочел подождать девушку, которая должна принести покрывало, предложив притормозить Киму сесть на влажную землю. Но старший не желал тратить драгоценное время и приступил к трапезе. Он налил, на удивление, вкусный чай и выпил до дна. Ветки на деревьях и кустах пошатывались от легкого ветра, напоминая о середине осени. Дуновение воздуха уже не такое теплое, как было летом и Ким замерз буквально сразу, не давая Чону насладиться вечерним моментом у озера. Через пару минут питья напитка, пришла молодая девушка и сразу прибыла к себе внимание с обоих сторон. Парни удивились открытому жесту с её стороны. Девушка одела легкий розовый ханбок с прозрачными рукавами и прозрачным подолом, начиная от колен. В королевстве Силла такой наряд считается неподобающим для юной леди, ведь видны плечи и колени. — Ваше покрывало, господин, — преподнесла она вещь, опускаясь в поклоне, обнажая вид на неприкрытую грудь. Тэхён чуть было не поперхнулся чаем от вида бесстыжей прислуги. Он высоко поднял подбородок в знак недовольства над непристойной девчонкой. Кимовы глаза сузились, образовывая тонкие щелочки. Тщательное изучение обстановки переходит к красному цвету. Его гнев накаляется, чужой покой нарушен. С ушей, казалось, выливалась жгучая лава. Вывергала всю милость наружу, оставляя гнетущие мысли ревности. Его принца пытаются соблазнить? Почему это происходит у Тэхёна на глазах? Чонгук в свою очередь спокойно реагирует на открытый жест заигрываний и приглашает её отнести вещь в сторону Кима. Чон воспитан людьми, которые на грубые ответы били палкой по пальцам. Выдрессированный образ на любой недопонятый случай сдержанностью делает Чонгука принцом. Он великодушно говорит и вежливо отвечает на вопросы, поставленные дабы вывести из себя. Видя девушку, он осознает её нравы и не хочет тратить час на ругательства и выяснения ситуации. Чон хочет поскорее ее ухода из тихой гавани любви и наслаждаться алыми губами Кима на своих. Девушка хотела привлечь внимание статного парня, который завлек ее в дурманящие мысли с первого взгляда. Сердце переливало кровь быстрее, дыхание учащалось, а ноги не слушались, предательски тряслись от переживаний. Быть отверженной — ужасный опыт, которого юная леди боялась с самого детства. Она твердила родителям, что встретит мужчину, который будет её оберегать и сдувать пылинки с белоснежной кожи. Вот она стоит перед красивым парнем и влюбляется от его холодного, но в тоже время манящего взгляда. Девушка хотела поразить Чона своим нарядом, чтобы тот не забыл её вовек, ведь вряд ли в Силле будут девушки настолько отчаянные, не беря во счёт дом кисен. Там многие девушки готовы продать тело, дабы их приметили наследники знатных родов и забрали к себе в дом. — Девушка, тебе стоит оставить свои неумелые попытки, — начал разговор Тэхён. — О чём Вы, господин? — сделала невинное лицо она. — О твоём виде? Мы не нанимаем никого для развлечений, ищи полный мешок не здесь. — Господин, что Вы? Я лишь принесла покрывало, что мне и поручили. Выполняю долг здешней прислуги, — огрызалась она, мимолетно оглядываясь на Чона. — Тебе стоит уйти, у нас был важный разговор, — начал было Чонгук, как его перебил возмущающий Тэхён. — Да, не забывай своё место и ступай к себе, — настаивал Ким, — твои действия выводят меня из себя. С чего ты решила, что можешь вести себя неподобающе с нами? Я не вижу твоих манер! — во всю бесился он. — У тебя их тоже то не очень много, Тэхён, — спокойно ответил принц. Девушка стояла со стеклянными глазами, что наполнялись мелкими слезами. Ее грудь глубоко вздымалась, а ресницы часто подергивались, стараясь не моргнуть, ведь так одна слезинка капнет и потечет по щеке. — Я всё поняла, больше такого не повторю, — с дрожащим голосом произнесла она. Барышня развернулась и убежала прочь с глаз, растворяясь в воздухе. Бесшумно исчезла из поля видимости парней, оставив на неприятной ноте разговор. — За что ты так с девушкой? — спросил Чонгук. — Она открыто пыталась привлечь твоё внимание! — Но я не ведусь, мне нужен только ты. — Да? Тебе не понравилось как она прогибалась перед тобой? — О чём ты, ты намного лучше любых женщин прогибаешься, — вспоминал Чон их ночи. — Как тогда объяснить то, что ты ее защищаешь и поставил меня в неловкое положение! — злился Ким. Чонгук спокойно слушал все недовольства Тэхёна и присел на траву, осмотрев приготовленную еду. Аппетит пропал, как только начался неудачный конфликт. Его взгляд устремлён на агрессивно настроенного собеседника, что мысленно вгрызается в принца. Он так и думал, что день не может пройти идеально, без единого изъяна. — Послушай, нам нужно хорошо всё обдумать и понять, что ситуация глупая. Я понимаю твои чувства и не хочу ранить их, — глубоким голосом произнес Чон, подавая ладонь к напротив злющего парня. — Мне не нужна рука, которая принимает покрывала у женщин, что пытаются соблазнить моего парня. — Тэхён-а, она просто не знает, что я уже занят, что я люблю тебя. Ты оскорбляешь человека без причины на то. — Ее красота одурманила тебя, потянуло на женщин? Я уже не удовлетворяю, так? — Что ты несешь, ты единственный, кто заставляет мое сердце биться чаще, иначе зачем мне скрываться здесь, дабы быть с тобой рядом? — настаивал Чонгук. — Ты любишь только меня? — Да. — И никогда не бросишь? — Никогда не брошу тебя, ты моя половина, я не существую без второй части. Нет тебя — нет меня. Тэхён не смог сдержать улыбку и распластал её на всё лицо, довольно покачивая головой в неверии. И почему он так злился? Уже и не помнится. Потянувшись вперёд, грубо вцепился в одежду Чона, притягивая ближе к себе. Их тела соприкоснулись, сомкнулись воедино, словно и нет отдельных личностей. Они одно целое и разъедини ты — они рассыпятся на тысячу частиц. Словно высохший песок, что когда-то имел форму мокрой фигурки. Губы рефлекторно раскрылись, впуская язык внутрь, поглощая рты друг друга. Они целовались грубо и сильно, не жалея сил и энергии на любовные действия. Руки Чонгука лазили по спине старшего, будто выискивали дорогу, откровенно лапая. Он шумно и быстро дышал, не скрывая своего возбуждения. Тело издавало приятные импульсы, напоминая о желании большего еще с утра. — Думаю, стоит зайти внутрь, — предложил Ким.

