Об экспериментах, призраках и профессиональном риске в работе старосты

С тех пор, как арестовали отца, Драко стал замечать, что нервничает, когда все идет слишком гладко. Если ты уверен, что все будет хорошо, подумай, где же подвох. Вот твой отец – влиятельный человек, чиновник в отставке, бизнесмен и финансист. А ты наследник огромного состояния, перед которым открыты все дороги. И ничего плохого не случится. У отца начались странные отлучки, он стал молчалив и сдержан – значит, готовится к чему-то важному, что принесет Малфоям еще больше денег, влияния и славы. Драко понимал теперь, каким слепым дураком был до неполных шестнадцати лет. Отец все решит, отец все может, отец всегда прав… Отец за решеткой, и не так уж прав, как казалось Драко. И больше никакой широкой спины, за которую можно спрятаться. И Драко теперь за главного, и за маму тревожно. Адвокаты, которые обещают освобождение под залог, требуют гонораров и блеют что-то невнятное в зале суда. Совместный с матерью осмотр дома на предмет совсем уж незаконных темных артефактов и запрещенных книг и обыск, при котором находится всякое-разное, что потянет на штраф в пять сотен галеонов. Контрольная, к которой вроде бы готов и уверен во всех ответах, но вот не замечаешь маленькой оговорки в последней задаче или натыкаешься на руническое сочетание, которое является исключением. Раньше его такие вещи не волновали. Потому что был на свободе отец, который решит все проблемы. И учился Драко раньше не для того, чтобы пробиваться в жизни за счет диплома, а чтобы порадовать родителей. А теперь решать проблемы семьи надо как-то самому. Маму бы отправить на континент, у них там есть маленький домик, он под Фиделиусом, и Драко хранитель тайны. Удачно получилось, что летом после четвертого курса отец объяснял ему про этот ритуал, вот и поэкспериментировали немного. Но мама упорствует. Собирает отцу посылки, занимается какой-то благотворительностью от имени семьи. Она словно бы не боится. Чего не скажешь о Драко. Тетка Белла вышла из Азкабана, что не удивительно, совсем не такой, как на свадебном фото родителей. Дело было не во внешности, хоть она и отталкивала. Поступки тетки его пугали. Когда на чемпионате по квиддичу подвесили в воздухе маглов, Драко было неприятно, особенно, что так обошлись с женщиной. Грубое и вульгарное развлечение, а Драко думал раньше, что Пожиратели Смерти – это сдержанные и благородные борцы за устои. Мужа той маглы было как-то менее жалко, а если представить на его месте Поттера, то становилось даже забавно. Однако, как-то недостойно это было и мелко. А вот явившаяся в мэнор тетка вызывала отвращение. И дело было не только и не столько во внешности, сколько в ее агрессивном поведении. Домовик Тибби подал чай, в меру горячий, как и всегда, но тетка в застенках отвыкла от напитков правильной температуры, и приложила бедолагу слабым режущим, отхватив кончик уха. Кусочек плоти упал на ковер, брызнула алая кровь, Тибби тонко взвизгнул и с хлопком исчез. У Драко внутри все похолодело. Он видел, как ребята в школе делали разные неприятные вещи, но никогда сам не опускался до мучений животных или магических существ. Это было противно. Драко не Поттер, чтобы кидаться на всех подряд с кулаками или палочкой наперевес, но он пытался найти слова и пошутить так, чтобы отвлечь внимание от жертвы. А если не получалось, то Драко предпочитал уйти и забыть. В его уютном мирке не было места отрыванию крылышек пикси. Мама сказала тетке, что калечить прислугу в своем доме она не позволит, а кровь магических существ плохо поддается очищающим зельям. Драко видел, как сжимались ее пальцы на черенке ложки. Она была бледна и явно с трудом сдерживала гнев. А тетка просто перегнулась через подлокотник кресла и отвесила маме пощечину, запросто, как госпожа из старинных романов магловской