Глаза с разводами бензина

— Ты всё ещё надеешься, что во мне проснётся талант к преподаванию? — вопросительно изогнув бровь, Кира сложила руки на груди. Они уже четыре дня бьются над первым куплетом и ничего, абсолютно. Тимур, конечно, старается, но произношение всё равно было, мягко говоря, корявым и резало девушке слух. Она старалась не подавать виду, но мужчина всё равно замечал, как уголки её губ брезгливо дергались, стоило ему только заговорить на корейском. — А ты всё ещё не веришь, что из этого может что-то выйти, — констатировал очевидный факт он. На это Родригез лишь тихо фыркнула и вновь схватив лист, исписанный непонятными для незнающего человека символами, пробежалась по нему глазами. Она все силы бросила на превращение русского Зайца в корейского, но не получалось. Брюнетка злилась, но попытки не оставляла, каждый раз ломая голову, как бы попонятнее объяснить Тимуру, что этот символ колоссально отличается от предыдущего. От транскрипции он принципиально отказался, сославшись на то, что на русском прочитать это в несколько раз сложнее. Кира, конечно, попыталась его переубедить, но не получилось. — Верю, но отсутствие хоть какого-то результата заставляет мою веру потихоньку угасать, — вновь кинув листок на захламлённый стол, призналась она и опрокинув голову на спинку дивана, закрыла глаза. Кто бы знал, как Родригез устала от всей этой беготни: сон, репетиции, занятия с Тимуром, и так по кругу вот уже практически неделю. Зачастую, девушка даже поесть нормально не успевала, закидываясь в коротких перерывах между масками какими-то батончиками, запасы которых скоро должны были иссякнуть. Ей хотелось просто опустить руки, бросить всё на пол пути, закрыться в своей комнате, лечь спать и желательно больше никогда не проснуться. Но она не могла, ведь обещала маме никогда не сдаваться, доводить всё то, за что взялась, до конца. А это обещание она сдержит, не смотря ни на что. — Ладно, не важно. Давай ещё раз, — отставив непрошенную усталость, Кира вновь взяла листок с иероглифами. Вынеся каждый знак, она более попыталась более разборчиво подписать их произношение. Почерк у неё был мелким и корявым, что ещё больше усложняло задачу, но она старалась писать, как можно понятнее, но не всегда получалось.       Закончив буквально через минут пять, Родригез передала листок в руки мужчины. Пробежавшись глазами по тексту, он попытался произнести первые четыре строчки. Произношение всё ещё было весьма корявым, но по сравнению с предыдущими попытками - неплохим. Такой быстрый прогресс не мог не придать им сил и уверенности в данной затее, поэтому они продолжили попытки. Где-то через час, Тимур уже неплохо мог зачитать первый куплет на корейском. Да, не PSY, конечно, но они и не стремились к такому результату. Было бы даже странно, если бы он смог это сделать. — Думаю, на сегодня стоит закончить, — когда на часах уже перевалило за десять, сказала Родригез. Прохрустев пальцами, она собрала все бумажки, которые в полном беспорядке валялись по всей кухне, в одну стопку и аккуратно отложив её на край стола, поднялась с дивана. Пройдя в коридор небольшой двухкомнатной квартиры, она сняла с крючка своё чёрное пальто и накинула его на себя. — Ты первая девушка, что так стремиться уйти из этой квартиры, — выходя из кухни, где они занимались, сказал Тимур. На это Кира лишь усмехнулась и развернувшись к нему лицом, хотела ответить каким-нибудь подколом, но не получилось. Мужчина, одетый в свою куртку, сбил её с толку своими следующими словами. — Я отвезу тебя. Мне как раз нужно в тот район, — обувая кипельно белые кроссовки, ответил он на немой вопрос, который был отчётливо виден в карих глазах девушки. — Что же Тимуру Батрутдинову нужно в Северном Измайлово? — с насмешкой поинтересовалась брюнетка. Конечно, это было не слишком тактично с её стороны, ведь мало ли какие у него могут быть дела, но она не удержалась. Уж больно ей было интересно, что такой популярной личности нужно в одном из самых криминальных районов Москвы. — К любовнице еду. Так что давай быстрее, — поторопил её он. Отрыв входную дверь, Кира вышла на лестничную площадку и засунув вмиг замёрзшие руки в карманы своего пальто, продолжила их маленькую игру, которая набирала всё большие обороты. — Там, что всё настолько плохо, что она не сможет немного подождать? — окинув его спину оценивающим взглядом, она решила позволить себе стащить у Зайца его культовую фразу, которая очень даже подходила для данной ситуации. — Оу май, не ожидала, — после этого она не сдержалась и тихо рассмеялась в ворот своего пальто.       