Гордость Слизерина

      Зимние каникулы прошли довольно быстро, но продуктивно. Гермиона воспользовалась тем, что все слизеринцы уехали, и приготовила за две недели целых три зелья из книги Принца Полукровки прямо в своей гостиной. Также она успела попрактиковаться в новых заклинаниях, в том числе и в заклинании Патронуса. Еще до каникул Гарри упоминал, что будет учить это заклинание с Люпином для защиты от дементоров. Слизеринка хотела попросить профессора Люпина заниматься вместе с ними, но после ссоры с гриффиндорцами отказалась от этой идеи. В какой-то момент девушка подумала о том, чтобы попросить об этой услуге своего декана, но быстро передумала. Северус Снегг не тот человек, который будет говорить о счастливых воспоминаниях. Он больше по части темной магии, древних артефактов и редких зелий. Гермионе тяжело давался Патронус, хотя она и не хотела это признавать. Девушка тренировалась по несколько часов в день, подбирая самые счастливые воспоминания. Она изучила всю теорию про дементоров и в целом про Патронус, чтобы хоть как-то облегчить свои усилия. Несмотря на все старания, Гермионе так и не удалось вызвать настоящего телесного Патронуса. К концу каникул из палочки слизеринки появлялась легкая серебристая дымка, что не очень то ее радовало. Не зря Патронус является сложным заклинанием, которое может быть не под силу даже взрослым волшебникам. Что касается Сириуса Блэка, то его недавно заметили недалеко от Хогсмида. Теперь дементоров стало в два раза больше. Они постоянно прочесывают волшебную деревушку и территории, прилежащие к замку. Гермиона надеялась, что преступника задержат в скором времени, и Гарри снова будет в безопасности. Невзирая на все новости и происшествия, уроки и экзамены никто не отменял. В новом семестре учителя максимально нагрузили студентов. Гермиона с бодростью принялась за все задания, эссе и практики по двенадцати (!) предметам, но уже к концу недели чувствовала огромную усталость. К тому же, слизеринка пыталась упражняться в заклинании Патронуса, еще больше сокращая свое время для отдыха и сна. Маховик Времени всегда был при ней, чтобы в любую минуту отправить свою владелицу назад в прошлое, дабы прожить заново еще один час ее жизни.

