Дорога в никуда

— Хейли, посмотри. Весь мир горит. — Стреляет в очередного заражённого с пятидесяти метров, который бежит на них с бешенной скоростью в поисках их внутренностей. Убивает их уже с одной пули, Уже хорошо. — Мир, но не мы. Это главное.        Середина июля, трупы на улицы начинают разлагаться и гнить с ужаснейшим запахом, потому ходить теперь им нужно лишь в респираторах. Передаётся ли эта зараза через высокий градус воздуха неизвестно.        Идут обратно к машине. Теперь они всё взяли для комфортной жизни и будущей поездки. Остаётся пару дней, не считая этого, до окончания их пребывания в городе. Оказывается, если очень хочешь отдыхать, а за спиной дышат мертвецы, то работаешь и учишься ты в разы быстрее.        За первый день договорённости они оснастили полностью машину, Клаус даже переделал подвеску по урокам из ютуба и заменил колёса на более мощные. Тоже самые сделал и с прицепом. На квадроцикл он лишь установил дополнительный отсек для канистры бензина. Хейли тоже времени зря не теряла, занимаясь салоном машины, огромным фургоном и квадроциклом, который пригнали с утра. В машине теперь убраны задние места, закреплены крючки вплоть до багажника для рюкзаков, доложив в рюкзаки спальный мешок, химические грелки, рации, мультитул, положив по заряженному пистолету и магазину. Количество рюкзаков увеличилось до десяти. Два в квадроцикле, два в огромном фургоне, четыре в машине. Замазала задние пассажирские окна белой краской, дабы чёрный цвет зря не нагревал салон летом, они вместе поставили антенну на машину, а Хейли подключила мощный навигатор и ещё одну рацию. Раскопала в кладовке дома маленький переносной холодильник, с которым провозилась ещё пол дня, кое-как нашла в магазине для него аккумуляторы.        Во второй день они полностью погружались в оружие, учились перезаряжать и собирать каждое, смотрели как правильно чистить их, как пользоваться гранатами и что можно сделать из шокеров и как обезопасить себя ночью. После тренировались стрелять с крыши домов по заражённым, которых рядом с их домом стало водиться больше, что напрягало и подстёгивало к большему. Прошерстить книгу об оказании первой помощи и обговорить об том, как Хейли психанула в тот вечер, вытащила всю одежду из корзин, перестирала с обилием порошка и кондиционера, выгладила и положила обратно.        За сегодня они нашли ультразвуковые ловушки с широким диапазоном волн, набрали несколько книг по ботанике и растениям, взяли с пяти ортопедических подушек и тёплых пледов, больших полотенец, а также умудрились набрать энергетиков, минералки и несколько килограмм разного мороженого и парой не испортившихся фруктов. Закидывают последние вещи в багажник, Хейли по привычке оглядывается по сторонам. — Волчонок, грабанём Золотую лавку? — Закрывает дверь багажника, осматривая стеклянные витрины. Выпускает несколько пуль в них, а стекло разлетается. Обычное, а не пуленепробиваемое. — Я думаю, что при встрече с другими народами и при незапланированных обменах, мы явно не сможем расплатиться кредиткой. А золото всегда было самой дорогой валютой. — Не умничай. — Я просто не прогуливала курсы по экономике.        Перешагивает через битое стекло, в открытом ящике ищет любые пакеты и миловидные коробки или что-то на подобие того, чтобы сложить все украшения. Находит их вместе с маленькими зип пакетами, передаёт половину Клаусу. Сбрасывает в него все браслеты и серьги, следом отправляются все кольца с верхних витрин. Новый выстрел и им открыты ещё несколько ящиков. Один пакет уже полон, но ей кажется это малым. Хейли начинает набирать второй, помогая Клаусу с мужскими часами. — Знаешь, давно хотела себе Ролексы. — Волчонок, сегодня всё для тебя. — Надевает ей их на запястье, целуя тыльную сторону ладони, приобнимая со спины. Мёртвые всё ещё могут находиться где-то рядом с ними, блуждать, желая их убить. Но сейчас, в этих объятиях так спокойно. В конце концов, подождут. — Будешь моей девушкой? — А я разве могу быть ещё чьей-то девушкой здесь? — Смеётся ему в губы, утаскивая к машине. — Поехали, домой. Сделаем последние приготовления и отдохнём.        