Грешная душа

Октябрь стремительно близился к своему окончанию. Муссоны, что брали под власть прибрежный город, набирали все большую силу. Дожди и бури случались все чаще. Смотря на сгущавшиеся тучи, Энни покрепче обхватывала кружку с кофе, грея заледеневшие от долгой прогулки руки, но это не особо помогало. Девушка натянула белое худи на кончики пальцев, потирая свои пальцы друг о друга, смотря в никуда, пытаясь поспеть за сумбурными мыслями. Всегда она такая — задумчивая, уж слишком закрытая. Армин уже с пять минут наблюдал на ее тщетные попытки согреться, но ничего не предпринимал — боялся спугнуть. Энни с опаской принимала любую заботу, даже самую незначительную, да и тактильный контакт она не особо жаловала. Тишина с ней не казалась неловкой, наоборот. Было спокойно и уютно. Разговоры ей не требовались, а слушала она всегда с интересом, хоть и молчаливым. Если быть честным, то… девушка уж очень напоминала Микасу. Ну, насколько можно судить. Мика — его подруга детства, Армин, как сейчас помнил, как она с родителями переехали в их район. Девочкой она была тихой, редко ходила гулять, так что долгое время Армин ее даже не знал. Чего не скажешь об Эрене. Отец Эрена — врач, и часто брал сына с собой на работу. На сколько позволяло положение, разумеется. Мама Микасы, в свою очередь, часто болела. Особенно тяжело протекала её вторая беременность. К сожалению, братик Микасы не успел появиться на свет. Вообще, его лучшие друзья еще те недоразумения. Когда закончилась старшая школа они разошлись. Армин поступил в медицинский, а Микаса с Эреном в полицейское училище. Гриша — папа Эрена — всегда надеялся, что его сын пойдет по его стопам и будет доктором, ибо я тяга помогать всем и вся явно проявлялась еще с детства. Хотя бы его «третий сын», как шутил Йегер старший, пошел по его стопам. Вообще, Армина поддерживал не только отец его друга, но и приемный дедушка Микасы — господин Смит. Если его учеба была до боли изнуряющей, то учебе Эрена можно было позавидовать. Все было, как в стереотипных фильмах о студенческой жизни. Пьянки, перекуры после и во время пар, бесконечные тусовки и еще раз пьянки. Его друзья вспоминали об учебе к сессии и всегда успешно её сдавали. Армин, в какой-то степени, был частью всего этого, ибо знал он об их училище больше, чем о своем университете. В том числе и о всех людях, сплетнях и прочего. Эрен очень часто говорил, о каком-то Жане. В основном, о: «Этот-придурок-Жан позарился на Микасу», что было его отдельной головной болью. — Допустим, он подкатывает к Микасе, как ты говоришь, — устало пробормотал Армин. — И что? — Как «что»?! — такие вопросы, как удар в спину Эрена. — Появиться у Мики парень, разве не радоваться нужно? — Эрен скривился. — Не могу допустить, чтобы ее парень был придурком, — злобно пробубнил Эрен, отворачиваясь. — Поэтому ты ей до сих пор не предложил? — Армин сказал это не подумав, не успев себя одернуть. — Прости, я не хотел… Эрен на него еще дулся после этого. Спустя два года эта ситуация казалась забавной. Парень уже даже не винил себя в этом. Ну заколебала его эта Санта Барбара за десять лет, с кем не бывает? Смотреть, как эти двое ходят вокруг да около уже никаких сил, не было. На удивление Армина, Эрен и Жан оказались хорошими друзьями, по итогу. Своеобразными конечно… После нескольких совместных попоек (а соответственно, совместных пиздюлей от Микасы), вообще не разлей вода, хоть и подъебывают друг друга постоянно. В их дружбе есть некий шарм, и если бы у него было название, то это было бы «Пиздов от Аккерманов». Кажется, Леви никто не предупреждал, что