горничной, и сказала: - Пока ты, дрянь, подбирала ковры к шторам или наоборот, я в Азкабане выпрашивала у тюремщиков старую мантию или лишнее одеяло, потому что вместо койки у меня был каменный выступ, и матрас на нем ни черта не грел. Ты меня поучать вздумала? Дом у нее, видите ли. А мой дом конфискован. Наш дом, родительский, помнишь его? Родители его завещали мне, но ты могла оспорить завещание, раз я была в Азкабане! Ты же не Андромеда, тебя прямым указанием наследства не лишали, а ты только забрала оставленную тебе шкатулку с побрякушками. И даже не боролась! Сидела тихо, не портила репутацию… Вот и сиди молча дальше! Драко не мог вымолвить ни слова. Его маму при нем оскорбили и ударили. И кто? Та самая тетушка, о которой рассказывали, как она отбывает наказание по недоказанным обвинениям. В рассказах родителей, особенно отца, Беллатрикс выступала чуть ли не мученицей. А папа сидел и молчал, глядя куда-то в пространство. Тогда Драко понял, что слова отца о том, что Пожиратели Смерти никогда не причиняли вреда чистокровным, если те не становились предателями крови, - полная чушь. И что правда жизни куда сложнее и неприятнее, чем сказки из его детства. Эссе по ЗОТИ о защите жилища он написал после обеда легко. Ярд? У него вышло полтора. И это он не указал ни одной фамильной наработки, а просто пробежался по основным защитам для конструкций и отводам глаз от территории, да мельком затронул Фиделиус. А потом Блейз позвал его гулять. Видимо, для моральной поддержки при общении с Гринграсс. Хотя какая из Драко поддержка... С девушками у Малфоя не особо ладилось. Пэнси с детства внушали, что самая успешная выпускница Хогвартса – та, которая после получения диплома раньше вышла замуж. Коренастая и курносая Милли была еще и скучной, кроме плюй-камней говорить с ней было не о чем, хотя играла она действительно хорошо. В Дафну был влюблен Блейз, а Трейси была до того похожа на Драко по характеру, что при длительном общении на нее хотелось наложить Петрификус и Силенцио. И вот Дафна и Блейз перешучиваются о чем-то и пускают блинчики по озерной воде, а Драко искоса посматривает на Грейнджер с компанией. Те тоже придаются простым магловским развлечениям, гоняя по траве мяч ногами. Грейнджер скрутила волосы в кривой пучок и сняла мантию, наверное, и щеки у нее раскраснелись, но с этой ивы не видно. А жаль. Болтовня Забини, партия в карты, ужин с тыквенной запеканкой, чтение квиддичной аналитики в своей комнате, пока остальные в гостиной наблюдают, как Милли учит малышню играть в плюй-камни. Драко в последнее время полюбил уединение, с ним приходили покой, чувство безопасности и силы на новые дела. Ближе к отбою он вышел в люди. Кто-то принес в гостиную радиоприемник, который теперь играл концерт танцевальной музыки. Трейси сидела в его любимом кресле напротив Нотта и делала вид, что читает журнал. Ее мантия была застегнута лишь на одну пуговицу на талии и открывала вид на стройные ноги в серых чулках. Скоро Трейси ее эффектно скинет, когда встанет за чаем или если кто-то пригласит ее на танец. Этот жест Трейси репетировала перед зеркалом и потом проверила на Драко. На его вкус было чуточку слишком. Впрочем, это же Девис. По радио играл какой-то фокстрот. Лучше бы Трейси поучилась прилично танцевать, чем напяливала магловские платья и туфли на такой шпильке, что непонятно, как она в них не падала. Малфой в очередной раз запустил руку в вазочку с конфетами, кивнул Блейзу и вышел из гостиной. Коридоры школы были гулки и почти пустынны. Вот хаффлпаффская парочка. Врут, что задержались в теплице, вот только шли они в противоположную от своей гостиной сторону. Минус десять баллов и проводить до двери. Везучие ребята. Через три минуты на лестнице Драко встретился со Снейпом. Рейвенкловец-шестикурсник на втором этаже. Вот тоже задержался в библиотеке, только