***

— Твоё тело прекрасно, оно олицетворяет твою душу, — прошептал на ухо глубоким голосом Чон. От такого нависшего сверху Чонгука, Тэхён сглатывал слюну, что накапливается со скоростью света. Он не успевал отдышаться, как его снова накрывало новой волной чувств. Ким чувствует себя заложником этих отношений, от них не избавиться, не убежать, не скрыться, лишь плыть навстречу течению, утопая полностью. Тэхён голой грудью притулился к большой вздымающейся груди Чонгука. Их тела слипались от выступившего пота, издавая хлюпающий звук. Чон размашисто входил в зад старшего, терзая и от того уставшего парня. Он грубо и дерзко входил и выходил, скользя внутри него. Этот вид стонущего Кима заводил куда больше, чем поход к женщинам обученным для развлечения. Возбуждение накалялось до и после процесса поглощения горячих тел. Тэхён сминал простыни, пытаясь ухватиться хоть за что-то, зацепиться пальцами, дабы не упасть, быть в сознании весь процесс. Его губы приоткрыты, а глаза закатывались от наваждения. Стоны становились всё громче, слышнее на улицу. Парням не интересно мнение проснувшейся прислуги от глухого стука двигающейся кровати и громкого голоса Кима. Они полностью заняты собственным удовлетворением, что заполняло кровь любовью. Чонгук напряг мышцы, уперевшись кулаками об постель, что прогибалась под весом рук, оставляя вмятины. Он то и делал что вбивался в старшего, грубо вталкивая в еле держащую их кровать. Он издевался над партнером их сексуальным танцем, задавая быстрый темп движений. Решив поменять позу, Чонгук подхватил под бедра Кима, понёс его на стол, удобно разлаживая послушного парня. Ким, как примерный мальчик, увлеченно принял игру и расставляя широко ноги, принимал новую дозу удовольствия. — Я люблю, когда ты так делаешь, — прошипел Чон, поглаживая ладонью мокрые волосы Кима. — Делаю что? — Принимаешь меня. Чонгук, долго не думая, снова вошел в партера и задал темп быстрее предыдущего. Скорость нарастала с каждой минутой, а уже кричащий Тэхён откинул голову назад, практически вываливаясь с трусящегося стола. Он пытался примостить руки, хватаясь за воздух, лишь бы за что-то зацепиться. Чонгук увидев это действие, перевернул его тело, улаживая на живот. Схватив запястья Кима, он скрепил вместе его руки, заводя за спину. Держа запястья, он полностью упирался в Тэхёна, а тот в свою очередь удивился сковывающего себя Чонгуком. Ким поменявши позу, встал носочками на пол, еле доставая до деревянного паркета. Ему понравилось доминирование младшего над собой, поэтому принимал его решения, отдаваясь полностью и без сожалений. Одной рукой Чонгук сдерживал запястья, а вторую примостил у головы Тэхёна, собирая его волосы в хвост. Рвано дыша, они отдавались друг другу, соединяясь вместе. Младший громко насаживал на себя скребущего зубами о стол Кима, что пытался сдерживать по новому накатывающие стоны, дабы не раскрыть прикрытие любовников-мужчин. Чонгук в свою очередь не останавливался, продолжал долбиться, заставляя вырываться старшего от сильного давления. Он мстит за ночной скандал, долгим и страстным сексом, что длится уже 30 минут. Он загорелся и пылает весь его внутренний мир от вида голого тела под ним. Тэхён покрыт мелкими каплями, а его руки ужасно красиво смотрятся, скрестившись за спиной. Чон насупил брови, стараясь сконцентрироваться на окончании чудесного секса. Он запрокинул голову, отпуская Тэхёна. Старший заметил отстранение и повернул голову. С последними толчками, принц закончил прямо в дырку, прикрывая глаза от наслаждения. — Привстань, Тэхён, — наказным голосом сказал тот. Он послушался и слез со стола, придерживая еле стоящие ноги от грубого обращения с ними. Чонгук встал на колени, смотря снизу вверх на старшего. Выставив язык, он облизал головку его члена, затем начал плавно насаживать свой рот на стояк. Он входил все глубже и Тэхён не смог сдержать новую волну стонов, придерживаясь ладошками за края стола, дабы не упасть. — Боже, как хорошо, продолжай. Ему было невероятно приятно. Чонгуков взгляд, которым он смотрел снизу, прошивал насквозь до дрожи в руках. Чон обхватывал стенками рта член, сжимая внутри. Он причмокивая, впивался в выпуклость и глубоко брал, не стесняясь заглатывал. Тэхён, не пытаясь растянуть мимолетные моменты, излился ему в рот. Принц принял дозу белой жидкости и довольный поцеловал Кима. — Я люблю тебя, — сказал старший. — Я тебя тоже.