в комплекте с осиротевшей родственницей идут два придурка. Как любил говорить Леви: «Мне что, Ханджи в жизни мало?». Если Жан поумнел к своим годам, ну или успешно притворяется таким, то Эрен, как был гиперактивным неугомонным ребенком, так и остался. Армин так же боялся, что после того, как он поступит в медицинский, так общение с его друзьями детства ослабнет. Но опасения оказались ложны. Наоборот, сладкой парочки в его жизни теперь еще больше. Если раньше можно было отвильнуть от каких-то тусовок, на которые всегда ходил Йегер (и Микаса с ним): «Эрен, мы итак в одном классе учимся, мне необязательно ходить на какие-то вечеринки, чтобы провести с тобой время», на что получал: «Никто не говорит «вечеринки» уже лет десять, Армин». Отмазки закончились после первой сессии и Эрен затащил его на «культурное» мероприятие. Это была его первая взрослая, как парень ее называл, вечеринка. Она была в кругу своих. В основном, там были друзья Мики и Эрена по колледжу, но Армин умолил свою подругу пойти с ним. Староста, что была на несколько курсов старше. Милая девушка. Вечеринка была в честь окончания сессии, но Армин знал, что ребята закончили раньше, чем студенты меда, так что скорее всего празднование сессии немного затянулось. Это происходило в чей-то небольшой квартирке. Эрен вызвался представить Армина ребятам, пока Микаса ушла на кухню, из которой исходили страшные звуки борьбы. Казалось никого кроме Армина это не смущало. Они подошли к компании, что оккупировала диван. Эрен, не теряя времени, представил своего друга. — Ребята, это Армин, наш с Микасой друг, — тот приветливо улыбнулся. — Я Марко, — ему протянул руку парень, что сидел ближе всего. Его нос украшали веснушки, и он мило улыбался новичку. — Это Ник, — он указал на парня, что сидел рядом с ним, держа банку ягуара в руках. Тот отсалютовал, блондину. Его темные волосы были зачесаны назад, а в ухе был прокол. Выглядел тот, довольно угрожающе, но настроен был весьма дружелюбно, так что угрозы не ощущалось. Девушка, что сидела немного поодаль подошла поближе и протянула руку. — Мина Каролина, — мило улыбнулась она. Парень кивнул и пожал протянутую руку. — Приятно познакомиться, — тепло произнес Армин. — Флок, а ты, — Эрен пнул парня, что сидел на полу. Макушка, выкрашенная в грязно-рыжий, сменилась недовольным взглядом, карих глаз. — Привет, — буркнул парень. Эрен цокнул языком и закатил глаза. — Фу, какой ты грубый — недовольно констатировал тот. — Извини, — бросил Флок. — Не передо мной извиняйся, — брюнет сжал кулаки. Эрена легко было разозлить, особенно легко, если вы неуважительны к его друзьям. — Все в порядке, — Армин аккуратно приобнял друга, чтобы тот поуспокоился. — САША! Громкий хлопок кухонной двери привлек всеобщее внимание, заставив вздрогнуть. Вихрь пронесся мимо кампании, задевая Флока ногой, от чего он громко айкнул, растирая ушибленную ногу. Бедная дверь кухни снова распахнулась, с громким стуком ударившись об косяк. В проеме возник юноша, с разъяренным взглядом. Девушка, застывшая в коридоре, вновь рванула, держа две белые упаковки из-под пиццы, прячась в темноте квартиры. Вновь громкий хлопок, уже откуда-то из глубины квартиры. — Клянусь Богом, Саша, я запихаю тебе эту коробку из-под пиццы в задницу! — прокричал юноша. Он тяжело вздохнул: — Я вам говорил, что надо заказывать больше пиццы, — он оглядел всех присутствующих и его взгляд упал на Армина, тот мигом смягчился и стал извиняющимся, ибо, если быть честным, блондин выглядел очень испуганным. — Ну и какого хрена вы хлопаете моими дверьми? — голос раздался