Я заплачу тебе за то, что ты меня сломаешь

— О чем вообще речь? — ты вскидываешь бровями, осматривая меня с головы до ног. Подпираю стену, недовольно поглядывая на тебя. Что за грабеж среди белого дня. Да, не там стоит мой корабль, но какое тебе дело? Половину состояния уже отдала, (правда, было бы это единственным, что я тебе отдала) … — Нин Гуан, не бери на себя слишком много, — разворачиваю стул и плюхаюсь на него, сложив руки на спинку. Твои красные глаза недовольны, злишься. По правде сказать, мне до безумия нравятся такие наши встречи, в них столько страсти, столько огня, злости, что разжигает пламя на время между нами. Такая красивая, даже когда недовольна, или особенно в этом состоянии. Ты тяжело втягиваешь воздух насупившись ещё больше, морщинка между бровями собирается, а глаза прищуриваются. Сделай так ещё раз. Ну, пожалуйста. — Я тебе платила, Нин Гуан, хватит, — спокойно проговариваю, замечая, как твой язык обводит верхний белоснежный ряд зубов, характерно причмокнув в конце своего пути. Молчишь, думаешь, снова мечтаешь высказать мне абсолютно все своё негодование. Ну, что ж пора добавить масла в огонь, прости малышка, но это единственный способ чувствовать нас. — Хватит с тебя, — высокомерно добавляю. Этого достаточно, чтобы ты окончательно взорвалась. Слишком глубоко я изучила каждую твою интонацию. Вскакиваешь со своего стула, тот почти падает, как и несколько месяцев назад. Тогда на секунду нас это отрезвило, но бывает нечто необъяснимое и необходимое. Я тоже скучала. Раз. Отталкиваешься пятками ладоней от стола. Твое тело отклоняется, на секунду мне кажется, что ты потеряешь равновесие, но что удивительно, ты никогда не сходишь с ума от любви со мной. Два. Стремительно обходишь стол. Каждая мышца твоего тела напряжена и хочет получить сладостную разрядку. Знаю, знаю, что ты тоже ждала. Три. Подходишь ко мне. Некоторые прядки белоснежных волос спадают на идеальное лицо, мешая тебе наблюдать. Внутри у меня все замирает, переворачивается и тянется сладким предвкушением нашей вечной схватки, где мы боремся за… право не любить. Слишком больно. Четыре. Поворачиваю голову. Медленно введу глазами вверх, знаю, что ты уже ждешь моего одобряющего, разгневанного твоими нотациями взгляда. Моя. До мурашек моя. Пять. Исподлобья смотрю на твои слегка приоткрытые губы. Слишком желанные, неужели можно так сходить с ума по человеку? Неужели можно жить, чувствуя все то, что гулко отдается в моей душе. Нин Гуан, до знакомства с тобой, мне казалось, что у меня нет души, правда, совесть, справедливость, безусловно, но не чувства. Веришь, я не умела любить, а ты своей теплотой растопила мои крылья. Шесть. Откидываешь мои волосы в сторону. Кончики твоих пальцев касаются моей кожи, медленно заводя каждый миллиметр во мне. Я так нуждалась в тебе. Семь. Тяжело дышишь мне в шею. Мне становится немного смешно от твоих действий, но ты уверенно продолжаешь свою сладостную пытку. Ты едва касаешься меня, но уже все моё существо тянется к тебе. Восемь. Резко подняв голову, впиваюсь в твои красноватые губы. Слишком долго ждали, слишком трудно быть плохой девочкой рядом с тобой. Непроизвольно из моей груди вырывается вздох, ты смеешься, чувствуя, широкий круг тех ощущений, что проникаются через нас, наполняя, одурманивая. Сейчас никого нет кроме тебя, Нин Гуан. Поглаживаю твои щеки, наблюдая как розовеет кожа под моими пальцами. Ты слишком милая. От кончиков пальцев до макушки в моем организме происходит ураган, пока мозг истошно просит одуматься…потом будет снова нестерпимо больно. Мне хочется быть с тобой