***

      Так прошел целый месяц. Все это время Гермиона добросовестно выполняла домашние задания и не пропускала ни одного урока. Она использовала Маховик Времени по нескольку раз в день, иногда забывая элементарно поесть. Прошлый семестр не казался ей таким тяжелым и нагруженным. Главную роль в этом играли Гарри и Рон. Они отвлекали ее от постоянных уроков, находили приключения на свои головы. А сейчас рядом с Гермионой нет безбашенных веселых гриффиндорцев, слизеринцы как-будто специально не досаждают ей, а Сириус Блэк где-то затаился. От ее не очень радостных мыслей Гермиону отвлек довольно сильный стук в дверь. — Грейнджер, ты там что, утопилась? — послышался стервозный голос Пэнси. Гермиона вспомнила, что до сих пор находится в ванной комнате. Она уже минут пять стояла перед зеркалом с зубной щеткой в руках. Стук повторился, и слизеринка, быстро умывшись, покинула помещение. Судя по взгляду Пэнси, выглядела она, мягко говоря, не очень. Но в данный момент Гермиону мало беспокоил ее вид. Она поспала всего пять часов, и сейчас торопилась на завтрак, чтобы набраться хоть каких-то сил. Ей еще предстояло отсидеть шесть пар и заработать баллы на каждой из них. Кое-как расчесав непослушные волосы и собрав сумку, доверху набитую учебниками, Гермиона поднялась в гостиную. В просторном, темном помещении уже было довольно много слизеринцев. — Неважно выглядишь, Грейнджер! — крикнул Забини. Но кареглазая девушка не обратила на него никакого внимания и молча вышла из гостиной. — Что это с ней в последнее время? — полюбопытствовала младшая Гринграсс. — Наверное совсем уже крыша поехала от этих уроков, — ухмыльнулся Нотт. Гермионе было наплевать, что думают о ней ее сокурсники. Она благополучно добралась до Большого зала и села на свое привычное место. Девушка мельком взглянула на стол Гриффиндора. Гарри и Рон что-то обсуждали с Оливером Вудом и близнецами Уизли. «Опять про свой квиддич», — подумала Гермиона и отвернулась. Так и не притронувшись к овсянке девушка допила чай и отправилась обратно в подземелья. Первые два урока отводились Зельеварению. В классе было несколько слизеринцев, в том числе и Малфой. На длинном столе находились небольшие котелки в которых что-то кипело. Гермиона села за первую парту и принялась рассматривать узорчатый пар, который поднимался над варевом. — Мисс Грейнджер, с вами все в порядке? — голос профессора разрезал тишину. Гермиона вздрогнула: она не заметила, как декан Слизерина появился. — Д-да, профессор, — ответила девушка и распрямила плечи. Однако, по ее состоянию нельзя было сказать, что с ней все хорошо. За последнее время слизеринка похудела, осунулась. Ее бледная кожа резко контрастировала с темными кругами под глазами, а волосы казались блеклыми. Профессор Снегг больше ничего не сказал, так как помещение начало наполняться гриффиндорцами. После двух уроков Зельеварения Гермиона использовала Маховик Времени и отправилась на Нумерологию. По окончанию пар, у слизеринки еще оставалось некоторое время до обеда. Решив воспользоваться каждой минутой драгоценного времени, Гермиона принялась дописывать эссе про вампиров для профессора Люпина. В гостиной Слизерина почти никого не было, что было ей только на руку. Удобно устроившись на кресле перед камином девушка начала работать. Не прошло и двадцати минут, как Гермиона заснула над толстой книгой. Ее каштановые кудри рассыпались по спине и плечам, а лицо приобрело умиротворенное выражение. Проснувшись, слизеринка не сразу поняла, где она находится. В гостиной не было ни души, а в камине тлели угольки. Взглянув на стол, Гермиона обнаружила свое эссе, которое было сплошь залито ее же чернилами. На куске пергамента было написано: » С добрым утром, грязнокровка!» — Вот твари… — вслух разозлилась Гермиона. Она понимала, что была виновата сама, так как по забывчивости уснула в логове змей. А ведь все могло обернуться намного хуже. Поэтому Гермиона очень редко сидела в собственной гостиной, она предпочитала ей тихую и светлую библиотеку, где нет назойливых однокурсников. Собрав вещи, Гермиона посмотрела расписание и ахнула: она опаздывала на Прорицание! Поднявшись по винтовой лестнице девушка зашла в душное помещение. Трелони что-то рассказывала Лаванде Браун с серьезным видом, а та внимала каждому ее слову. Гермиона тихо села за самый дальний столик рядом с Невиллом, так что профессор ее не заметила. Долгопупс с неким испугом посмотрел на слизеринку, но ничего не сказал. На круглых столиках стояли хрустальные шары, наполненные серым дымом. Они слегка блестели при огне свеч. — Сегодня, мои дорогие, мы приступаем к магическим кристаллам, — наконец обратилась Сивилла к студентам своим зловещим голосом. — Загляните в свой шар, отключите свое сознание и быть может, у кого-то из вас проявятся скрытые способности… — продолжала причудливая волшебница. Гермиона только фыркнула. — Я, конечно, не ожидаю, что у вас получится с первого раза понять намеки судьбы, ведь магический шар не дается многим опытным волшебникам. Трелони обвела взглядом студентов и произнесла: — Так чего же вы ждете? Расслабьтесь, всмотритесь в свой кристалл и попытайтесь предвидеть будущее! Студенты лениво заерзали и начали смотреть в стеклянные шары. — Что за несусветная чушь! — жаловался Забини за соседним столиком. — Просто сделай вид что ты видишь что-то ужасное, Блейз, — усмехнулся Малфой. Рядом сидящие Крэбб и Гойл одновременно закивали. Гермиона перевела взгляд на Гарри и Рона. Рон пытался сдержать смех, а Гарри облокотился на руку, чтобы не заснуть. — Профессор Трелони! Профессор! — Паркинсон чуть ли не встала, чтобы позвать учителя. Трелони подошла к столику, где сидели Паркинсон, Булстроуд и Гринграсс. — Что такое деточка? Ты что-то увидела? — обеспокоенно спросила профессор. — Да, мне кажется, я увидела свою судьбу! — возбужденно ответила слизеринка. — Вот, посмотрите сами. У него светлые, белоснежные волосы, серые глаза и… — Опасность! — перебила ее Трелони. Все обернулись на их столик. Те, кто спал, встрепенулись. — Тебе грозит страшная опасность! Человек в черном капюшоне преследует тебя! — продолжала заговорчески женщина. Паркинсон и ее подружки испуганно вглядывались в шар, пытаясь хоть что-то разглядеть. Гермиона не удержалась и прыснула со смеху: — Да это же просто нелепо! — воскликнула девушка. Трелони повернулась к ней, ее это по настоящему огорчило. — К вашему сведению, милочка, еще с первого урока я знала, что вам не дано столь благородное и тонкое искусство как Прорицание. Ваша жизнь такая же сухая и безэмоциональная, как страницы учебников, к которым вы навечно привязаны, — сказала с грустным видом Сивилла. В классе воцарилась абсолютная тишина. — Прекрасно! — Гермиона встала и взяла свою сумку. — Мне надоело слушать этот бред! Я ухожу. Слизеринка опрокинула стеклянный шар, который покатился прямо к ногам Трелони. Девушка мигом пересекла класс и пинком открыла люк. — Счастливо оставаться! — произнесла Гермиона и покинула душное помещение. Студенты были шокированы поведением их однокурсницы, ведь она никогда не позволяла себе так обращаться с учителями. — Что это с Гермионой? — удивился Гарри. Рон только пожал плечами. Он все еще злился на подругу. — Мне кажется, ты несправедлив к ней, Рон, — продолжил Поттер. — Мы не разговариваем с ней больше месяца! — Пусть хоть раз признает, что она не права! — вспыхнул Рон, хотя где-то внутри он был согласен с другом.

