Обыденность

Десятки гематом на теле, вечные ссадины и ожоги — для него это уже обыденность. А для неё привычка. Привычка бить его, даже когда виноват далеко не он, привычка вечно разливать на него что-то горячее с фразой «Я такая неуклюжая» и привычка после всего этого уходить со злорадной улыбкой под шипение Ботана, пытавшегося всеми силами сдержать себя, чтобы не закричать на всю квартиру. Она считала это нормальным. — Ну, Ботан, хватить уже нюни распускать. Как девочка, ей-богу, — в который раз говорила она после всего содеянного. А он не обижался на неё. Даже маленькая обида не мелькала в его добром сердце. За годы проживания с ним и Брайном она уже внушила ему мысль о том, что он заслужил такое отношение, потому что «Оливия просто так не бьёт». Возможно она говорила правду, думал юноша, поскольку начал замечать, что Брайна она не трогает, делает вид, будто его не существует в её жизни. В обществе Ботан всегда был изгоем, даже родители не принимали его. Только в одном человеке он нашёл поддержку. Это был тот самый сосед по комнате, к которому Оливия не притрагивалась.

***

Всё было бы так просто, если бы не любовь, которая внезапно пронзила его в самое сердце. Это было странно, неожиданно для него самого. Некоторое время он даже считал себя мазохистом, потому что думал, что, может быть, ему даже нравятся эти издёвки от Оливии, просто он сам этого не понимает. Вряд ли адекватный человек будет любить того, кто не испытывает к нему ни капли уважения, унижает и бросает в след самые колкие слова. Он не боялся брюнетки, он боялся своих чувств и слабости. Слабости, которая возникла из-за любви.

Но была ли это любовь?