откуда-то сзади, при чем совсем близко. Армин быстро развернулся на внезапно появившегося человека. Как будто, кто-то включил пресловутое слоумо и прожектор за кадром, что так удачно подчеркивал все достоинства. До этого момента Армин никогда не думал, что парень может быть настолько потрясающим. Немного надменный взгляд карих глаз, слегка приподнятая в недоумении бровь. Маллет незнакомца был выкрашен в блонд, с выбритыми, темными висками, что создавали сумасшедший контраст. Острые скулы, едва виднеющаяся бородка. Парень оперся о косяк, складывая руки на груди. Он очень внимательно рассматривал Армина, да так, что тот немного покраснел под пристальным взглядом. Окончательно растаяв под улыбкой незнакомца. Наконец, парень протянул руку для приветствия. Армин мягко пожал её. — Жан, — его речь, словно бархат, мягко окутывала мурашками. — Армин, — голос все же немного дрогнул, но не так сильно, как сейчас подкашивались коленки. Казалось, вот-вот хлынет кровь из носа из-за перенапряжения или Армин свалиться прям тут в обморок, а может и еще что-то по хуже. Кирштайн, к слову, не помогал. Не разжимал руки, да и смотрел слишком… заинтересовано. Армин чувствовал, что еще немного и тот расплавиться. Растечется по полу, а потом не соберется никогда в жизни. Так и будет смотреть на Жана снизу в верх. Самое ужасное, что он, в общем-то, был не против. Сейчас он вспоминает это тихо посмеиваясь, но тогда эта была серьезная дилемма его жизни. — Что? — настойчиво спросила Энни. — Да так, задумался, — тихо усмехнулся парень, утыкаясь в чашку. — О чем? Армин колебался, с одной стороны это не те вещи, которые стоит рассказывать всем подряд, но с другой стороны… Это же Энни, а не все. Это не тот, кто осудит. Он глубоко вздохнул, все-таки это важно для него. — Знаешь Жана Кирштейна? — девушка утвердительно кивнула. Конечно же она его знает, придурок, они работают вместе.  — Я. Я был влюблен в него, — парень твердо закончил предложение, но быстро начал сомневаться в своем решении. Ладони вспотели, хотелось бы списать это на теплый чай в руках, но… черт, почему она молчит. — Вы встречались? — её лицо, как обычно было спокойным, не выражало никаких эмоций. Это хорошо, по крайней мере ему не прилетит горячий кофе в лицо. — Нет, — девушка вопросительно подняла бровь, но Армину не хотелось рассказывать об этом. Возможно, он погорячился, когда сказал, что уже отпустил ситуацию. — А что тогда? — уточнила она. Парень не сказал бы, что ей было интересно, но просто так Леонхарт никогда не спрашивала. Парень немного смутился. — Я думал, что он гетеро, так что, — он судорожно выдохнул, потихоньку расслабляясь. — Я так ему об этом не сказал, вроде как. — Ну, Жан вроде как с Марко встречается, — Энни неопределенно повела плечами, — не думаю, что так натуралы делают. Парень расхохотался. — Тогда они не встречались, — сквозь смех проговорил он. — А ты? — Была ли влюблена в Жана? — недоверчиво переспросила девушка, вызывая у Армина новый приступ смеха. — Нет, влюблялась? — уточнил он. Энни пожала плечами: — Не знаю, скорее нет. — Ты аромантик? * — Да нет, нет, — девушка придвинулась поближе и склонилась над столом, пытаясь счистить ногтем какое-то пятнышко. — Просто, как-то не доводилось, понимаешь? Армин склонил голову на бок, раздумывая над ее словами. — Не очень, если честно. — Ну, — протянула Леонхарт, — мне никогда не предлагали, да и времени, как-то не было… Что? — она обратила внимание на приоткрывшийся в изумлении рот сидящего на против. — Тебе никогда не предлагали встречаться? Почему? — Я всех пугаю. Армин прыснул. — Я не шучу.

