На острие скальпеля

— Джонс, у меня смена до утра, так что найди другого, — неотрывно изучая карту больного, доктор Локсли не вёлся на попытки своего друга и коллеги пойти вечером в бар. Мужчины стояли у двери одного из кабинетов и переговаривались, не обращая внимания на косые взгляды, что бросали на них сотрудники клиники. — Да мы с тобой уже давно не наведывались в стрип-клуб, мне уже во сне снятся эти девочки, — не переставал уговаривать Джонс. — Что, совсем плохо с сексом? Уже никто не даёт? — отвлёкся от карты светловолосый и с усмешкой посмотрел на голубоглазого коллегу. Рыженькая медсестра, проходившая в этот момент мимо них, густо покраснела и постаралась скрыть смущённую улыбку. — Мне? Сейчас было обидно. Что бы мне и не дали, — демонстративно фыркнул и закатил глаза брюнет. — Быстрее бы нашлась та дамочка, что разобьёт тебе сердце, и ты поймёшь, какого тем, кого ты трахаешь и бросаешь, — захлопнул карту пациента и направился в сторону стойки регистрации хирург. — Ну и сволочь ты! Да не бывать этому. Дядю Киллиана ещё никто не бросал. А в тебе говорят старые… — Ещё раз, и дядя Киллиан окажется на моём столе! — прорычал Локсли, прерывая друга на полуслове. — Да больно надо. Лучше скажи мне, что там у нас с клубом? — У меня лично два пациента, а вот у Вас явно что поинтереснее, доктор Джонс, — не мог унять свои эмоции Робин, потому продолжал рычать на друга. Пролетел весь этаж, то и дело отмахиваясь от брюнета, бегло оглядывая на ходу пустые светлые стены, мягкие диванчики, стоящие у большого окна, и декоративные цветы, хоть немного украшавшие стерильную обстановку этого места. Наконец он подошёл к длинной стойке, за которой сидела молодая девушка, облачённая в привычную бирюзовую униформу, и что-то записывала в свой блокнот, не реагируя на появление мужчин. — Зелина, дорогая, придумай как сделать так, чтобы от меня отвалил Джонс и желательно быстро, — зыркнул он на друга, что уже разместился за стойкой и с очаровательной улыбкой глазел на молоденькую сотрудницу больницы. Зелина лишь покачала головой, поднимая смешливый взгляд от своих записей. Эти двое были лучшими друзьями, но несмотря на это, никогда не упускали возможности подколоть друг друга. — Доктор Локсли, Вы же знаете, доктор Джонс как клещ, от него фиг избавишься, — с невинной улыбкой бросила девушка и спокойно продолжила дальше свою работу. — Эй, красавица, поехали кофе пить? — двояко намекнул Киллиан и включил своё обаяние, проводя рукой по волосам. Но Зелина не первый год работала в больнице и достаточно хорошо знала Джонса. Связываться с ним никакого желания не было, её голова была забита одним заданием, которое поручила ей сделать директор. — Времени нет. С удовольствием бы, но завтра очень рано вставать, — отложила она розовенький блокнот и, улыбнувшись, продолжила, видя надувшиеся губы брюнета, — Сегодня к нам новая докторша должна пожаловать, жду с самого утра, но походу у этой мадам отсутствует пунктуальность. У меня может дела, а мне жди её весь день тут. Локсли только хмыкнул, и не успел ничего сказать, как услышал соблазняющий баритон друга. — Ммм, тебя нужно пожалеть, желательно в уединённом месте. Мой кабинет, например, — не унимался доктор Джонс. Зелина вскинула брови в притворном возмущении. — Доктор Джонс, Вы давно получали по лицу? Локсли хихикнул в кулак, наблюдая за их перепалкой. — Слышал я про эту докторшу, доктор Миллс, дочь той самой Миллс, что является гением в области кардио, — поведал Робин, решив отвлечь их от разгорающегося спора, пусть и не серьёзного. — Интересно, какова дочка? — уставился в потолок Джонс, задумываясь. — Ты сейчас