Ситуация была комичной и какой-то неправильной, что ли. Они ведь практически незнакомые люди с приличной разницей в возрасте, а ведут себя как подростки в период полового созревания. Кира бы никогда в жизни не подумала, что сможет спокойно флиртовать со взрослым мужчиной, который в добавок ещё и является хорошим знакомым её отца. Всё это было слишком, но почему бы собственно и нет? Раз никто из них не хочет прерывать это маленькое представление, то нужно насладиться им сполна. — Хочешь проверить? — с невозмутимым лицом парировал мужчина, убирая ключи в карман куртки. Этот вопрос на секунду выбил девушку из колеи, но она же импровизатор, воспитанница самого Павла Волю у которого с данным жанром юмора никогда не было проблем. Да и к тому же, многие знали, что Родригез была острой на язык. Данную черту её характера можно было назвать издержкой профессии, ведь без умения быстро парировать любые шутки, нельзя выжить в коллективе, где кроме тебя нет ни одной девушки. — Прости, не сегодня. Мне уже в кроватку пора. Время-то сколько, — кинув короткий взгляд на несуществующие часы, она продолжила. — Целых десять минут одиннадцатого! Детское время закончилось, а мне только двадцать пять. Так что... — изобразить на лице искренне разочарование было легче лёгкого. Труднее оказалось как можно дольше удерживать эту эмоцию. С данной задачей девушка не справилась от слова совсем, ведь уже через пять секунд начала тихо посмеиваться, а потом и вовсе, не стесняясь того, что по закону шуметь было уже запрещено, заливисто рассмеялась. Тимур не мог не поддержать веселья девушки, поэтому из подъезда они выходили смеясь на всю улицу, совершенно не беспокоясь о мнении окружающих. Каждому из них в той или иной степени это нужно было. Просто пофлиртовать с кем-то с точной уверенностью в том, что в нечто большее это никогда не перерастёт.       Кира считала Тимура весьма интересным человеком. Он был интеллигентным, весёлым, умным, да и чего скрывать, она считала его весьма привлекательным. В общем, он был Зайцем рыцарем на белом коне, но девушка, к своему сожалению, смотрела на мир не сквозь розовые очки. Даже если бы у неё были какие-то чувства к этому человеку, то она бы заперла их на тысячу замков в самом дальнем уголке своего сердца. Родригез не хотела вновь влюбляться или даже просто симпатизировать кому-то. Брюнетка не хотела опять почувствовать ту боль, что она испытала от последних отношений.       Владислав Рамм был её первой серьёзной влюблённостью. Кира смутно помнила, как они познакомились, но вроде как, это произошло на одной из красных дорожек. Они были молодыми, безбашенными, популярными. Им не хотелось каких-то серьёзных связей, поэтому первое время пара просто развлекалась друг с другом. Их часто видели вместе на каких-то вечеринках селебрити, да и просто пьющими текилу в каком-нибудь популярном клубе.       Первые четыре месяца, СМИ покрывали их роман множеством различных домыслов, сплетен и интриг, а они ведь даже вместе на тот момент не были, но Рамм решил это исправить и, ровно через шесть месяцев после их знакомства, предложил девушке встречаться. Кира согласилась, думая, что статус их отношений ничего не поменяет - они так же будут просто развлекаться, практически ничего друг к другу не испытывая. Возможно, с его стороны ничего и не поменялось, но Родригез постепенно начала привыкать к его присутствию в своей жизни, а потом потихоньку влюбилась. Кира думала, что именно с этим человеком она сможет построить свою семью, прожить всю жизнь и умереть в счастливой старости, в окружении детей и внуков. Но не сложилось.       На втором году их отношений, Рамм начал резко отдаляться от неё. Сначала, девушка не придала этому значения, ведь была на одной из самых тяжёлых стадий зависимости, но после того, как она начала понемногу возвращать свою жизнь на круги своя, Кира смогла увидеть картину целиком: он не писал, не звонил, не приезжал так часто, как делал это раньше. Первое время, она списывала это на то, что у него много работы, ведь уход из бойс бенда сильно подкосил его репутацию, но в один день, это были заключительные съёмки четвертого сезона "Импровизации", ей на телефон пришло смс: "Мы не сможем больше быть вместе. Прости". Он бросил её по телефону, видимо даже не найдя смелости сказать ей это в лицо. Родригез отчётливо помнила звук, с каким телефон, из её трясущихся рук, упал на бетонный пол. Первые несколько секунд она просто не могла поверить в прочитанное, но потом наступила стадия принятия.       Истерика случилась прямо на съёмочной площадке. Девушка просто забилась в угол павильона для шокеров и рыдала, смеялась, а потом снова рыдала. Врачу даже пришлось вколоть ей чуть ли не слоновую дозу успокоительного. Оно подействовало практически сразу же и Кира уснула на коленях у Антона, который единственный не побоялся приблизиться к ней. Родригез до сих пор помнит, как он гладил её по волосам, тихо что-то шепча на ухо, но она не могла разобрать слов. Точнее, брюнетка даже не пыталась это сделать, ведь в голове крутились лишь те жалкие семь слов, которые она теперь не забудет никогда.

