Судьбу не обмануть

Катя сидела в самолете и пыталась не думать о том, что когда-то простой перелёт из России во Францию изменил её судьбу. Да и эти мысли были не на первом месте в её голове. Мысленно она всё ещё держала в руках фотографию, на котором был изображён хорошо знакомый ей человек, а рядом было письмо от дочери, где аккуратным почерком выведены строки: « Мам, я познакомилась с мужчиной, он старше меня, но он просто удивительный…» и вот эти слова искромсали и без того израненное сердце женщины. Не отпускает, он опять не отпускает её. Кладя свою руку на её судьбу. Неужели ей снова придется встретиться с Димой? Что она сможет ему сказать? Единственное, что может остановить отношения между ним и Мариной – правда, но она до сих пор не знала, готова ли открыть её? Перелёт был спокойный и быстрый, Катя поняла, что все эти года жила лишь призраками страхов о той страшной авиакатастрофе. Времена изменились, город, который она когда-то оставила тоже изменился. Изменилась и она сама, всё было совершенно иным. Катя сама добралась до съёмной квартиры дочери. И вид радостной Марины, когда она встретилась с ней, слегка облегчил муку в душе женщины. Дочь совсем не изменилась, была всё такая же непосредственная и весёлая. Катя была уверенна, что вопреки всем сомнениям сразу же сядет и расскажет Марине всю свою историю. Но, когда она собралась заговорить, Марина её перебила: -Мам, - начала она, рассматривая свой гардероб, - сегодня нас пригласили на одно мероприятие. - Кто пригласил? – Спросила Катя, почувствовав какое-то предчувствие в душе. - Дмитрий Александрович, тот о котором я писала. Один его друг женится и устраивает помолвку. Дмитрий Александрович хочет познакомиться с тобой, я много рассказывала о тебе. - Что именно? – Резко спросила Катя. - Всё. О том, как много ты работала, чтобы добиться тех успехов, что у тебя сейчас есть, ещё о том, какая ты добрая, чуткая, сильная… Я же восхищаюсь тобой, мам, - дочь подошла и обняла её. Катя почувствовала, как в душе завязался узел боли от этих слов. Рассказать ей о том, что лишила её отца? Просто, из-за старой обиды, Марина выросла без папы, которого возможно бы любила больше всех? Как на это отреагирует дочь? Её впервые стало так страшно. А вдруг Марина не поймет её? Обвинит в том, что не имела отца и думала, что он мёртв, когда на самом деле он живой и здоровый жил в тысячи километров, сам не подозревая, что имеет ребенка? Тогда женщина решила, что сначала поговорит с Дмитрием. Да, это будет малоприятный разговор, но ей снова придется встретиться с ним. Теперь у неё нет права быть слабой. Но, чувство силы мгновенно покинуло женщину, когда в квартиру вошёл он. Такой же, как и был в Париже, с лёгкой улыбкой и теплыми искрами в глазах. Нет, она не имеет права упускать землю из-под ног, но Катя снова почувствовала, как телом пробежала дрожь. Он смотрел так удивлённо, но одновременно радостно, будто взглядом пытался дотронуться до женщины. Марина очень обрадовалась той новости, что они уже знакомы. Это лишь подтвердило уверенность Кати, что открывать правду дочери пока что не стоит. Сначала ей стоит выяснить отношения с бывшим мужем. Всю дорогу она пыталась придумать, как правильно задать вопрос, перебирала слова, которые стоит сказать и что говорить не нужно. А он смотрел, каждую минуту переводил взгляд с дороги на зеркало заднего вида, где видел её отражение. Она это видела, но упрямо делала вид, что не замечает. Только вот не предстоящий разговор оказался для неё пыткой этого вечера, а воспоминания. Катя почувствовала, как цепи памяти сдавили ей горло, когда она увидела в какой именно ресторан они приехали. Тот самый… Её первая работа в Москве, первый шаг к мечте, малюсенький крошечный шаг, которого хватило, чтобы пройти путь до Парижа и снова стоять здесь, новым человеком. Она как раз шла по его коридору, как