явно не про её профессионализм, кобель, — закатил глаза Робин, а Зелина лишь устало вздохнула. — Ну, это потом, — не обращая внимание на слова друга, протянул брюнет. — И как я с ним дружу? — словно сам себя обречённо спросил Локсли и, закрыв глаза и покачав головой, двинулся в другую сторону. — Да ладно тебе, пупсик, все знают почему мы дружим, — игриво крикнул ему вдогонку Киллиан. Локсли не успел открыть глаза, как в него врезалось что-то маленькое, примерно ниже его ростом, и головой в грудь, а потом раздалось приглушённое «ау». Голубые глаза раскрылись и обнаружили брюнетку, что прожигала блестящими глазами врача. — Пупсик, не могли бы Вы смотреть, куда идёте, — выдала женщина, сверкая своими карими глазами, и стала поправлять волосы. — Но это Вы в меня врезались! — усмехнулся Локсли на то, как к нему обратилась эта незнакомка. Надо же... Он уже догадывался, кто она такая. Её цепкий изучающий взгляд пробежался по нему. — Конечно, Вы же на меня налетели, — парировала она и обошла его, подходя медленным, плавным шагом к стойке. — Вы, должно быть, Зелина, — проницательный голубой взор рыжеволосой девушки медленно прошёлся по брюнетке, что выжидающе смотрела на неё. — Да, а Вы, должно быть, Реджина Миллс? — Да. — Так, значит, Вы новый доктор, — слащаво пропел Джонс, как всегда в своей манере, встречаясь с карими глазами новой сотрудницы. Женщина невозмутимо повернулась в его сторону, отметив солнечные блики от света, переливающиеся на тёмных, почти угольных волосах. И лукавые искорки в голубых, светлых глазах, обращённых на неё. — Вы сама догадливость, — она ещё раз бегло пробежалась по нему, он был высоким и худым, и тут же вернула свой взгляд Зелине, словно ей вовсе не было до него дела, — долго мне ждать, пока Вы мне все тут покажите? — Я могу Вам показать нашу больницу, — вызвался Киллиан. — кстати Киллиан Джонс, нейрохирург, для вас можно просто Киллиан, — не замечая переглядываний и усмешек друзей, знакомился брюнет, — а Вы случайно не родственница?.. — Дочь, — коротко ответила Миллс, понимая его вопрос. — А Ваша мать нам лекции читала, где, кстати, она? — В Сан-Диего работает. Зелина мне долго ждать? — нервно убрала выбившуюся прядку волос за ухо. — А я могу показать Вам... — не договорил Джонс, смотря в спину доктору Миллс. — Всего доброго. — раздался холодный голос. — Пройдемте, — указала ей рукой на вход в отделение и дождалась, пока брюнетка отойдет подальше от них. — еще одна стерва, что ж нам так везет? — Смелая, красивая, стерва, — усмехнулся Локсли. — Ну прямо твой типаж... Зато какая, как я люблю таких трах… — мечтательно вздохнул Киллиан. — С этой не светит, — вовремя перебил друга Локсли, с любопытством рассматривая фигурку Миллс из далека, что была обтянута черным платьем, а сверху наброшен красный пиджак. — Спорим? — Джонс протянул руку, а Зелена пожала плечами. — Спорим, — протянул руку Локсли, и они дождались пока Зелена разобьет их. — Мне долго Вас ждать?! — Бегу, — мгновенно испарилась рыжая. — Так, а теперь давай обговорим условия. Если я выигрываю, то с тебя бутылка коньяка. — Пфф, фантазии совсем нет. Окей, а если я выиграю, и ты ее не трахнешь до конца недели, то с тебя желание, — облокотился на стойку Локсли. — Давай две недели? — Хорошо. Прям любое желание могу загадать, — хитро улыбнулся Робин. — Локсли, ты проиграешь, и я трахну ее раньше конца недели, — выдал Киллиан. — Ты слишком самоуверен, — крикнул вдогонку другу Локсли, качая головой. — ты куда? — К Свон, по одному важному вопросу, — на пятках развернулся Джонс и, хитро улыбнувшись, направился по делам. — Не скучай, пупсик. — Шуруй уже!

