Об экспериментах, призраках и профессиональном риске в работе старосты

С Малфоем общаться оказалось проще, чем Гермиона думала раньше. Все-таки повзрослел и поумнел за последний год. Он пожаловался, что накопилась целая гора домашней работы, и Гермиона предложила объединить усилия. И неожиданно у них получилось. Под его скорость чтения почти не нужно было подстраиваться. Гермиона просматривала самые важные моменты текста, пока он дочитывал последние строчки на странице. Не приходилось ждать по несколько минут, как с Роном или Гарри. Соображал Малфой быстро, если чего-то не знал, объяснения слушал спокойно, если чего-то не знала Гермиона, то рассказывал без издевки. К обеду в ее списке несделанных работ осталось всего несколько пунктов из полудюжины, а ведь только суббота! Гермиона поймала себя на неприглядной мысли о том, что отсутствие старшекурсников в библиотеке – большая удача, и сплетни об их с Малфоем мирном общении не пойдут гулять по Хогвартсу. Она понимала, что со временем пересудов не избежать, но когда это еще будет… На обед она шла в спокойном и радостном настроении. Малфой пожелал ей хорошего дня и ушел за слизеринский стол к своим приятелям, а она присоединилась к друзьям, заняв место между Роном и Джинни. Все шло своим чередом. Болтовня обо всем и ни о чем, квиддичная аналитика, которую Гермиона привычно пропустила мимо ушей, возмущения Рона на тему злобствующего Снейпа и свитка эссе в ярд длинной. Гермиона никогда не понимала этих страданий по поводу объема работ. И не только потому что любила учиться. Стандартный лист бумаги имеет длину порядка тридцати сантиметров, то есть, фута. Эссе на полтора фута – полторы страницы текста. Ярд – три листа, исписанных с одной стороны. Три листа о щитах на жилых помещениях – да это капля в море на фоне тех томов, что изданы на эту тему! Летом Гермиона занималась вопросом защиты дома родителей, и теперь особенно не понимала недовольства Рона. Каждый тип строительного материала, креплений или замков требовал своих чар: стекла не должны поранить осколками жильцов, если даже защиту с них снесет, при обработке двери нужно учитывать породу дерева и материал задвижки или цепочки. Если на дубовую дверь и стальной шпингалет наложить одни и те же чары, то на металле они могут даже вызывать коррозию… Гермиона этими вопросами изрядно помотала нервы летом Тонкс, Сириусу, Грюму, даже Снейпу. Тот предложил стереть упрямым маглам память и выслать их куда-нибудь в Австралию, и Грейнджер сперва обиделась, а потом признала, что в этой идее есть рациональное зерно. Только предпочла оставить вариант на крайний случай. Отношения с родителями были больной темой. Мама с папой считали, что, когда Гермиона вырастет и закончит учебу, она станет «нормальной». Они думали, магия – это как подростковые прыщи. Соблюдай диету, умывайся с пенкой, мажь лицо лосьончиком и жди. Вот и они ждали. Косой переулок, Гринготтс, ее демонстрации чар в снятой в «Дырявом котле» на час комнате, зелья, которые она покупала в аптеке или варила сама на кухне – все это воспринималось, словно аттракцион, будто понарошку. И опасность, которая возникла в магическом мире, казалась им выдумкой. Сколько Гермионе пришлось нудить и скандалить, чтобы убедить родителей носить кое-какие артефакты и аварийные порт-ключи… Это был не идеальный вариант, но хотя бы что-то. Опять же, помог ей с этим смириться Снейп. Да, он был желчным и неприятным человеком, и, очевидно, сам не преуспевал в построении межличностных отношений. Но когда Гермиона на кухне дома на площади Гриммо в очередной раз в красках пересказывала Джинни и Тонкс свою недавнюю перебранку с родителями, он сказал: «Что за невыносимая манера всех поучать и спасать? Вы их предупредили? Вот и ладно. Судя по тому, что вы как-то справляетесь с учебой, а они работают, в вашей семье нет умственно отсталых». Гермиона мысленно возмутилась черствости профессора, но все же воспользовалась его советом. После обеда Джинни предложила пойти погулять к Черному озеру, а Гарри добавил, что неплохо бы сходить в гости к Хагриду. Гермиона, пользуясь положением старосты, заглянула на кухню и взяла пакет нормальных кексов с изюмом. Конечно, в выпечке Хагрида была своя прелесть, ведь мало у кого на столе есть снаряды для метательного оружия, но оставить в этих изделиях половину зубного ряда очень не хотелось. Рон притащил старый квоффл из сарая с инвентарем. Мяч уже не летал и был порядком потрепан, да и тяжеловат, но Гарри предложил поиграть во что-нибудь на земле, раз уж Гермиона так не любит метлы, а Дин и Симус как раз проходили мимо. Футбол трое на трое оказался очень увлекательным занятием. Мантии сброшены, рукава рубашек по теплой погоде закатаны до локтя, Гермиона, как когда-то в начальной школе, стоит на воротах. Рон, конечно, кривился поначалу, что без метел неинтересно и слишком легко, но потом втянулся в процесс, а Джинни – азартная во всем, за что бралась – с первой секунды играла в полную силу. Дин, Гарри и Гермиона – «Команда маглов», как сказал Томас, разгромила «магов» всухую со счетом 4-0. После этого состав перетасовали, и она играла уже вместе с Уизли. Рон еще раз подтвердил, что он прирожденный вратарь, потому что в нападении от него большого толку не было никакого. В третий раз они с Джинни были в команде с Дином. В итоге ее команда одержала две победы из трех. Отмывая ладони под струйкой воды от Агуаменти из палочки Симуса, Гермиона заметила Малфоя. Он сидел на стволе старой ивы, склонившейся к воде, с Забини и старшей Гринграсс. Наверное, слизеринцы, как и Рон, считали эту игру слишком примитивной и легкой. Ну и пусть. Вот что Гермионе всегда нравилось в доме Хагрида – это чай. Лесничий сам собирал и сушил травы и своим нечеловеческим в прямом смысле слова чутьем подбирал правильные пропорции. Пар от чашки пах летним лугом и медом, августом вдали от городской пыли суеты, свободой и покоем. Ужинать не хотелось, после хагридова чай школьный казался просто отваром из прутьев веника, и Гермиона просто стащила пару булочек с подноса. На вечер у нее в планах был не дочитанный вчера детектив и общество Живоглота. Нет, Гермиона любила своих друзей и общение, но иногда даже от самых приятных людей и занятий устаешь. После всех долгих разговоров и праздников ей всегда хотелось помолчать и побыть наедине с собой хоть немного. Тем более, что субботний обход, как поняла уже Гермиона, будет неспокойным.