и библиотека, и его гостиная в другом крыле. Минус десять баллов за топографический кретинизм и неумение врать. На лестнице Малфой столкнулся с гриффиндоркой курса со своего курса. Шла попить водички, то есть, тыквенного сока. Ага, а Драко, конечно, верит. Минус десять баллов. И теперь надо тащиться до гриффиндорской гостиной… Какая у студентов Хогвартса интересная личная жизнь. А у него то домашка, то патруль, то диспансеризация… Перед гриффиндорским портретом Малфой встретил Грейнджер, которая на ходу отчитывала какого-то второкурсника. - Добрый вечер! - Добрый… - Как улов? - Вот, пока один. И минус десять баллов своим же. - У меня четверо, и ни одно слизеринца. Тридцать баллов по сумме, Хаффлпаффу скидка – двое по цене одного. - Да тебе сегодня везет, коллега, - смеется Гренджер. - Давай дальше вместе? Что там осталось? Астрономическая башня, совятня… - Башня Рейвенкло еще, и Северная, и Южная. Ох, одни лестницы опять… - И восьмой этаж. Не желаете прогуляться, леди? Грейнджер опять рассмеялась и пошла с ним рядом. В Хогвартсе было спокойно. В Северной башне было слышно музыку, наверное, Трелони тоже слушала все тот же концерт. - О, да это же «Рио-Рита», - воскликнула Грейнджер. - Что, прости? - Эта музыка, она магловская, старая, еще довоенная. - Не знал. Я не очень разбираюсь в музыке. - Я тоже, просто как-то летом смотрели по телевизору какую-то документалку… Ты, наверное, не знаешь, что это, да? - Документалку не знаю, про телевизоры в курсе. Ну, не рассказывать же ей, что у Девис в каждой комнате по телевизору, а один и вовсе в половину стены. И что Драко на втором курсе спросил у Трейси, что это за штука самолет, которым она с родителями летала на Рождество на Карибы, а Трейси пообещала ему показать эту стальную птицу. И когда старшие Малфои отправились на какой-то прием, Драко бросил в камин щепотку летучего пороха и произнес: «Дом Белинды Девис». И как они звонили в службу доставки пиццы, и как Трейси ставила кассету с фильмом «Лучший стрелок»… Ему бы хотелось бывать у Девис чаще. Но он даже не решался спрашивать у родителей разрешения пойти в гости в дом, где живет магл. Грейнджер уважительно хмыкнула. - Документальный фильм. То есть, основанный на реальных фактах, исследованиях. Моя мама такое очень любит. - А ты? - Наверное, тоже. Я редко смотрю кино и телевизор, сам понимаешь. А еще я детективы люблю. - Я тоже, но только читать. Сама понимаешь, - Драко развел руками. - А у тебя есть любимый фильм? - Я видел совсем мало. Самый первый больше всего запомнился – «Лучший стрелок». А как насчет тебя? Ты же их видела явно больше. - А мне сто лет никто не задавал этот вопрос, - Грейнджер пожала плечами. – «Джейн Эйр», «Общество мертвых поэтов» и «Назад в будущее», наверное. Представляешь, со второго курса не была в кинотеатре… Это такое место… - Я знаю. Но ни разу не был. - А хотелось бы? Они шли по очередному коридору, пустому и гулкому. И эта тема разговора, и его тон – все было предельно непривычно. «Ну же, - подбодрил себя мысленно Драко, - Малфои с Гойлами и Крэббами никогда не роднились, тупоумием не страдают. Это же намек. Наверное. Впрочем, ответить надо четко, а то Грейнджер решит, что я мямля какой-то». - По правде сказать, да, - произнес он с тем спокойствием, которого не ощущал. - Но я не знаю, где это и как там себя полагается вести. Расскажешь? На следующей неделе выход в Хогсмид. Выпроводим эту ораву, затеряемся в толпе и пойдем к мадам Пэддифут. Она разрешает пользоваться своим камином всем совершеннолетним студентам. Выйдем в «Дырявом котле», а дальше уже ты выбираешь место. Драко с трудом сдерживал улыбку, глядя в растерянное лицо Грейнджер. Она на мгновение задумалась, а потом чуть вздернула подбородок и сказал: - Звучит, как довольно продуманный план. Я согласна, в следующую субботу мы пойдем в кино.