***

— Доктор Миллс, Вам сюда, — рыжеволосая изрядно замучилась, показывая брюнетке всю больницу и наконец привела ее к кабинету шефа больницы и мечтала быстрее сбежать куда-нибудь, чего уж таить, Зелина не любила таких женщин, коей являлась сама, но только самоуверенности в ней было поменьше. — Мисс Пейдж Вас ждет, — подала голос сидевшая в приемном секретарша. — Спасибо, — Реджина кивнув последний взгляд на девушку, постучала в кабинет, где красовалась табличка «Директор Малефисента Пейдж», из-за двери раздался знакомый голос, приглашающий в кабинет, и Миллс, убрав улыбку вошла, закрывая за собой дверь. Статная блондинка вальяжно сидела в кожаном кресле, закинув ногу на ногу, ярко алые губы растянулись в улыбке, а голубой взор прошелся по брюнетке, отмечая как сильно изменилась она. — Пейдж, сколько лет сколько зим, — Миллс медленно подходила к столу, рассматривая давнюю знакомую. — Миллс, с годами только лучше, — Пейдж наконец поднялась с места и вышла из-за стола, оказываясь чуть выше миниатюрной брюнетки и, пока та собиралась что-то сказать, одной рукой обвила ее талию и, сделав рывок, впилась в губы требовательным поцелуем, на который Реджина ответила, в ответ обвивая талию руками и прикусив нижнюю губу блондинки, оттянула ее, слыша усмешку. — Чай, кофе или секс? — Миллс закатила глаза, отстраняясь. — Кофе, а остальное подождет, я тебя давно не видела, — брюнетка плюхнулась на стул напротив стола. — Фу, как скучно. Нет бы сразу полезным делом занялись, ладно, — Пейдж села за стол и, взяв трубку телефона, нажала кнопку, — Аврора, детка, сделай два кофе без сахара. — Конечно, — послышался ответ девушки. — Детка, — с усмешкой произнесла Реджина, — ты с ней спишь. — Было пару раз, неважно, — махнула рукой блондинка, сейчас ее волновало совершенно другое, — знаешь, какой шок у меня был, когда мне пришли бумажки по поводу тебя, ты променяла Нью-Йорк на Сан-Франциско, я тебя не понимаю. А как же твои слова, здесь дыра и делать нечего. Реджина уже хотела ответить, как дверь распахнулась и зашла миловидная блондинка с чашками кофе и поставив их на стол, улыбнулась и удалилась. Она обхватила кружку холодными пальцами, обжигая их и сделала глоток. — Скажем так, обстоятельства заставили, — кареглазая явно увиливала от вопроса. — Малышка, мы знакомы десять лет и, по-моему, уж мне то ты можешь все рассказать, и я прекрасно помню, почему ты отсюда убегала... правильнее сказать, — Малефисента сделала глоток кофе и отодвинула кружку, не спуская пристального голубого взора. Брюнетка закусила губу, она всецело доверяла блондинке и за их десятилетнюю дружбу она не разу не усомнилась в ней. — Окей, не хочешь, потом тогда, — было видно, что подруга расстроилась, — как там Кора? Все еще проклинает меня за то, что я открыла тебе другой мир? — Она дочь то родную через раз помнит, не то что тебя, — с уныло опущенной головой выдала Миллс. — Не поняла. Реджина медленно вдохнула и выдохнула, переводя взгляд на подругу. — У нее Альцгеймер, она лежит в частной клинике Сан-Франциско, и это те обстоятельства, по которым я бросила Нью-Йорк. Последняя ее просьба была, чтобы никто не знал, она же чертов гений!.. а болезнь — это слабость и, если кто-то узнает… — вспылила Реджина, так как много месяцев хранила эту тайну в себе, с силой поставила чашку на стол, проливая кофе, и была в мгновение ока притянута в объятия подруги. Пейдж, сидя на спинке стула, переваривала услышанное и