Психолог на удачу

      Прошло уже немного-немало час, за который девушка успела приготовить вкусную и сытную запеканку, Арсений с Тёмой распаковать новые игрушки, поиграть в них и наговорить вдоволь, а яркое солнце за окном смениться потухающим закатом. Из детской комнаты то и дело можно было слышать то заливистый смех ребёнка, то топот его маленьких детских ножек, то непонятные и непрерывные его разговоры со старшем. Ника, слыша всё это с нежностью и трепетом представляла, как же измениться их с Тёмой жизнь после этого. Как они расскажут Тёме, что его отец — это Арсений. Как однажды мальчик назовёт его папой, на что тот опешит и не веря своим ушам будет долго целовать и обнимать его и саму Нику. Как Арсений предложит им жить вместе и никогда не расставаться. Как они вместе с Тёмой будут ждать его с гастролей, а когда услышат открывающуюся входную дверь, бросятся к нему в объятия. Как им будет хорошо вместе и как они будут любить друг друга до чёртиков. НО вдруг Тёма не захочет называть Арсения папой? НО вдруг сама Ника не захочет это рассказывать ребёнку? НО вдруг Арсений не предложит им жить вместе? Вдруг у него кто-то есть? НО вдруг он не захочет променять свою спокойную и размеренную жизнь, наполненную красками, на простую семейную бытовуху? Кому это надо? А вдруг Ника не захочет, чтобы эта самая семейная бытовуха была рядом с Арсением? Может быть она его так и не простила, а это всё просто… привязанность? Неумение отпускать? Но почему всегда есть это «НО»? Почему всё так быстро разбивается о скалы бытия, когда ты смотришь правде в глаза через это самое «Но»? Вот и теперь девушка, постоянно витавшая в облаках, превращается в обычную домохозяйку у плиты, с ребёнком на руках. А что? Давайте смотреть правде в глаза? Кому нужна девушка с «прицепом»? Разве что только тому, кто этот «прицеп» на неё повесил… И то не факт.

***

Приготовленная запеканка была уже разложена по тарелкам, рядом с которыми лежали столовые приборы, осталось только пригласить к столу своих домочадцев, чем и решила заняться девушка. — Мальчики! Идите к столу. Кушать пора. — прикрикнула Ника, так чтобы её услышали, на что послышался только резкий удар двери о стену и нескончаемый топот, который постепенно нарастал всё больше и больше. — А я первый! — прикрикнул мальчик, обняв ногу своей матери и показывая язык Арсению. — А я и не сомневался, что ты будешь первым. Ты же чемпион?! — запыхавшись отвечал мужчина. — Так, это что ещё за гонки по дому? — проговорила девушка, на что мальчик отстранился от неё и, подойдя к Арсению, виновато опустил голову. — Ладно Тёма — он маленьких, ну ты-то куда, Арс? — спокойным, монотонным голосом говорила девушка. — Да ладно тебе, мы просто проголодались сильно. — улыбаясь говорил Арсений. — Так проголодались, что забыли самое главное? — проговорила девушка, на что получила вопросительный взгляд в свою сторону от обоих. — Гонщики вы мои, а руки за вас кто мыть будет? Живо в ванну! — и чуть помедлив и заметив, что Арсений остался на том же месте продолжила — Оба! Ну вот, когда все процедуры были закончены, они все вместе приступили к трапезе. Все, кроме Ники, та задумчиво стояла, облокотившись на кухонной гарнитур. — Мам, а ты почему не кушаешь? — отвлекаясь от своей еды проговорил мальчик. — Серьёзно, Ник, ты чего? — с такой же интонацией спросил её мужчина. — Да я не хочу. — Хм, а мне ты всегда говоришь, что нужно кушать, а то сил и энергии не будет. — задумчиво проговорил Тёма, надувая свою губки. Арсений, заметив задумчивый и невесёлых вид своей дамы, решил, что лучше перевести тему, а с этим разобраться чуть позже, без присутствия ребёнка. — Тём, не волнуйся мама покушает, но только позже. Я это проконтролирую, ты ведь мне веришь? — миловидно проговорил Арсений и получив одобрительный кивок от ребёнка, продолжил — а теперь, что? — правильно! — Когда я ем, я глух и нем! — на этих словах оба опустили свой взгляд в тарелки и принялись доедать свою еду.

