Metamorphosis

В полумраке комнаты Сатору походил на мраморную статую. Эта белобрысая сука сравнилась бы с суккубом в своей жадности. Он резко вскидывал бёдра, стараясь самостоятельно насадиться на член до конца, и неразборчиво выскуливал от удовольствия. Сугуру не впервые видел его таким, но впервые был так увлечён этим зрелищем. Сильнейший маг современности самозабвенно прыгает на его члене, словно дешёвая проститутка, и не позволяет даже с места сдвинуться. — Ты одержимый, Сатору, — со сдавленным смешком произносит Сугуру, придерживая его за талию. — Я всего лишь очень соскучился, — тот жалобно стонет и меняет темп с беспорядочных быстрых скачков на тягуче-медленные и плавные движения бёдрами. — Ты только приехал, и уже в постель. Будешь так стонать — разбудишь девочек. — Мне плевать! — словно нарочно издал ещё один громкий стон, насаживаясь до конца. — Я заслуживаю твоего внимания. Сугуру сжимает его ладонями крепче и переворачивается вместе с ним, оказываясь сверху. Сатору сам закидывает ногу ему на плечо и выгибается. Словно ждёт этих ускорившихся толчков и пытается поймать каждый. — Когда-нибудь ты перестанешь себя вести, словно одержимая шлюха, — Сугуру почти ласково придушивает его, продолжая двигаться так, чтобы устраивало обоих. — Что, боишься, что научу твоих проклятий плохому? Твой младший и так подумывает над тем, чтобы стать проституткой. Никакая регистрация с такой сущностью не поможет. — Иногда мне кажется, что ты бы с радостью поменялся с ним местами, — в этот раз толкнулся грубее, — А если и да? Что, накажешь меня? — Сатору смеётся. И вправду одержимый. Порой Гето хочется просто придушить его, чтобы не видеть этот пожирающий взгляд. Хочется заставить его плакать вместо чувственных стонов. Хочется сделать больно так же, как тот делал больно ему самому. Но Гето слишком мягкосердечен и слишком влюблён. — Ты больной на всю голову, Тору, — мягко, почти ласково, произносит, продолжая выбивать из его тела всё те же стоны удовольствия. — Я болен тобой, — соглашается в ответ этот демон с ангельским обличьем и только шире разводит ноги. Ему мало. Мало эмоций и ощущений. Ему надо всё до последней капли, только бы чувства пробились сквозь бесконечные потоки информации. Сатору хочет всё и сразу. Ему совершенно плевать где и как. Плевать, что за стенкой спят приёмыши. Плевать, что связанные проклятия не спят и всё слышат. Он стонет в голос и продолжает извиваться, только бы получить больше. И утром ему совсем не стыдно сидеть на кухне, болтая босыми ногами, и есть за одним столом вместе с двойняшками. Сугуру же прячет взгляд, стараясь не замечать немых вопросов ни от дочерей, ни от других своих подопечных. Тишину разрушает Махито, совершенно бесцеремонно плюхнувшись за стол рядом. — Вы совершенно ужасны, вы знаете? — ноющим тоном произносит проклятие. — Так шуметь, зная, что Нанако и Мимико утром в школу! Девочки притихли. Сатору явно оживился. Сугуру побледнел. — Махито, не за столом, — попытался осадить проклятие. — А что не так со столом? Вы и на нём вчера развлекались? — Махито не унимался. — Да, — не менее бесцеремонно отвечает Сатору, дожёвывая сэндвич. Девочки молча убегают в комнату, делая вид, что сильно опаздывают. Сугуру отвешивает по очереди два подзатыльника: сначала Сатору, затем Махито. — Вы совсем невменяемые? — Сугуру тихо злится. — Ладно, Махито со своим умом домашней кошки. Ты-то куда? — Эй! Я не кошка, — проклятие возмущается. Сатору смеётся. — Видел бы ты своё лицо, Сугуру, — маг явно забавляется. Его аппетит не портят даже утренние разборки. — Боже мой… Вы отвратительны оба, — Сугуру морщится. Ему кусок в горло не лезет после подобных шуток. Махито неосознанно меняется, поддавшись настроению Сатору. Маг от неожиданности даже давится, встретившись взглядом со своим полным отражением. — Что это? — Где? — проклятие непонимающе хлопает глазами. Сугуру молча накрывает лицо рукой, понимая, насколько попал сейчас. — Ты знал об этом? — Сатору тычет пальцем в проклятие, ставшее его отражением. — Он ещё плохо контролирует себя, — уклончиво отвечает. — Что, опять? — Махито разочарованно ноет и возвращается в прежний облик. — Ты подобрал шейпшифтера и молчал об этом? — Угадай, почему, — Сугуру хмуро смотрит в ответ. — Шеп… кого? — проклятие непонимающе заозиралось. — Шейпшифтера, — повторил Сатору. — Меняющего форму. — Вы по уровню развития где-то рядом, — Сугуру устало вздыхает. — Эй! Вообще-то я умнее! — возмутился маг. — Вы оба идиоты, — Гето качает головой. — Я не говорил и не показывал его, чтобы не было проблем. Сила пробудилась не так давно, и я не хотел торопить события. К тому же, мне предстоял суд. Узнай кто о его силе, и его бы сразу же забрали. — Я ещё так умею, — проклятие снова начало меняться. Светлые волосы стали ещё длиннее, лицо круглее и мягче, губы пухлее. Само тело теперь получило тонкую талию, выразительную грудь и бёдра. Теперь на магов смотрела весьма миловидная девушка. Правда, всё в тех же шрамах. — Красотка, ничего не скажешь, — Сатору усмехнулся. — Правда красивая? Мне так даже больше нравится, — Махито заулыбалась. — Правда, — Сугуру тяжело вздохнул. — Я не хотел, чтобы о его силе знали другие. — Он настолько глупенький, что сам бы раскрылся. Просто ты не сказал об этом мне. — Тебе я в последнее время вообще ничего говорить не хочу. Ты полностью невменяемый. — Сугуру, перестань меня обижать, — Сатору нахмурился. — Всё же было отлично. — Настолько отлично, что вы всю ночь прошумели, — Махито захихикала. — Боже, заткнись, — Сугуру устало посмотрел на неё. — Хотя бы ты не лезь. — Мы прекрасно провели время. Не вижу поводов стесняться, — Сатору принялся жевать новый сэндвич. — Доедай скорее, нам нужно в техникум. — После поедем ко мне домой. Есть серьёзный разговор. И не только, — белобрысый маг игриво подмигнул. — Ты абсолютно одержимый!