***

Леонхарт четко ощущала изучающий взгляд, впаренный в её спину. Аккуратно оглядывалась по сторонам, в поисках наблюдателя, но это не очень увенчалось успехом. Армин настоял на том, чтобы проводить ее, ибо было довольно-таки поздно. Если честно, то было бы безопаснее и разумнее проводить его до дома, а не наоборот, но девушка не спорила. И сейчас… Опасно отпускать его одного. Если за ней слежка, то хорошего мало. Очень мало. Энни предложила остаться у нее. Парень был удивлен её предложением, но отказываться не стал. Они делали так и раньше, так что. Ничего страшного. Когда они зашли в дом, Энни напряглась. Что-то не так. Пока тот переодевался в прихожей, девушка внимательно рассматривала свою квартиру. Все вещи были на своих местах, чужого запаха в доме не было, как и следов присутствия. Взгляд скользнул по двери в комнату. Небольшая бумажка между дверью и стеной покоилась в том же состоянии. Значит за целый день в комнате никого не было, а внутри уж тем более. Бесшумно войдя на кухню её взгляд наткнулся на письмо, лежащее на полу. Похоже, что оно залетело через открытую форточку. Обхватив его салфеткой, лежащей на столе, она положила его на подоконник к небольшой кипе бумаг. — Энни, все в порядке? — раздался обеспокоенный голос в паре шагов от нее. Одним движением она скомкала салфетку и спрятала ее в рукаве толстовки. — Да, все в порядке. Выбери фильм пока. Леонхарт внимательно рассматривала обстановку за окном, как вдруг она встретилась глазами с каким-то мужчиной, тот целенаправленно разглядывал окна ее квартиры, как глупо. Тот был одет в черную толстовку, скрывающая лицо. Догадался правильно одеться, но элементарную технику безопасности не усвоил. Рыжий парень казался смутно знакомым, она точно его где-то видела. Возможно, на работе. Какая-то шестерка мафии? Под её холодным взглядом он растерялся и немедленно ушел. Энни нахмурилась и завесила окна, на случай, если тот решит вернуться. Придется менять квартиру. Опять. Пока девушка была вдали своих размышлений, Армин мирно посапывал у нее на плече, опять не досмотрев фильм до конца. Его можно было понять, уж слишком много всего он на себя взял. Третий курс не такой тяжелый, как первый, к примеру, но все равно требовал много усилий и времени. Так же, он до сих пор не закончил «летнюю» практику, говоря, что таким образом освободит себя следующим летом, хотя не проще ли этим заниматься, когда свободен, а не когда проводишь в университете 90% времени? В любом случае, это его дело, а Леонхарт хватало своих. Кстати о них. Девушка аккуратно поднялась с кровати и прошмыгнула на кухню. Надев перчатки — не хотелось умереть от яда, если конверт отравлен. Девушка аккуратно вскрыла письмо. В нем был напечатан только адрес и время: «Сегодня, 2.00 a.m.» Девушка чертыхнулась. Быстро написала записку Армину, придумав какую-то отмазку о ее отсутствии по среди ночи, а само письмо взяла с собой, чтобы сжечь по дороге. До назначенной встречи оставалось меньше получаса.

***

Леонхарт заглушила двигатель и вышла из машины. По адресу был заброшенный завод, но до него нужно было дойти сквозь промзону. Девушка шла переулками, чтобы её никто не засек. Район сам по себе был неблагоприятным, вряд ли тут дежурят копы или хотя бы камеры найдутся, но осторожность не помешает. Под покровом ночи Энни чувствовала некую расслабленность. Девушка никого не боялась встретить кого-то, ибо, по сути, была одной из тех, кого вы не захотите встретить в темное время суток. Если кто-то попытается напасть, то ему даже огнестрел не поможет. К тому же, плутание по закоулкам снижали шансы выслеживания. Она была более, чем уверена, что единственного, кого она встретит сегодня — своих коллег по менее престижной деятельности, ну и на крайний случай — пара бродяг, которых, в идеале, нужно избегать. Наконец, она дошла до территории завода. Забор около трех метров, сетчатый. Ничего сложного. Быстро натянув кожаные перчатки, девушка начала взбираться вверх, а потом легким движением спрыгнула на земь, почти что бесшумно. Энни прислушалась. С пару десятков метров от нее звучал двигатель автомобиля. Нужно было убедиться, что это не засада, так что прячась за грузовыми контейнерами, девушка вышла к источнику шума. Темный внедорожник с затонироваными окнами и выключенными фарами. Шик, идти на пролом? Не безопасно. Вдруг, дверь со стороны водительского сиденья распахнулась и оттуда вышел крупный мужчина, ростом около метра девяносто. Хоть глаза и привыкли к темноте, до конца не было понятно, кто это. Щелчок зажигалки осветил лицо неизвестного. — Подстрелит тебя кто-нибудь так, Райнер, — Леонхарт вышла из своего укрытия, вальяжно направляясь к напарнику. — Верю в твое благоразумие, — Браун затянулся. Девушка прошла к автомобилю и открыла заднюю дверь, а потом немного устало рухнула на сиденье. Райнер грустно затушил недокуренную сигарету, надеясь продолжить это занятие позже. Пик приветливо помахала Энни, смотря на нее через зеркало заднего вида. — Ну и на кой черт слежку за моим дома ставить? — недовольно спросила Леонхарт. Пик и Райнер переглянулись, а затем медленно перевели взгляд на Энни. — За тобой не ставили слежки, — проговорила Фингер, — ты уверена? — Он следил за мной, а затем пялился в окна моей квартиры. — Может у тебя появился тайный воздыхатель? — прыснул Райнер, за что тут же отхватил. Пик держалась из последних сил, чтобы не засмеяться и для уверенности прибавила: — Не смешно, Райнер, это могла быть шестерка Рейсс. Как только это было сказано в слух, общая напряженность повысилась. — Значит, Энни вычислили, — утвердительно произнес Райнер. Пик отстраненно кивнула — она продумывала план действий. — Узнай, кто это — решительно приказала Фингер, — а мы сообщим об этом. Леонхарт кивнула, уже собиралась выходить из машины, но кое-что вспомнила: — Подождите, зачем меня вызвали тогда? — А, нужно было передать документы, но мы сами разберемся, раз такая ситуация — отмахнулась темноволосая, — можешь идти. Зачем спрашивается подрывалась по среди ночи, но да ладно. Выйдя из машины Леонхарт была встречена ночной прохладой, а машина быстро отъехала. Девушка вернулась домой, и к ее счастью — Армин спокойно спал, как ей показалось.