как можно ближе. Сжимаю твое тело, что есть силы, счастливо выдыхая весь воздух из легких. Твои губы ищут мои. Переплетаемся, расплескивая всю нежность, что только есть в этом мире. — Как ты меня заебала, — оторвавшись, цедишь сквозь зубы. Не разрывая поцелуй, пересаживаюсь лицом, сажая тебя на свои колени. Мои холодные пальцы касаются твоей оголенной кожи, вызывая мурашки по всему телу. Ты так реагируешь на меня. Абсолютно моя. — Аналогично, — киваю, притягиваю тебя ближе. Ты отстраняешься, окатывая меня более мягким взглядом. Моя девочка. Не разрывая зрительного контакта, развязываю завязки на твоей одежде, проникая под неё, открывая тебя, словно карту. Застенчиво улыбаешься, прикрывая глаза, прикусываешь край нижней губы. Какая же ты соблазнительная. Чувствуешь каждой клеточкой своего тела приятное тянущее желание. Поддаюсь к тебе, захватывая самостоятельно твою губу, ощущая твой тихий стон между нами. Мне вполне этого достаточно, чтобы сойти с ума. Слишком сильное притяжение, слишком сильное желание, чтобы сдерживать себя. Мое сердце пропускает пару ударов, когда твои губы смыкаются на моей шее. Стискиваю твои бедра руками, прикусывая в районе ключиц. Шипишь мне в ухо, выворачивая наизнанку только лишь своим горячим дыханием. Неужели можно настолько тонко чувствовать? Закрыв глаза нежно вырисовываю узоры на твоей молочной коже, словно дороги на пути к чему-то «нашему». Наша ледяная сказка, наш отдельный мир. — Пойдем, — шепчешь, оставляя поцелуй в уголке моих губ. — Пошли, — вторишь себе, соскакивая с моих колен. Переплетая наши пальцы, уводишь меня в комнату, иногда оборачиваясь, соблазнительно улыбаясь. Слишком притягательная, чтобы быть реальной. Мой самый сладкий яд. Прошу, Нин Гуан, будь всегда рядом.

***

— О чем думаешь? — интересуюсь, перевернувшись к тебе лицом. Ты слишком спокойна и серьезна, медленно поворачиваешь голову, впечатываясь абсолютно отстраненным взглядом прямо в моё сердце. Что? Что-то не так? — Бэй Доу, это, — окидываешь нас взглядом, для достоверности покрутив пальцем. — Не освобождает тебя от платы, серьезно говорю. Мне надоело то, что происходит, — проговариваешь. Погоди, погоди, но… а как же… а я? А мы? Молча рассматриваю твое лицо, пытаясь запомнить его до мельчайших деталей. Тяжело выпускаю, казалось бы, весь воздух, растирая виски руками. Снова холодная Королева. Сильная и уверенная Нин Гуан. В её жизни нет места для моей любви. — Хорошо, — спокойно отзываюсь, поднимаясь с кровати. Привыкла. Как в тумане натягиваю одежду, пытаясь прекратить внутренний удушающий диалог, не сейчас, не здесь, не при ней… Ней. почему даже мой внутренний голос произносит это так особенно, что по телу пробегает ток. Разряд раз за разом все сильнее, однажды, он убьет меня окончательно. До боли закусываю нижнюю губу, пытаясь перебить физической болью ноющее непонимание где-то на уровне солнечного сплетения. Почему так? Почему время с тобой скоротечно? Почему счастье только тогда, когда твои губы соединяются с моими, а руки скреплены в самый надежный замок. Вспоминаю. Капитан не может быть слабой, даже если ты, Нин Гуан, моя слабость. Разворачиваюсь, просовывая руки в карманы, достаю мору, оставляя на прикроватной тумбе. Довольная следишь за моими действиями, подарив мне впервые спокойную, победную улыбку. Если бы только знала, что деньги после знакомства с тобой стали такой мелочью, абсолютно пустой «победой» в нашем вечном споре добра и зла, потому что главное то, что я раз за разом проигрываю самой себе. Что может быть хуже, Нин Гуан?.. Что? — Вот и умница, — улыбаешься. — Не то