прижимала к себе брюнетку, чувствуя, как ее пробирает дрожь. — Я слышала, Кора в Сан-Диего, ходили слухи, что она успешно работает там. — Связи полезны в нашей работе, — устало вздохнула брюнетка, успокаиваясь в объятиях. — Почему мне не сказала? — Не знаю, честно… прости. — Ладно уж, — чуть ослабила объятия, заглядывая в карие глаза, что выражали вину. — Давай о хорошем? — Миллс кивнула, и Пейдж утащила ее за руку на диван и села напротив, копируя позу и поджимая ноги под себя. — Зелина ведь уже показала тебе больницу? Как она тебе? — Ты о рыженькой или больнице? Мне все понравилось. — Так рыжая занята, а в остальном рада. — Я про больницу, и меня сейчас это не интересует. А вообще обидно, тебя всегда брюнетки привлекали, — наигранно выпятила губы Миллс. — И сейчас привлекают, даже очень, но оказалось, рыжие тоже ничего. А какие они шустрые там. — Брюнетки явно лучше, — Реджина нащупала за спиной подушку, зарядила в подругу, а после обе засмеялись. — Ладно, а если серьезно. Вы что вместе? — Миллс очень интересовал этот вопрос. — Я и отношения? — Пейдж засмеялась, — заболела, милая? Так, на пару раз и хватит. Здесь еще одна есть — Белль... а вообще, пошли покажу больницу, уверена Зелина показывает гораздо скучнее. Блондинка шла по своей больнице, то и дело встречая коллег и рассказывая о них подруге. — Видишь того брюнета? — подруга взглядом указала на знакомого врача в халате, что ходил за светловолосым и что-то ему объяснял, да так, что второй бесился. — Он меня с утра клеил, кажется Джонс, а во второго я врезалась, Джонс звал его пупсиком, — Миллс оперлась на перила лестницы и смотрела на нижний этаж, где светловолосый уже пытался бить брюнета папкой. — А ты что? — зная ориентацию подруги, блондинка пристроилась рядом, желая узнать. — Не в моем вкусе, скорее тот, что сейчас зарядит ему по башке. — Доктор Локсли, хороший выбор, но там все сложно. — Я просто ответила, и повторю, мне сейчас никто не нужен, — прошипела Реджина. — Хорош шипеть, а то пойдем снимать твое раздражение, — двояко намекнула Пейдж и вернулась к разговору, — доктор Джонс, заведующий нейрохирургией, его руки стоят больнице два миллиона долларов, но бабник ужас. — сморщила носик блондинка. — А доктор Локсли? Его специализация? — Общая хирургия, еле урвала этого хирурга себе, сколько контрактов ему предлагали. — Локсли, ну харе ломаться как девочка? Как друга прошу, сходи со мной! — Как друг свали, а? — уже поднимались по лестнице два врача, не замечая улыбок девушек. — Джонс балбес правда, но приходится терпеть, — поведала блондинка. — Мы давно там были, мы просто обязаны пойти! — Могу я поинтересоваться, доктор Джонс, куда Вы так рьяно зовете доктора Локсли? — Пейдж развернулась и оперлась пятой точкой на перила. — О, шеф, ам… — брюнет от неожиданности замер и перевел взгляд на молча улыбающуюся Реджину. — Сердце болит, понимаете, вот прошу друга сходить со мной, боюсь один. — Как Вам повезло, что у нас новый зав. отделением кардиологии, — Пейдж медленно проговорила, обращая внимание на подругу. — Какая чудесная новость, — немного обалдели два друга, ведь не думали, что Миллс сразу займет эту должность, хотя слышали о ее успехах в Нью-Йорке, да и место заведующего пустовало долгое время. — Тогда я в ближайшее время посещу доктора Миллс... и я очень даже свободен сегодня вечером, — брюнет аккуратно взял ее ладошку и оставил поцелуй, смотря в глаза женщине, пока Локсли рядом вздыхал и