***

      Подъехав к дому Киры, Тимур аккуратно припарковался рядом с нужным подъездом и поставив машину на ручник, повернулся к сидящей рядом девушке. Она спала, прислонившись лбом к запотевшему стеклу автомобиля. Несколько прядей выпало из её пучка и неряшливо опустились ей на глаза, но она этого не замечала, продолжая тихо сопеть, иногда хмурясь во сне. Мужчина уже протянул руку, чтобы убрать их, но тут же отдернул себя. Они не слишком близки, чтобы он мог позволить себе столь интимный, по его мнению, жест. Да и даже если бы позволил, Родригез явно бы не обрадовалась такому резкому вмешательству в её личные границы, но Тимуру всё равно пришлось их нарушить, ведь по-другому брюнетка отказывалась просыпаться. Несильно потрепав её по плечу, он дождался пока она откроет глаза и сразу же убрал руку. — Спасибо, что подвёз, — потягиваясь, поблагодарила девушка. Комик на благодарность ничего не ответил, лишь улыбнулся и полез в телефон, чтобы ответить на сообщение Харламова.       Пока Кира отстёгивала ремень безопасности и завязывала размотавшийся клетчатый шарф, мужчина украдкой наблюдал за её действиями в зеркало заднего вида. Родригез-младшая казалась ему какой-то неестественно худой и от этого хрупкой, практически фарфоровой. Стоит только дотронуться, а она уже рассыплется на мелкие осколки. Правильные черты лица, передавшиеся ей от отца, были слишком резкими, но не отталкивающими, ведь они совершенно не портили её, делая внешность девушки ещё более утончённой и аристократичной.       Чёрные волосы были единственным выделяющимся пятном в её образе. Они играли на сильном контрасте с бледной, практически серой кожей, из-за чего, когда Тимур впервые за долгое время увидел Киру на съёмках юбилейного выпуска "Импровизации", ему показалось, что она светиться, как чёртов Каспер. Это выглядело жутко, но почему-то ей безумно шло.       Кира была не такой, как остальные девушки в шоу-бизнесе. Ей, как считал Тимур, были нужны не только дорогие подарки, поездки заграницу и громкие тусовки. По одному только усталому взгляду было понятно, что ей хочется заботы, долгих совместных прогулок по парку и просмотров сериалов за чашкой кофе. Как он недавно узнал от неё самой, Родригез просто с ума сходила от "Великолепного века". Странный выбор для её возраста, если честно, но она вообще была странной, что не могло не заинтересовывать. — Ещё раз спасибо и удачи тебе там, — её голос заставил комика вздрогнуть, ведь он настолько погрузился в свои мысли, что успел забыть о том, что предмет его размышлений всё ещё сидит рядом. Переведя на неё взгляд, Тимур уловил на губах девушки саркастичную ухмылку. Ну, конечно, как же он мог забыть "истинную" причину своей поездки на другой конец Москвы. — Удача мне не понадобиться, — Родригез уже было хотела сморозить что-то о пруфах, но он опять опередил её. Что за дурная привычка? — Тебе придётся поверить мне на слово, ребёнок, — с ребёнком он, конечно, загнул, но несмотря на это, Кира всё равно задиристо подмигнула мужчине и тихо открыв дверь, покинула машину. Завтра съёмки нового выпуска "Маски", а она обещала Александру шутки. Надо бы подготовиться, а то Заяц что-то вообще не выполняет свою роль в их симбиотических отношениях. Хотя, Песец тоже не пример для подражания, ведь обещанная морковка всё ещё лежит у неё в холодильнике, а не в гримёрке у ушастого.