***

Когда с ужином было покончено, девушка принялась за мытьё посуды, но перед этим дала задание своему маленькому чуду — почистить зубки и идти в кровать, ведь на улице уже окончательно стемнело и ребёнку пора было ложиться спать. Арсений остался рядом с девушкой, вытирая вымытые ей тарелки, в надежде поговорить, пока ребёнок был занят. — Ник, ты чего такая серьёзная? Что-то случилось? — начал первым разговор мужчина, когда ребёнок скрылся с его глаз. — Да нет. Всё в порядке. — безэмоционально ответила девушка, даже не смотря в глаза своему собеседнику. — Я же вижу, что что-то произошло! — сказал Арсений, забирая из её рук так и не вымытую тарелку, и, кладя её назад в раковину. — Арс, всё в порядке! — прикрикнула девушка и обратно взяла эту же тарелку в руки, чтобы всё-таки её домыть. Арсению подобный жесть не понравился, он никак не расценивал его, но это несомненно заставляло его напрячься до невозможности. Видит Бог, если бы не Тёма, который неожиданно появился перед ними, он либо поцеловал бы девушку, тем самым забирая всё своё внимание на себя. Либо же разбил эту чёртову тарелку, которую Ника так старательно наглаживала губкой уже пять минут. — Мама, а можно сказку на ночь мне сегодня прочитает Арсений? — резво проговорил ребёнок, смотря на Нику щенячими глазами. — Ну, это ты у Арсения спрашивай, если он не против, то… — не успела договорить девушка, как мужчина её перебил. — Конечно я не против. Пошли! — проговорил Арсений и поплёлся за ребёнком оставляя Нику наедине со своими мыслями. ≪Почему Юра так отреагировал на то, что между нами с Арсением всё налаживается? ≫ То и дело думала Ника, вытирая от остатков влаги последнюю тарелку. ≪Хотя… Я и сама не знаю, радоваться мне или плакать! Как же всё в этом мире тяжело.≫ Мыли её прервал вновь появившийся перед ней Попов. Девушка удивлённо посмотрела сначала на него, потом на часы, а потом опять на него и, не сдержав своих эмоций спросила: — Десять минут? Так быстро?! — удивлённо проговорила Ника. — Либо ты волшебник, либо я не знаю, как ты его так усыпил! У меня обычно на это минут 30-ть уходит. — Да нет. Всего лишь капелька обаяния и пятиминутная зарядка перед снов. И всё — ребёнок уже через минуту в объятиях сна. — миловидно говорил Арсений, приближаясь к Нике. — Ну, я же говорю — волшебник! — со вздохом поговорила девушка, оставаясь на то же месте, но уже через минуту оказываясь с тёплых объятиях. — Расскажи мне, что произошло? — шёпотом пробормотал мужчина. — Я с Юрой поссорилась. — также шёпотом ответила Ника, всё сильнее прижимаясь к тёплому телу Арсения. — Ты знаешь, я не хочу лезть в ваши с ним отношения, но хочу дать тебе совет — уже на тон выше проговорил мужчина, приподнимая подбородок Ники так, что её взор устремляется прямо на него — поговори с ним. Я хоть его и не знаю, но вижу, как сильно он тебе дорог. Да и Тёмка говорит, что он хороший. — приободряюще проговорил Попов. — Ты прав. — сказала девушка и опустила взгляд вниз. — Ты всегда прав. — повторила она еле слышно, но Арсений всё равно уловил её слова, но оставил их без внимания. — Я, наверное, пойду. Поздно уже. — проговорил Арс размыкая объятия и увеличивая расстояние между ними. — Х…хорошо. Пойдём, я тебя провожу. ≪Нет, не уходи.≫ Мгновенье и они оказались уже в прихожей, где Арсений уже обувал свои кроссовки и надевал пальто. — Пока? — проговорил Арсений, выгнув бровь и раскрывая руки в ожидании объятий. Девушка сразу отреагировала на этот жест и мигом оказалась рядом. ≪Пожалуйста, не уходи. Останься со мной здесь. Сейчас. Навсегда.≫ Ника уткнулась носом в плечо мужчины и никто из них не решался прерывать идилию. Так они простояли минут десять. — Когда я могу прийти ещё раз? — решился спросить Арсений. — Завтра… Приходи завтра в любое время, Тёма завтра весь день дома. — сказала девушка, выпутываясь из объятий, а Арсений в этот момент открывал входную дверь. ≪ Уходи. Ещё чуть-чуть и я не сдержусь. Потом будет плохо нам обоим.≫ Молил здравый смысл в глубине души девушки, и когда дверь за ним захлопнулась, а рука Ники повернула замок, то тело девушки опустилось на пол, руки, обнимавшие только что тело дорогого ей человека, закрыли глаза и девушка заплакала. ≪ И почему мне так больно? ≫

***

Так Ника просидела ещё долго. Её сердце разрывало от тоски, а страх, пронизывающий всё тело, взял верх над разумом. Она боялась, просто, мать его, боялась. Она боялась его отпускать. Она боялась, что он больше не придёт. Боялась объяснять всё Тёме, в случае чего. Боялась разбивать его маленькое сердечко. И сейчас речь шла не только об Арсении… И только мирно сопящее маленькое тело ребёнка даже не подозревало, что их жизнь теперь никогда не будет прежней.