слово, — усмехаюсь, растягивая губы в что-то отдаленно напоминающее улыбку. — Ладно, тебе помощь нужна? — вдруг интересуюсь. Мой голос выдает тревожное состояние, почему ты такая необходимая? Силюсь, чтобы прям сейчас не разрыдаться перед тобой, прося поговорить обо всем что происходит. Почему для тебя это всего лишь игра? Почему ты настолько холодна ко мне? Слишком это ломает и выворачивает душу наизнанку. Просто закройте глаза и почувствуйте хоть на секундочку, как в самое нежное, ранимое, врезается нечто тяжелое, острое, разрывая все, что только можно на своем пути, и единственное, что тебе остается так это сжаться, пытаясь залечить те раны, которые были оставлены самым родным человеком, тем, кому ты позволила касаться самого дорого в жизни: чувств — искренних и неподдельных. Ты как-то быстро проникла в мою жизнь, сломав стену отчуждения, холодности и презрения, влюбила меня одним только взглядом. Как ты так умеешь одурманивать? Скажи, где найти противоядие от тебя? — Помощь? — удивляешься. Почему сейчас я не могу остаться рядом, и всегда быть рядом, а не тогда, когда тебе хочется почувствовать любовь, как ты однажды мне призналась, когда позволила себе и мне немного большего — коснуться не тела, а души. — От тебя, — специально выделяешь. — Бэй Доу мне больше ничего не надо, — сползаешь обратно на подушку, отворачиваясь к окну. Шумно втягиваю воздух, чувствуя, как глаза предательски намокли. Чертова женская слезливость. За что ты так? Почему в наших отношениях не может быть чего-то большего, чем просто та необходимая уже как воздух магия. — Ломаешь опять, — шепчу, растирая щеки руками. Не знаю, хочу ли, чтобы ты слышала мои слова или лучше молча, как обычно, уйти отсюда до следующего раза, вновь пытаться собрать своё сердце по кусочкам. Мы обе сильные, но может хватит пытаться переиграть друг друга в нелюбви. Мне не выносимо не касаться тебя. — Что? — приподнимаешься, бросая на меня обеспокоенный взгляд. — Что-то с твоим кораблем? С каких пор тебя стали волновать мои дела? А особенно с связанные с кораблем? Ты внимательно смотришь, как будто бы хочешь услышать просьбы о помощи, но нет, на этот раз мой «корабль» не спасти. Ты разгромила остатки самообладания в хлам. Теперь больше нет той сильной девочки Бей Доу. Зачем придумали любовь, если она причиняет столько боли?.. Когда я путешествовала, парила, влюблена была только лишь в море и свободу, проще дышалось, а с тех пор, как ты, Нин Гуан, появилась в моей жизни все приобрело новые, яркие краски, но помимо теплых оттенков на моей карте жизни нарисовались темные полосы. Даже если мы не рядом, даже если я на другом конце этого света, поверь, мне хочется дышать только для тебя. Не знаю, чувствуешь ли ты, когда я желаю тебе спокойной ночи, лежа под звездным небом на палубе или доброго утра наблюдая за рассветом, может, чувствуешь, когда задаюсь вопросом как там твои дела под палящем солнцем. Ведь ты моё солнце. Помню, ты спросила почему именно солнце, а я засмеялась и обещала рассказать как-нибудь. Так вот, солнце такое же спасительное и губительное одновременно… оно может спасти меня от вечного холода в замершей душе и сжечь дотла, как только я захочу спрятать его от всех, приблизившись слишком близко. Оно такое же приветливое и далекое как ты. Просто чувствуй мою любовь, как бы нас не разлучала судьба, чувствуй. Я всегда рядом, где бы ни была. — Что-то вроде того, — ухмыляюсь, уходя прочь от тебя… Снова обманываю, в этой жизни бегу лишь от себя. Я готова платить тебе за то, что ты всякий раз будешь ломать меня, даря секунды истинной любви…