***

Леонхарт наблюдала за тем, как детектив проводил допрос. Формально — это была просто беседа, с родственниками жертвы, но как говорит Аккерман: «Нельзя игнорировать, тот факт, что до 20% процент убийств совершаются близкими родственниками», так что для него, тот был полноценным подозреваемым. Детектив сидел напротив него, скрестив руки на груди. — Говорите, что работаете дальнобойщиком? — Да, — с ноткой скорби в голосе ответил мужчина. Карл Фритц. Всего 27 лет, но выглядел он старше. Волосы начинали редеть, руки были в шрамах и мозолях — от грубой работы. Крепкого телосложения, гласило досье. — Я на выезде был последние две недели, — дополнил он. — У вас есть алиби в ночь убийства? — поинтересовался Аккерман. Его глаза округлились, а лицо исказило удивление. — Алиби? — уточнил он. — Что вы делали с полуночи до часа ночи? — твердо спросил детектив. — Ну, — все еще удивленно протянул мистер Фритц, — в ту ночь я был с Марселем в баре, а потом поехал домой… Вы меня подозреваете? — Во сколько вы поехали домой? — проигнорировал его вопрос Леви. — Думаю, около двенадцати, — проговорил мужчина. — То есть, у вас нет алиби на момент убийства? — Сэр, что вы… Я бы никогда, — начал бормотать брат убитой, но детектив прервал его резким жестом. — Отвечайте на вопросы, пожалуйста. — Получается, что так… Но клянусь, я бы никогда! — запричитал мужчина. — Я… я правда очень дорожил сестрой, — в уголках глаз скопились слезы, но тот быстро их смахнул. — У вас есть оружие? Мужчина немного удивился вопросу. — Да, есть. Охотничье ружье и пистолет. Все лицензионное, документы есть… Энни, Ханджи и Моблит сидели в подсобной комнате. Они наблюдали за допросом через рефлекторное** зеркало, а звук доносился из небольших динамиков. Ханджи задумчиво пялилась на подозреваемого, закинув одну ногу на стол, а вторую поставив на кресло. Будь тут Леви, им бы пришлось расследовать еще одно дело об изощренном убийстве за нарушение всех правил приличия, а также за грязный стол. — И все-таки, я не понимаю, зачем мистер Аккерман допрашивает его, у нас на него ни одной улики, — наконец спросила Леонхарт. — Это его особый способ, не обращай внимание, — отмахнулась Ханджи. В поисках объяснений, Энни посмотрела на Моблита, но тот просто пожал плечами. Вдруг, дверь в прослушивающее помещение распахнулась. В проходе стоял запыхавшийся Жан. — Ханджи, у нас еще одно самоубийство, — парень тяжело дышал — явно бежал. Судмедэксперт закатила глаза и громко цокнула, затем поднесла рацию к губам, смотря сквозь зеркало в упор на Леви. — Приём, — капитан потянулся к трубке, что покоилась на поясе, — Аккерман, быстрее, черт возьми. — Да успокойся, — прошипел тот, — что ты хотела? — уже спокойно проговорил детектив, чувствуя на себе взгляд, и смотря прямо на Ханджи, зная, где та сидит. — У нас очередное самоубийство, заканчивай там. Конец связи. Бровь Аккермана скептически поползла вверх. Он велел стоящему рядом полицейскому закончить дачу показаний, а затем вышел из допросной.