***

      Гермиона сидела за небольшим столиком в библиотеке, на котором были хаотично разбросаны учебники, пергамент и чернила. Светильник плавно освещал рабочее место, изредка моргая. Слизеринка корпела над своим эссе про вампиров и параллельно выписывала термины по истории магии. В библиотеке не было никого, кроме мадам Пинс, которая разбирала фолианты несколькими стеллажами дальше. Наскоро покончив с эссе, девушка хотела приняться за магловедение, но мадам Пинс прервала ее: — Мисс Грейнджер, вам давно пора в свою гостиную, — произнесла женщина. — Библиотека должна была закрыться уже час назад. Гермиона перечить не стала. Ее давно клонило в сон, и она, собрав вещи, направилась на выход. Мадам Пинс хорошо относилась к слизеринке и часто разрешала той засиживаться в библиотеке до поздна. Зевнув, Гермиона попрощалась с волшебницей и тихо направилась в родные подземелья, стараясь не наткнуться на Филча. Проходя мимо зала с Трофеями, слизеринка поняла, что этот коридор не освещается факелами. Вдруг, перед ней появилось прозрачное лицо. Гермиона испугалась и попятилась назад, угодив прямо в заклинание подножки. Слизеринка услышала противный хохот Пивза и упала, больно ударившись головой о доспехи, которые стояли рядом. Коснувшись своей головы Гермиона ужаснулась. Она почувствовала теплую липкую субстанцию на своей руке, прежде чем потерять сознание. — Вот что бывает с теми, кто бродит по ночам! — не унимался Пивз, равнодушно пролетая мимо Гермионы.

***

Драко Малфой поднимался по темной лестнице Хогвартса. Он хорошо знал замок, и поэтому не боялся попасться кому-либо. Парню не спалось, и он решил поблуждать по школе, размышляя о своем. Через какое-то время он свернул и попал в просторный длинный коридор. Лунный свет мягко падал на него через окна. Слизеринец заметил, что здесь нет освещения, но это его нисколько не напугало. Пройдя еще немного, Драко наткнулся на что-то странное. Легкий холодок пробежал по его спине, это явно не к добру. Малфой поднял волшебную палочку и прошептал: — Люмос! — кончик палочки зажегся и осветил каменный пол. Сначала Драко разглядел темного цвета сумку, а потом чье-то тело. — Грейнджер, твою мать! — в шоке выругался парень. Он нагнулся над девушкой и ткнул ее палочкой: — Грейнджер, ты жива? — ответа он так и не дождался. Постояв минуту и подумав, как поступить, Драко убрал палочку. Малфой аккуратно поднял слизеринку и понес ее на руках. К счастью, вся последующая дорога была освещена. Гермиона оказалась довольно легкой для слизеринца. Ее кожа была еще бледней на лунном свету, а каштановые кудри обрамляли лицо и плечи. Ее грудь медленно поднималась и опускалась, давая понять, что девушка дышит. Стараясь не смотреть на Гермиону, Малфой благополучно добрался до Больничного крыла. Он положил слизеринку на одну из белоснежных кроватей и постучал в кабинет мадам Помфри. Через некоторое время показалась сама целительница. — Мистер Малфой? Что-то случилось? — обеспокоенно спросила мадам Помфри. Не успел парень ничего объяснить, как женщина сама заметила девушку. — О, Мерлин! Что с ней? — целительница подбежала к слизеринке и сразу начала ее осматривать. Прощупав ее, она наткнулась на кровавую рану на затылке. — Я нашел ее на четвертом этаже, она была без сознания, — отчитался Драко. — Хорошо что вы принесли ее сюда, — поблагодарила его мадам Помфри, одновременно обрабатывая рану. — Мисс Грейнджер крайне истощена и слаба, но теперь она пойдет на поправку. — Вы можете идти, мистер Малфой, — добавила женщина, хлопоча рядом с Гермионой. Драко не стал задерживаться и покинул просторное помещение. Лунный свет вновь указывал ему дорогу, а поблизости не было ни души.