Едут домой, на ходу целуясь. А приезжая, нехотя отталкивает Клауса, снова разбирают эти пакеты, что так уже надоели обоим. Хейли обещает себе мысленно ни черта не делать завтра и заниматься лишь собой и Клаусом. И Клаусу ничего не давать делать точно также. Хейли относит пакеты с продуктами на кухню, разбирая их и ухмыляясь. Она всё же взяла пену для ванн. Убирает бутылочку на второй этаж. Вечером они ей воспользуются. Также из пакета вытаскивает железную коробочку простых карандашей, пачку цветных, обычный школьный пенал, стёрку, линейку и альбом с листами. Ему это должно понравиться. Отдаст чуть позже всё.        Пока Клаус занимается машиной, Хейли решает разобрать украшения и поместить их в разные места. Параллельно разогревает вчерашнюю еду и убирает подтаявшее мороженое в морозильник. Моет и разрезает фрукты на несколько частей. Раньше она не любила что-то делать по дому, но сейчас ей кажется это лучшей прерогативой из возможных. Думает о многом, гадает о будущем и встречах с другими выжившими. Скорее всего она не сможет их терпеть, а они её характер. Это не важно. Главное, что они выживут вместе с Клаусом. Раньше она его терпеть не могла, он её тоже. Но теперь всё изменилось. Возможно даже обустроят поселения для комфортной жизни где-нибудь на юге. Можно даже в этом доме. И будут счастливы. Главное найти выживших и не умереть самим.        Плита начинает пикать, оповещая об окончании приготовления ужина. Нужно позвать Клауса. Идёт в гараж, не забыв прихватить канцелярию. Отдаст её сейчас, он это заслужил. Клаус на половину в машине, что-то прикручивает. Хватит работать, пора отдыхать. Обнимает его со спины, втягивая носом знакомый запах. Шея покрывается мурашками, а Хейли счастливая создать ещё больше. Майклсон всегда видел Хейли в школьной жизни, как девчонку интроверта в наушниках и хорошими оценками по всему, не считая географии. У себя дома как преданную и лучшую подругу для Ребекки. А на случайных вечеринках в плохой компании, отдыхающей явно по-взрослому. Но сейчас он видит её такой домашней и нежной, что перехватывает дыхание. Такой его. В другой жизни она бы его никогда так не обнимала, но ему кажется, что его так не обнимал никто. Даже мать родная. — Что-то хотела? — Поворачивается к девушке, обнимая её теперь спереди. — Да, позвать на ужин. — Их разница в росте мала, почему Клаус спокойно может притянуть её к себе за поцелуем. — А я никогда не знал, что ты можешь быть такой милой и нежной. Стоит тебя лишь обнять.        Ждать долго не приходится её ответа. Она ощутимо толкает его к машине, сама приближаясь. Целует первая в порыве грубости и страсти, усмехаясь лёгкому шлепку по своим ягодицам. — Не забывай, что это может измениться в считанные секунды. — Целует вновь, но уже мягче прежнего. Отдаёт пенал, полный канцелярии с железной коробочкой и альбомом. Клаус разглядывает эти вещи как маленький мальчик смотрит на самые желанные подарки, но взять почему-то не может. Хейли передаёт ему в руки. — Я знаю, что у нас конец света и мы не можем бросать более важные дела и заниматься рисованием, но бросать то, что тебе нравится из-за этого апокалипсиса тоже нельзя. А то так и свихнуться не долго. Клаус торопливо кладёт вещи в машину и ищет что-то в бардачке. Достаёт оттуда какие-то повода и коробочку. — Хотел отдать в поездке, но вот. Плеер. Думаю, ты захочешь послушать хоть какую-то музыку и помолчать в машине.        Теперь очередь Хейли молча смотреть с благодарностью.        Госпади, я тебя люблю — Ладно, я понял всё по взгляду. Идём уже ужинать.        Хейли кладёт плеер в машину, закрывая её двери и мысленно гарантируя, что всё одним ужином у них не закончится. И если месяц назад у неё были сомнения по поводу Клауса, то сейчас их нет. До отъезда остаётся три дня и по большей части они проводят их в постели и в ванной.