закатывал глаза. — Как жаль, что я очень занята. — Доктор Локсли, — голубоглазый пожал ее ладошку и кинул улыбку. — И извините нас, у нас много работы, — за халат схватил друга и потащил по коридору. — Я завтра зайду по поводу сердца, — успел крикнуть Джонс, и они свернули в другой коридор, уже не слыша хохота женщин. — Как ты его терпишь? — хихикала Миллс. — Зато не скучно, считай, на работу как в цирк, каждый день новые выходки. — Ну что там дальше? — продолжили путь по больнице, проходя кардиологическое отделение. — Твой штатный хирург Роуз Макайвер. Обычный хирург, ничего выдающегося, но работу делает свою хорошо. — Хорошо, расскажи еще про персонал? — рассматривала свое отделение Миллс и с интересом слушала. — Как раз покажу тебе твой кабинет… — они сменили направление, — ортопедия, там у нас Дэвид Нолан, молодой, красивый врач, успехов не занимать и приударяет за педиатрией, там у нас Мэри-Маргарет Бланшар. — Не в твоем вкусе? — по тону голоса заметила брюнетка. — Серая мышка, но видать Нолан там что-то рассмотрел. В педиатрии еще Белль Френч, вот из нее выйдет отличный врач, она пока ординатор четвертого года… — Уж не по тому ли она отличный врач, потому что ты с ней спишь. — А вот и твой кабинет, — блондинка пропустила ее фразы мимо ушей, выудила из кармана связку ключей и уже спустя время впустила брюнетку в кабинет. Просторный кабинет с массивным столом из темного дуба, мягким диваном, светлыми стенами и большими окнами, что были скрыты жалюзи, блондинка явно готовилась к приезду подруги. — Гинекология и реанимация новорожденных Эмма Свон, — рассказывала Пейдж, продолжая стоять около двери. — Свон... если я не ошибаюсь, то мы уже знакомы, — Миллс хихикнула и села на стол, оглядев кабинет, осталась довольная своим рабочим местом. — Премию вместе получали года три назад. — Да, — припоминала тот день брюнетка. Пока Пейдж незаметно прокрутила замок в двери и медленно стала подходить к брюнетке. — А теперь перейдем к самому интересному, — закусила губу Малефисента и, раздвинув ножки брюнетки, встала между ними, поднимая платье вверх. — Ммм, а я все думаю, когда же ты подойдешь, — Миллс резко вздохнула, когда красные губы легли на ее шею и стали медленно спускаться к груди, покусывая и посасывая нежною кожу. — Как я по тебе соскучилась, — руки блондинки сжали ее талию и рывком прижали к себе. — По мне или моему телу? — Миллс простонала, когда руки Пейдж сжали ее грудь. — И по тебе тоже, детка. У меня есть еще одна новость… — Слушаю… ммм, — выгнулась в спине от пальчиков блондинки на своей промежности, которые дразняще гладили. — Голд заведующий травмой и приемной… — быстро сказала Мал и, пока Реджина довольствовалась ласками и не восприняла услышанное, стала активнее ласкать ее пальцами. — ЧТО? — спустя секунд десять Миллс очнулась и дернулась, хватая блондинку за руку, чьи пальцы играли с ее клитором в трусиках. — Повтори! — блондинке пришлось чуть отстраниться. Карие глаза бегали по лицу подруги в поисках лжи или шутки, но голубые выражали неприкрытую вину. — Тот самый Голд? Роберт Голд? — Реджина спрыгнула со стола, одернула платье, с ужасом начиная ходить по кабинету. — Реджина, прошло уже столько лет, — Мал оперлась о стол и виновато поглядела на подругу. — Сколько бы лет не прошло, я не перестану его ненавидеть! — прошипела брюнетка и полетела к двери, прокручивая замок. — Ты куда? — Проветриться! — Реджина… черт, — блондинка запустила руки в волосы.