вдруг увидела Анну, её подругу. Боже, как жестоко она поступила, что ни разу не связалась с ней за это время, один раз она пыталась ей позвонить, но когда Анна взяла трубку, Катя не найдя слов молча положила телефон и больше не пыталась повторить это. Прошло много времени, но Анна почти не поменялась, осталась такой же элегантной и сдержанной. Когда она вдруг сказала: - Я вас знаю, - у Кати сердце рухнуло в пятки. Но когда Анна объяснила, что видела Катю в кулинарном конкурсе, женщина облегченно выдохнула. Да, это был долгий вечер. Ей пришлось еще, и успокаивать Анну, после выходки Жерара с тортом. Но в ней поселилось ощущение, что именно это место её будто ждало, она чувствовала, что очень скучала по этой жизни. И по этим людям, ей вдруг пришло в голову, как много она упустила в этой жизни, в которую вернулась лишь сейчас. Она покинула испорченный вечер с уверенностью, что ещё вернется сюда. Но, её ждала встреча с Дмитрием. Катя не забыла, зачем вернулась, разговор должен был быть спокойным. Всю ночь она перебирала мысленно фразы, которые стоит ему сказать, но когда наступил момент встречи… Она словно тряпичная кукла, едва могла перебирать ногами от волнения. Дима выглядел и вел себя, будто двадцать лет назад. Всё тот же взгляд, смешливый, не совсем уверенный, весёлый… Катя ощутила, что как-бы она не пыталась обмануть судьбу, всё же та оказалась хитрей. Она начала говорить, сначала как можно спокойней, но нервы подводили, бессонная и беспокойная ночь давала о себе знать, голова болела, в глазах пекло, а главное в груди сердце колотилось так, что готово было вырваться наружу. К тому же Дмитрий выглядел совершенно спокойным, на вопросы отвечал уклончиво и даже игриво, не переставая есть свой поп-корн. - Простите, но вот запретить вы мне ничего не можете… Потому-что, ну вы мне никто, - ровным тоном ответил мужчина. «Никто» - разбилось в её голове, она была ему никем, от этих слов у Кати внутри всё сжалось. Вспомнилось всё, их день знакомства, свадьба, все его слова о любви, признания, нежность, всё оказалось ложью, простой самодовольной ложью. Потому, что если бы любил, то не поступил бы так, просто не поступил… - Вы Марине можете запретить встречаться со мной, - продолжил он, - ну и то, она взрослый человек, она сама вправе решать с кем ей встречаться, с кем не встречаться. Вот, тем более… Она не могла больше слушать все эти слова, ярость вырвалась так резко, что Катя сама её испугалась, она выбила с рук этот его чёртов поп-корн. Он говорил, что женщина не может ему что-то запрещать. Неужели? Это он сейчас стоял по ту сторону правды, и пропасть, что находилась между ними, принадлежала лишь Кати. Это она могла в любой момент сбросить его в эту пропасть, либо проложить мост... Но она выбрала первое, она начала говорить о своей правде так искренне, будто представляя, как она медленно горит в его сердце, рассказала о том, как резала вены, и могла сказать ещё многое, чтобы он больше не выносил это за скобки своей жизни, но нет… Он услышит лишь то, что она хочет. Сейчас Катя впервые ощутила себя сильной, намного ступенек выше него, и боль, что таилась в груди всё это время, преподнесла ему, будто самое горькое блюдо. Напоследок он бросил ей: - Но я живу с этим кошмаром двадцать лет! Кошмаром? Если он называет кошмаром угрызения совести? То, что он скажет, после того, как узнает, что пришлось перенести ей? Восстановление после операции, рождение дочери, в чужой стране, без будущего и прошлого. Да, что он знает о кошмаре? - Ну, живи себе дальше, если тебе так нравиться, - в её голосе звучала жестокость, - только без моей дочери. Она не обернулась, не видела его лица, но как только поймала такси и оказалась в тёплом салоне авто, слёзы, что кромсали её изнутри, наконец хлынули из глаз, будто вынося с собой все чувства, которые она так упрямо пыталась в себе подавить.