Бумажный домик с нарисованным котом

Щи-цу отряхнул снег с ушей и укоризненно посмотрел на братьев с их дружками: — Вы зачем на главной дорожке безобразничаете? — Это была ловушка для змей! — пискнул Мал-дхи. — Прости, Щи-цу, мы не подумали, — воскликнул Ан-дзи, живо подбираясь и принимаясь очищать его шубку. При этом он заботливо приговаривал: — Бедный, устал после работы? Щи-цу тихонько засмеялся: малыш был такой забавный, пытаясь взять под свое покровительство всех, до кого дотянется. Все явственней и явственней в нем проглядывал альфа. Особенно после удачной операции. Вокруг суетились другие котята, в жажде помочь. — Мне еще и за шиворот набилось, — пожаловался Щи-цу, и все сразу накинулись, забираясь под шубу и прыгая на плечи. В результате они всей кучей свалились в сугроб. — Отстаньте, злодеи-помощники, — смеялся Щи-цу, смываясь от них в дом. Но братишки увязались за ним и туда, притащили ему сменную одежду, горячий чай с корицей, сахаром и еще чем-то подозрительным. И только убедившись, что он тихо сидит в кресле и пьет, побежали на улицу — снова играть с друзьями. Щи-цу с кружкой в руках пошел искать Чеззе, тот был дома, его кар стоял в гараже, когда он ставил туда свой — новенький, спортивный, цвета лазурный металлик. Он улыбнулся, вспомнив, как старший дразнился: "нанесем сюда прайдик облачков, малыш?" Чеззе обнаружился у себя в кабинете, он задумчиво перебирал какие-то бумаги. — Привет, — улыбнулся Щи-цу, ластясь. — Как дела в суде? — С меня сняли последние обвинения, — откликнулся Чеззе, затаскивая его себе на колени, — скоро восстановят в звании. — А... Гра-хи? — С ним еще процесс долгий будет, — равнодушно отозвался Чеззе. — Представляешь, мои отец с матерью приходили... поздравить с восстановлением чести. — Звали тебя обратно в клан? — Щи-цу с тревогой заглянул ему в глаза. — Нет, конечно, — ухмыльнулся Чеззе. — Они же тоже понимают, что это невозможно... Но эти деньги, отступные от клана, это, оказывается, их личные. Мать продала драгоценности, а отец акции... и не сказали, даже не связались ни разу за три года. Я совершенно случайно узнал. Щи-цу зарылся мордочкой ему куда-то в шею и принялся сопеть. — Ладно, малыш, как дела в лаборатории? — фыркнул Чеззе. — Ты же знаешь... газовое оборудование задержали, сейчас простой, будем полировать данные... — Ну, — лукаво улыбнулся Чеззе, — этим же и без тебя могут заняться. — Ага, а что? У тебя есть предложение, старший? — Да, у меня есть четыре свободных дня и гениальная идея — свалить всем кланом на Змеиные острова. Ты, вроде, мечтал об этом, а? — Да! — обрадовался Щи-цу, — Здорово! Там же тепло сейчас... море, рыбки... — Оооо, рыбки, — Чеззе развратно пошевелил ушами и погладил его по лобку, заставив жарко покраснеть. А потом поддержал мечтания: — И парк приключений, там не только мелочи интересно, но и взрослым. — И Ла-миту с Ле-таном возьмем, да? — зашептал Щи-цу в лохматое рыжее ухо. То чувствительно дернулось. — Ага, позвони им. Щи-цу нерешительно взялся за комм, как всегда, набираясь смелости перед личным разговором, а потом встряхнулся, сделал непринужденное лицо и набрал Ла-миту. Чеззе уткнулся в планшетку, планируя путешествие. Позже Щи-цу все вертелся и елозил около старшего, смущаясь озвучить свое предложение: "а можно сегодня я сверху?" Надо бы подобраться к этому вопросу окольными путями... Не то, чтобы Чеззе был против разнообразия, но Щи-цу до сих пор было стыдно говорить о таком. — А что это у тебя? — спросил он вместо этого, найдя на столе листик со странными рисунками: кусочки котов, отдельно лапки, фрагменты мордочек, хвосты. — Это бумажный домик, смотри, — отозвался Чеззе и быстро сложил из листочка домик, все коты собрались из частей, — меня их в тюрьме научили делать. — О, — хихикнул Щи-цу, — он же на наш похож. — Да, я о таком всегда и мечтал, — подтвердил Чеззе и ткнул в светло-рыжего котенка в самом большом окне: — А это ты. *** Змеиные острова словно парили среди облаков и туманов, в белое от пены море низвергались величественные водопады, белые пляжи сверкали песками во внутренних бухтах... — Никогда не думал, что увижу это наяву, — сказал Щи-цу. — Какая красота. Тройняшки прилипли к иллюминаторам, возбужденно обмениваясь мнениями насчет грядущего рафтинга по этим крутым рекам. — О, в нашей жизни будет все, все мечты станут явью, — отозвалась Ла-мита, гладя сиреневую гривку спящего у нее на коленях Ле-тана. — А какие не станут — те и не нужны значит были. — Да, у нас все получится, — ответил Чеззе и слегка пнул Ле-тана: — Просыпайся, лежебока, а то не увидишь Гадючий кратер сверху, будешь потом жаловаться — что, мол, за в говнищи тебя загнали, только технику гробить... А это не говнищи, а красота. Щи-цу ущипнул своего альфу за задницу, пока они с Ле-таном возились. *** И у них и правда все получилось. КОНЕЦ